Синдром Спасителя

Глаза Ярика в упор и напротив так близко, что, казалось, весь Ярик вот-вот вплавится в его тело и сольётся с ним в одно. Дыхание вишнёвым флёром проникало в лёгкие и лишало возможности здраво мыслить. Клим вдруг потерял власть над своим телом и разумом, словно отключился от реальности существующей и попал в реальность, где не было никого и ничего, кроме вишнёвого дыхания Ярика и его пронзительного взгляда. Ярик дышал шумно и тяжело загнанной лошадью, его руки рвали ремень на брюках Клима в попытках расстегнуть, а тот видел только глаза размером с Вселенную во всей её неизбежности. Ярик вдруг коротко всхлипнул и прижался горячими губами к губам Клима. В голове что-то звонко щёлкнуло, и Клим вдруг начал падать спиной назад, зная наверняка, что позади него ничего нет, только пустота — бесконечный вакуум и такое же бесконечное падение в пропасть. Он видел перед собой глаза Ярика, то отдаляющиеся, то заполняющие собой всё пространство, которое пульсировало вокруг палящими протуберанцами, выжигая сетчатку. Мучительная нехватка воздуха, уши заложило в беззвучии, виски ломило от стального обруча боли, стянувшей голову. Вены на шее перекрутились толстыми жгутами, пытаясь задушить и без того умирающее тело. Клим падал и падал спиной назад, но всё ещё чувствуя под ногами опору. Падение было медленно-быстрым, и в то мгновение, когда сознание почти отключилось, Клим резко толкнул двумя руками Ярика, отрывая того от своего тела. Ярик ударился о противоположную стену кабинки и вжался в неё. Из носа у него текла кровь. Клим тряхнул головой, возвращая себя из забытия в несколько секунд и чувствуя привкус железа во рту. — Ты совсем ёбнулся? — хрипло выплюнул он в сторону Ярика. Ярик в ответ молча сполз по стене кабинки на пол и уткнулся лицом в свои колени. Клим включил воду, плеснул в лицо. Хотелось опустить под кран голову, хотелось принять ледяной душ. — Что ты за человек такой, — бросал Клим короткие фразы. — Вижу цель — не вижу препятствий? Только цель какая у тебя? Саморазрушение? Ты это понимаешь? Ты понимаешь, что ты творишь? И зачем? — Иди нахуй, — процедил сквозь зубы Ярик. — Я-то пойду, — усмехнулся Клим. — А ты подумай, почему ты отталкиваешь от себя всех, кто пытается к тебе хорошо относиться. — Угу, — пробурчал Ярик, не поднимая головы. — И умойся, — посоветовал Клим. — А ещё мне кажется, что тебя тут быть не должно. — Не боишься, что я скажу, что ты меня избил, если кто зайдёт? — поднял голову Ярик и ладонью смазал кровь под носом и с подбородка. — Скажи, — пожал плечами Клим. — А может, я хотел тебя прямо в служебном туалете изнасиловать, а когда ты не дал, то я тебя и избил? — Может и так, — хмуро парировал Ярик. — Ну ты подумай над легендой, — усмехнулся Клим. — Но без меня… «Что это было вообще, — думал Клим, машинально, потирая пальцами висок. — Я как будто сознание потерял, но не потерял же. Не понимаю, что произошло и почему я сразу не среагировал. Чёртов щенок, стоит только подумать, что всё налаживается, как он с очередным закидоном. И виражи на его аттракционах всё круче». Клим надеялся, что оставшийся в туалете Ярик не наделает очередных глупостей. «Откуда кровь, кстати? Я же не ударил его? Вроде нет. По-хорошему остаться бы и помочь, но в случае с Яриком не знаешь, чем может обернуться такое участие». Выйдя из туалета, Клим глубоко вдохнул и огляделся. Возле ближайшего окна стоял Валечка и участливо глядел на него. — Всё в порядке? — спросил он. — Что ты тут делаешь? — нахмурился Клим, история становилась всё более неприятной. — Небольшая страховка, — неловко улыбнулся Валечка. — На всякий случай. — И кого ты страхуешь? — поинтересовался Клим. — Надо полагать, ты в курсе происходящего. — В основном страхую саму ситуацию, чтобы никто не пострадал, — серьёзно пояснил Валечка. — И я не в курсе происходящего, но предположить могу, так как знаю Ярика. — Я не видел тебя на паре. — Я был на вашей лекции, просто вы меня не заметили. Ярик умеет обращать на себя всё существующее внимание. Кстати, мне понравилось. Я не знал, что вы психолог. — Ладно, — ответил Клим и хмуро кивнул в сторону туалета. — Он там. Думаю, ему нужна помощь. — Вы не злитесь на него, — Валечка обернулся у двери. — Ему и в самом деле нужна помощь. «Пацан либо влюблён в Ярика, либо чувствует ответственность за него. Интересно почему? Если рассматривать их роли, то Ярик его использовал, но пацан себя использованным не чувствует. Валечка либо