Сюрприз от Мироздания

Кериония, Волчий лес.

1

      Карина расстроенно швырнула ветку в костер. Смолистое дерево затрещало, когда огонь охватил его, и серый дым наполнился вкусным сосновым запахом. Тара вздохнула. Она пыталась помочь подруге с ее даром, но недостаток теории сказывался на практике. Да, один раз из десяти у Карины получалось зажечь на ладони маленький огонек, но это непостоянство не столько делало ее способность бесполезной, сколько подрывало ее уверенность в себе. На резкий жест подруги китаро не стала ничего говорить: быть может, сильные эмоции помогут дару раскрыться?       Их небольшой лагерь стоял там же, где и раньше – на полянке в окрестностях домика Лоры. Уже прошло несколько дней с тех пор, как Михаил призвал призрак Лоры-старшей, но изучение Проводников не продвинулось ни на шаг. Женщина наслаждалась своим существованием, пусть и не полноценным, и не спешила помогать ребятам, несмотря на свои предыдущие обещания. Угрозы на нее уже не действовали – немного понаблюдав за окружающими её людьми, призрак смогла определить, кто хорошо владел своими способностями, а кто нет. Поэтому она проводила время, изучая произошедшие за годы её отсутствия перемены в мире, или рассказывая ребятам о своей жизни. Рассказчицей Лора-старшая была прекрасной. Даже тот факт, что её слова ребятам пересказывал некромант, не отнимал у них захватывающего стиля повествования. Но если коротко, все её истории сводились к одному – это были либо головокружительные романы с высокопоставленными и не только людьми, либо ситуации, в которых женщина представала невероятно мудрой и находчивой. Быстро сообразив, как сильно призрак любит внимание к своей персоне, молодые люди решили воспользоваться этим, чтобы расположить её к себе. План был хорош, вот только Лора все продолжала рассказывать, ребята – слушать, а Карина так и не узнала ничего нового о своем даре.       Время текло неспешно. Казалось, они жили здесь несколько недель, если не месяцев. Гадриэль то пропадал в домике колдуньи, то уходил куда-то в лес. Иногда и он вместе с остальными слушал рассказы призрачной женщины, но все чаще исчезал из поля зрения. Михаила, да и остальных, это тревожило, но никто не решался спросить, в чем же дело. Впрочем, одна из причин, по которой нефилим не часто появлялся в их кружке любителей историй, была известна – юноша уж слишком пришелся по душе призраку. Она не упускала шанса сделать комплимент его внешности, поступкам, редким комментариям, чем вгоняла Гадриэля в краску, а окружающим становилось слегка неловко. И это при условии, что часть её хвалебных речей некромант все же опускал. А Лора хранила молчание и просто дожидалась, чем все кончится.       Карина подкинула в костер еще хвороста. Огонь разгорелся еще сильнее, и тогда, наконец, она поднялась на ноги и отряхнула руки, решительно сказав:       — Все, я больше так не могу. Я пойду к ней и попрошу меня обучить как следует. Не представляю, сколько можно еще тянуть время. Тара удивленно подняла голову, посмотрев на подругу, но решила поддержать этот порыв – глядишь, и сонная тягомотина, в которую превратились их дни, закончится.       — Я с тобой.       — И я! – Крис, лежащий в траве неподалеку от них, поднял руку, обозначая свое присутствие. Гадриэль, как всегда, проскальзывающий мимо без единого звука, вдруг остановился, заметив пристальный взгляд Карины:       — Ты чего так смотришь? Девушка сглотнула. Она не то чтобы боялась нефилима, скорее, опасалась его острого языка и непредсказуемости общения с ним. Из всей команды она была знакома с ним меньше остальных, но видела, что он относится к ней с некой настороженностью. Закрыв глаза для смелости, Карина выпалила:       — Я бы хотела, чтобы ты пошел с нами.       — Это еще зачем? – парень нахмурился.       — Ты хорошо умеешь убеждать людей, а мне может не хватить напора. Поможешь? Она так умоляюще смотрела, что в конце концов Гадриэль не выдержал. Вздохнув, он кивнул. Подошедший Крис одобрительно похлопал его по плечу:       — Вот это по-нашему! Идем собирать долги со всяких призраков и ведьм!       В доме Лоры было душновато и сонно. Женщины и Михаил расположились за уже знакомым столом, разговаривая о чем-то. Колдунья задавала вопросы своей родственнице, а Старин, дремавший вполглаза, монотонным голосом озвучивал ответы Лоры-старшей. Увидев вошедших, они отвлеклись. Лора повернула голову и поинтересовалась:       — Наконец-то решились вытащить всю информацию из этой старой кошёлки? Лицо призрачной женщины скривилось, она что-то эмоционально произнесла.       — Я тебе не старая кошёлка, посмотрела бы на себя, – медленно и однообразно повторил некромант, по привычке повторяя за призраком. Та активно закивала, а Гадриэль фыркнул в кулак. Тара тоже прикрыла рот рукой, скрывая улыбку, а девушка и оборотень, не смущаясь, захихикали. Это разбудило полусонного парня, он ойкнул, но потом махнул рукой, чувствуя только желание лечь головой на стол и отключиться минут эдак на пятнадцать.       Карина взяла себя в руки. Чувствуя поддержку своих товарищей, она смело обратилась к Лоре-старшей:       — Вы обещали, что расскажете мне о Проводниках все, что знаете, но почему-то нам приходится… – она замолкла, подбирая нужное выражение.       — Тянуть из вас информацию клещами, – активно подсказал Гадриэль. Он решил добросовестно выполнить свое обещание помочь, и не скажешь по нему, что каких-то десять минут назад он делал все, чтобы оставаться ни при делах.       Призрак закатила глаза. Вздохнув, она произнесла несколько слов, лицо ее выражало крайнюю усталость.       — Раз уж вы так просите, то она согласна, – пересказал Михаил, подпирая голову кулаком. – Но у нее есть условие… – Его сонный взгляд переместился на женщину. – Какое еще условие, ты обещала помочь мне за все, что я для тебя сделал! – возмутился он, впрочем, не слишком бодро. Женщина скрестила руки на груди и вздернула подбородок, всем своим видом показывая, что ничего не будет делать, пока они не согласятся на это условие.       — И чего она хочет?.. – осторожно спросила Карина.       — Ей нужно будет мое тело… на пару минут. – Некромант нахмурился и поежился. Гадриэлю это тоже не понравилось.       — Предлагаю некоторое время подумать, а затем уже принимать решение. А то как-то сомнительно всё это. Лора-старшая развела руками, мол, делайте что хотите. Тем временем колдунья, с интересом наблюдавшая за происходящим, поднялась из-за стола.       — Может, переместимся наружу? А то вон уже даже оборотень носом клюет.       — Ничего страшного, он и до этого спал, – съехидничал нефилим. Крис беззвучно передразнил его и первым вышел на улицу.       Прохладный ветерок прочистил мысли, и ребята устроили мозговой штурм. Решение, конечно, оставалось за Михаилом, ведь это ему придется пожертвовать собой на некоторое время. Даже перебрав все «против» и «за», команда не смогла прийти к единому решению. В конце концов, Старин все же уступил просьбам Карины, но лишь потому, что сам знал, какого это – знать, что у тебя есть особенная сила, но не уметь ее применить. Когда решение было принято, его озвучили Лоре-старшей. Та обрадованно хлопнула в ладоши и перечислила, что ей понадобится для передачи знаний Карине. Вот только плату она потребовала вперед. Стиснув зубы, Михаил протянул руку призрачной женщине. Остальные напряженно, особенно Гадриэль, наблюдали за ними. Никто и представить не мог, что же собиралась сделать эта женщина, воспользовавшись чужим телом.       