Сюрприз от Мироздания

1

      По склону в небольшом сквере скатился вопящий клубок. Громче всех орал хомяк, прямо на лету превращающийся в светловолосого паренька. Но вот падение остановилось. Клубок разъединился. Первым на ноги вскочил Гадриэль. Сморщившись, сложил изрядно помятые крылья за спиной и оторопело уставился на Криса:       — Ты совсем дурак, или прикидываешься? Крис со вздохом поднялся и потёр шишку на лбу.       — А в чем, собственно, твоя претензия? – уточнил он, чувствуя, как его шатает, а сердце колотится так, словно вот-вот выскочит из груди. Оборотню все еще не верилось, что это действительно с ним произошло. Гадриэль скорчил рожу и пожал плечами.       — Действительно… тебя в детстве не учили пальцы в розетку не совать, или, там, по люкам канализации не ходить? Инстинкт самосохранения для зверей шутка какая-то, что ли?       — Я человек не в меньшей степени, чем ты. Меня, кстати, зовут Кристиан. Признаю, решение было импульсивным, но что ж тебя аж трясет от возмущения? – Крис скрестил руки на груди и упрямо уставился на нефилима. Он был готов отстаивать свое решение до конца, по крайней мере, перед этим придурком, хотя осознание, какую огромную глупость он совершил, заполняло его мозг с космической скоростью. Гадриэль провел по лицу рукой и возвел глаза к небу:       — Как так вышло, что ты на мою голову свалился?.. Правду говорят, чем меньше у животного мозг…       — Ну уж не меньше твоего. – пробурчал оборотень. Гадриэль вдруг ехидно прищурился, и у Криса побежали мурашки по спине.       — А ты не хочешь спросить, где мы, Крис? – он очень добро улыбнулся.       — В Беларуси? – с надеждой произнес хомяк первое, что пришло в голову. Гадриэль расхохотался. Михаил же все это время лежал, боясь пошевелиться и надеясь, что все части его тела в порядке.       — Мих, ты умер что ли? – спросил нефилим, отсмеявшись.       — С твоими перелётами это немудрено! Старин со стоном перекатился на живот и с трудом поднялся. Тем временем Крис поднялся на пригорок и оглядывался, пытаясь понять, куда же все-таки его занесло.       — И куда мы теперь?       — Не знаю, куда ты, – Гадриэль специально сделал акцент на этом «ты», – а мы прячемся от Стража.       — От кого? – Оборотень нахмурился, нехорошее предчувствие зашевелилось внутри.       — Это надо было уточнять до того, как сигать в незнакомые порталы. Мы в параллельном мире, хомячок, и нас, тебя в том числе, теперь ловят Стражи, следящие, чтобы никто между мирами не прыгал, поздравляю! Он с ехидной улыбкой похлопал оборотня по плечу и с самодовольным видом направился вперед. Глаза Криса напоминали блюдца, и в них плескалось обреченное отчаяние.       — Да ты прикалываешься… Тут к ним подошёл Михаил. Он слышал все, о чем говорили парни, а потому с полным пониманием и сочувствием похлопал собрата по несчастью по второму плечу. Провожая взглядом гордо вышагивавшего по траве нефилима, он заметил, что шнурки у того на кроссовках болтаются, готовые вот-вот развязаться. Он хотел было предупредить Гадриэля, но только усмехнулся и тоже пошёл вверх по склону. Через пару минут нефилим упал, послышалась отчаянная ругань. Михаил довольно хмыкнул, чувствуя себя отомщенным, и пошёл дальше, не взирая на вопли полуангела, пытавшегося распутать взбунтовавшиеся шнурки. Крис фыркнул, глядя на эту картину, и стал догонять Старина. Наконец, несчастные верёвки поддались Гадриэлю, и он выпрямился. Вздохнув, он потащился вслед за парнями.

