Противоположности притягиваются

Юнги ожидал шоу фейерверков с тех пор, как о нем заговорил Чимин. Он был взволнован, потому что ему удастся провести больше времени с Чимином, а Юнги очень любил проводить с ним время. Но в то же время он чувствовал сильное беспокойство. Он вспомнил, как впервые в жизни увидел фейерверк. Ему было шесть лет, и это был первый раз, когда родители разрешили ему не ложиться спать после полуночи. Они разрешили ему остаться так поздно только потому, что Юнги умолял посмотреть на красочный фейерверк, озаряющий небо. Он помнил, как родители отсчитывали секунды до полуночи, и с каждой секундой ему все больше и больше хотелось увидеть фейерверк в первый раз. Пять. Он уставился в темное небо блестящими глазами, готовый увидеть прекрасные взрывы, озаряющие небо. Четыре. Он видел видеоролики с фейерверками, и его юное «я» всегда считало их такими крутыми. Ему не терпелось увидеть их самому. Три. На видео они выглядели так красиво. Шестилетний Юнги кипел от восторга. Два. Он был готов. Один. Но когда часы пробили двенадцать и Юнги услышал громкий взрыв первого новогоднего фейерверка, он сразу решил, что ненавидит их. Он не знал, что они будут такими громкими. Несмотря на то, что они были красивыми, он не мог справиться с шумом. Они были слишком громкими, и от них болели уши. Юнги помнит, как он сжался, услышав первый звук, и плакал в истерике на руках у матери, когда слышал все больше и больше. С тех пор каждый Новый год Юнги подключал наушники, включал музыку как можно громче и заглушал все звуки фейерверков. Обычно он не ложится спать очень рано, но в Новый год он старался заснуть до двенадцати, чтобы не встретить фейерверк. И по сей день Юнги не очень их любит. Они были слишком громкими, на его взгляд. Но когда Чимин предложил ему посмотреть фейерверк, он не смог отказать. Чимин выглядел таким взволнованным, и Юнги очень хотелось как можно больше побыть рядом с другом. Юнги пытался убедить себя, что его страх прошел. Он не слышал и не смотрел на фейерверки с самого детства. Прошли годы, и это должно было означать, что его страх перед фейерверками если не исчез полностью, то, по крайней мере, уменьшился. Но он все еще был встревожен. Он грыз ногти, думая о сегодняшнем празднике. Он очень нервничал из-за того, что ему придется снова услышать фейерверк, но он никак не мог отказаться от своих планов с Чимином. — Ты готов идти? — вдруг услышал Юнги вопрос Чимина, который отвлек его от размышлений. Юнги кивнул в ответ. Они собирались пойти в зал игровых автоматов — нужно было убить время до начала фейерверка. Это была идея Чимина. Юнги не очень любил шумные места, такие как зал игровых автоматов, но Чимин, похоже, очень хотел туда пойти, и Юнги не собирался отказываться. Даже если там будет шумно, он уверен, что ему понравится, потому что там будет Чимин, а с Чимином всегда было весело. Но Юнги продолжал грызть ногти, думая о фейерверке. Осознав, что делает, он убрал руку ото рта и вздохнул. Он забыл нанести невкусный прозрачный лак, но теперь уже было поздно — он как раз собирался выходить из дома. — Что случилось? — неожиданно спросил Чимин, услышав вздох Юнги. — Ничего. Чимин бросил на Юнги взгляд, показывающий, что он знает, что тот лжет. Юнги снова вздохнул, а затем объяснил, в чем дело. — Я забыл нанести прозрачный лак, поэтому, наверное, сегодня снова буду грызть ногти, — объяснил он, немного смущаясь своей причины. Он ненавидел говорить о своих привычках. — О, — ответил Чимин. — Просто быстро нанеси его сейчас. Мы можем пойти, как только ты его нанесешь. — Нет, я… Это займет слишком много времени. Мы должны просто уйти, — покачал головой Юнги, но Чимин не согласился. — Нет! Они так выросли! — возразил Чимин. — Где он? Я помогу тебе нанести его, так будет быстрее. И вот они уже сидели на кровати Юнги друг напротив друга. Чимин держал в руке бутылочку с лаком, а Юнги раскинул руки на кровати. Юнги наблюдал, как