Под взглядами окружающих призрак коснулась протянутой ладони некроманта и растворилась в воздухе. Михаил покачнулся, зажмурившись, а в следующий миг его глаза открылись, но ими смотрела уже Лора-старшая. Ребята наблюдали за тем, как изменились жесты их друга, и не могли отделаться от странного ощущения неправильности. Вновь обретя плоть, женщина с упоением потянулась. Выпрямив спину, она горделиво оглядела присутствующих, но тут, похоже, вспомнила о том, что времени не так много.       Старин опять чувствовал себя так, будто оказался в запертой машине, потеряв управление, и эта машина несется куда-то к обрыву. Как во сне он наблюдал за тем, как в два шага призрак преодолевает разделяющее его и нефилима расстояние, и слишком поздно понял, что она задумала. Прежде чем Михаил успел предпринять хоть какую-то попытку освободиться, Лора-старшая ухватила оторопевшего Гадриэля за воротник и притянула к себе. Некроманту только и оставалось наблюдать за тем, как чужое лицо катастрофически быстро приближается к его собственному, а затем женщина перекрыла ему обзор, закрывая глаза. Ослепленный, Михаил почувствовал, как его губ коснулось нечто теплое. Не дав парням времени на осознание, призрак оставила тело Старина и отлетела подальше.       Крис, жевавший печенье, подавился и закашлялся. Лора присвистнула. Тара безуспешно пыталась сдержать смех, от чего уголки её губ судорожно подергивались, а Карина, широко открыв глаза, не могла отвести от них взгляда, не забывая при этом похлопывать по спине заходящегося кашлем оборотня.       Михаил и Гадриэль пару секунд смотрели друг на друга так, будто виделись в первый раз. В их глазах смешалось столько шока и удивления, что хватило бы на еще двух человек. Стоило первоначальному оцепенению спасть, и парни отскочили друг от друга. Гадриэль даже не ругался. Все его эмоции настолько перепутались, что он не мог понять, что же все-таки чувствует. Старин, видимо, находился в похожей ситуации, что было понятно по его ошеломленному взгляду.       — А быть мужчиной не так уж и плохо… – задумчиво произнесла призрак, выглядывая из-за Лоры, плечи которой подрагивали от беззвучного смеха.       

2

      После происшествия все, хоть и с трудом, вернулись к делу. Наблюдая за тем, как Крис, вызвавшийся помочь, выносит на полянку перед домом колдуньи низенький столик с курильницей для благовоний, Гадриэль недоуменно спросил:       — Это будет что-то вроде ритуала?       — Похоже на то. – Михаил стоял рядом с ним и следил глазами за тем, как призрак плавно, словно танцуя, перемещается по полянке. Смотреть на друга он не смел.       Когда все было готово, Лора, которой предстояло помогать, усадила Карину на землю перед столиком, над которым поднимался дым благовоний. Перед этим девушке было велено позаимствовать способность некроманта, чтобы ритуал прошел успешнее. Призрак заняла свое место напротив. Закатав рукав, она продемонстрировала ребятам свое правое предплечье, на котором ближе к локтевому сгибу браслетом вился красивый цветной рисунок – переплетенные стебли плюща с аккуратными темно-зелеными листьями. Увидев татуировку, колдунья, стоящая неподалеку, нахмурилась. Ей был знаком этот рисунок, но она никак не могла вспомнить, откуда.       