Выбор сердца.

      Дни тянулись медленно и однообразно, сменяясь такими же скучными ночами, а после все начиналось с самого начала. Всю неделю погода стояла поистине паршивая, почти постоянно шёл проливной дождь, от чего земля не успевала впитывать поступающую влагу, образуя ужасные лужи. Бушующий ветер гонял мокрую от дождя листву, обламывал маленькие веточки и сучки, что царапали кожу. Солнце почти не выглядывало, только изредка можно было угадать его силуэт по очертаниям за одной из громовых туч.       Хоть Джерар и отпустил Тейта, но продолжал пристально за ним следить, полностью отдаваясь этому делу. Пока остальные искали подсказки для поисков, маг небесных тел старался держаться от всех подальше, особенно от некой светловолосой заклинательницы, которая так сильно изменила его жизнь за последние месяцы. Когда история закрутилась вокруг Люси, в юноше противостояли два чувства: неистовое желание помочь и такое же сильное стремление сбежать.       В отличии от синеволосого, Драгнил все это время держался рядом с Люси, поддерживая её во всем. Убийца драконов заботливо убирал книги, которые Хартфилия читала без перерыва, после приносил ей горячий чай и всячески подбадривал, выдавая глупые шутки, от тупости которых разрывало от смеха. И без того хорошие друзья сблизились ещё сильнее, выводя свои отношения на новый уровень. — Мы никогда этого не поймём, — обреченно выдохнула Кана, пролистывая пожелтевшие страницы «истории звёздных духов», — Сплошные сказки. — Не унывай раньше времени, — устало прошептала Мира, хотя сама была готова уснуть над очередным свитком, — Все же это древняя магия. — Хочу обед, — послышался протяжений вой Нацу, в подтверждение его слов живот сразу издал подтверждающий звук, — Очень.       Девушки звонко рассмеялись и, отвлекаясь от своего занятия, отложили книги. Под бурное обсуждение предстоящего завтрака троица сразу отправилась на кухню, где сидел Джерар, сложив руки на груди, и наблюдал за хозяином дома, который что-то готовил на плите. Синеволосый волшебник мимолетно посмотрел на вошедших, кротко им кивнул и продолжил слежку. — Расслабься, — хихикнула Альберона, доставая из ящика новую бутылку вина, — Не думаю, что его яичница опасна. — Не отвлекайте Фернандеса от бессмысленного занятия, — прорычал Тейт, — Вы разве не видите, что он очень занят.       Все дружно рассмеялись, но на лице Джерара не дрогнул ни один мускул. Парень с той же серьёзностью прожигал взглядом спину брюнета, пропуская все слова мимо ушей. Опасность, которую всем нутром ощущал маг небесных тел, стала для него словно наваждением. Настолько зацикленный на своём занятии, он даже не заметил, как со второго этажа спустилась Люси, одетая в легкий льняной костюм. Заклинательница выглядела измотанной и потерянной, огромные мешки под глазами свидетельствовали о бессонных ночах, проведённых за книгами. Хартфилия молча села напротив, подперев руками острый подбородок. — Ты когда последний раз спала больше часа? — Мира заботливо потрепала девушку за плечо. — Кажется, — задумалась Люси, — Позавчера. — Как успехи с новым ключом? — не отрываясь от сковородки, спросил Тейт. — Никак, — выдохнула заклинательница, — Я чувствую его волшебную силу, но призвать духа для заключения договора не могу.       Мужчина обернулся и на его лице застыло изумление. — Мне не хватает сил, — тихо прошептала Люси. — Ты себя недооцениваешь, — раздраженно ответил брюнет, — Ты сильнее Лейлы, а она могла. — У неё был этот ключ? — взвизгнула златовласка, подпрыгнув с места, и сжала ключ на связке. — Один из них, — спокойно ответил Тейт.        Все замолчали, из звуков осталось лишь шипение кипящего масла на сковородке. Джерар впервые взглянул на Люси и опешил, так давно он не видел её настолько расстроенной. Вся её боль, скрытая многочисленными масками, будто передалась ему, и теперь его сердце сжалось, а после забилось с невероятной скоростью не в силах остановится. — Тебе нужно отдохнуть, — Фернандес медленно встал со своего стула.       