Чимин осторожно откручивает колпачок и медленно наносит лак на ногти Юнги. Он сосредоточился, стараясь не попасть на кожу Юнги. Юнги подумал, что он милый. Он так сосредоточенно работал, а его язык высовывался, когда он красил ногти. Чимин был так добр, помогая ему. — Готово! — воскликнул Чимин, когда полностью закончил красить ногти Юнги. — Мы можем немного подождать, чтобы лак высох, а потом мы можем идти! В ожидании, пока высохнет лак, Чимин смотрел на Юнги, разглядывая украшение на его шее — то самое, которое он купил ему. Увидев, что Юнги его носит, он обрадовался. Он был рад, что оно понравилось Юнги, и ему было приятно видеть на нем то, что он купил — это похоже на то, как люди радуются, когда их партнеры надевают их толстовки, подумал Чимин, и ему вдруг стало интересно, как Юнги будет выглядеть в его одежде. Чимин покачал головой и отвернулся от Юнги, потому что почувствовал, как его лицо пылает. Он не должен думать о Юнги в его одежде. Это слишком похоже на отношения пары, а Юнги и Чимин не пара. Они никогда не будут парой. Ему нужно было донести это до своей фантазии. Юнги не любил его так же. Вскоре лак высох, и Чимин с радостью согласился уйти и снова пойти в зал игровых автоматов. Он болтал без умолку о выигрышных билетах и призах, пока они выходили из дома Юнги и направлялись к игровым автоматам. Когда они вошли в помещение, Юнги вместе с Чимином прищурил глаза, так как внутри зала было яркое освещение, но они быстро расширились, увидев атмосферу. Он услышал громкую 8-битную музыку, доносящуюся из рядов автоматов с красочными картинками на светящихся экранах, рев двигателей и грохот от гоночных игр и звук громкого удара молотка по кроту в классической игре «Whack-A-Mole». Он видел большие автоматы с клешнями, до краев набитые призами в виде мягких игрушек, мужчину, ругающегося после промаха по кольцу в баскетболе, и детей, хихикающих на танцевальных площадках. — Итак, — начал говорить Юнги. Чимин повернулся к нему лицом, его глаза все еще были блестящими и расширенными. Он был взволнован. — Не хочешь сыграть в баскетбол? — спросил Юнги, указывая на баскетбольное кольцо. С этого они и начали — с игры в баскетбол. Чимин был взволнован, потому что был уверен, что выиграет. Тренировки, которые он проводил с Юнги в парке, определенно должны были помочь. Неважно, был ли Юнги в команде раньше; Чимин был довольно конкурентоспособным и уверенным в себе, и он не сомневался, что победит. Юнги достал из кошелька несколько монет, вставил маленькие диски в слот, и игра началась. Как только они начали, Юнги сразу же набрал больше очков, чем Чимин, забрасывая мячи в кольцо так быстро, как только мог. Он не промахнулся ни разу. Между тем, у Чимина дела шли неплохо, но он промазал несколько бросков, и это означало, что Юнги вышел вперед по очкам. — Это несправедливо, — ныл Чимин, поднимая и бросая баскетбольный мяч, пытаясь вспомнить, как Юнги учил его бросать мяч в парке. Он застонал, когда мяч не попал в кольцо. Чимин услышал, как Юнги хихикнул. — Нет, серьезно, это нечестно. У тебя есть преимущество, потому что ты раньше играл, — сказал Чимин. Он повернулся, чтобы посмотреть на Юнги, который все еще бросал баскетбольные мячи в кольцо. — Жалуясь, ты упускаешь очки, Чимин. Будь внимательнее, — облегченно рассмеялся Юнги, забрасывая очередной мяч в кольцо. Глаза Чимина расширились, он снова повернулся к игре и быстро взял мяч. Юнги увидел, как старается Чимин, и улыбнулся про себя. Он решил сбавить обороты, чтобы Чимин мог выиграть, просто чтобы сделать его счастливым. После окончания игры из автомата выпала целая куча билетов, и Чимин широко улыбнулся, схватив их. — Я тебя победил! — засмеялся Чимин. Юнги улыбнулся и признал свое поражение. — Я обыграл бывшего игрока баскетбольной команды, — самодовольно похвастался он, и Юнги громко рассмеялся. Чимин был милым. — Давай сыграем в игру с гоночными машинами! — взволнованно сказал