Карина вытянула руки вперед ладонями вверх. Лора-старшая положила свои прозрачные руки поверх её. От этого прикосновения девушка вздрогнула: ее кожи коснулось что-то прохладное и невесомое, но в то же время ощутимое. Закрыв глаза, призрачная женщина произнесла несколько слов – заклинание. Воздух вокруг них сгустился, запах благовоний стал сильнее, а на полянке словно померк свет, несмотря на то, что светило солнце. Заклинание стало напевом, который неожиданно услышали все. Необычная мелодия, не похожая ни на что, эхом отдавалась в тумане, окутавшем место ритуала. Карина чувствовала, как ее сознание уплывает вслед за голосом призрака. Это состояние было похоже на транс, тело девушки начало раскачиваться, как змея под флейту заклинателя. Внезапно что-то обожгло ее руку. Карина вскрикнула, и оцепенение спало. Не выдержав, она вырвалась из хватки призрака и с ужасом увидела, как татуировка с предплечья Лоры-старшей переползает на ее руку. Кожа вокруг контуров зеленых стеблей покраснела и чуть опухла, но что было удивительнее всего – от рисунка по всему телу пробежал прохладный поток, какая-то сила наполнила девушку так быстро, что у нее закружилась голова и она повалилась прямо на руки подскочившего Криса.       — Аа-а, черт! – Колдунья, наконец что-то осознавшая, вскочила и выругалась, добавив еще пару незнакомых ребятам из других миров слов. – Соррлан и его гады, как же я не додумалась раньше… Ты ведь специально заставляла их ждать, чтобы они согласились на что угодно, а я не успела этому помешать! Лора возмущенно и зло смотрела на призрачную женщину, которая победно улыбалась. Ее и без того прозрачное тело вдруг стало выцветать и размываться.       — Снова меня бросаешь, значит? – голос ведьмы звучал резко, а на лице застыли горечь и разочарование. Лора-старшая беззвучно произнесла что-то. Пожав плечами и подмигнув напоследок Гадриэлю, она растворилась совсем.       Над полянкой зависла тишина.       Пару секунд молчавшая Лора схватила горячую курильницу со стола и швырнула туда, где только что был призрак. Поморщившись от боли, она сжала в кулак обожжённую ладонь и повернулась к Михаилу:       — Что она сказала?       — «Тогда ты справилась сама, справишься и теперь». – Некромант не отводил взгляда от клочка травы, где растаяла призрак. Карина поднялась, отстранившись от поддерживающего ее оборотня, и подошла к женщине, которая стояла, опустив голову. Коснувшись больной ладони колдуньи, она не дала Лоре выдернуть руку, а легко провела по ожогу кончиками пальцев. Прямо на глазах ребят поврежденная кожа вновь стала светлой, заживая. Послышались удивленные возгласы, а ведьма вдруг оттолкнула Карину, прижимая руку к груди:       — Больше никогда так не делай. Мне достаточно одной жизни на моей совести. Она произнесла это не злобно, а устало. Не оборачиваясь, Лора медленно поднялась по ступенькам крыльца и скрылась в доме, захлопнув дверь. Ребята недоуменно переглядывались. Никто так и не понял, что же все-таки произошло, но, решив пока не трогать колдунью, они вернулись в лагерь, чтобы все обсудить.       Расположившись вокруг едва полыхающего костра, они стали рассматривать татуировку на руке Карины, попутно выдвигая предположения, что же это могло быть. Было очевидно, что это не просто красивый узор, а новые возможности в виде исцеления не могли взяться с потолка.       — Она передала тебе только это? А что насчет знаний о Проводниках? – спросил Гадриэль.       — Кажется, ничего такого. По крайней мере, я не думаю, что знаю теперь больше, чем сегодня утром. Хотя… Карина задумчиво коснулась рукой плеча Тары, сидевшей рядом с ней.       — Покажи еще раз, как ты зажигаешь огонь, пожалуйста. – попросила она. Тара с лёгкостью выполнила ее просьбу, изящно повернув кистью и раскрывая ладонь, на которой затрепетал цветок пламени. Карина повторила движение подруги, и – о чудо, огонь в ее руке зажегся с первого раза! Чтобы убедиться в том, что это не случайность, девушка повторила за китаро еще несколько приемов, и каждый раз у нее получалось добиться пусть не идеального, но все же результата. Ребят охватило ликование. Их цель была достигнута, и даже, можно сказать, перевыполнена, если считать еще и исцеляющую способность. Осознание, что все было не зря, было самым прекрасным чувством на свете. Тара и Крис тормошили счастливую, смеющуюся Карину, Гадриэль улыбался, а Михаил, подперев рукой подбородок, смотрел на всех них, чувствуя, как внутри него свернулось клубком какое-то новое, теплое чувство.       