находится в идеальном равновесии со своей психикой, либо из той категории, кого на Руси раньше называли блаженными», — размышлял Клим по пути к дому. После сегодняшнего представления оставалась надежда, что чудовище ночевать не заявится. Уверенным на сто процентов Клим не был, так как в голове Ярослава Германовича был такой бардак, что никакой клининг не справится. «Но ты бы смог?» — внутренний голос появился как никогда невовремя. «Если бы у меня было желание. Если бы он позволил. И если бы я хоть что-то понимал и хоть что-то мог предположить. Но с этой головоломкой разбираться надо долго и вдумчиво и при обязательном содействии пациента. А что Ярик пациент — так в этом и сомнений быть не может». В полной задумчивости Клим поднимался по лестнице, мечтая забраться под горячий душ и, наконец, расслабиться, постоял перед своей квартирой и вставил ключ в замочную скважину. Но только он открыл дверь, собираясь войти, как между его ног прошмыгнула внутрь неизвестно откуда взявшаяся кошка. Прошмыгнула и исчезла в глубине квартиры. — Да что ж такое… — оторопел Клим, захлопнул дверь и побежал следом, заглядывая во все углы. — Кис-кис-кис. Киса, ты где? Загадочная киса хранила молчание. — Что за день такой, — ругался Клим, пытаясь отыскать кошку. — Киса, выходи. «Как заставить выйти затаившуюся в несознанке кошку? Правильно. Приманить чем-то съедобным». Мысль Климу понравилась, и он направился на кухню к холодильнику. Открыл дверцу, достал кусок колбасы, откусил сам: — Киса, иди сюда, — Клим помахал колбасой в воздухе в надежде распространить запах. — Что у меня есть. Кис-кис. — Мяу, — донеслось от окна. Клим опустил взгляд — за радиатором отопления, почти слившись со стеной, обнаружилась кошка, обычная трехцветная беспородная. Клим присел на корточки, откусил ещё кусок колбасы и положил перед кошкой: — Будешь? — Мяу, — вежливо согласилась кошка и аккуратно взяла кусок в зубы. — Ты откуда взялась? — спросил Клим, поднимаясь, чтобы достать с полки блюдце. — Молока хочешь? — Мр, — не стала отказываться кошка, доедая колбасу. Накормив кошку, Клим взял её на колени и погладил по шёрстке. — И что мне с тобой делать? — спросил больше у самого себя. Кошка отвечать не стала и только тихо мурлыкала, выпуская время от времени коготки. Клим улыбнулся, чувствуя, как, наконец, распрямляется сжатое пружиной напряжение сегодняшнего дня. — А, может, оставайся? — спросил он кошку. — Что-нибудь придумаем. Кошка прикрыла глаза всем своим видом выражая согласие со сделанным ей предложением. Клим тоже закрыл глаза, но тут же открыл их и прислушался. Через закрытую входную доносились громкие голоса. Вместе с задремавшей кошкой на руках Клим отправился посмотреть, что происходит в подъезде. Выглянув на лестничную площадку, он услышал этажом выше визгливый голос бабы Гали: — Матрёшка, Матрёшка, — судя по всему, баба Галя по ходу движения стучала во все двери по очереди. — Матрёшка моя у вас? Точно не у вас? Дайте-ка посмотреть. Нет, я пройду. А то полицию вызову. Одно ворьё в подъезде. Клим вздрогнул. Кошка в его руках напружинилась и тихо заворчала. — Это ты что ли? — шёпотом спросил Клим у кошки. — Она тебя ищет? Кошка заворчала ещё громче и попыталась вырваться. — А, вот ты где, — торжествующе раздалось сверху. Баба Галя, шаркая тапками, спускалась по лестнице. — Матрёшка, зараза такая, иди сюда. Кошка зарычала и совершила попытку взобраться на Клима как на дерево. — Отдай кошку, наркоман, — грозно прошамкала баба Галя и протянула руки. — Иди ко мне, Матрёшка. — Мяу, — отказалась кошка и взъерошилась. Клим попытался оторвать от себя кошку и не смог. — Что-то она к вам не хочет, — сообщил Клим бабе Гале. — Может, это не ваша кошка? — А может, мне на тебя заявление накатать за хищение чужой собственности? — прищурилась баба Галя и дёрнула кошку на себя, оторвав при этом не только кошку, но часть рубашки Клима вместе с кожей. — Тоже мне умный какой нашёлся. Пойдём, Матрёшка. И баба Галя, бросив на Клима презрительный взгляд, пошла вверх по лестнице, прижав кошку двумя руками к себе. Кошка громко ворчала: «Предатель», — красноречиво говорил её взгляд. «В душ, срочно в душ, это дурдом какой-то». Так хорошо начавшийся день катился вниз по наклонной плоскости с ужасающей скоростью. «Бывают такие дни, — тоскливо подумал Клим, подставляясь под тугие струи горячей воды, — когда жизнь даёт тебе по щекам с большим удовольствием». О чём хотелось наверняка забыть, так это о