он. Чимин схватил Юнги за запястье и потянул его к следующей игре. От прикосновения лицо Юнги разгорелось, а азарт Чимина заставил его ласково улыбнуться. Чимин хотел выиграть и в этой игре. Парни уселись, и Чимин опустил в автомат несколько монет. Он решительно держал руль. На экране появился обратный отсчет, начиная с трех. Когда на экране появилась надпись «GO», Чимин со всей силы надавил на педаль газа и быстро поехал. На каждом повороте он умело поворачивал руль. У него получалось неплохо, но, увы, в последний момент Юнги пересек финишную черту раньше него. Чимин немного надулся, увидев, что не выиграл, и стал жаловаться и говорить, что эта игра несправедлива, потому что у Юнги есть водительские права, а у Чимина нет, и это означает, что на звездах написано, что Чимин проиграет. Юнги улыбнулся на нытье Пака, посчитав его очаровательным, и, чтобы компенсировать свой выигрыш, предложил угостить его едой, но не прежде, чем взять билеты, которые они выиграли в игре с гоночными машинами. Розоволосый выбрал начос и сладкую газировку к нему. Они взяли свою еду и снова отправились в путь. На этот раз они решили, что игра в «Whack-A-Mole» выглядит довольно забавно. Чимин захотел поиграть, и юноша быстро собрался, взял молоток и крепко зажал его в руке. Он сосредоточенно нахмурил брови, когда игра началась и маленький крот начал выскакивать. Он был средним игроком, но все же успешно прошел первый уровень. Он быстро перекусил начосом и выпил свой напиток, прежде чем начался следующий уровень. Правда, после этого он проиграл, не набрав достаточно очков для перехода на третий уровень, но все равно в итоге у него оказалось семьдесят девять билетов. Они хотели сдать свои билеты, чтобы получить приз, но прежде чем они это сделали, Чимин захотел получить плюшевого зверька из автоматов, и Юнги, будучи его хорошим другом, собирался выиграть его для него. — Кого ты хочешь? — тихо спросил Юнги, когда они подошли к автомату. Этот был полон очаровательных маленьких плюшевых медвежат. Чимин сказал Юнги, что не знает — они все слишком милые. — Розовый похож на тебя, — вдруг сказал Юнги, и Чимин растерянно посмотрел на него. — У вас обоих розовые волосы, — пробормотал он, объясняя свои доводы, и это заставило Чимина хихикнуть. Они решили взять того, кто предположительно был похож на Чимина. Чимин опустил несколько монет в автомат, и Юнги начал свой первый ход. Он нажимал на кнопки, нахмурив брови и полностью сосредоточившись. Он успешно схватил плюшевую игрушку когтем, но когда коготь двинулся обратно к ним, плюшевая игрушка выскользнула из его захвата. Юнги застонал и слегка ударил рукой по передней части машины. Он думал, что у него получится с первой попытки. — Клянусь, эти автоматы как будто специально так устроены, — ворчал он себе под нос, опуская в автомат побольше монет. Он услышал смех Чимина рядом с собой. — Если у тебя не получается, так и скажи, — поддразнил Чимин с наглой улыбкой. Юнги закатил глаза, но все же улыбнулся, пытаясь снова схватить розового мишку. На этот раз ему действительно удалось выиграть плюшевую игрушку для Чимина. Юнги взял ее из автомата и передал Чимину, который ахнул при виде этой игрушки и тут же прижал ее к груди, чтобы обнять. — Как ты собираешься его назвать? — спросил Юнги, улыбаясь при виде Чимина и выигранной им плюшевой игрушки. Чимин посмотрел на плюшевую игрушку и на мгновение улыбнулся. — Юнги, — объявил он, и его слова заставили Юнги усмехнуться. — Юнги? — повторил второй юноша, на его лице появилась яркая улыбка. — Но он похож на тебя, — с нежностью улыбнулся Юнги и тихо сказал, указывая на плюшевую игрушку. — Наверное, тебе придется покрасить волосы в розовый цвет, чтобы он тоже был похож на тебя, — легкомысленно пошутил Чимин, и на минуту Юнги действительно задумался об этом, как и о том, чтобы покрасить волосы в рыжий, просто потому, что так сказал Чимин. Наконец, ребята решили сдать свои