Волшебник заботливо опустил ладонь на хрупкое плечо, стараясь смотреть в другую сторону. Прикосновение заставило тело Люси покрыться мурашками, на мгновенье показалось, что все вокруг остановилось, а кислород пропал и стало нечем дышать. Соскользнув на спину, рука мага прошлась по позвоночнику.       Как только Хартфилия вспомнила как сделать выдох, Джерар уже притягивал её к себе так, что девушка могла услышать стук его сердца. Под недоумевающие взгляды, Фернандес повёл заклинательницу на второй этаж, ни на миг не отпуская её руку.       Опускаясь на прохладное покрывало, блондинка с огоньком в глазах посмотрела на стоящего в дверях парня. Взлохмаченные синие волосы спадали на лоб и глаза, местами закрывая причудливую татуировку. Впервые, разглядывая затейливые линии, Люси задалась вопросом её возникновения. Ведь по рассказам Эльзы метка была с магом с самого детства, которое они провели в «Райской твердыне», а сам обладатель знака никогда об этом не рассказывал. Пока светловолосая придумывала вопрос, собеседник увлечённо её разглядывал, но молча выжидал реакции. — Твоя татуировка, — неуверенно начала Люси, прищурив глазки, — Ты не рассказывал, откуда она взялась. — Хочешь услышать историю? — угловато улыбнулся Джерар. — Если она интересная. — Разочарую, — спокойно ответил маг, — С самого детства я словно с клеймом, а спросить не у кого. — Ты знал свою настоящую семью? — Люси уже пожалела, что задала этот вопрос, но интерес всё же взял верх над здравым смыслом, и она уверенно посмотрела в болотные глаза.       Как только их взгляды встретились, синеволосый резко отвернулся. Он разжал губы, уже намереваясь ответить, но потом так же быстро сомкнул их обратно, не выдав ни звука. Всё его тело напряглось, а пустой взгляд упёрся в стену. — Можешь не отвечать, — тихо прошептала Люси, желая провалиться сквозь землю. — Я ничего не помню, кроме того чертового острова, — потеряв контроль, прохрипел парень, — Абсолютно ничего.       По реакции мага было сложно понять врет он или нет, но продолжать допрос было бессмысленно, всем своим видом собеседник показал, что на этом рассказ заканчивается.       Люси ловко приблизилась к Фернандесу, минуя безопасное расстояние. Теперь её большие карие глаза находились лишь в паре сантиметров от потрескавшихся губ волшебника. Светловолосая робко коснулась его щеки тыльной стороной ладони, приближаясь к подбородку. Волшебник с силой схватил её руку, отодвигая в сторону, и приблизился к губам. Между ними было не больше миллиметра, но для девушки это казалось пропастью, которую невозможно преодолеть. Чувствуя горячее дыхание, она ничего не могла сделать и лишь ждала, что же задумал маг небесных тел.       От спокойствия Джерара ни осталось и следа, как только он преодолел дистанцию между ними и, крепко вцепившись в бедро заклинательницы, оставлял жаркие поцелуи на её устах, медленно спускаясь по тонкой шеи к ключицам. Бархатистые губы волшебника уделяли внимание каждому сантиметру фарфоровой кожи, пробуждая в сердце заклинательницы все больше чувств. Так же как и маг, Люси потеряла связь с реальностью, позволяя парню все, что бы он не захотел сейчас сделать. — Я еле сдерживаюсь, — томным голосом прорычал синеволосый, сжимая рукой ягодицы Хартфилии.       Виноватое лицо девушки, покрасневшей от смущения и желания одновременно, не останавливало, а лишь подзадоривало. Люси чувствовала, как тёплая ладонь проникает под тонкую ткань, поглаживая рёбра. Задыхаясь от переизбытка чувств, она откинула голову назад и издала едва слышный стон, которого хватило, чтобы Джерар приступил к более решительным действиям. Приподняв податливую девушку за бёдра, он с силой впился в её губы, и понёс на кровать. При столкновении с мягким матрасом, волосы заклинательницы рассыпались золотом по подушке, открывая вид на полное необъяснимого желания лицо. Нависая над волшебницей, Фернандес упёрся руками по обе стороны от её головы.       Внезапно скрипнула дверь и из-за деревянной пластины показалась розовая шевелюра. Нацу, увидев лучшую подругу, которая тонкими пальцами стягивала футболку с бывшего преступника, замер. — Нацу, — запыхавшимся голосом начала Хартфилия, — Я… — Развлекаешься, — раздраженно ответил парень, засунув руки в карманы, — Отвлекитесь от глоток друг друга, мы нашли зацепку.       