2

      Спустя пару часов, потраченных на бессмысленное шатание по городу, ребята присели отдохнуть в парке у набережной. Гадриэль лёг на лавочку, подложив руки себе под голову, и уставился в небо. Крис пристроился на спинке лавки, а Михаил уселся на соседней.       — А как скоро нас найдет этот твой Страж? – Осторожно спросил оборотень, нервно дергая ногой. Судя по его виду, он думал об этом давно.       — Между появлением Тессы всегда проходит разное количество времени, иногда она быстро отслеживает мои перемещения, иногда нет. В этот раз мы быстро проскочили несколько миров, так что вычисление нашего пути займет некоторое время. Наверно. – беспечно откликнулся нефилим.       — Спасибо, успокоил, – съязвил Михаил. Гадриэль выпучил на него глаза. Видимо, пытался изобразить уничтожающий взгляд. Крис не сдержался и прыснул, несмотря на тревогу. Старин устало сказал:       — Ариэль, хватит пучить глаза.       — Как ты меня назвал?! – Возмущённый, он вскочил с лавки и хотел было продолжить своё восклицание жаркой речью, но вдруг резко замолк на полуслове, уставившись куда-то в кусты. Михаил сразу и не понял, что тот по-настоящему серьёзен, но такой сосредоточенности на лице нового знакомого он не видел ещё ни разу. Крис этого не заметил и все ещё смеялся. Гадриэль яростно шикнул:       — Тихо! Шейл удивлённо замолчал.       — Что такое? – осторожно осведомился Старин. Нефилим не обратил на него внимания и двинулся по дорожке в сторону кустов, которые служили живой изгородью. Ещё пара шагов – и он исчез в листве.       — Чего это с ним? – недоумевающе спросил Крис. Михаил пожал плечами. «Надо догнать и привести его в себя», – решил он и рванул следом, но за кустами Гадриэля уже не было.       — Ну как? – спросил Крис из-за изгороди.       — Его тут нет. – Напряжённо проговорил Михаил и выбрался обратно на дорожку. – Его надо найти, иначе нам кранты…       — Понятное дело. – Оборотень тоже выглядел обеспокоенным. – Мне кажется, он не мог далеко уйти.       — Я тоже так думаю. Ну не улетел же он, в самом деле, – нервно усмехнулся Старин.       Его мозг судорожно пытался сообразить, куда мог податься Гадриэль. Идей было не слишком много – они знали друг друга всего пару часов, но и обыскивать весь парк было дурацкой идеей: дорожки, скрытые друг от друга высокими кустами, разбегались в разные стороны, на сколько хватало глаз, и казались двум парням лабиринтом.       — Может, посмотрим на параллельной дорожке? – предложил Крис без особой надежды.       — Давай.       На соседней дорожке его не было. На примыкающей к ней – тоже. Гадриэля вообще нигде не было. Михаил подошёл к ближайшему кусту, поднял лежащую под ним на асфальте сухую ветку и принялся ломать её на мелкие кусочки, пытаясь успокоиться. Методичные действия не помогли – страх, что они остались без проводника, одни в незнакомом мире, не желал отступать. Который раз уже чувствуя себя на грани срыва, он отшвырнул мелкие обломки ветки и обернулся, ища глазами Криса. Не хватало ещё и им двоим разделиться. Заметив светлую макушку оборотня среди зелени, он позвал его, помахав рукой.       — Ты чего? – спросил подбежавший Крис.       — Давай не будем разделяться? А то потеряемся ещё. Оборотень кивнул и слегка поежился. Видно, и его одолевали не самые радостные мысли. Вздохнув, Крис сказал:       — Ладно, пошли искать наш чернокрылый самолёт. В любом случае, без него нам тут никак не обойтись. Михаил хмыкнул на это странное прозвище, придуманное новым товарищем их общему несчастью, и парни продолжили свои поиски.