билеты. Всего у них было двести шестьдесят восемь билетов. Этого было явно недостаточно, чтобы получить что-то крупное, потому что цены на игровые автоматы всегда были безумно завышены, но они все равно смогли бы получить приз поменьше, и Чимин был более чем доволен этим. Рассматривая призы поменьше, взгляд Чимина остановился на этих милых маленьких браслетах из бусин. Они были ярко раскрашены мелкими бусинками разных цветов — голубыми, фиолетовыми, зелеными, красными, желтыми и розовыми, а между несколькими мелкими бусинками находились более крупные со смайликами, тоже разных цветов. Они стоили по сто билетов каждая, и Чимин захотел купить два. Один для него и один для Юнги — так у них будут одинаковые. В итоге они так и поступили. Они потратили двести билетов, а остальные шестьдесят восемь отдали группе детей, которых они заметили в игровом зале и которые пытались получить восемьсот билетов на игрушку. Юнги с гордостью носил свой браслет, как и подвеску, которую подарил ему Чимин. Ему очень нравилось, что у него есть что-то, что есть и у Чимина. Он будет носить этот браслет каждый день. Он всегда считал, что это мило, когда пары носят одинаковые вещи. Вдруг он слегка расширил глаза от собственных мыслей. О чем он думает? Да, это мило, когда пары носят одинаковые вещи, но Чимин и Юнги не вместе. Они не пара. Это одинаковые браслеты дружбы. Они не пара. Юнги вздохнул. Они были бы парой, если бы он не отверг поцелуй Чимина. Он все еще злился на себя за это. Боже, какой же он тупой. — Эй, ты идешь или как? — неожиданно заговорил Чимин, отрывая Юнги от его мыслей. Он посмотрел на Чимина, стоявшего у выхода из зала игровых автоматов. Юнги кивнул, подбежал к нему, и они вместе вышли из зала. После этого они отправились в парк рядом с домом Юнги, так как до фейерверка оставалось еще немного времени. Они провели там некоторое время, сидя на качелях, разговаривая и играя в баскетбол. Они дождались, когда стемнеет и приблизится время фейерверка. Они поехали на поле рядом с домом Чимина, когда было уже ближе к двенадцати. Они приехали туда с запасом в пять минут. Оставалась одна минута до полуночи, одна минута до того, как часы пробьют двенадцать и начнется фейерверк. Чимин и Юнги стояли на поле. Они стояли близко друг к другу — Юнги стоял немного впереди Чимина, в окружении других семей, живших в этом районе, и все были готовы к шоу. Чимин был взволнован. Он практически вибрировал от счастья, ожидая, когда часы пробьют двенадцать. Он тоже был взволнован тем, что проведет это время с Юнги. Он не так давно знаком с ним, но начать новый год с Юнги кажется очень правильным. Тем временем Юнги нервничал. Пока они ехали на поле, он несколько раз кусал ногти. Когда его охватил неприятный вкус, он начал теребить рукава своей толстовки, используя это как способ справиться с тревожными мыслями. Прошло несколько минут, и вскоре начался обратный отсчет времени до наступления нового года, что только усилило панику Юнги. Пять. Возможно, это была не самая лучшая идея. Ему следовало сказать Чимину, что он не хочет идти. Четыре. Юнги почувствовал, что его сердце забилось в несколько раз быстрее, и сделал глубокий вдох. Три. Нет, все будет хорошо. Все будет хорошо. Прошли годы с тех пор, как Юнги в последний раз видел или слышал фейерверки. Должно быть, он уже переборол свой страх, верно? Два. Верно? Один. Первый фейерверк нового года взорвался с самым громким взрывом, который Юнги когда-либо слышал в своей жизни. В долю секунды он снова почувствовал себя ребенком, готовым заползти в объятия матери и закрыть уши, пока все звуки не исчезнут. Он вздрогнул, услышав первый звук, и рефлекторно повернулся на пятках, чтобы встретиться взглядом с Чимином. — Юнги, ты в порядке? — спросил Чимин, в его голосе слышалась забота, и Юнги почувствовал себя ужасно. Боже, его глупый страх испортит Чимину вечер. Он испортит начало года Чимина. Фейерверков становилось все больше и