Синдром Спасителя

Странный посетитель не выходил из мыслей. После его ухода остался флёр недосказанности и смутной тревожности. Так всегда бывает, когда внешнее представление о человеке не совпадает с его внутренним миром. А внутренний мир недавнего посетителя был загадочен и запутан, уходя извилистыми тропами лабиринта в беспокойство его души. История была не нова, если Клим правильно расшифровал то, что ему удалось понять. Часто людям сильным и успешным, привыкшим, что жизнь строится строго по их планам, привыкшим всё и вся контролировать, включая самих себя, хочется на какое-то время избавиться от этого контроля. Хочется отпустить руль и позволить рулить кому-то другому. Беда в том, что доверить этот руль им некому, потому что руль можно передать человеку, доверие и уважение к кому не вызывает сомнений, тому, кто сильнее, умнее, у кого стальной характер и железные нервы. Для людей, которые многого добились в своей жизни, кто самостоятельно выковал свой характер, авторитетов найдётся немного, а если дело касается личной жизни и сокровенных желаний, то таких и вовсе нет. Клим понимал Алекса. Тяжело всю жизнь быть для всех примером, нельзя опускать планку, когда поднял её на весь возможный максимум — на тебя смотрят, тебя оценивают, любой твой промах будет тотчас замечен. Алекс не выходил из мыслей, Климу не хватило того малого количества времени, что было отведено. Так всегда случалось, когда человек и его проблема цепляли сразу с первых слов. А Алекс был интересен настолько, что Клим даже забыл про вечную занозу в своей заднице по имени Ярик. Но работа, как правило, заканчивается, а работу Клим с некоторых пор решил оставлять на работе. Попрощавшись с коллегами и выйдя из дверей центра, Клим с некоторым удивлением увидел Петра, садящегося в свою машину, и Вадика, закрывающего дверь той же машины с другой стороны. «Вот это поворот, — Клим проследил взглядом за отъезжающим автомобилем. — И что бы это значило?» Дружеских отношений между коллегой и их ассистентом он не наблюдал, но если предположить-допустить их общение в другой плоскости, то это многое бы объясняло. И заплаканные глаза Вадика, и постоянные придирки к нему Петра Борисовича. «Хм, однако», — скептически усмехнулся Клим, решив для себя, что это совсем не его дело. — Клим Александрович, подождите, — его догоняла запыхавшаяся Юля. — Вы же до метро? Нам по пути. Клим улыбнулся: — Ну раз по пути, то вместе, конечно, веселее. — Можно и прогуляться немного, если вы не против, — Юля испытующе взглянула на Клима снизу вверх. — Юля, — Клим понимал, что с ситуацией надо было разобраться как можно быстрее, — давайте с вами проясним один момент. Вы очень симпатичная девушка… На этих словах голова Юля поникла, после таких слов обычно позитивного продолжения не бывает. — Но, у меня есть правило, — продолжал Клим. — Я не завожу никаких личных отношений на работе. Как показывает практика, ничего хорошего из этого не выходит. — Я понимаю, — вздохнула Юля. — Я вам совсем не нравлюсь? Клим мысленно улыбнулся: «Мило, и совсем не манипуляция». — Юля, давайте без этих женских хитростей, — ответил он. — На данный период моей жизни всё, что меня интересует — это моя работа. «И что сегодня может вытворить обитающее в твоей квартире чудовище», — ехидно хихикнул внутренний голос. Юля кивнула и вдруг заторопилась: — Ой, я совсем забыла об одном деле. Я побегу. До свидания, Клим Александрович. — До свидания. — Клим смотрел в спину спешащей прочь девушке и думал о том, когда так случилось, что он стал отказываться от того, что само плывёт ему в руки. Подходя к дому, Клим обнаружил на скамье у подъезда недавнего Валечку. — Здравствуйте, Клим, — серьёзно поздоровался Валечка. — Мне неловко вас беспокоить, но я не могу дозвониться до Ярослава, и судя по всему, его нет дома. А я по недоразумению забыл у вас конспекты, а завтра семинар… — Конспекты? — глупо переспросил Клим. Второе явление Валечки за столь короткое время несколько дестабилизировало. — Да, — терпеливо объяснил Валечка. — Мы же вчера собирались готовиться к семинару... кхм... — тут Валечка смутился. — Да, я понимаю, как это выглядит. Но всё же я бы хотел… — Прошу, — Клим приглашающе махнул рукой в сторону подъезда. Валечка засеменил следом, по пути продолжая рассказывать, как важны ему эти конспекты. — Я быстро, — сообщил он Климу и нырнул в хуярикову комнату. — Ты голодный? — зачем-то спросил Клим и тут же мысленно настучал себе по лбу. Вот какое ему дело до постороннего пацана. — Что? — Валечка выглянул из комнаты, прижимая к груди толстые тетради. — Если честно, то очень. Я часа три ждал Ярослава. Пока Клим готовил бутерброды и заваривал