3

      Гадриэль сидел на газоне у какой-то дорожки. Наваждение схлынуло так же внезапно, как и нашло. Он чувствовал что-то... нет, кого-то. Он помнил, что искал его, но то, как очутился здесь, нефилим не знал.       — Гадриэль! – голос раздался совсем близко, из-за кустов за спиной.       — А? – Еле слышно откликнулся парень, но Михаил услышал. Проломившись через кусты, он побежал к Гадриэлю и схватил его за плечо.       — Крис, он тут! – Крикнул он в сторону кустов, и на порядок тише добавил, на этот раз обращаясь к нефилиму:       — Ты как? Гадриэль скривился:       — Спасибо, все отлично. Тут к ним выскочил Крис.       — Нашёлся-таки!       — Конечно, нашёлся, куда от вас денешься, – буркнул Гадриэль.       — Не ворчи. Может, объяснишь, что это было? – Михаил вопросительно смотрел на него.       — Мы волновались, – вставил Шейл, даже не пытаясь скрыть облегчения в голосе. Мысли путались. Гадриэль слышал слова, обращенные к нему, и, кажется, даже понимал, что они говорят, но не мог дать ничего вразумительного в ответ. Словно он все еще спал, а взволнованные голоса ребят доносились до него сквозь ватное одеяло сна.       — Эй, самолёт! Мих, он улетает, позови его.       — Гадриэль, чтоб тебя, ты меня слы…       — Слышу, я вас, слышу, не кричите. – Н-да, мысли расползаются, надо собраться. – Дайте мне пару минут. Крис и Михаил переглянулись, но промолчали. В голове Гадриэля царила каша, и выудить из неё что-то путное пока не выходило.       — Сейчас, сейчас, – пробормотал он, видя вопросительные взгляды. Парням, видимо, надоело стоять, и они сели по бокам от него. Наступила тишина.       — Я... – язык почему-то пересох, а голос стал хриплым, и он прокашлялся. – Я почувствовал... – а действительно, как это описать? – ...чувствовал чьё-то присутствие...       Глаз цеплялся за слишком яркую, будто раскрашенную фломастером листву, безумно синее небо и до смерти слепящее солнце. Цвета стали слишком яркими, но, кажется, все скоро должно вернуться в норму…       — Какое такое присутствие? – Недоуменно спросил Михаил.       «Надо собраться, собраться, собраться...»       — Гадриэль!       — Так, пошли отсюда, – Крис поднялся. – Пока наш пернатый не очухается, мы ничего осмысленного от него не услышим. Пройдётся, и глядишь, голова проветрится.       — Хорошая идея, поднимай его. «И куда они меня потащат», думалось Гадриэлю, пока его поднимали на негнущиеся ноги. Он закрыл глаза и почти повис на плечах парней.       — Э-э-эй, не спать! – Возмутился прямо ему на ухо Крис.       — Ты тяжёлый вообще-то, – поддержал Михаил.       — Ну не тяжелее тебя, разноглазый, - еле ворочая языком, пробормотал нефилим. Старин вопросительно поднял бровь, а потом Гадриэль, видимо, отключился.       Как оказалось, тащили его к воде. Нефилима усадили на его же плащ, который постелили на песок.       — А крылья? – слабо возмутился он, хотя его больше волновал плащ, лежащий на мокром песке. Потом замучаешься вытряхивать.       — Тут кругом деревья, кто тебя увидит. – Михаил стоял рядом, глядя на гладь реки. Гадриэль снова прикрыл глаза. Но тут ему на голову обрушился поток ледяной воды, судя по запаху, речной.       — Вы там совсем ошалели?! – взвился он, мигом придя в себя. Вода затекла в рот и за воротник, и он начал яростно отплёвываться от этой речной пакости. Со стороны послышался смех.       — Ты глянь, ожил!       — Все недуги лечатся холодной водой, запомни это, мой падаван!       — Да иди ты!       — Да идите вы оба! – завопил Гадриэль, которому намокшие волосы перекрыли обзор. – И желательно подальше от меня! Он тряхнул крыльями, зашелестел песок, и вслед за этим послышались возмущённые крики.       — Сейчас разберусь с этой дрянью, и вас обоих в эту самую реку окуну! Целиком!       — И вот так он нас отблагодарит за своё спасение!       