Вечера вулканской культуры

Джим с самого утра терзался сомнениями. Может, он просто не был приспособлен постичь вулканские медитации? Он честно пытался сосредоточиться на голосе Спока, на дыхании, но мысли его постоянно куда-то ускользали, потом начал чесаться нос, да так, что было очень сложно сохранять неподвижность. И вроде через пару минут зуд утих, и что-то даже стало получаться – ощущение вязкой пустоты вокруг он помнил очень четко… Тут его, видимо, и вырубило. Мучали не только сомнения; совесть тоже поднимала голову: как так, он сам Спока попросил –Джим прекрасно понимал, что тому нелегко впустить в настолько личное занятие даже своего партнера – и сам же уснул, всем своим поведением продемонстрировав полное отсутствие интереса. В общем, все это он и вывалил Споку после смены, когда они уединились в своей каюте, переоделись, и тот спросил, хочет ли Джим дальше продолжать с медитациями или предпочтет партию в шахматы. – Джим, – сказал Спок с безотчетной нежностью, которую Джим стал все чаще замечать в его голосе, – даже вулканцы не могут с первого раза достичь требуемого состояния. А настоящего мастерства они достигают только многочасовой и ежедневной практикой в Голе. – Но я же заснул, даже четверти часа не прошло… – Джим сел рядом со Споком и прижался к нему. Все чаще он замечал, что ищет близости, не связанной с сексуальным возбуждением: объятие, или вулканский поцелуй, или вот такое ощущение чужого плеча под щекой. Спок приобнял его, закинув руку ему на плечо. Принятие и нежность перетекали между ними по связи. – То, что ты ушел в сон – довольно хороший признак, поскольку у тебя получилось расслабиться. Возможно, и мое решение начать без подготовки было неверным, и повлекло за собой именно такой ход событий. Ты не знаешь, что именно можешь получить в ходе практики. А я не знаю, что ты хочешь от нее получить, и потому не уверен, что выбрал правильный метод. – Я не очень уверен, что хочу получить, – вздохнул Джим, – ты же меня знаешь, у меня цель обычно появляется где-то на полпути к ее достижению. А до тех пор просто… наощупь в потемках. – Но ты обычно добавляешь, что у тебя есть какое-то «ощущение», которое тебя и ведет. Какое оно сейчас? – Оно просто есть и говорит мне не прекращать, – неловко из-за позы пожал плечами Джим, – а разве вы обращаете внимание на ощущения и чувства? В медитации? – Медитация – это единственное время, когда вулканцы обращаются к ним, за исключением пон-фарр. Чаще всего это необходимо для того, чтобы очистить разум не только от своих, но и от чужих эмоций, проникающих сквозь щиты. Особенно остра эта необходимость среди тех, кто живет в обществе пси-нулевых существ. – А, то есть ты поэтому медитируешь каждый день? – Именно. Цель моих ежедневных медитаций – покой в уме. И не без твоей помощи добавилось еще распознавание эмоций и чувств. Джим ничего не ответил, и в каюте воцарилось уютное молчание.