больше. Они были громкими и яркими, и от них у Юнги закладывало уши. Между ними почти не было передышки, и все они разом атаковали его чувства. — Прости меня, — прошептал Юнги, его голос немного дрогнул. Ему казалось, что он может расплакаться. Не только потому, что он ненавидел фейерверки, но и потому, что это было так неловко. Он вырос. Он уже не ребенок, и вот он пугается из-за шума. Не говоря уже о том, что теперь он, вероятно, полностью испортил вечер Чимину. — Они… — он вздрогнул и замолчал на мгновение, когда раздался еще один звук. — Они просто очень громкие. Юнги зажмурил глаза. Он должен был знать, что ему не понравится шум. Он не должен был приходить. Чимин не заслуживал этого. Но он открыл глаза, когда почувствовал, как две теплые руки нежно прижались к его ушам. Юнги увидел, что Чимин мягко улыбается ему, положив руки на его голову. Мир внезапно приобрел слегка приглушенный фильтр, Чимин успешно блокировал окружающие звуки от Юнги. Раздался следующий залп фейерверка, и Юнги не вздрогнул. Они были не такими громкими и не причиняли боли его ушам, потому что рядом был Чимин. Все, на чем он мог сосредоточиться, это руки Чимина, прикасающиеся к нему. — Так лучше? — тихо спросил Чимин. Юнги слегка кивнул. — Ты уверен? Ты хочешь, чтобы мы ушли? Я не хочу оставаться здесь, если тебе не комфортно. Чимин был так добр, что у Юнги защемило сердце. Он так заботился о нем, правда? Юнги снова покачал головой. Он хотел остаться. Он знал, что Чимин хочет посмотреть фейерверк, и теперь, когда звуки были приглушены, они не причиняли боли его ушам и не заставляли его вздрагивать. — Хорошо, — прошептал Чимин сквозь холодный воздух. — Ты хочешь закрыть уши или ты не против, чтобы я это делал? — спросил Чимин. Он хотел убедиться, что Юнги будет комфортно от его прикосновений. — Ты можешь, эм, ты можешь продолжать закрывать их? — Юнги говорил шепотом. — Пожалуйста? — тихо добавил он. Чимин улыбнулся и кивнул. — Да. Столько, сколько тебе нужно, — пробормотал он, продолжая крепко, но без боли сжимать уши Юнги. — Ты собираешься смотреть на него или на меня? Юнги на мгновение задумался. Он всегда считал фейерверки красивыми, но громкие звуки отпугивали его. А так, закрыв уши руками, он сможет смотреть на них без боли в ушах. — Хочу посмотреть, — пробормотал Юнги. — Хорошо, — кивнул Чимин. — Повернись очень быстро, хорошо? Я уберу руки на секунду, а потом верну их на место. Юнги кивнул, но снова занервничал. Ему не хотелось слышать их, пока он поворачивался, а руки Чимина не закрывали его уши. Но как только он повернулся лицом к фейерверку, руки Чимина снова оказались на его ушах, и он не услышал ни одного выстрела, пока его уши были закрыты. Пока Чимин держал руки на ушах Юнги, он наклонился и положил голову ему на плечо. Он почувствовал, как Юнги на мгновение напрягся, и уже собирался отодвинуться, но тут Юнги внезапно расслабился и глубоко вздохнул, после чего снова уставился в небо. Они были близко. Обычно Юнги слишком волновался и напрягался, но он хотел этого. Он хотел быть рядом с Чимином, видеть его рядом с собой. Его волнение испортило все, но он не хотел, чтобы это повторилось. Он уже пожалел, что оттолкнул Чимина из-за их почти поцелуя, и не хотел повторять это чувство сожаления. Поэтому он вздохнул, постарался успокоиться и просто позволил этому случиться. Шоу продолжалось, голова Чимина лежала на плече Юнги, его руки оставались на ушах юноши. Сердце Юнги билось быстро — он нервничал, но это не мешало Чимину обнимать его. Впервые за много лет Юнги наблюдал за красивыми фейерверками в небе. Он не мог не думать о том, насколько они прекрасны, как и прекрасный парень, прислонившийся к его плечу. Когда представление закончилось, Юнги и Чимин направились к дому второго. Дорога назад была спокойной. Юнги размышлял. Было приятно находиться рядом с Чимином, но он все еще смущался. Он считал свой страх дурацким, иррациональным и вообще