Наконец, оставив попытки отлепить проклятую челку, Гадриэль вспомнил, что он всё ещё обладает какой-никакой магией, и щелкнул пальцами. Волосы высохли, рубашка и штаны тоже. Он поднялся с плаща и обернулся в сторону парней. Они нисколько не испугались и продолжали самым наглым образом ржать. Возмущённый до глубины души нефилим вскинул руку в сторону Криса с бутылкой (ага, вот он, главный злодей), сжал кулак и резко дёрнул на себя. Смех Шейла тут же оборвался, и он повалился на песок. Несколько раз перекувыркнувшись по покатому склону берега, он оказался почти у самой кромки воды, как смог, быстро поднялся на четвереньки и слегка испуганно уставился на нефилима. Михаил напрягся и замер на месте, прищуренным взглядом наблюдая за Гадриэлем. В момент, когда тот вскинул руку в сторону оборотня, по спине у Старина пробежал рой мурашек, потому что в тот момент он вспомнил, с кем имеет дело. Да, до этого чудной парень не вредил им (если не брать во внимание такие мелочи, как преследование межмировой полицией, конечно), но вдруг их поступок действительно разозлил его, и он применит к ним свои непонятные способности? Но стоило целому и невредимому Крису подняться с песка, пусть слегка грязному и мокрому, как у Михаила немного отлегло от сердца. Да и лицо пернатого было не злым, а, скорее, веселым, и даже чуть-чуть самодовольным от совершенной безобидной мести. Ухмыляясь, Гадриэль вытянул руку в сторону Старина и помахал, подзывая поближе.       — Ты следующий, некромант-недоучка! На слове «некромант» Михаил чуть скривился. Ну не верил он, что обладает какой-то потусторонней силой. Но, поддаваясь азартному порыву, исходившему от Гадриэля, он тоже встал в стойку, изображая мастера боевых искусств. Взмахнув рукой, он толкнул воздух перед собой в сторону нефилима. Правый глаз прошило холодом. Парень зажал его рукой, покачнулся, и неловко брякнулся на песок.       Гадриэля что-то легонько толкнуло в грудь. Этого оказалось достаточно, чтобы он споткнулся, покатился по чуть наклонному берегу и оказался в воде.       — Ты и так умеешь?! – потрясенные голубые глаза уставились на Михаила. Тот, не менее ошарашенный произошедшим, смотрел в ответ так же недоуменно, все еще закрывая глаз ладонью, хотя ощущение холода исчезло.       — Понятия не имею…       — Что ж, я рад сразиться с достойным соперником! – Гадриэль тряхнул мокрыми крыльями, разбрызгивая капли в сторону, и коварно улыбнулся, зачесывая мокрую челку назад. Движение руки – и уже Старин свалился в воду. Вскочив, нефилим бросился на поверженного врага.

4

      На берег опустились сумерки. Тихо трещал костёр, над которым сушилась одежда Михи. Гадриэль, ехидно посмеиваясь, отказался сушить её, а сам сидел себе у костра сухой и чистый. Миха честно обиделся, но делать было нечего, и поэтому сейчас он с гордым видом сидел в одних трусах на бревне и ёжился, несмотря на огонь. Ночь обещала быть холодной.       Криса, хоть он и пытался отмазаться от этого дела, отправили в ближайший магазин за провизией. Денег у них, а точнее, у Гадриэля, было откровенно немного, поэтому пришлось ограничиться лапшой быстрого приготовления и парой бутылок воды. Оборотню до смерти хотелось отсидеться где-нибудь подальше от враждебной, как он думал, цивилизации, но убедившись, что этот мир мало отличается от его собственного, малость подуспокоился.       Нефилим где-то достал чайник и повесил над костром. Увидев, что Старин стал подмерзать, он сменил гнев на милость и отдал ему свой плащ. Крис хмыкнул – эти двое умудрились найти на песчаном дне реки ил и извозиться в нем. Гадриэль, посмотрев на Михаила со злорадной улыбкой, высушил свою одежду и пошёл ставить палатку, которую снова вынул из ниоткуда. Шейл уже себе голову сломал, как тот это делает, и пришёл к выводу, что все свои вещи Гадриэль хранит в чём-то вроде магического кармана. Оборотень не до конца себе это представлял, а определение прочёл в какой-то фантастической книге. Михаил же ещё около получаса корячился в воде, пытаясь отстирать толстовку от грязи. Плотная ткань, и без валяния в реке имевшая не самый приглядный вид, тяжёлым куском материи колыхалась в воде, а после Старин едва смог её отжать. Вспомнив, как это выглядело, Крис не выдержал и прыснул. Гадриэль, глядя в пламя, тоже улыбнулся, но он думал о чём-то своём.              — Когда мы тебя тащили сюда, ты назвал меня «разноглазым», – тоже не отрывая взгляда от пламени, вдруг спросил Михаил. Гадриэль и Крис недоуменно воззрились на него.       — То есть ты хочешь сказать, ты дожил до своих лет, но до сих пор не знаешь, что у тебя один глаз серый, а другой синий? Ты в зеркало-то хоть раз смотрел в своей жизни грешной?       — Серый?! – взвился Михаил и поскакал к воде. «Что он там собирается разглядеть, на улице уже давным-давно темно», – подумал Шейл. И правда, Миха скоро вернулся и пожаловался:       — Темно слишком, ничего не видно. Гадриэль приподнял брови, но всё же протянул ему маленькое зеркало. Старин посмотрел в него, и тут же чуть не выронил из рук.       — Серый... – ошарашено проговорил он и поплотнее закутался в плащ. Крис переглянулся с нефилимом, и тут вдруг вспомнил, о чем хотел спросить.       — Так что с тобой было? Я имею ввиду, днем. Когда ты сорвался ни с того ни с сего, и нам пришлось искать тебя по всему парку.       — У нас викторина? – насмешливо прищурился Гадриэль и подался вперед. – Тогда моя очередь спрашивать. Помнится, ты назвал меня «самолетом». Ты это к чему? – сказал он, подозрительно глядя на хомяка.       — Это ж давно было, – опешил оборотень.       — «Встретились как-то Торопыга и Тормоз...» – ехидно вставил Михаил.       — Так к чему это было? – продолжал допытываться Гадриэль. Если честно, Крис и сам не помнил, почему так обозвал его, слово просто возникло у него в голове и приклеилось к крылатому.       — Эм... я не помню... Честное слово, оно само!       — Ага, конечно. – Гадриэль фыркнул. – А если бы у меня был брат, как бы ты его назвал? Брат самолета?       — Вертолёт. – Без задней мысли ответил Крис. Повисла тишина, прерываемая лишь треском костра. Гадриэль хлопнул себя по лбу и закрыл лицо рукой, теряя веру в разумность хомяка, а Михаил до странного синхронно повторил его действия, испытывая, видимо, те же эмоции. В ночи, вторя костру, стрекотали кузнечики.       — Кстати, я хотел узнать, что ты говорил про параллельные миры… – осмелился нарушить неловкое молчание Крис, надеясь заставить окружающих забыть его дурацкие слова. Нефилим кинул на него многозначительный взгляд, сообщавший о том, что он этого никогда не забудет, и просто пояснил:       — Да что там говорить – есть множество миров, очень похожих друг на друга. И все они существуют себе, развиваются или разрушаются, каждый по-своему. И, как я уже кучу раз говорил, чтобы миры не влияли друг на друга, Стражи следят за тем, чтобы никто не нарушал границ, ловят и наказывают тех, кто идет поперек их правил.       — А что будет, если они нас поймают? – уточнил Михаил, уже предчувствуя, что ответ ему не понравится.       — Посадят в что-то типа тюрьмы, наверно. Навсегда. – Гадриэль пожал плечами. –Хорошо, если не убьют. Я и сам об этом мало знаю, только то, что слышал от Тессы, когда она впервые пришла за мной. Сами понимаете, разговор тогда вышел не слишком информативным.       Ребята не ответили ему, задумавшись каждый о своем. Слишком уж быстро и неожиданно они оказались втянуты в эту историю, и обратного пути уже не было. Что делать дальше – было им не ясно. Пока что жизнь в вечных бегах от преследования сверхсуществами казалась им не самым счастливым исходом, но с другой стороны стояло вечное заточение или гибель, хоть оборотень и Михаил пока отказывались принимать головой этот факт.       — Получается, от Стража совсем никак не спрятаться? – Без особой надежды спросил Крис.       — Есть одно место, – Гадриэль опер голову на руки, снова уставившись в костер, – в общем-то, я туда и собирался, прежде, чем подцепил вас. Почему-то, там меня еще ни разу не находили, поэтому, когда я устаю от беготни, прячусь в этом тайнике. Попробуем сделать так же, вдруг прокатит, а дальше уж решим, как дела сложатся.       Время было позднее, поэтому, еще немного проговорив у костра, они, наконец, пошли к палатке, слегка притушив пламя. У Гадриэля было одеяло (да кто бы сомневался), Михаил укрылся его плащом. Палатка была двухместная, поэтому Крису пришлось устроиться у них в головах хомяком. Застегнув молнию, отделяющую их от внешнего мира, парни перебили всех налетевших комаров, и нефилим выключил фонарик. Крис зевнул во всю свою маленькую пасть и заснул.

