Искажение

      В обед следующего дня Элизабет зашла в небольшое кафе «Мун» недалеко от редакции «Готэм Таймс». Устроившись за барной стойкой, она заказала сэндвич и кофе, достала все свои заметки по делу Джессики и начала неторопливо обедать, дожидаясь информатора.       Через некоторое время на стул рядом с ней сел невысокий молодой парень приятной, но самой обычной наружности. Он тоже заказал кофе, раскрыл газету и углубился в чтение. Элизабет скосила на него глаза и отодвинула в сторону недоеденный обед.       — Мисс Колвин? — шепотом спросил парень.       О, угадала!       — Вы мистер Джек?       — Да. Чем могу помочь? По телефону вы сказали, что у вас ко мне некое сложное дело.       — Мистер Джек, вы не могли бы посмотреть на меня? Мне сложно так с вами разговаривать.       Джек некоторое время колебался, потом поправил зачем-то одежду и повернулся к Элизабет. Сейчас, глядя на него анфас, девушка поняла, что где-то раньше уже этого парня встречала, но мозг упорно отказывался выдавать информацию. Все-таки сильной стороной Колвин была именно слуховая память.       — К чему эта конспирация?       — Я работаю в опасной сфере, и мне не стоит лишний раз подставляться, если вы меня понимаете.       Элизабет кивнула, признавая его правоту, и быстро придвинула к нему листы.       — Мне нужно, чтобы вы нашли человека по имени Боб Уилсон.       Договорить девушка не смогла: Джек, в этот момент сделавший глоток кофе, выплюнул его на газету. И хотя он поспешил спрятать лицо за носовым платком, Элизабет успела заметить выражение испуга и неуверенности.       — Простите, мисс, но, боюсь, я не смогу взять этот заказ. Найти человека только по имени невозможно.       Да ты его знаешь, маленький ты негодяй. Иначе бы не переводил хороший продукт.       — Ну что вы, я понимаю, что в многомиллионном городе по фамилии человека не найти. Здесь, — Элизабет постучала по листам ногтем. — Дополнительная информация. Мистер Уилсон знал полицейского Уолтера Тейлора, был опекуном его дочери Джессики Тейлор, которая лежала в нью-йоркской психиатрической больнице «Метрополитен». Предположительно, водит машину с номером 2L0310. — И чуть понизила голос. — Я не поскуплюсь на оплату.       — Ну, кхм, это меняет дело.       — Это еще не все. Мне нужно знать, что случилось с дочерью Джессики Тейлор Эми, при каких обстоятельствах погиб ее отец Уолтер Тейлор, желательно, найти его личное дело.       Джек уставился на нее круглыми глазами.       — Вы понимаете, что это будет дорого стоить?       — Сколько?       — Пятьдесят долларов.       На миг Элизабет омертвела, услышав подобную сумму. Да она на эти деньги два месяца жила бы!       Похоже, мне опять придется питаться одними сэндвичами.       — По рукам, — как можно более спокойно сказала она и отпила кофе из чашки.       — Половину авансом вперед.       Внутренне порадовавшись, что сегодня нужно было платить за квартиру, и деньги с собой были, Элизабет, внутренне стеная и плача, отдала двадцать пять долларов этому… мелкому вымогателю. Теперь ей придется занять, чтобы протянуть до зарплаты.       — Только начните поиск как можно быстрее.       — Конечно. Не хотелось бы расстраивать клиентку.       Через три дня позвонил Джек и назначил вторую встречу, но уже в другом кафе. В этот раз ничего заказывать они не стали.       — Здравствуйте, мисс Колвин, — поздоровался парень, усаживаясь напротив.       — Боб Уилсон, которого вы ищете — коп. Но предоставленный вами номер машины не зарегистрирован на него. Насколько я знаю, у Уилсона нет машины, а на работе он водит патрульную.       Значит, вещи Джессики забрал не он. Плохо.       — Вы отследили владельца машины с этим номером? — спросила она.       — Пока нет, вы ведь понимаете, это будет стоить дополнительных денег.       Элизабет с трудом удержалась от возгласа, потом взяла себя в руки.       Ладно, моя вера в порядочность людей умерла уже очень давно, поэтому я не буду злиться.       — Конечно, мистер Джек. Я заплачу, когда вы найдете этого человека. А что насчет Тейлоров?       — Джессика Тейлор никогда не была замужем, но у нее действительно была дочь, Эмма Тейлор. Она умерла, когда ей было двенадцать, восемь лет назад от воспаления легких. Есть официальное свидетельство о смерти и могила на местном кладбище.       Так значит, мистер Пьюзо был прав.       Почему-то Элизабет стало горько, когда она это услышала.       — А Уолтер Тейлор?       — Погиб при исполнении обязанностей, уличная перестрелка.       Девушка сузила глаза.       — Это точно?       Джек обиженно скривился.       — Обижаете, моя информация всегда верна.       Звучит все очень логично и связно, но почему у меня ощущение, что тут что-то не так? Ведь Джессику убили сразу после выхода моей статьи, меня саму уволили, а потом преследовали. Я не могу отбрасывать эти факты.       Элизабет поняла, что у нее кружится голова, и она совершенно ничего не понимает.       Надо встретиться с этим Бобом Уилсоном.       — Спасибо за работу, Джек. Жду информации о владельце машины.       — Рад стараться, мисс Колвин.       — Колвин, вы куда-то собрались? Что-то я не помню, чтобы давал вам задания за пределами редакции.       Голос мистер Кейна заставил Элизабет замереть у двери. Уайт тут же оторвал голову от своих записей и навострил ушки.       — Я направлялась в полицейский участок.       — По какому делу? Насколько я знаю, той перестрелкой, о которой вы писали, сейчас занимается прокурор Бозман.       — Эм, да, занимается. Но у меня есть еще несколько вопросов к полицейским.       Кейн внимательно посмотрел на нее поверх очков, пыхнул сигарой и махнул в сторону своего кабинета.       — Зайдите ко мне.       Элизабет поняла, что сейчас придется что-то говорить. Она не хотела до определенного момента посвящать кого бы то ни было в свое расследование смерти Джессики, пока у нее не будет убедительных доказательств своей правоты. Сейчас же, наоборот, все указывало на то, что у девушки просто слишком развита фантазия, и она достаточно наивна, чтобы верить на слово сумасшедшей.       Это явно не то, что стоит говорить своему начальнику.       Кейн расположился за столом, сложил руки в замок и посмотрел на Элизабет снизу вверх.       — Рассказывайте, что забыли в полицейском участке.       Колвин почувствовала себя нашкодившим учеником перед строгим учителем. Почему-то ей казалось, что бы она не сказала, Кейн ее не поддержит.       — Это касается женщины из моей статьи про «Метрополитен».       Кейн тут же напрягся, хотя и попытался это не показать.       — И что с ней? — притворно-равнодушным голосом спросил он.       — Она умерла недавно из-за пневмонии.       — Печально, конечно, но я не вижу связи между ее смертью и вашим посещением полицейского участка. Вы считаете, что смерть может быть неслучайной?       Сердце Элизабет бешено забилось.       Сказать? Не сказать?       — Смерть была очень внезапной, — осторожно начала она, ожидая реакции главного редактора. — Когда я видела ее в последний раз, Джессика не выглядела смертельно больной.       — Эта болезнь очень коварна. Люди могут сгореть буквально за несколько суток.       Она даже не кашляла.       — И все-таки, вам не кажется, что смерть мисс Тейлор почти сразу после входа моей статьи — слишком странное и своевременное событие, чтобы расценить это как простое совпадение? Возможно, это лишь верхушка айсберга, и если распутать эту ниточку, то мы вскроем нечто воистину грандиозное.       