Когда радость немного схлынула, все вспомнили о странном поведении Лоры. Её и призрака явно связывало что-то, помимо родственных уз, но расспрашивать о таком было неправильно. Единственное, что им действительно нужно было узнать – это о татуировке из стеблей плюща и словах колдуньи о «одной жизни на её совести». Звучало это, что ни говори, пугающе. Гадриэль, догадывающийся, что наверняка все очень непросто с этим рисунком и даром исцеления, посоветовал Карине не использовать другие способности, если вдруг такие обнаружатся, помимо ее силы Проводника. Оставалось дождаться, пока колдунья снова будет готова принимать клиентов.       Следующий день прошел легко и весело – Карина, наконец-то освоившая контакт с даром, вовсю пробовала новое. Сначала она с Тарой снова попробовала сделать все то же, что и вчера – теперь каждый прием выходил увереннее, и это вызывало восторженные вскрики у девушки каждый раз, когда то на её ладони, то на кончиках пальцев расцветали огненные лепестки, которые совсем не обжигали кожу. Потом она добралась до Криса. Обернуться в хомяка сразу у нее не получилось, но оборотень не терял терпения, радуясь возможности разделить с кем-то свою способность. Когда и это препятствие было преодолено, под раздачу попал и Михаил. Так как он и сам не слишком хорошо знал свои способности, некромант и девушка были на равных. Карина действовала интуитивно, и наконец они оба поняли, как можно толкать предметы некромантским подобием телекинеза.       В стороне остался лишь Гадриэль, который с показным ужасом уворачивался от девушки, в глазах которой появилась отдающая одержимостью жажда нового, напоминающая Лору. В конце концов он снова сбежал из лагеря, пока Крис отвлекал Карину.       Нефилим ушел не слишком далеко – Михаил нашел его на одном из огромных камней рядом со святилищем, где была похоронена Лора-старшая. Он сидел на вершине серой глыбы и задумчиво жевал травинку, смотря на блестящую за деревьями реку. Старин ловко забрался по едва заметным выступам наверх и примостился рядом. Некоторое время они молчали, слушая, как вокруг них шумит лес.       — Знаешь, Лора сказала, что моим отцом был Страж. Некромант повернулся к другу. Он удивленно смотрел в отрешенное лицо парня, которого, казалось, этот факт мало волновал. Гадриэль ухмыльнулся, заметив выражение лица Михаила:       — Что, выгляжу так, будто мне все равно? У меня было несколько дней, чтобы все обдумать, но… я все еще не знаю, как относиться к этой информации.       — А ты уверен, – осторожно начал Старин, – что колдунья не ошиблась?       — У меня нет причин не верить ей – слишком много пунктов совпадает. – парень пожал плечами. – Только к этому знанию не так просто привыкнуть. Особенно, если почти всю свою жизнь верил в другое. Ну хоть убей, не представляю, где моя мать могла встретить Стража, не говоря уж о том, чтобы…       — Да уж… – некромант задумался. Он был удивлен, и даже очень, однако от чего-то ему казалось, что Гадриэлю его изумление сейчас ни к селу, ни к городу. – Хотя знаешь, может и не надо привыкать. Иногда о некоторых вещах лучше не знать лишнего. – Михаил откинулся на горячий камень и заложил руки на голову. – Просто прими как факт. В любом случае, кем бы ты ни был, хоть инопланетянином, никто не станет относиться к тебе по-другому. Ты – это все еще ты.       