Цветы и клыки

      У Тэхёна по спине пробежал жуткий холодок, подкрался к нутру и связал желудок. Дышать стало невозможно. На его космах чётко ощущается горячее сиплое дыхание, плавящее кожу, словно огонь масло, на голове. Тело прошибает липкий страх. Он забыл дома дуно и свистуль. Тэхен на грани истерики. Он рывком, слишком резко поднимается с куста и тут же скошивает гримасу от скребущей, словно когти, боли. На листьях остались кусочки одежды и маленький клочок каштановых волос. Глаза Кима, лихорадочно смотрящие на куст, настолько широко открыты, что уже готовы вывалиться на траву, под ноги. Из высокой травы кто-то хрипло и агрессивно рычит. Там сидит, и скорее всего, давно поджидает его чудовище. Сквозь листья выглядывает свирепая морда волка, злобно скалящегося, демонстрируя тонкие восковые клыки и розовый шершавый язык, создавая морщины на носу и переносице. Подорвавшись с места, Тэхён, подобно загнанному оленёнку, бросается прочь от хищника, по пути стирая слёзы.       Зарычав и мощно напрягши мышцы, выскакивает небольшой исхудалый оборотень, клацнув от дикого голода зубами.       Корзинка, оброненная по дороге, лежала на розовых камелиях.

***

С этого дня Тэхён перестал ходить на тот луг. У него до сих пор судорожно тряслись коленки, стоило ему только услышать хруст. Всё своё свободное время, чего было два вагона с тележкой, мальчик посвящал помощи родителям, которым о той встрече еще не рассказал. Боялся, что если они пойдут разбираться, то их загрызут. Однако, родители что-то заподозрили.       Смотря, как отец отсекает голову курице, Тэхён выглядел очень задумчивым. Ему вовсе не жаль птицы. «А что если бы с ним как с той курицей расправился оборотень?» — вот о чем он думал. Нет, вернее от этих мыслей пытался избавиться. Из перерезанной шеи густыми толчками хлыщет алая жидкость, пачкая белоснежное оперение в вызывающе бордовый. Кровь стекает с благородного тесака на зелень, которую клюют безмозглые куры. Тэхён отвернулся, больше не в силах смотреть на труп. Отец снял испачканные перчатки и вытер рукавом рубахи бусины пота со лба.       — Ты чего, сын-а? — Заметив, как тот побледнел, отец насторожился. Мальчик словно очнулся.       — Ничего, я просто кое-что забыл, — Отец садится на мокрую землю, которую недавно поливал Тэхён. Во взгляде читается суровость и напряжение, будто в мыслях решается сложная задача.       — Глянь, какая хорошая погода, — говорит мужчина и чуть щурится, смотря на солнце, выглядывающее из облаков, что приобрели золотые контуры.       — Пап, ты к чему это? — морщит лоб сын, чувствуя тревожность и явно подвох. Обычно родители так начинали, когда хотели о чём-то попросить.       — Я к тому, что ты давно не выходил гулять. Что-то случилось?       — Да нет, просто что-то мне не хочется, — голос звучит неуверенно. Тэхён надеется, что его не выгонят на улицу. Отец еще минуту вглядывается в сына. Кажется, догадался, что тот что-то скрывает.       — Тэхён, это они должны тебя бояться, а не наоборот, — отец строго говорит и поднимается, давая понять, что тому не выкрутиться.       Надежды Тэхёна не оправдались. Вручив растерянному мальчику новую корзинку и напялив соломенную шляпу, чтобы не подгорела голова, его выгнали собирать на той поляне грибы. Чертовы шампиньоны, да чтоб вас коровы затоптали.