чай, Валечка быстро перемыл посуду, оставшуюся в раковине после завтрака. — Знаете, — вдруг сообщил он, — вы будьте с Ярославом помягче, он такой ранимый. — Что? — Клим начинал привыкать, что рядом с Валечкой угроза подавиться возрастала в несколько раз. — Ярослав, — повторил Валечка, — он же только притворяется, что ему всё вокруг безразлично. Это маска, никто не знает, какой он на самом деле. — А ты знаешь? — усмехнулся Клим. — Нет, — покачал головой Валечка. — И я не знаю. Только вот, чтобы понять что-то о человеке, не обязательно слушать, что он говорит. Наблюдая за невербальными сигналами, тоже можно делать выводы. Вы видели, какой у него взгляд? — Что? — почему-то рядом с Валечкой Клим чувствовал, что глупеет. — Это он тоже прячет, но не всегда получается. Знаете, мы в качестве волонтёров помогаем одному детскому дому. Так вот, там у детей такие же глаза. Тут Валечка вздохнул и засобирался: — Спасибо за чай и бутерброды. Ярославу очень повезло, что за ним есть кому присмотреть. — Ещё бы он кого слушал, — не удержался от замечания Клим. — Он слушает, — убеждённо ответил Валечка. — Просто делает вид, что ему всё равно. Но это не так. «Интересно, насколько легко живётся такому человеку, который всё вокруг себя видит в идеализации, — думал Клим, закрывая за Валечкой дверь, — и ведь не заметно, что его жизнь хоть сколько-то помяла. Полный покой в его душе и абсолютная убеждённость в том, что все люди хорошие». Клим лёг спать, так и не дождавшись Ярика. Пришёл ли господин Темников ночевать или нет — осталось загадкой, проверять Клим не собирался. Раз Ярик не считает должным ставить в известность о своих передвижениях, то и Клим заботливого родителя из себя строить не будет. Следующий день тревожил Клима, так как, сколько ни думай, что до неприятных событий ещё ого-го сколько, а наступает момент, когда эти события стоят прямо перед тобой и довольно улыбаются, а лицо у событий Зои Леонидовны. — Ну, в добрый путь, — Кирилова ободряюще похлопала Клима по плечу. — У тебя сегодня три группы. Клим шёл в учебную аудиторию с чувством агнца, идущего на заклание. Казалось бы, уверенный в себе человек, умеющий разговаривать с людьми и знающий, как это делать, чего ему бояться? Но страх был иррациональным и необъяснимым. «Да что может случиться? — убеждал себя Клим. — Ты для них препод, они всяких видели, ничем ты их не удивишь». Клим громко кашлянул: — Здравствуйте. Меня зовут Светлов Клим Александрович, я буду некоторое время замещать вашего преподавателя и продолжу читать вам курс по психологии журналистики. На Клима уставились пар тридцать очень внимательных глаз. Клим обвёл взглядом аудиторию. На задних рядах несколько девчонок очень оживлённо что-то обсуждали шёпотом, поглядывая на Клима с возрастающим интересом. Клим начал говорить, с удовольствием отмечая, как уходит нервозность и возвращается уверенность. — С чем связан успех любой телевизионной трансляции? — обратился он к аудитории. — С той информацией, которую она транслирует? — высказался парень с первого ряда. — Ещё какие варианты? — Клим с улыбкой посмотрел на студентов. — Только информации недостаточно. — Успех связан, в первую очередь, с личностью того, кто эту информацию транслирует, — донеслось с задних рядов. — Верно, — довольно кивнул Клим. — Какой бы интересной ни была тема, если её преподносят вяло и топорно, то и у аудитории она интереса не вызовет. Наоборот же, самая глупейшая и неправдоподобная история, преподнесённая ярко и профессионально с учётом психологических особенностей тех, на кого она направлена, вызовет интерес. Приведёте примеры? — Можно я? — вверх взметнулась рука. — Я ещё училась в школе и на одном из каналов наткнулась на передачу из разряда «Вы не поверите». Там говорилось о русалках, которых якобы обнаружили в каком-то озере. Так ведущему удалось на протяжении часа удерживать внимание, обещая показать тех самых русалок, говоря, что есть документальные кадры, и ему хотелось верить. И я, понимающая, что никаких русалок нет, просидела возле телевизора целый час, чтобы в итоге посмотреть какие-то мутные кадры, на которых были только шевелящиеся кусты. — Так на чём же строится имидж коммуникатора? — На личных качествах. — Как умеет подать себя. — Внешность. — Одежда. — Хорошо поставленный голос. — Харизма. — Всё так, — кивнул Клим. — Если мы говорим о харизме, то это не только особое человеческое свойство, то есть обаяние, но и самоорганизованность, умение самостоятельно срежиссировать собственное поведение, создание такого образа, которого ещё не было. От этого зависит, заметят вас или нет. — Найти бы ещё этот образ, — скептически донёсся чей-то голос. — А вот в этом