Ага, инопланетянином. Да кто такие вообще эти Стражи?       — Да я не то чтобы об этом… но спасибо. Я рад, что это никак не скажется на том, что окружает меня. Нефилим привалился рядом, смотря в яркое голубое небо. Чувство покоя, как это часто бывало рядом с Михаилом, снизошло на него, и стало как-то легче. Знание, казавшееся поначалу концом света, стало простым фактом, существовавшим где-то на грани его сознания. Идиллия была прервана незнакомым мужским голосом, ехидно спросившим:       — Солнечный удар получить не боитесь, голубки? Эти слова пробудили в парнях воспоминание о вчерашней неловкой ситуации, и они вскочили, озираясь по сторонам. Вокруг никого не было. Голос рассмеялся, на этот раз где-то прямо над ухом Михаила. Вздрогнув, он резко повернул голову и столкнулся лицом к лицу с кем-то странным. То ли птичья, то ли рептилья голова размером с кулак некроманта покачивалась прямо перед ним на длинной, изящной шее. С испуганным возгласом некромант отскочил от этого существа, ему вторил вопль нефилима, тоже разглядевшего, что говорило с ними.       У существа было четыре лапы, хвост и некое подобие крыльев. Не смотря на первоначальный испуг, Старин все же не мог не отметить, что этот зверь был по-своему красив. Черный дракон, размером с очень крупного кота, соскочил с возвышения, на которое прежде опирались парни, и сел перед ними, обернув узким хвостом лапы. Он даже двигался как кошка.       — Ха, я надеялся слегка напугать вас, а теперь чувствую свою вину. Кто же знал, что я в нынешней своей форме такой стр-р-ашный! – насмешливо протянул дракончик и облизнулся.       — Ты кто? – спросил Михаил, все еще не зная, как реагировать.       — Можете звать меня… Сорел. – Он величаво расправил крылья и взмахнул ими. Крылья у него были, мягко говоря, не слишком типичные для драконов – белые, покрытые перьями, как у птицы.       — И кто же ты все-таки такой? – недоверчиво усмехнулся нефилим. Ему показалось, что раньше у дракона были другие крылья – на месте перьев были лишь кости – но в конце концов решил, что ему показалось.       Сорел бросил на него ленивый взгляд:       — Спроси у своего дружка-некроманта. Присмотревшись, Михаил заметил, что тело дракона не было полностью черным, а лишь казалось таким в тени камня. Стоило ему повернуть голову, и стало видно, что Сорел был полупрозрачным. Чтобы удостовериться в своей догадке, Старин протянул руку к зверю, чтобы коснуться, но ухватил лишь воздух, только чуть более плотный чем обычно. Догадка подтвердилась – дракон был призраком. Призрак боком отскочил от его руки и ощерился:       — Ты что делаешь, глупый мальчишка! Гадриэль ехидно рассмеялся:       — А ты чего ждал, ходячая древность?       — Если я древность, то ты младенец! Или птенец? – Сорел склонил голову набок и посмотрел на него, словно раздумывая, что выбрать.       — Какой я тебе птенец! – возмутился Тюремщиков. – Я вообще никакого отношения к птицам не имею, чтоб ты знал. Видя, как вспыльчивого друга снова разводят на ругань, как второклашку, Михаил вздохнул.       Дракон фыркнул:       — Ах да, вы же не птицы, а грифоны, конечно. Зверя нелепее не могли выбрать? Нефилим замолк, а потом громко прошептал некроманту на ухо, прикрывая рот рукой сбоку:       — О чем он вообще?.. Это возраст так проявляется, уже с ума сошел? Старин сморщился и отодвинулся, вытирая ухо ладонью, и хотел задать Сорелу еще один вопрос, но тот пропал.       — Обиделся, что ли? Сделав вид, что это ни коим образом его не касается, Гадриэль соскользнул с камня на землю. Михаил закатил глаза, но после тоже слез, и они отправились обратно в лагерь, гадая, что же это было.