5

      Михаил проснулся рано. Точнее, очень рано, потому что тёмное небо где-то на горизонте только начинало светлеть. Он выполз из душной палатки и вытащил следом многострадальный плащ Гадриэля.       Костёр догорел, но от углей все ещё исходил еле ощутимый жар. Старин снял с ветки свою одежду – она пропахла дымом, но зато высохла. Он оделся и побрел по берегу, ёжась от утренней прохлады. Найдя место, над которым почти не было деревьев, он постелил плащ и лёг на него, подложив руки под голову. По темному небу медленно ползли светлые облака, а в просветах между ними сверкали звёзды. Михаил любил вот так лежать и смотреть вверх. Тревоги предыдущего дня отступили перед этим звездным небом, наконец возвращая разум и душу в некое подобие равновесия.       — Красиво? Михаил от неожиданности сел. В паре шагов от него стоял тёмный силуэт. Заметив, как напрягся Старин, он добавил:       — Расслабься, это всего лишь я.       — А то я по голосу не понял.       — Если бы понял, не дергался бы так, – ответил нефилим и сел рядом. Михаил не ответил и снова лёг на спину. Гадриэль опустился следом.       — Как ты думаешь, – снова заговорил он, – какой сейчас месяц?       — Не знаю. Август, наверно. – С чего это вдруг он об этом спросил?       — А по мне, так тут начало июля, иначе бы мы даже к воде бы и не подошли.       — Ты не подошёл, ты скатился. – Михаил хмыкнул, вспомнив этот момент. – Чего вдруг такой вопрос? Параллельные миры не в одном ритме живут? Гадриэль фыркнул.       — Не-а. Везде свой ритм времён года и уровень развития цивилизации. То есть, август, точнее, его середина, остался в его родном мире. Август. Получается, примерно через две недели, по тамошнему времени, будет день рождения отца. Он тяжело вздохнул.       — Ты чего? – Удивился Гадриэль.       — Вряд ли мое отсутствие так быстро заметят, но… Наверняка, меня будут считать пропавшим без вести. – Сердце Михаила сжалось, когда он представил себе, что может чувствовать его семья. – Блин, родители наверно будут безумно волноваться... у тебя, случайно, нет телефона?       — Телефон? А зачем тебе?       — Я напишу, что со мной все в порядке, просто я пока не могу вернуться. – Хоть как-то надо же дать им понять, что я жив?       — Бессмысленно. Сообщение не дойдёт, ты в параллельной вселенной. – Заметив, что Михаил вздыхает все тяжелее, он предложил:       — Хочешь, ты напишешь записку, а я слетаю на твою Землю и оставлю у них? Только адрес дай.       — О, – обрадовался Старин, – ты правда это сделаешь?       — Да, только мне придётся оставить что-то вроде маячка в этом мире, чтобы я мог вернуться. А для Стража он – как красная тряпка. – Гадриэль перевернулся на живот. – Ладно, мы все равно утром собирались дальше идти. Это небольшое путешествие не займёт у меня больше получаса. И, к тому же, я ж говорил, что знаю одно место, которое Тесса вряд ли найдёт! – Радостно добавил он. – У меня там знакомые есть. На последних словах он понизил голос и быстро оглянулся по сторонам, будто эти самые знакомые могли выскочить из-за кустов.       — Да ты никак боишься? – Поддразнил его Старин.       — Когда ты с ней познакомишься, тоже станешь её бояться! – Слегка возмутился нефилим.       — Так это ещё и она! – Многозначительно протянул Михаил. Гадриэль его пнул. Некромант ойкнул и тоже перевернулся на живот.       — Слушай, а как ты... ну, как у тебя дела с родителями? Гадриэль ни разу ещё не поднимал разговора о своей семье, если не считать разговора-объяснения «кто такой нефилим». Да и то, все предположения тогда были построены на словах обалдевшего от происходящего Михаила. Крылатый положил голову на руки и ответил:       — Меня растила мама. Про отца я знаю только с её слов, что, мол, он был невероятно красив и крылат. Мама решила, что он ангел. Только этот небожитель исчез ещё до моего рождения, наградив вот этим непотребством. – Гадриэль шевельнул крыльями. – Меня не больно любили в нашем городке из-за этого, поэтому я сбежал, когда мне было четырнадцать. Я иногда навещаю маму, просто чтобы знала, что я жив, но не более. Всё-таки, за мной охотится Тесса, и долго на одном месте не засидишься. Кстати, об этом – пора бы уже собираться в путь. Михаил молча кивнул. Да уж, не всем везет с семьей Небо начинало светлеть. Нужно было разбудить Криса.

