Роковая встреча

— Такого я не ожидал, честно, — ответил, отойдя из состояния недоумения, Василий. — Я сам курю и знаю, зачем это нужно, но откуда твоей привычке взяться? Саша пожал плечами. Он не видел в курении ничего такого. Поначалу было горько и неприятно, а потом втягиваешься. Зато это приятно расслабляет, помогает на время забыться. Да и бывший хозяин был не против выдавать вместо оплаты прибывшие сигареты, которые он сам не курил. — Я могу дать сколько хочешь пачек сигарет, но советую отказаться от такого предложения. — Почему? — искренне не понимал мальчик. — Узнаешь, если не откажешься, — Василий подумал о том, что мальчик лишь из-за любопытства готов будет согласиться на сигареты, поэтому добавил, — или узнаешь, если откажешься. Только потом. Хочу посмотреть, что ты выберешь. Саша задумался. Не нравилось ему это предупреждение. Но и курить хотелось. А теперь ещё было любопытно, в чём секрет Василия. — Ладно, я поменяю на что-нибудь другое, — согласился мальчик. Он не знал, что сделает Василий, но понимал, что тот придумает какой-нибудь способ изъять сигареты, не нарушая договора. — Можно только я подумаю? Или оставлю на будущее, а потом в самый подходящий момент воспользуюсь желанием? Теперь уже такие условия не нравились взрослому. Мало ли что и в какой момент взбредёт в голову малолетнему бандиту. Но также у Василия был главный козырь в рукаве: он здесь главный и ему диктовать условия игры, если ему не нравится желание — он не исполняет его, а любые возмущения можно пресечь угрозами. Только ему не хотелось обижать мальчика, вероятно это негативно скажется на душевном состоянии ребёнка, подорвёт доверие к людям окончательно, а у Саши явно с этим проблемы. Поразмыслив немного, Василий дал положительный ответ, чему Шурик был, конечно, рад. — А если бы я продолжил стоять на своём? — поинтересовался Саша. — Я бы выдавал новую пачку сигарет, каждый раз, когда заканчивалась старая, — Василий поймал удивленный взгляд мальчишки. Эта полная непонимания физиономия не могла не умилять. — Но не всё так хорошо кончается. За каждую выкуренную сигарету полагается наказание. Соответственно для получения новой пачки нужно принять минимум 20 наказаний, именно столько сигарет в пачке. За Беломор получается 25 с коэффициентом 1,6. — Почему 1,6? . — Больно крепкие, а 1,5 даёт нецелое число. А так как это моя формула, я могу брать коэффициенты, которые мне нужны, поэтому я беру больше, ведь больше лучше, чем меньше. То есть только этот вопрос мучит тебя? — Понятно. Беломор курить не стоит. Лучше брать какие-нибудь без кофицантов, — Саша постарался повторить непонятное для него слово с достаточной точностью, чтобы не вызвать ощущение, что он слишком тупой. Василий замахнулся, как будто собирался влепить подзатыльник, подкрепляя это обещанием дать по шее и не забыв напомнить про возраст, но так и не ударил. Впрочем и не собирался. Видя, как мальчик рефлекторно прикрыл голову и отскочил с линии огня, он даже устыдился своих действий. — Детям вредно курить. Они от этого хуже растут. Саша фыркнул в знак несогласия. Дети могут плохо расти из-за недостатка еды, но сигареты то тут причём? Тем более этот дядька явно курит, а вырос почти двухметровым. — Что-то не так? — Василий смотрел на мальчика так, будто за положительный ответ, он готов был, как минимум, убить. — Да нет, всё так. — согласился Саша. Больше ему ничего не оставалось делать. — Что случилось? — Василий заметил как сник мальчик. Его лицо выражало если не крайнюю степень сожаления, то явно что-то близкое. Мальчишка тот ещё артист. Он решил подбодрить подростка, положа руку на плечо. — Было бы из-за чего расстраиваться. То есть… — мужчина запнулся, подумав, что может он совсем не из-за сигарет расстроен. — То есть тебя расстроило, что я запретил курить? — Да я не расстроился, — соврал парень. — Знаешь… — мужчина резко схватил