Элизабет с надеждой посмотрела на начальника, про себя молясь, чтобы он оценил открывающиеся перспективы, и журналистское любопытство пересилило осторожность. Ведь он же, в конце концов, репортер! Неужели годы сидячей работы потушили в нем огонь ищейки, идущей по следу новости?!       В глазах Кейна мелькнуло раздражение.       — Мисс Колвин, не каждое расследование стоит того, чтобы ради него рисковать жизнью. Если вы правы, и за историей этой сумасшедшей стоит что-то настолько серьезное, что люди, замешанные в этих делах, готовы на убийство — это лишний аргумент, почему не стоит лезть в это, особенно если ты штатный репортер. — Он выделил голосом «штатный». — Помните, что ваши действия могут поставить под угрозу не только вашу жизнь, но и жизни коллег, и я, как главный редактор, несу ответственность за безопасность каждого в этой редакции. Я не могу в угоду одному жертвовать другими.       Элизабет опустила голову. На самом деле, она не думала в этом ключе о последствиях своего расследования, но и отступиться тоже не могла.       — Если мы будем бояться за себя и молчать о преступлениях, не будет ли это сокрытием правды, а значит потворством преступникам? Если не мы должны выводить их на чистую воду, то кто тогда? Обычные люди не в силах это сделать, а полиция…       — Вы ходили в полицию со своими подозрениями? — перебил ее Кейн.       — Нет. Я хотела сначала разобраться в ситуации сама.       — Я запрещаю, мисс Колвин. История, в которую вы хотите ввязаться, по вашим же словам, очень серьезна. Одна вы не справитесь, и у вас сейчас нет достаточно могущественных союзников. Вам нужно нарастить мышцы, сделать себе имя в мире журналистики, обрасти связями — и вот тогда вы будете способны не просто героически погибнуть в борьбе за правду, но и смочь дожить до момента ее публикации. Так что пока выполняйте только те задания, которые даю вам я, и не занимайтесь самодеятельностью. Вам ясно?       — Да, — сдержано ответила Элизабет.       Выражение лица Кейна смягчилось, он затянулся сигарой и, выпустив дым, почти по-отечески посмотрел на девушку.       — Вы прозорливы и талантливы, Элизабет, но в силу молодости вам не хватает опыта и терпения. Я возлагаю на вас большие надежды, не исключаю, что вы станете одной из тех женщин-журналистов, слава о которых останется в веках, но пока вам стоит проявить больше осмотрительности. Не заставляйте меня волноваться о вас.       — Да, сэр.       — Тогда идите работайте. Надеюсь увидеть черновой вариант вашей статьи о предвыборных митингах уже к вечеру.       Колвин вернулась на свое место, села и бездумно уставилась на наполовину исписанный лист, вставленный в печатную машинку. Что здесь написано? Девушка не помнила. Трагедия Джессики заслонила все другие дела, и, наверно, в чем-то Кейн был прав — она действует слишком поспешно и необдуманно. Ей нужно держать себя в руках и быть всегда настороже.       И в первую очередь, чтобы о моих делах не проведал сам Кейн.       Элизабет понимала, что правильнее всего было бы поступить так, как сказал главный редактор. Это лучше и для нее самой, и для ее коллег, но, Боже, когда она поступала правильно?! С самого детства вечно попадала во всякие сомнительные истории, только чудом из них выкручиваясь и совершенно не учась на собственных ошибках.       Я просто проверю, совпадение это или нет. Ничего больше. Поговорю с мистером Уилсоном и на этом успокоюсь.       И все-таки осадок от разговора остался очень неприятный. Почему все вокруг видят ее как маленькую глупую девочку, неспособную за себя постоять или разобраться в том, что происходит? Из-за роста? Детского личика? В очередной раз прокляв свои слишком большие глаза, придающие ей несколько наивный вид, девушка собралась с мыслями, перечитала написанное и, найдя нужные заметки в блокноте, погрузилась в работу. Не стоит злить Кейна.       