6

      — Ничего не забыли? – Гадриэль окинул компанию быстрым взглядом. Они стояли на берегу, готовые отправляться дальше.       — Да у нас из вещей только мы сами, да твоя куча барахла. – Заметил Михаил.       — Не забывай, – назидательно произнёс нефилим, – что только благодаря этому барахлу вы не ночевали на улице. Написал? Тот молча протянул ему свернутую в несколько раз бумажку с адресом и посланием. Гадриэль развернул её и быстро пробежал по ней взглядом. Кивнул, мол, понял, и снова обратился к парням.       — Так. Я сейчас быстро доставляю эту записку к Михе домой. Учитывая скорость Тессы, у нас есть минут десять-пятнадцать. Поэтому вы должны быть готовы к тому, что как только я появлюсь, берём ноги в руки и летим дальше. Крис, ты перевоплощаешься и сидишь у Михи на плече. А ты не потеряй хомяка, я к нему привязался.       — Спасибо и на этом. – Фыркнул Крис. Гадриэль отошёл от них на пару шагов и сосредоточился, создавая портал. Когда перед ним засветился жгут из сияющих нитей, он накинул на плечи плащ.       — А, чуть не забыл. – Он сунул руку в карман джинсов и вытащил старинную медную монету с квадратной дырочкой посередине и протянул Михаилу.       — Маячок? – Спросил тот. Гадриэль кивнул, прислушался к исходящей от монетки тонкой ниточке связи, укрепляя её. Было непросто, энергия пыталась вырваться, извиваясь как змея. Он нахмурился, стараясь обуздать собственную силу, нить натянулась – и лопнула. Гадриэль затряс головой, чувствуя нарастающее раздражение, и снова потянулся к связи, надеясь, что та не успела развеяться. И вдруг понял, что ошибся – она всё ещё была на месте, прочная и толстая, напоминающая полноводную реку. Странно, но, кажется, всё получилось. Довольно усмехнувшись, Гадриэль подмигнул парням, а затем коснулся нужной золотой нити-миру и исчез.       Но уже минут через десять он вывалился из ниоткуда, немного помятый, и тяжело дышал, будто бы только что пробежал стометровку. Немного отдышавшись, он заговорил:       — Тесса... Она чуть не поймала меня прям на выходе из портала... но я успел положить записку в почтовый ящик.       И тут над их головами загремел гром, предвещая появление Стража. Гадриэль с каким-то невнятным воплем сунул Криса в нагрудный карман, схватил Старина за руку, коснулся светящейся нити, и парни вновь провалились в переход между мирами.