ребёнка за ворот рубахи, приподнимая вверх. Саше пришлось приподняться на цыпочки. — Я не собираюсь разгадывать загадки. Либо говоришь прямо, либо ничем помочь не могу. Василий отпустил мальчика. Он не хотел его пугать, даже голос не стал повышать, хотя и чувствовались стальные нотки, но всё же в голубых глазах читался страх. Вероятно тот думал, что его побьют сейчас. Вася сам не считал себя терпеливым и лояльным к окружающим, но понапрасну бить бы не стал. — А ели я соглашусь с условиями? -внезапно спросил мальчик. — Что за наказание? Василий задумался. Ему затея перестала казаться хорошей. Изначально планировалось выдавать по пять ремней за сигарету. Но если так подумать, то получалось довольно внушительное наказание, если пороть за пачку целиком, но если пороть за каждую сигарету по отдельности, то наказание перенести было бы слишком легко. Мужчина представил как поступил бы его отец. То, что тот просто хорошенько отхлестал бы первым попавшимся в руку предметом, поймав своего ребёнка на курении, было очевидно как дважды два. По-хорошему Василию следовало влепить нахалу подзатыльник и пригрозить, что если поймает с сигаретой, то устроит такую выволочку, что лучше не говорить о таком даже. Но тогда он получается противоречит своим же словам. Решив не нарушать обещаний, мужчина принял правила игры, но решив ужесточить, и без того показавшееся ему строгим, наказание. — Вряд ли тебе понравятся мои условия, но математика тут простая, следи за цифрами: за каждую выкуренную сигарету полагается пять ударов, три из которых ремнем, — Василий загнул три пальца, — остальные два крапивой, розгой и всем, чем можно пороть на выбор. Саша задумчиво закусил губу, принявшись обдумывать предложение. Если курить экономно, то трёпка его ожидать будет раз в месяц, но это в лучшем случае. Сама порка пугала, но не смертельно. Василий хоть и был выше, судя по комплекции ещё и сильнее, прошлого хозяина (так ещё где-то отслужил), но по нему видно было, что не сможет покалечить. А пару дней потерпеть болящий зад можно. Решено было продолжать пагубную привычку, с пометкой в голове постараться бросить побыстрее, пока Василий, заметив, что наказание никак не влияет на потребление табачных изделий, не решит ужесточить правила. — Может обойдёмся без насилия? Могу дополнительно отработать, сверх плана. Василий на минуту застыл, не зная, как ответить. Сигарет было не жаль, в армии выдавали с хорошим запасом курево, а во вкус он вошёл совсем недавно. Зачем бить, если можно заставить отрабатывать? Но какое-то внутреннее чувство диктовало правила игры. Даже закалённый боями военный не мог совладать с желанием заботиться о мальчишке. А как говорится: бьёт — значит любит. — Хорошая идея, сначала будешь отрабатывать сигареты, а потом уже получать выволочку за них. Саша недовольно поджал губы. С такими правилами хоть курить бросай. Но бросать не хотелось, но и возмутиться было невозможно. Тяжело жить на положении наёмного рабочего. — С сигаретами понятно всё, я надеюсь. Не хочу сталкиваться с недопониманием, придётся очень болезненно второй раз объяснять. Саша кивнул. Ему не нравились эти угрозы. Благо Василий больше не приставал с угрозами, просто достал какую-то пачку сигарет из шкафчика. На красной упаковке красовалось название «Прима». — Не самокрутки же тебе курить, — только и бросил мужчина. Остаток дня прошел примерно как первая половина дня. Василий давал задания: дорубить дрова, прополоть, полить грядки и прочие мелкие указания, (справедливости ради сам он тоже не бездельничал), покормил, но потом пытался загнать в баню отмываться, дословно цитируя: «чтобы хоть на приличного человека стал похож». Саша не любил такое, но понимал, что лучше не спорить. Выгнать не выгонят, но будет стыдно, если мужчине станет сам его мыть как утром. И так было неловко раздеваться догола перед фактически посторонним