и состоит ваша задача — найти именно свой образ среди многообразия существующих. И задание, которое вы сегодня получите, будет направлено именно на это. У вас будет одна на всех ситуация, но аудитория, на которую эта ситуация будет направлена, будет разной. Попробуйте преподнести информацию ярко и наглядно, найдите тот образ, что привлечёт к вам взгляды вашей аудитории. На протяжении занятия Клим чувствовал всё растущую уверенность, а к концу пары ощутил некоторое удовлетворение своим выступлением. Попрощавшись с группой, Клим вышел из аудитории и направился в сторону деканата. Впереди были ещё две группы. — Клим Александрович, — его догоняла невысокая рыжеволосая девушка. — Подождите. — Слушаю вас, — Клим остановился, чувствуя некоторое ощущение дежавю. — Вы знаете, мне о вас рассказывала подруга, — девушка смотрела на Клима с таким восхищением, что он внутренне поёжился. — Она к вам ходит на терапию и говорит, что вы просто волшебник. — Приятно слышать, — отстранённо ответил Клим. Девушка же продолжала: — Я даже в какой-то момент сама захотела сменить направление. Я глазам своим не поверила, когда узнала вас. Говорю девчонкам, что вы гений психологии, а они… — Я рад, что вы так впечатлились, — прервал девушку Клим, — у вас был какой-то вопрос ко мне? — А? — девушка смутилась. — Да, я бы хотела узнать о вашей методике в психологии. И пообщаться. Когда вы будете свободны? Клим удивлённо дёрнул бровью. Самоуверенность девушки изумляла. — Не думаю, что это будет этично, — осторожно ответил он. — Я думаю выбрать тему курсовой по этой дисциплине, — заявила девушка. — Так что это будет очень этично. Меня зовут Маша. Маша Покровская. Приятно с вами познакомиться. Девушка протянула руку. Клим вежливо пожал руку Маши: — Хорошо, Маша, а сейчас мне надо идти. У меня ещё две пары впереди. — До встречи, Клим Александрович, — Маша широко улыбнулась. «Жуткая девица, — снова поёжился он. — Веет от неё напором бульдозера. А на вид такая безобидная. Вот как никогда подходит пословица, «что в тихом омуте черти водятся». Хотя тут твари покрупнее будут». Вторая пара прошла ещё идеальнее, студенты были на порядок активнее, устроили дискуссию, выдвигали гипотезы, тут же их доказывая или опровергая, пытались устроить мини-выступление с демонстрацией разных типов имиджа. Климу только оставалось наблюдать и вставлять время от времени свои замечания. На третью пару Клим шёл расслабленный и довольный. — Здравствуйте, — привычно начал он и осёкся. С третьего ряда на него смотрели насмешливые глаза Ярослава Германовича. — Меня зовут Клим Александрович, я буду некоторое время замещать вашего преподавателя и продолжу читать вам курс по психологии журналистики, — закончил он чуть севшим от волнения голосом. — А куда вы дели нашего препода, Клим Александрович? — иронически поинтересовался голос Ярика. — Он хоть жив? По аудитории разнеслись смешки. — Замена временная, — сухо пояснил Клим. — Ваш преподаватель вернётся к вам, как закончится моя практика. — А, практикант, — махнул рукой Ярик и обратился к сокурсникам. — Можно было и не приходить. Клим нахмурился. Если прямо сейчас не успокоить Ярика, то работать с этой группой будет трудно, тем более, что, кажется, он имеет тут авторитет. — Вы можете не приходить, — Клим улыбнулся широко и добродушно. — Но имейте ввиду, итоговую аттестацию по данной дисциплине принимать у вас буду я. Есть ещё вопросы? Ярик хмыкнул и развёл руками, показывая, что вопросы иссякли. Клим читал лекцию, Ярик лишь пару раз вставил что-то, по его мнению, смешное. Остальное время он лежал на столе и смотрел исподлобья и в упор на Клима. Клим же поставил себе внутренний барьер и никакого Ярика в упор не видел. Пара тянулась бесконечно, и Клим ощущал, как его тело покидают последние силы. Студенты, видимо, чувствуя это, работали неохотно и отвечали вяло. Когда пара, наконец, закончилась, Клим выдохнул и возблагодарил небеса, что встречаться им придётся всего раз в неделю и то недолго. Срочно хотелось умыться и смыть с себя отрицательные эмоции. Где-то в конце коридора должен быть туалет для преподавательского состава. В туалете было пустынно, Клим склонился над раковиной, включил воду и ополоснул лицо. — Что ж за судьба такая? — поинтересовался он у своего отражения. — Почему именно он и почему именно тут? В ответ на вопрос за его спиной хлопнула дверь. Клим обернулся, перед ним стоял Ярик и улыбался. — Знаешь, — сообщил он оторопевшему Климу, — у меня всегда была эротическая фантазия — заняться сексом с преподом в университетском туалете. И прикинь, мечты сбываются. С этими словами он втолкнул ошарашенного Клима в одну из кабинок и прижал того к стене.