Когда статья была готова, уже наступил вечер, и девушка, сдав черновик на редактуру Адамсу, подошла к Девису, увлеченно что-то строчившему на листе дорогой бумаги. Если уж кто и мог ее прикрыть, то только он. Колвин уже давно заметила, что Кейн очень лояльно относится к любым просьбам Эдмунда.       — Девис, могу тебя отвлечь?       Мужчина оторвался от письма и расплылся в улыбке.       — Ты не можешь меня ни от чего отвлечь — для тебя я всегда свободен! — И спрятал недописанное письмо в папку.       Элизабет села на стул рядом с Девисом и мило улыбнулась.       — Мне сейчас очень нужно уйти по одному делу. Важному делу. Можешь меня прикрыть перед Кейном?       — Надеюсь, это важное дело не свидание? Иначе я отказываюсь помогать своему сопернику.       Чтоб тебя! Только одно на уме!       Проглотив злые слова, девушка склонила голову к плечу и сделала максимально невинный взгляд.       — Это по работе. Я расследую одно маленькое дело, но мистер Кейн не хочет, чтобы я отвлекалась от основной работы. Пожалуйста, помоги, ты моя единственная надежда.       Девис тут же приосанился, поправил свой неизменный галстук-бабочку.       — И что же это за дело, Бесс?       — Я дам прочесть тебе черновой вариант статьи по нему. Будешь первым, кто его увидит.       — Ну как я могу не помочь столь прелестной леди, да еще и при столь выгодных условиях? — спросил Девис и подмигнул ей. — Беги, Элизабет, и не волнуйся за начальство. Пока я на твоей стороне, оно ничего тебе не сделает.       — Спасибо.       На миг сжав его ладонь, Колвин вскочила, подхватила свое пальто с вешалки и поспешила убежать, пока, чего доброго, Девис не передумал.       В этот раз в полицейском участке было тихо. Элизабет подошла к дежурному, сидевшему низко склонившись над столом, и поздоровалась.       — Я ищу человека по имени Боб Уилсон. Не могли бы вы подсказать, в каком участке… подождите-ка. — Колвин сначала ошарашенно замолчала, потом просто взорвалась от негодования. — Джек?!       Дежурный офицер в испуге огляделся по сторонам, но тут же спохватился и попытался принять недовольный вид.        — Вы обознались, мисс. Меня зовут Джон.       — Ничего я не обозналась. Может, я и не очень хорошо запоминаю лицо, но вот голоса — идеально, особенно тех хитрых плутов, что выманили у меня полсотни долларов. Я бы узнала тебя в любой форме.       — Прошу, выбирайте выражения и проявите побольше уважения. Вы все-таки в полицейском участке, а я офицер при исполнении.       Ах, вот как ты заговорил, вымогатель. Ладно, сейчас я тебе устрою. У меня как раз настроение ни к черту.       — Хорошо, офицер, тогда прошу, примите у меня заявление о нелегальной деятельности информационного брокера по имени Джек.       Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, и, наконец, Джек стушевался и опустил глаза.       — Простите, мисс Колвин. Вы пришли к Уилсону, верно? Я вас провожу.       — О, так вот как вы его нашли всего за три дня. Он ваш коллега! — Элизабет нависла над Джеком подобно Немезиде. — Я хочу назад свои деньги.       — Подождите, мисс Колвин. Давайте договоримся! — Он поднял руки в жесте капитуляции. — Как насчет такого предложения? Я разыщу хозяина интересующей вас машины бесплатно.       Элизабет презрительно вскинула бровь.       — И все последующие заказы с огромной скидкой! Но только все строго между нами остается, — продолжил Джек.       Все внутри кричало о том, что этому ушлому дельцу нельзя верить, но других информаторов у Элизабет не было, и ей пришлось согласиться. Пока что он давал, вроде, верную информацию.       — Ты разыскиваешь хозяина машины бесплатно и на все следующие заказы скидка пятьдесят процентов, — сказала она.       Джек закивал с такой поспешностью, что Элизабет поняла, что продешевила.       — Принято! Пойдемте, я отведу вас к Уилсону.       Здание полицейского участка было подобно лабиринту. Элизабет уже сбилась со счета, сколько поворотов они прошли, когда Джек остановился у кабинета, на котором висела табличка «Лейтенант Боб Уилсон».       — Удачи, мисс Колвин, — сказал он и тут же исчез в этих коридорных хитросплетениях. Девушка вздохнула, мысленно пожелала ему всего хорошего и постучалась.       — Войдите.       Едва увидев Уилсона, Элизабет поняла, что сегодня воистину день совпадений. Перед ней сидел тот же самый офицер, с которым она спорила по поводу расследования перестрелки в кинотеатре «Орнальд». Он, видимо, тоже ее узнал, потому что моментально скис и нахмурился.       — Мисс Колвин? Что вам опять здесь нужно? Дело о перестрелке в кинотеатре у нас забрали, ничем помочь не могу.       — Вы Боб Уилсон?       — Да, это мое имя.       — Я пришла из-за Джессики Тейлор.       В маленьких глазах Уилсона вспыхнуло волнение.       — Джессики? Что с ней?       — Она умерла почти три недели назад от пневмонии.       — Ох. — Он опустил голову и сжал кулаки. — Я не знал. Мне никто не сказал.       — И не могли сказать. Вы были указаны как опекун мисс Тейлор, но почему-то никаких данных как с вами связаться в больнице не оставили.       — Да, я знаю. Боже. Это моя вина. — Он поднял на нее взгляд, полный боли и сожаления. — Я отказался сообщать свои контакты. Не знаю, как вы меня нашли, но… — Уилсон наконец-то справился с шоком. — Спасибо, что сообщили, мисс Колвин. Я займусь ее похоронами, организую все необходимое.       Он точно не забирал вещи Джессики. Такую реакцию не подделаешь.       — Все уже устроено. Она покоится на городском кладбище, рядом с отцом.       — Кто ее похоронил?       — Я.       Уилсон вытаращил глаза.       — Почему? Она же вам чужая! Всего лишь сумасшедшая, о которой вы написали статью.       — Именно поэтому она мне больше не чужая. Я вмешалась в ее судьбу и в некотором смысле несу ответственность за то, что с ней произошло. — Элизабет сделал несколько шагов к его столу. — Вы не навещали ее уже очень давно, с вами никак нельзя было связаться. Джессика оказалась совсем одна против целой больницы, наедине со своей болью и безумием. Я не могла оставить ее тело в «Метрополитен», вы знаете правила — прах больных, с родственниками которых не смогли связаться, утилизируют через некоторое время. Вы этого хотели, чтобы Джессику утилизировали как мусор?       — Нет, конечно, нет! — выкрикнул Уилсон и сжал зубы. — Вы не понимаете, мисс Колвин. Я не мог на нее больше смотреть. Не в таком состоянии. Я же знал ее с детства, на своих плечах катал, и теперь видеть, что с ней стало… я просто не мог. Это выше человеческих сил.       Он нервно сжимал и разжимал кулаки. На миг Элизабет стало его жалко, но она подавила в себе это чувство.       — Вы ведь дружили с ее отцом, Уолтером Тейлором, — продолжила она более низким, проникновенным тоном, целясь наугад. — Он доверял вам как брату, верил, что если с ним что-то случится, вы защитите Джессику. А вы так поступили с его дочерью. Уилсон вздрогнул и затравленно посмотрел на Элизабет.       — У меня не было выбора.       — Вы так в этом уверены?       — Я надеялся, что ее вылечат.       — Вы предали их.       — Неправда! — Уилсон вскочил и грохнул кулаком по столу.       Элизабет вздрогнула от его ора, в желудке словно кусок льда появился, но она поспешила придать себе как можно более невозмутимый вид.       — Что случилось с Эми?       