Не сказав больше ни слова, убийца драконов стремительно вышел из комнаты, громко хлопнув за собой дверью, оставляя парочку в полной тишине.       Опракинувшись на противоположную сторону кровати, Джерар уставился в потолок, сжав кулаки. Его явно злил Драгнил, так не вовремя заявившийся в комнату заклинательницы. Вот только больше того, что огненный убийца застукал их в такой момент, волшебника вывело то, с какой обыденностью розоволосый ворвался навестить подругу. — Он расскажет всем, — со слезами на глазах, пролепетала Хартфилия, — Ты видел его лицо, он в ярости. А если Эльза узнаёт или ещё что хуже… — Что для тебя хуже? — поинтересовался синеволосый. — Если все узнают и будут думать, что мы с тобой это… — Забудь, — маг украдкой взглянул на блондинку.       Ничего не понимая, Люси посмотрела на Джерара. Ещё пару минут назад он пожирал её глазами, а сейчас отворачивался, стремясь скорее уйти. — Ты слышала, — холодно сказал Фернандес, — Они что-то нашли.       Договорив, маг покинул комнату, оставляя девушку в одиночестве. Непонятно откуда взявшаяся обида захлестнула Люси и из глаз потекли маленькие слезинки, превращаясь во влажные дорожки.       Открыв раздражённые глаза на утро, Люси закуталась в одеяло, не желая покидать ночную крепость, оказавшийся её верной подругой, выслушавший все переживания девушки, которые она шептала в подушку, заливая её горячими слезами. Так и не спустившись вчера к ребятам, Хартфилия понятия не имела, как обстоят дела с расследованием, но сейчас она словно забыла об этом, переваривая в голове весь вчерашний день.       Размышления прервались звонким стуком. В комнату, как всегда лучезарно улыбаясь, зашла Мира. Девушка держала в руках деревянный поднос с блинчиками с джемом и ароматным чаем. — Устала? — заботливо спросила пепельноволосая, присаживаясь на какой кровати, — Джерар сказал, что ты плохо себя чувствуешь. — А Нацу? — тихо спросила заклинательница, выглядывая из-под одеяла. — Ходил бесился весь вечер, — выдохнула Штраус, — Не знаю, что у него произошло, но лучше к нему не приставать, отойдёт и расскажет.       Люси ничего не ответила, а лишь мысленно молилась, чтобы он ничего не рассказывал. От того, что Драгнил ни с кем не поделился такой информацией, становилось только тяжелее, словно он был бомбой замедленного действия, которая вот-вот рванет и разрушит её жизнь. — Мы с Каной собираемся устроить пикник на берегу, — рассмеялась дьяволица, — Нам всем стоит немного отдохнуть и отвлечься, а потом расскажем тебе о новостях и будем снова упорно работать над этим. — Пикник? — на лице заклинательницы застыло изумление. — Именно, — с энтузиазмом продолжила собеседница, — С едой и без каких-либо парней. — А они? — Не спрашивай, — притихла Миражанна, — Джерар тоже словно озверел, не разговаривает, а будто срывается на всех. Кто поймёт, что в голове у этих оболтусов?       Погода была солнечной, на небе не виднелось ни одного облачка, способного помешать плану самой Миражаны. Природа словно поддалась обаянию этой добродушной волшебницы, стараясь сделать её счастливее.       На берегу прохладный морской ветер развивал золотистые кудри, а ослепительное солнце обжигало глаза. Люси, спасаясь от обжигающих лучей, пряталась в тени большого дерева, расстилая плед. Девушка в конце концов оценила идею подруги и, незаметно выскользнув из дома, уже ждала остальных на берегу, подготавливая все атрибуты для хорошего дня. — Шустрая ты, — заикаясь крикнула Кана, распивая ром из бутылки.       Брюнетка шла в одном чёрном купальнике, которые едва прикрывал её достоинства, а в руках держала сразу несколько тар со спиртным. Следом за ней шла Мира в цветочном сарафане и плетённой корзинкой в руках. Увидев заклинательницу, пепельноволосая помахала ей рукой, державшей соломенную шляпу, которая должна была защищать её от солнца. — Прекрасный день, — заключила Штраус, поставив на подготовленный плед свою корзинку, — Я принесла бутерброды и фрукты. — Разумеется, что с меня выпивка, — рассмеялась Кана, обнимая Люси, — Давайте расслабимся наконец.       