7

Земля №2.       Мелкий дождик, накрапывавший с самого утра, наконец, стих. Яркий солнечный свет июньского солнца, разрывая тонкую пелену выплакавшихся облаков, падал на землю светлыми пятнами, заставляя лужи искриться. Круглые, узкие, причудливо изогнутые водяные зеркала, растекшись по темному асфальту, отражали в себе высотки окружающих домов, разлетаясь блестящими искрами под колесами проносящихся автомобилей. Карина Марьина, покачивая полупустой сумкой, приятно свободной от кучи тетрадок и учебников, которые приходилось таскать с собой весь год, шла по улице, обходя лужи, чтобы не замочить кроссовки и края голубых джинсов. Она смотрела по сторонам, любуясь тем, как город окунается в лето, а на душе было так свободно и радостно от того, что все наконец-то закончилось. Экзамены, которыми учителя пугали их два семестра подряд, были сданы. Впереди маячил выпускной и целых два месяца каникул перед тем, как она поступит в университет. И даже мелкие неприятности, которые с самого утра пытались испортить этот день, оказались не в состоянии сбить радостного и позитивного настроя девушки. Утром, например, у нее прямо из рук выскользнула тарелка с овощами, заливая бледным, но въедливым оранжевым соком помидора белую блузку, в которой девушка хотела сегодня пойти на вручение дипломов. Все остальные вещи, которые можно было бы вписать в официально-деловой стиль, оказались в стирке, поэтому Карина надела свою любимую летнюю ярко-желтую футболку, джинсы, и, решив не слишком сильно заморачиваться, отправилась в школу в этой одежде.       Мероприятие по выдаче дипломов длилось очень долго. Внутри старого четырехэтажного здания школы было душно, сонно, и очень скучно. Торжественные слова, произносимые с импровизированной сцены в месте, которое только отдаленно можно было назвать актовым залом, в этой звенящей жаре только усыпляли, но Карина изо всех сил боролась со сном, думая о том, что это её последний день в школе, и очень скоро все изменится. Новое место, новые знакомые, а может, и другой город… поэтому, нужно запомнить этот день, ведь впереди только будущее, и нельзя ступать в него, не завершив, как следует, предыдущего этапа.       Наконец, когда уже даже Карина готова была закрыть глаза, вдруг отключился свет, шепелявый микрофон смолк, а ведущая, преподаватель математики, недоуменно и растерянно пару минут оглядывалась по сторонам. Остаток мероприятия прошёл скомкано – оставшимся теперь уже бывшим ученикам быстро отдали синие и несколько красных корочек, и отпустили восвояси, наслаждаться последними школьными каникулами.       Карина не слишком торопилась домой – ей нравился этот день. Она наконец-то чувствовала, что живет, и дышит полной грудью, впервые за долгое время. Скоро вместе с одноклассниками она поедет на турбазу, где они отметят окончание школы, а сегодня вечером проводит родителей, уезжающих в отпуск, в аэропорт, и поживет пару недель в пустой квартире, в тишине и покое, занимаясь тем, что было отложено из-за подготовки к экзаменам. Может, список фильмов, которые она хотела посмотреть, наконец-то уменьшится, или, может, начать ту картину по номерам, которую… Резкий визг тормозов и отчаянная ругань водителя, испуганными и рассерженными глазами смотрящего на замершую от неожиданности девушку сквозь лобовое стекло, вырвали Карину из мечтаний, заставляя замереть посреди дороги, а затем быстро-быстро побежать вперед, чтобы не мешать движению. Задумавшись, она совершенно не заметила, как оказалась на дороге. Оказавшись другой стороне, она остановилась, уперлась руками в коленки и дышала, пытаясь остановить несущееся в бешеном темпе сердце. Запоздалые мурашки пробежали по плечам и спине, заставляя её поежиться, а мысли лихорадочно скакали от мысли «меня чуть не сбили» до «все в порядке, я в норме». Второе вскоре возобладало, и девушка, гоня из памяти неприятный эпизод, пошла дальше, стараясь теперь не так сильно нырять в свои мысли.       Вернуться к прежнему благодушному настроению не выходило – где-то на краю сознания продолжали вертеться мысли о собственной глупости, а в груди плотно засело неприятное чувство, от которого хотелось скорее избавиться. Карина вздохнула, крепче сжимая ручку сумки в ладони.       Дорога к дому шла через парк, больше похожий на лес из-за запущенности. Шум дороги практически стих, оставаясь едва слышным гулом. Высоко в листве громко щебетали какие-то птахи, и Карина подняла голову. Разглядывая лохматые зеленые кроны, девушка медленно шла вперед, но так и не заметила ни одной птицы. Справа вдруг что-то ярко сверкнуло, и она от неожиданности отшатнулась. Мимо Карины пронеслись какие-то люди, так быстро, что она не успела их рассмотреть. Её сбили с ног, перед глазами завертелся мир, а коленки больно врезались в асфальт дорожки. Неловко взмахнув руками, девушка растянулась на земле. Её пальцы коснулись чего-то, по коже пробежало ощущение, похожее на слабый ток, Карина повернула голову, и… все вокруг утонуло в белом сиянии.       Последним, что она видела, был светящийся жгут из сотен золотых нитей.