Он замер. В темных глазах мелькнул испуг, взгляд забегал.       — Почему вы спрашиваете?       — Джессика говорила, что ее дочь пропала.       — Джессика сошла с ума и придумала это. Эми умерла.       — При каких обстоятельствах?       — Не помню точно. — Уилсон сложил руки перед собой и зло посмотрел на Элизабет. — От пневмонии, кажется.       — Вы так дружили с этой семьей и не помните точно, от чего умерла единственная внучка вашего друга?       — Да, не помню! Это было тяжелое время, я старался забыть об этом.       Элизабет нахмурилась.       — Почему вы не оставили контактов, чтобы с вами можно было связаться?       — Чтобы меня не дергали лишний раз. Я очень занятой человек, знаете ли, мисс Колвин. Преступников ловлю!       Девушка с трудом удержалась от язвительного комментария.       — Когда я видела Джессику в последний раз, она была абсолютно здорова, но вдруг заболела и умерла спустя несколько дней после выхода моей статьи. Вам не кажется это странным?       — Совпадение.       — Вы уверены? Зачем же тогда почти сразу забрали ее вещи, прикрывшись именем давно умершего отца?       — Может, перепутали, решили, что у нее есть что-то ценное! Мало ли кому могли понадобиться вещи Джессики, подозреваемых сотни, от простых воров до сектантов. У вас слишком бурная фантазия, мисс Колвин! Кому нужно было убивать безобидную сумасшедшую?       — Я надеялась, что это мне скажете вы.       Уилсон вскочил.       — Вон! — заорал он. — Вы мне надоели, бумагомаратели вшивые! Лезете куда не надо! Я больше ни слова не скажу, и если вы немедленно не уберетесь, пеняйте на себя!       — Не надо меня пугать! — в ответ взъярилась Элизабет. — Я просто хочу докопаться до правды и узнать, что на самом деле произошло восемь лет назад!       — Зачем?!       — Мне жаль эту женщину!       Полицейский вдруг потух и устало посмотрел на девушку.       — Мой вам совет — забудьте обо всем. Ничего не произошло, это все просто бредни воспаленного сознания несчастной Джессики. Вы поверили ненадежному источнику и написали недостоверную статью. Смиритесь с этим и идите дальше. — Он снова сел на стул. — Уходите, мисс Колвин. Мне надо работать.       Больше говорить было не о чем. Элизабет пришлось уйти.       Нет, ну, может, действительно совпадение? А тот бандит напал на меня не из-за Джессики, а больницы? Я ведь хорошо подмочила им репутацию. Тогда все это не более чем цепь совпадений, и я увидела заговор там, где его нет.       Элизабет в раздражении пнула камешек, оказавшийся перед ней, и пошла дальше по парковой дорожке. Этот день определенно не задался. Сначала выволочка от Кейна, теперь плохо завуалированное обвинение во лжи от Уилсона. Почти все вокруг упорно твердили ей, что похищения не было, Джессика умерла сама, а все подозрения Элизабет не более чем разыгравшееся воображение. И что самое гадкое, есть даже документы, подтверждающие, что в этом деле действительно нет ничего особенного.       Но слишком странно ведут себя все, кто хоть как-то в этом замешан. Администрация больницы, Мартин, Уилсон. Словно что-то знают, но молчат.       Или мне опять кажется? Может, Уилсон прав, и я, выпустив статью с непроверенными данными, теперь боюсь, что окажусь не права? Вряд ли это скажется на моей репутации, то дело уже замяли, но для меня самой разве не удар, если все и вправду окажется не более чем бредом умалишенной? Нет, все совсем не так! Или?       Я не знаю. Мерзкое, мерзкое дело. Мне кажется, что я тоже медленно схожу с ума.       Моя единственная ниточка — это номер машины. Надо дождаться информации от Джека.       Элизабет резко остановилась и посмотрела наверх, на розовеющее от заката небо. Хороший теплый вечер. Хотелось бы ей, чтобы и у нее на душе было так же тепло.