Рассматривая беззаботных подруг, Люси ещё сильнее чувствовала свою вину, терзающую её все это время. Она смотрела на Миру, которая заботливо раскладывала еду по бумажным тарелкам, и видела лишь то, как девушка могла бы отреагировать, узнав, что вместо того, чтобы сочувствовать Эльзе, Хартфилия залезла в постель к любви всей её жизни. — Предлагаю сначала искупаться, — крикнула Штраус, уже переодевшись в купальник и направляяясь к воде. — Скоро тебя догоним, — ответила ей Кана, как-то странно посмотрев на Люси, — Сначала ей нужно выпить, а то так и будет с кислой миной.       Блондинка уже хотела запротестовать, ожидая увидеть перед своим носом бутылку, но лишь столкнулась с серьёзным взглядом Альбероны, которая убрала выпивку подальше. — А теперь рассказывай, что у вас там вчера произошло, — мягко начала девушка. — О чем ты? — наигранно удивилась Люси, закусив нижнюю губу. — Я слышала, — спокойно ответила Кана, — Значит, ты и Джерар? — Нет, что за глупости, — покраснела Хартфилия, отворачиваясь, — Мы просто знакомые, даже не друзья. — Поэтому ты смотришь на него такими влюблёнными глазами? — понимающе улыбнулась картежница, — Можешь врать нам, но не обманывай себя. — Он должен быть с Эльзой, — с грустью прошептала Люси. — И ему ты это твердишь? — недовольно цокнула брюнетка, — Ах, Люси, он уже не маленький мальчик и сам может выбрать себе девушку, а с Эльзой у них все слишком запутанно, но это не значит, что там есть что-то, кроме воспоминаний о старых чувствах. — Она живёт этими чувствами. — Это мне бить нечем, — Кана посмотрела вдаль, — Но ты ведь тоже чувствуешь, пожалуйста, чтобы не случилось, перестань думать обо всех, кроме себя. — Решила быть свахой? — улыбнулась светловолосая, поправляя волосы. — Кажется, я слишком много выпила ещё утром, — расхохоталась девушка, — Мира убьёт нас, если не отдохнём за сегодня, так что пошли.       День пролетел настолько незаметно, что Люси искренне удивилась, что стало резко темнеть. Наконец-то она смогла отпустить все мысли и переживания, просто болтая с подругами, которые всеми силами старались её поддержать. Но чудесный пикник не мог длиться долго и, прихватив с собой корзинку, девушки медленно побрели обратно.       Стоило зданию попасть в поле зрения блондинки, как девушку резко пробил холодный пот. Сердце забилось быстрее, отдавая в мозг неприятными мыслями. У заклинательницы ещё оставались надежды пробраться незаметной, но при виде в окне Нацу, который в упор смотрела на неё, они разбились в дребезги о суровую реальность. Оказавшись на кухне, Люси увидела там не только убийцу драконов, но и Фернандеса, отстранённо читающего свиток у противоположного окна.       Кана, изрядно навидавшись, уселась в кресло, поджав под себя ноги. Карие глаза бегло поглядывали на парней. — Рассказывайте, — промолвила картежница.       Отвлекаясь от чтения, Джерар посмотрел на заклинательницу, ютившуюся в углу комнаты, и нахмурил брови. — Нам нужно наведаться в древние руины, — начал волшебник, — Там мы можем найти один из ключей. — Каких ключей? — изумилась Хартфилия. — Ещё один из элементарных, — продолжил синеволосый, — Мы нашли легенду, рассказывающую о четырёх ключах элементов, и сейчас думаем, что там будет вода. — Очень интересно, расскажи ей подробнее, — прорычал Нацу, не глядя на заклинательницу.       Присутствующие удивленно посмотрели на убийцу драконов, лишь Люси жалко опустила голову, рассматривая свою обувь. В отличии от остальных они с Джераром все прекрасно понимали, а чувство напряжения от того, что Нацу ещё не выдал их грязный секрет, нарастала с каждым грубым словом некогда веселого волшебника.        В результате общих переговоров, ребята разделились на два лагеря. Люси и Джерар отправятся на поиски ключа, а остальные проследят за Тейтом и ещё раз обследуют заброшенную деревню. Хоть изначально и предполагалась, что в путешествие отправятся все, но Нацу яростно запротестовал, одобряя только изгнание лучшей подруги и Фернандеса. Остальные решили не спорить и согласиться, иначе огненный убийца готов был разнести все вокруг, так как при единственном взгляде на синеволосого волшебника новая волна гнева захлестывала мага.