🌱🌱🌱

      Как не привычно быть снова здесь. Словно век тут не был, а хотя прошло только три месяца. Мальчик неуютно топчется около ограды, в тени столетних дубов. Если честно, то он даже рад здесь снова быть, правда, сердце все равно готово пробить ребра от беспокойства.       Впереди раскинулись душистые зеленые поля, маня к себе шелестом травы. Свистуль и дуно на этот раз при себе, так что волноваться не стоит (?).       Аккуратно перейдя через прутья и оглянувшись, Тэхён шагает по тропе. На горизонте пусто, лишь заброшенное домишко одиноко стояло в поле. Нырнув в траву, он сел на корточки. Где тут ваши грибы? Нагнувшись, мальчик ползет на коленках, заглядывая под каждую травинку.       За последнее время набеги волколюдов сократились до двух раз в месяц, что не могло не радовать народ. Наверное, те решили покинуть эти края. Однако некоторые оборотни до сих пор были где-то среди них. Но они пока они не выделялись в толпе, так что можно временно не волноваться. Впрочем, все же не стоит забывать, кем они являются.       Тэхён с трудом поднимает корзину, ведь та до отказа полна. Ким закусил губу. Пойти домой или немного порезвиться? Ничего же не случилось? Но трехмесячный затворник в душе дает о себе знать. Спрятав лукошко в кустах и вдохнув побольше сладкого кислорода, мальчик сиганул вглубь луга и поскакал, словно маленький ягненок. В груди свободно, а в голове пусто. Все мрачные мысли, не дававшие покоя, на время забылись, как дурной сон. Какое же это счастье, быть свободным от мрачных мыслей, что преследовали несколько дней и душили безмолвием. В поле зрения круженного Тэхёна появляется торчащий корень из-под травы. Он подпрыгивает в воздух, думая, что сможет его перепрыгнуть.       Однако, силу не расчитал. Зацепившись лодышкой о косяк, он автоматически выставляет руки вперед, позорно летя вниз. Промелькнула мысль, что сейчас будет очень больно. Зажмурившись, Тэхён приземляется на что-то живое. Черноволосый мальчик, зажатый Тэхёном, черными глазищами, полные удивления, уставился на него. Время словно остановилось. Перестав дышать, они замирают. Внешние звуки будто отключились. Лишь легкий ветерок теребил их волосы. Кто это, мать вашу? Первый вышел из оцепенения. Когда Тэхён опомнился, то уже они поменялись местами. Теперь он оказался прижатым к земле. Их руки, утопающие в зелени, сплелись, не давая ему и двинуться.       — Ты кто такой?! — Разорвав тишину, мальчишка оскалился на манер льва. Тэхён на миг забыл весь словарный запас.       — К…Ким Тэхён, — мямлит назвавшийся, в растерянности смотря на мальчика. Грудную клетку чуток сдавливает. И снова гнетущая тишь.       --…Чон Чонгук, — только спустя пять секунд отвечает он, с интересом разглядывая новоиспеченного знакомого. Расплетает пальцы.       — Пусти, — хрипит Ким, упершись освободившимися потными ладонями о его грудь. Не удобно вот так лежать, да еще прижатым кем-то. Выдохнув тяжко на сморщившееся лицо мальчишки, Чонгук быстро поднимается, понимая, что так лежать было очень странно. Отряхнувшись, оба взглянули друг на друга. Кажется, это странное начало — начало их крепкой дружбы.

***

У Тэхёна появился новый повод для похода на луг. Каждый день он приходил и встречал заждавшегося Чонгука, который, делая вид, что его не ждал, лежал на цветах, следя за облаками. Они довольно быстро сдружились. Вместе они собирали цветы, вместе делили угощение, что приносил Тэхён. Рассказывали друг другу истории, свои мнения по поводу каких-нибудь случаев, в целом, хорошо проводили время. За этот недолгий промежуток Тэхён узнал о Гуке немного. Он живет с матерью, отца его застрелили, — и больше не проронил и слова. Чон не подпустил его поближе. Но Тэхён не против. Главное, что бы тот не перестал с ним общаться.       По привычке уложив голову на бёдра Чонгука, Тэхён рассказывал ему, как однажды встретил волкодава. Как его сердце тогда чуть не остановилось, как бежал, испугавшись чудовища. Да так ярко он описывал делали, что Чон плотно стиснул челюсти. А еще он спросил, какого цвета был волк. «Серый», — захлопал ресницами озадаченный Тэхён. Внимательно того слушая, Гук смотрел на проплывающие тучи и о чем-то думал.       — …Я тогда так испугался, — взбудораженный воспоминаниями Ким никак не мог остановиться. Походу, он даже гордился. Гук поворачивает к нему голову и смотрит в упор немигающим пронзительным взглядом. Тэхену становится не по себе. Может, он что-то не то сказал? Из-за того, что стало неудобно лежать (стало неудобно от Чонгука), Тэхен поднимает голову с колен Гука и выпрямляется, сев.       Повисла опять неловкая тишина, что душила безмолвием.       Начал собираться дождь.       — Испугался? — едко усмехается Гук. Тэхён вопросительно приподнимает бровь. И повернув к тому голову, вплотную встречается с его лицом. Ким буквально чувствует его жаркое дыхание на своих щеках, становящихся почему-то лихорадочно красными. Слишком близко. Слишком интимно. Гук опустил глаза на губы Тэхёна.       — Хочешь, я тебе кое-что покажу? — Тэхён готов поклясться, что Чонгука загорелись пламенем глаза. Отпрянув, тот мигом поднимается и принимается спешно раздеваться. Стягивает хлопчатобумажной рубаху, спускает штанишки. В конец сконфуженный Ким озадаченно хмурится, для объяснений от друга. Тот полностью разделся. Что тут происходит? Чонгук, смотря на Тэхёна, за секунду перевоплощается в черного волка. Раздался выстрел.