3

      Вечером следующего дня ребята обнаружили в лагере послание. Оно было от Лоры. Колдунья приглашала их на чай, обещая разъяснить все предыдущие недомолвки.       Обрадовавшись, компания быстро собралась и поспешила к домику, у крыльца которого вновь уютно горел фонарь. Стоило Таре постучать в покрытую мхом дверь, как та распахнулась. Женщина, стоящая на пороге, была такой же, как и прежде. С легкой улыбкой она жестом предложила ребятам войти. Как и в прошлый раз, они расположились в круглой комнате, уютно устроившись на знакомых местах и грея руки о горячие чашки с травяным настоем. Но что-то было не так – в воздухе висело едва уловимое напряжение.       Лора вновь расположилась за своим столом. Обведя взглядом ребят, она поправила золотую оправу очков.       — Должно быть, в прошлый раз вы ничего не поняли. Надо сказать, в произошедшем есть часть моей вины – даже обладая большим количеством знаний, я не смогла вспомнить сразу, что же за татуировка была на руке той Лоры. Поэтому, простите меня. – Она склонила голову.       — Вы не могли знать всего, – примиряюще произнесла Тара. – Вряд ли вы виноваты так, как считаете.       — Увы, но я не склонна винить себя за то, к чему не причастна. – Женщина усмехнулась. – Не суметь распознать её намерений, когда все было на поверхности… Что ж, случившееся я уже исправить не могу, поэтому, давайте расскажу вам все с самого начала.       Безумная Лора никогда не жила вечно. Да, продолжительность жизни столь необычной личности, обладающей колоссальным набором знаний о разных магических явлениях на свете, была больше, чем у обычных людей. Но всё же это было не бессмертие. Иллюзия бессменности была лишь искусным обманом, который длился уже не одно столетие. Когда-то, очень много лет назад, Лора, почувствовав, что её разум начинает терять остроту, а тело слабеет, испугалась, что все знания, которые она накопила за годы жизни, просто исчезнут после её смерти. Чтобы этого не произошло, она написала множество книг, в которых были все её знания, но и этого колдунье показалось мало. Ей нужен был хранитель, который бы позаботился о доме и артефактах, продолжив дело, но вся беда была в том, что ведьма никому не доверяла. Тогда она вспомнила об одном артефакте, отданном ей в обмен на услугу. Эта вещь позволяла своему владельцу перемещаться между параллельными мирами, о которых тогда было мало известно. Воспользовавшись артефактом, Лора попала в другой мир, и там, после долгих поисков, отыскала саму себя. В той вселенной она была местной знахаркой, лечившей маленькую, но процветающую деревню.       Поговорить с самой собой было сложно, но в конце концов Лора-знахарка поверила себе из другого мира и согласилась заменить её – жажда все новых и новых знаний, жажда, затмевавшая другие желания, была отличительной чертой этой женщины в каждой из Вселенных. Колдунья обещала научить свою преемницу всему, что знала, и сдержала своё обещание, но не до конца. Спустя пару лет их мирной жизни в уютном домике на берегу Двуликой реки, их нашёл Страж, посланный в погоню. В те времена магия в Керионии работала как надо, и Стражам не составляло труда обнаружить нарушителей. Лора погибла. Её заменила она сама из другого мира, вот только никто на всём острове не догадался о подмене. Страж же, решив, что нарушительница мертва, ушёл. Новая Лора, получив недостающие знания из книг, оставленных предшественницей, продолжила её дело, помогая жителям Керионии за определённую плату и изучая магические явления, артефакты и заклинания.       Когда пришло и её время найти преемницу, история повторилась. Годы шли, одна женщина сменяла другую, некоторым удавалось обманывать и убивать Стражей, что пополняло их коллекцию знаний, но ни одна из них, встретив другую версию себя, не жила долго. Благо, этого хватало на то, чтобы передать все тонкости искусства быть всезнающей.       Однажды Лора, которую ребята знали как Лору-старшую, тоже почувствовала, что пришло её время передать пост. Записав всё то, что открыла за свою жизнь, она отправилась в другой мир.