случившемся в служебном туалете. Что было на уме у Ярика и чего тот хотел добиться? Ведь не ради экстремального траха он это всё затеял. Не мог он не понимать, что это самое неудачное место на свете. Итак, какие цели тут могли быть? Вывести Клима из равновесия — раз. Проверить на реакции — два. Испытать предел — три. Просто из врождённого сволочизма — четыре. Клим сомневался, что Ярику хотелось просто подставить его ради громкого скандала. Скорее, и Валечка тусил рядом, чтобы этому скандалу не дать случиться. Чего же хотел Ярик? Хотел увидеть реакцию на себя или хотел проверить собственную реакцию? «Стоп. А есть вообще эта реакция?» Клим нахмурился. В случае с Яриком даже самые элементарные потребности организма становились загадкой. Ярик был хорош. Красив и непредсказуем. Не человек, а стихия. Так же завораживает взгляд королевская кобра, но никому в голову не придёт заводить с ней дружеские отношения. Так что вопрос горизонтальных отношений с господином Темниковым оставался открытым. «А если гипотетически? — не унимался внутренний голос. — Ну не просто же так он провоцирует именно в этом направлении? Сам хочет? Боится признаться? Если открыто предложит при нормальных обстоятельствах, что будешь делать?» «Убереги меня Вселенная, — открестился Клим. — Если я не знаю, что с ним делать при простом соседстве, то что будет при той или иной степени близости? Два психа на одну квартиру — это перебор, а что он меня доконает, в этом я не сомневаюсь». Остаток вечера Клим провёл в компании ужина и первого попавшегося фильма. Ярик так и не появился. Климу хотелось бы верить, что того мучает чувство стыда, но он твёрдо знал, что такого в настройках Ярослава Германовича просто нет. Радовало, что этот день заканчивается и вряд ли что ещё плохого может произойти. За ночь произойдёт перезагрузка и прошедшие события уже не будут казаться такими отвратительными. Возможно, настанет время, когда о них можно будет вспоминать с улыбкой. Подобие какого-никакого, а приключения. Внезапный звонок телефона отвлёк Клима от анализа текущего дня. Номер был незнакомым. «Хм, а вы точно не мошенники?» — улыбнулся Клим и ответил: — Слушаю. — Добрый вечер, Клим Александрович. — Добрый, — голос показался знакомым. — С кем имею честь? — Это Маша Покровская, вы у нас сегодня пары вели. — Откуда у вас этот номер, Маша Покровская? — Клим от удивления слегка поперхнулся и прокашлялся. — Я умею добывать нужную мне информацию, Клим Александрович, — самодовольно ответила девушка. — У нас не было возможности сегодня поговорить, так вот я хотела… — Послушайте, Маша, — твёрдо сказал Клим. — Я вас попрошу воздержаться от личных звонков, а все ваши вопросы вы можете задать мне в учебное время. — Но я только хотела… — Хорошего вечера, Маша, — сухо попрощался Клим, завершил звонок и заблокировал номер. «Ничего плохого уже не случится? — скептически хмыкнул он. — Что ещё может быть на очереди? Ко мне ворвётся баба Галя с ОМОНом? Ярик соберёт всех бомжей с улицы и приведёт сюда? Во дворе высадятся инопланетяне, а капитан у них Валечка? Что ещё?» Маша Покровская — девушка из того же разряда, что и Ярик. Вижу цель — не вижу препятствий. Только если цели Ярика неясны, то с целями Маши всё понятно. Все её действия красноречиво говорят, что цель её Клим, а в какой плоскости — скоро она и это обозначит. И такую девицу на место поставить — задача непростая. Такие слово «нет» понимают весьма специфично. Для них «нет» это энергетик, который подстёгивает их на более решительные шаги. «Всё. Выдыхай. Отключи телефон. Освободи голову». «Выпей успокоительное, — хихикнул внутренний голос, — или коньяку». «Легко сказать. Что-то я сдаю совсем», — мысли были неутешительными. Клим недовольно скривил губы и нажал на вызов в избранном. — Привет. — Привет, — чувствуется улыбка в голосе. — Как ты? — Я тебя не отвлекаю? — Знаешь же, что нет. Я всегда на связи, если тебе надо поговорить. Кто, если не я? — Ни одного звонка от тебя за всё время. Не в твоём стиле, — Клим тоже позволил себе улыбнуться. — Не хотелось, чтобы ты думал, что тебя пытаются пусть и издалека, но контролировать. — Спасибо. В этом тоже своя забота, не находишь? — Да. Теперь понимаю, — голос на той стороне вздохнул. — Забота бывает разная, такая тоже. У тебя что-то случилось? Просто так ты бы не позвонил, мой железный человек. — Ты знаешь меня, как никто, — Клим сделал глубокий вдох. — И я не железный человек. Совсем нет. И я очень устал, Дана.