глупым. Он не удивился бы, если бы Чимин думал так же. Они добрались до дома Чимина и прошли в его спальню. Они сидели на его кровати. Было тихо, но неловкости не было. — Мне жаль, — внезапно заговорил Юнги в тишине, и Чимин посмотрел на него, на его лице было написано замешательство. — Из-за чего? — Они… громкие звуки… Я просто не люблю их, — пояснил Юнги, объясняя, почему он так испугался во время фейерверка. — Все в порядке. Тебе не нужно извиняться. Мы все равно на них посмотрели, — с улыбкой пожал плечами Чимин. Он сделал небольшую паузу, прежде чем снова заговорить. — Даже если бы мы не остались смотреть, все было бы хорошо. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя дискомфортно, а фейерверки — это не так уж и круто. Мы бы не упустили ничего особенного. Чимин не хотел, чтобы Юнги чувствовал себя плохо из-за страха. Он не должен извиняться за такие вещи. Чимин был рад, что Юнги рассказал ему о своем страхе, когда они были на шоу. Чимин был рад, что ему удалось помочь. — Спасибо, — пробормотал Юнги, и Чимин снова растерянно посмотрел на него. Юнги не было нужды благодарить его, так почему он это делает? — За то, что закрыл мне уши, — пояснил Юнги, увидев замешательство Чимина. Чимин широко улыбнулся. — Все в порядке. Юнги подумал, что Чимин такой милый. То, как он закрыл ему уши, то, как он спросил, не хочет ли Юнги пойти домой, — он был таким внимательным. Чимин всегда заставлял Юнги чувствовать себя нужным и интересным, он всегда заботился о том, чтобы Юнги было комфортно и хорошо. Он очень нравился Юнги. Он пожалел, что отодвинулся, когда Чимин попытался его поцеловать. Он жалел, что не поцеловал его в ответ. Он жалел, что не сказал Чимину, как сильно он ему нравится. Если бы он это сделал, они были бы сейчас вместе. Он мог бы назвать Чимина своим, если бы сделал это. Может быть, ему стоит это сделать. Может быть, ему стоит признаться. Он явно нравился Чимину. Юнги знал, что он нравится Чимину. Чего же он так боялся? — Чимин, — прошептал Юнги, садясь и придвигаясь ближе к Чимину на кровати, на которой они оба сидели. — Да? — ответил Чимин, глядя в глаза Юнги. Юнги быстро опустил взгляд на свои колени. Он сделал глубокий вдох. Он вспомнил, как Чимин закрывал ему уши, как Чимин улыбался ему, говоря, что все в порядке. Юнги подумал, что нервничать не из-за чего. Это же Чимин. Это всего лишь Чимин. Чимин хороший, милый и добрый, и он не станет смеяться над Юнги. Не из-за чего волноваться. — Ты мне… очень нравишься, — заикнулся Юнги, все еще глядя на свои колени. — У меня есть к тебе чувства. — Ох, — задыхаясь, произнес Чимин. Он придвинулся ближе к Юнги и сел прямо напротив него. Юнги застенчиво поднял глаза от своих коленей и посмотрел на Чимина, который мягко улыбнулся ему. — Ты мне тоже очень нравишься. Я думал, это очевидно. Юнги улыбнулся. Волноваться было не из-за чего. Это же Чимин. — Чимин? — повторил Юнги, его голос был мягким. Он поднял голову и посмотрел в глаза юноше. Он нервничал, но все было в порядке. Это Чимин. Все хорошо. — Да, Юнги? — ответил Чимин, его голос тоже был тихим. — Можно я, — сказал Юнги, но сделал паузу, чтобы перевести дыхание. — Можно я тебя поцелую? Чимин никогда не улыбался так широко. Он быстро кивнул, затем скользнул рукой по шее Юнги и притянул его к себе, прижав их губы друг к другу. Это застало Юнги врасплох, хотя именно он попросил об этом, но вскоре он погрузился в поцелуй, закрыв глаза и позволяя Чимину целовать себя. Поцелуй был нежным — Чимин хотел убедиться, что Юнги не будет ошеломлен или чувствовать себя неловко, и от этого Юнги таял. Губы Чимина стали мягкими и гладкими, и Юнги не мог поверить, что вообще когда-то отстранился от Чимина. Чимин прижался к шее Юнги, играя с волосами на его затылке. Юнги не знал, что делать; его руки просто висели на талии Чимина, он слишком нервничал, чтобы решиться и прижаться к нему. На мгновение Чимин отстранился и посмотрел в глаза