человеком. — Откуда всё-таки шрамы? — спросил Василий, проводя рукой по старому шраму на спине мальчика, когда тот сняв рубашку пытался аккуратно её сложить. Саша вздрогнул, развернулся и рефлекторно ударил по руке, которая бесцеремонно лапала его тело, по крайней мере он так ощущал. — Не ваше дело. На себя бы посмотрел. — Саша начал было кричать, но уже на втором слове его голос упал и договаривал он уже немного дрожа от страха. — Извините, оно само. Лейтенант совсем не обиделся, только отошел на несколько шагов в сторону, продолжив раздеваться. — Я не люблю эти формальности, можно просто на ты. Просто Василий. А ты просто Шурик, идёт? Только без хамства. — Эээ, хорошо, — Саша немного покраснел. Он ожидал услышать грозную тираду, как минимум, и надеялся, что Василий ещё придумывает самые страшные муки для него. Так было бы правильно. — Никому не приятно слышать хамство в свой адрес. Если я тебя чем-то обидел, то скажи об этом, я подумаю над твоими словами. Иногда я бываю вспыльчив, поэтому советую не искушать судьбу. Сейчас тебе повезло, что я не врезал тебе машинально. — повисла пауза, — я знаю историю каждого своего шрама, из приятного в этих случаях только то, что я всё ещё жив. — Прости, я не хотел. — Никого не волнует, что ты хотел, а что нет. Хотеть можно одно, а делать другое. Никто не сможет проникнуть в голову, чтобы узнать, а что же ты там хочешь. Саша постарался не закатывать глаза. Все эти нотации его изрядно раздражали. К счастью, Василий удовлетворился молчанием и больше не приставал где-то минут десять. — У тебя волосы всё ещё грязные, — сделал замечание Василий. — Если что они от рождения темные. — Я смотрю тебе понравилась утренняя процедура, — не став тратить время, мужчина схватил за волосы своего подопечного и мокнул головой в тазик с водой. Саша что-то пробулькал, но из-за воды слова получались неразборчивы. Можно было начать драться но силы были не равны, а поражение сулило много неприятностей, впрочем, как и победа. А Василий спокойно намыливал волосы, крепко удерживая при себе мальчишку левой рукой. — Это отвратительно, мне же не пять лет. — Я знаю, но так проще. Я не могу назначать тебе наряды постоянно. Да и это такие мелочи, из-за которых конфликтовать не хочется. Но я сделаю так, чтобы ты захотел слушаться. Второе погружение под воду Шурик перенёс спокойно, как и остаток вечера, стараясь не испытывать терпение Василия. Но тоже не долго. — Курить вредно, — теперь уже Саша решил сделать замечание Васе. — За сегодня всего дважды, — мужчина ещё раз затянулся сигаретой. — Даже до дневной нормы не дотянул. Василий внутренне позабавился. Мальчик хотел отыграться. Но военный слишком сильно привык табаку. Для него курение уже было ежедневным ритуалом, и уж точно какой-то мальчишка не сможет его отговорить, даже такой забавный. — Кстати, завтра выходной у тебя, просто приберись в доме, чтобы было чисто. Можешь приготовить обед, если умеешь и если найдёшь из чего. — Выходной? — Я не знаю, чем тебе заняться. Книжку почитай, уроки повтори. Стой, — Василия внезапно осенило. — Ты же ходишь в школу? — Я там был, мне не понравилось. Какие-то бесполезные знания… — Саша не успел договорить, так как по его затылку прошлась ладонь новоиспечённого воспитателя. — Ауч. — Это за то, что ты балбес. Как давно тебе надоело учиться? — В прошлом году, — парень отошёл на пару шагов от своей потенциальной угрозы получения подзатыльников. — В этом году не ходил? — Неа, — ответил Саша, сделав ещё пару шагов в сторону. Вася хотел ещё раз треснуть этого балбеса, но сдержался. — Завтра поговорим, вали спать. Можешь брать любые книги, если, конечно, умеешь читать. А по поводу школы я подумаю, что и как делать. — Да не нужна она мне. — Сейчас как дам, не нужна она ему! — Василий замахнулся но больше для острастки, чем для реального удара. — Иди спать. — Спокойной ночи. — Угу.