Нынешняя Лора тогда была молодой девушкой из провинции, которая работала медсестрой в местной больнице. Она долго не верила словам женщины, так похожей на нее, и слышать ничего не хотела о других мирах и магии. Будучи из религиозной семьи, она считала магию проявлением чего-то тёмного и безбожного, а потому Лора-старшая, потерявшая терпение и уставшая от фанатичных рассуждений о добре и зле, просто похитила девушку. Вот только слишком много времени было потрачено, и Страж настиг их сразу после перемещения.       …Лора, связанная заклинанием, извивалась и пыталась кричать, чем сильно мешала колдунье, неумолимо ведущей её по берегу Двуликой реки. В небе громыхнуло, и Лора-старшая вздрогнула, но не остановилась. Сильный порыв ветра прямо в лицо заставил её зажмуриться, а когда она в следующую секунду открыла глаза, прямо перед ней стоял красивый беловолосый мужчина с равнодушным лицом. Чёрные, без проблеска света, глаза казалось, смотрели прямо в душу, а красные крылья за спиной трепетали, словно плащ. Не смея вскрикнуть, колдунья попятилась назад и попыталась оттолкнуть девушку подальше от Стража, но тот оказался быстрее. Неуловимым движением он вскинул руку и тут же опустил её, а женщина услышала позади себя сдавленный хрип. Обернувшись, она увидела, как девушка оседает на землю. Кровь быстро пропитывала обрывки белого медицинского халата, накинутого поверх простой одежды. Лора склонилась над человеком, похожим на неё как две капли воды, давя в себе чувства паники и страха и напрочь позабыв о том, кто стоит за её спиной. У нее не было времени, чтобы оценить ситуацию – бледное лицо лежавшей без сознания медсестры и кровь, стекавшая из приоткрытых губ, уже свидетельствовали о том, что медлить нельзя. Закатав рукав, колдунья коснулась татуировки в виде переплетённых листьев плюща и воззвала к её силе. Предплечье будто сдавило ледяным кольцом. Рисунок, который Лора создала сама в ходе долгих исследований, забирал её жизнь, даруя исцеление смертельно раненой девушке.       И в этот момент краснокрылый Страж нанёс удар. Колдунья не закричала, только сдавленно застонала – отвлекаться было нельзя. Чувствуя онемение в боку, куда пришёлся удар, и жар, расходящийся от раны, женщина продолжала передавать свои жизненные силы. Если раньше она надеялась исцелить девушку и остаться в живых, то сейчас, чувствуя солоновато-металлический привкус во рту, она поняла, что осматривать свою рану нет смысла – скорее всего, там будет лишь зияющая дыра, не лучше той, что прямо сейчас затягивалась под её руками. Руки быстро холодели, то ли последствия магии, то ли слишком быстрая кровопотеря. Онемение спало, став пронизывающей болью, а перед глазами поплыли чёрные круги. Лора закрыла глаза, чувствуя, что заваливается на бок. Из последних сил приподняв веки, она увидела перед собой бледное лицо – точную копию своего. Девушка едва заметно дышала, и колдунья молилась, чтобы Страж не заметил этого. Не надеясь на то, что её услышат, женщина прошептала:       — Если сможешь… если выживешь, иди в мой… дом…       Она успела сказать еще несколько слов, пока была жива. Но скоро ее глаза закрылись навсегда, а с губ едва слышно слетел последний вздох.       Страж, выполнивший свою работу, равнодушно оглядел два окровавленных тела и исчез вместе с раскатом грома. Хлынул дождь.       О том, что было дальше, Лора не стала рассказывать. Пыльные древние талмуды, исписанные неизвестными словами. Изучение другого языка, чтобы понять записи. Годы одиночества в чужом мире, незнакомые люди, знающие твоё имя, но зовущие не тебя. Печальные глаза влюблённых, которых отвергла ставшая вдруг незнакомой женщина, сухие букеты, мокнущие под ночным дождём у крыльца. Дом, наполненный осколками чужой жизни. Голос в голове, тихо просящий «не уходи».       К тому времени, когда Лоре было достаточно знаний для возвращения в родной мир, прошло много лет. Скорее всего, тех, кто когда-то был ей дорог, уже нет в живых. Некогда чужой дом стал крепостью, хранившей её тайну.       Шрамы затянулись, но в ночь, когда призрак женщины рассеялся, старые раны будто бы открылись вновь, напоминая о том, что так хотелось забыть.