Юнги, на его лице появилась мягкая улыбка. Он заметил руку Юнги около своей талии и убрал свои руки с шеи Юнги. Чимин схватил руки Юнги и прижал их к своей талии, а затем снова обнял его за шею. Юнги уставился на свои колени, смущенный тем, что Чимину пришлось ему помогать. Его неловкость заставила Чимина лишь ласково улыбнуться, а затем он наклонился и снова поцеловал застенчивого парня. И снова это застало Юнги врасплох, но он втянулся в поцелуй быстрее, чем до этого. Он нервничает, но поцелуй с Чимином — это правильно. Это приятно. Поцеловавшись еще немного, Юнги вскоре отстранился, лицо его было очень красным. Он перевел дыхание, и Чимин посмотрел на него, немного обеспокоенный. — Ты в порядке? — спросил он мягко, глядя на Юнги, который смотрел на свои колени, черные пряди волос падали ему на лоб. Он забеспокоился, гадая, не слишком ли много поцелуев было для Юнги. Чимин не хотел, чтобы тот чувствовал себя неловко. — Я… эм, да, я просто, я… — Юнги несколько раз запнулся, немного ошеломленный их поцелуями, и это заставило Чимина тихонько хихикнуть. Лицо Юнги почему-то стало еще краснее. — Ты уверен? — повторил свой вопрос Чимин, убирая одной рукой несколько прядей с лица юноши. Юнги закрыл глаза и кивнул, не решаясь открыть рот и заговорить, потому что знал, что будет заикаться. Юнги в порядке. Лучше, чем хорошо, но он все еще нервничает, и это было слишком. Он попросил поцеловать Чимина, и это было прекрасно, но в его голове еще не до конца уложилось, что это произошло. Они превратились из друзей в нечто большее за долю секунды, и это было быстро. Хорошо, но быстро. Они передвинулись и поменялись местами на кровати. Юнги прислонился к изголовью, скрестив ноги, а голова Чимина лежала на его коленях. Они сидели в уютной тишине, и руки Юнги играли с прядями красивых розовых волос Чимина. Они были так близки, как никогда прежде. Несмотря на то, что Юнги только что поцеловал Чимина, он все равно сильно нервничал, боясь, что сделает что-то не так и испортит все хорошее, что произошло. С колен Юнги Чимин повернул голову и посмотрел на свой телефон, лежащий посреди кровати. Он протянул руку, чтобы взять его и включить. Его глаза расширились, когда он увидел полученные уведомления. От Тэхёна: Ты уже здесь? От Тэхёна: Чиминнннн Серьезно, где ты? От Чонгука: Ты опоздал на вечеринку Тэ на целый час. Он начинает раздражаться. Где ты? От Джина: Ты в порядке? Ты еще не пришел, и мы немного волнуемся. Эти сообщения составляли лишь десятую часть от остальных сообщений, которые он получил от своих друзей. — Черт, — вздохнул Чимин, садясь. Руки Юнги исчезли с волос Чимина, и он слегка поморщился от потери контакта. — Что? — спросил Юнги, глядя на Чимина с растерянным выражением лица. — Я забыл, о боже, — пробормотал себе под нос Чимин. Юнги все еще смотрел на него, пока Чимин набирал номер Тэхёна. — Я должен был пойти сегодня на вечеринку Тэ. Я забыл, — быстро объяснил он Юнги, ожидая, пока его лучший друг возьмет трубку. — Чимин, что за черт, — проговорил Тэхён в трубку, едва успев ответить. — Ты в порядке? Где ты был? Мы волновались. — Прости, Тэ, — тут же извинился Чимин. — Где ты был? Ты в порядке, да? — голос Тэхёна был наполнен только беспокойством за своего друга. Было странно, что Чимин не пришел на вечеринку или не ответил на сообщения, и его друзья очень волновались. — Я в порядке, — ответил Чимин. — Я был с Юнги. Я забыл о вечеринке. Прости. Слова Чимина полностью изменили отношение Тэхёна. Из обеспокоенного он превратился в раздраженного. — Ты серьезно? — риторически спросил Тэхён. — Мы так волновались, а ты не отвечал на сообщения, потому что был слишком занят общением с Юнги? С Юнги? Чимин нахмурился, услышав слова Тэхёна. Ему не нравилось, что Тэхён постоянно говорит плохо о Юнги, но он решил не говорить об этом сейчас, так как Чимин только что сделал кое-что, что могло расстроить Тэхёна и остальных его друзей. — Тэ, мне очень жаль, — снова извинился Чимин, разговаривая по телефону, его голос был искренним, так как он ждал ответа своего лучшего друга. — Ты буквально кинул меня и даже не написал мне сообщение, чтобы я знал, — в тоне Тэхёна смешались гнев и печаль, и это заставило Чимина почувствовать себя ужасно. — Я не кидал тебя, Тэ, клянусь. Я просто забыл, — ответил Чимин, умоляя Тэхёна поверить ему. Если бы он помнил о вечеринке, то не стал бы просить Юнги пойти на фейерверк. Он бы не бросил Тэхёна. Он не стал бы бросать никого, с кем у него были планы. Чимин не такой человек. Тэхён ничего не ответил на слова Чимина. С той стороны послышался лишь вздох. — Мне жаль, — повторил Чимин. Ему действительно было не по себе. — Неважно, Чимин. Все в порядке, — сказал Тэхён, хотя было очевидно, что не все в порядке. — Пожалуйста, не расстраивайся, — нахмурился Чимин, услышав тон Тэхёна. — Как я могу не расстраиваться? Мой лучший друг говорит, что забыл о вечеринке, о которой я буквально месяц рассказывал, и даже не написал, чтобы сообщить мне об этом, — ответил Тэхён. Чимин не понял, что хотел сказать Тэхён. Он намекает на то, что Чимин солгал о том, что забыл? Чимин действительно забыл, но он не хотел упрекать Тэхёна за его тон. Это вызвало бы еще большую ссору, а он этого не хотел. Тэхён, вероятно, все равно не хотел этого — он просто расстроен. — Прости меня, Тэ. Клянусь, я все исправлю, — снова нахмурился Чимин. Тэхён что-то пробормотал, сказав, что ему все равно, и повесил трубку. Чимин, вздохнув, уставился на телефон. Он почувствовал, что в уголках его глаз появились слезы, но быстро вытер их. — Чимин, что случилось? — осторожно спросил Юнги. — Тэ злится. Я забыл пойти на его вечеринку, — нахмурился Чимин. — О, — ответил Юнги. Это была его вина. Именно он заставил Чимина перестать сидеть с друзьями, потому что чувствовал себя слишком неловко. Именно Юнги заставлял Чимина все меньше и меньше общаться с друзьями, и именно Юнги был виноват в том, что Чимин забыл о вечеринке. — Ты в порядке? — спросил он. Чимин кивнул. Ему немного грустно, но он уверен, что все наладится. У Чимина и Тэхёна была своя доля споров за годы их многолетней дружбы, но они всегда мирились. Так будет и в этот раз, тем более что это была настоящая ошибка. Чимин был уверен, что Тэхён поймет и простит его, когда они все обсудят лично. — Да, — с улыбкой кивнул Чимин. — Такое случается. Это нормально. — Но он казался… ну, не знаю… каким-то расстроенным, — ответил Юнги. У Юнги была паранойя, что из-за этого спора их друг может сломаться, и что это будет его вина, так как он уводил Чимина. — Все в порядке. Я поговорю с ним об этом позже, когда все утихнет, и все будет хорошо, — позитивно улыбнулся Чимин. — Ты уверен? — спросил Юнги, и Чимин радостно кивнул. Несмотря на то, что Чимин кивнул, Юнги все равно не мог отделаться от мысли, что это все еще его вина. — А ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросил Юнги. — Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше? Чимин задорно улыбнулся и наклонился ближе к Юнги, так близко, что их губы почти соприкасались. От такой близости глаза Юнги расширились. Он опустил взгляд на свои пальцы, играющие с рукавами толстовки. — Хм… — Чимин на мгновение задумался, прикидывая, что может сделать Юнги, чтобы ему стало легче, хотя у него уже была идея, пока он с нежностью смотрел на нервничающего Юнги. — Может, ты меня поцелуешь? Мне бы от этого стало намного легче, — наконец заговорил Чимин. Юнги тут же смущенно улыбнулся, продолжая смотреть на свои рукава. Через мгновение он поднял глаза на Чимина. — Э-э, — нервно произнес Юнги. Это заставило Чимина улыбнуться. — Можно я тебя поцелую, Юнги? — спросил Чимин. Несмотря на то, что они уже целовались раньше, Чимин почувствовал необходимость спросить. Ему нужно было знать, что Юнги не против. Увидев робкий кивок Юнги, Чимин наклонился и прижался к его губам, после чего их поцелуй начался вновь.