For Love of Magic (Из Любви к Магии)

  Горфист посмотрел на пятерых человек, заполонивших его кабинет. На целых пять больше, чем ему хотелось бы.   — Что вам нужно на этот раз, Поттер? — грубо потребовал он. Профессиональные отношения между менеджером по работе с клиентами Поттеров и наследником этих самых Поттеров уже давно вышли за рамки вежливости.   — Мне нужно открыть ещё одно хранилище, — ответил Гарри, не обращая внимания на тон менеджера. Гоблины не только не любили людей, что само собой разумелось, но и в целом не очень-то жаловали вежливость. — Депозит должен составлять десять тысяч галлеонов, и все пятеро из нас должны иметь к нему полный доступ, но операции или снятие средств, превышающих сумму в двести галлеонов за один раз или тысячу в месяц, должны быть одобрены лично мной.   — Имена? — хмыкнул Горфист.   Гарри назвал имена четырёх девушек.   — Разумеется, я хочу, чтобы нам дали ключи от него.   — Это будет стоить вам десять галеонов. За каждый.   — Мне кажется, вы имели в виду по пять галеонов за штуку, — ухмыльнулся Гарри.   Горфист оскалился в ответ.   — Девять.   — Шесть.   — Восемь.   — Пять, и я не замечу, как из моего хранилища пропадёт ещё десять.   Горфист на мгновение задумался над такой откровенной взяткой и неохотно кивнул:   — Согласен.   — Я также хочу, чтобы все банковские выписки ежемесячно отправлялись Пенелопе Клируотер.   Четыре девушки с удивлением переглянулись, услышав имя своей бывшей однокурсницы, но промолчали.   — Хорошо, — снова хмыкнул Горфист, а затем оскалился. — Я пошлю гоблина в вестибюль, чтобы тот сопроводил вас к ключнику, а теперь убирайтесь из моего кабинета и сдохните в огне.   — Надеюсь, твою мать сожрёт дракон, — отбил Гарри в ответ и жестом приказал широко распахнувшим глаза девушкам следовать за ним на выход.   — Блядские гоблины, — проворчал парень, когда они покинули кабинет Горфиста.   — Это вообще… нормально? — нерешительно поинтересовалась Брианна, сильно обеспокоенная враждебностью между Гарри и его менеджером. Она никогда в жизни не имела дел с гоблинами, разве что с кассирами, но те были немногословны и не настолько враждебны.   — Более чем, — выдохнул Гарри. — Гоблины никогда не ладили с людьми, и теперь, когда мы находимся в состоянии вынужденного мира, всё, что мы можем делать, это бросать друг в друга оскорблениями и пустыми угрозами. Всё было бы не так плохо, если бы эти маленькие ублюдки не пытались выглядеть как можно более враждебными. Готов поставить свой последний кнат на то, что, если договор между нами будет каким-то образом расторгнут, первое, что сделают гоблины, это начнут точить свои топоры.   — Но… почему? — спросила Джейд, явно озадаченная всем произошедшим. — Мы вроде как уже научились жить бок о бок?   Гарри фыркнул от такого оптимизма.   — Мы даже сами с собой ужиться не можем, с чего ты взяла, что у нас это выйдет с абсолютно другой расой?   — С каких это пор Клируотер стала на тебя работать? — умозрительно спросила Тиана, которую мало интересовали отношения между волшебниками и гоблинами.   — С конца июля. Я встретился с ней в Министерстве, когда забирал результаты СОВ, и предложил ей работу в должности моей личной помощницы, — ответил Гарри, пожав плечами и не став развивать эту тему дальше.   Девочки обменялись понимающими взглядами, с лёгкостью догадавшись, что эта бывшая маглорождённая студентка Рейвенкло с головой окунулась в дискриминацию, которая и подтолкнула весь их квартет к созданию «проекта Поттер». Хотя Пенелопе, по всей видимости, повезло, что она смогла подружиться с Гарри. Браво.   — Я жду, что вы будете присылать ей ежемесячные финансовые отчёты, дабы она могла сравнить их с банковскими выписками Гринготтса.   — Хорошо, — кивнула Брианна, не обращая внимания на то, как Джейд и Изабель напряглись в ответ на такой намёк, что они попытаются его обмануть. Ну серьёзно, Гарри только что выдал им беспроцентный кредит на десять тысяч галлеонов. Они могли бы поумерить свой пыл, ведь он просто хочет присматривать за своими инвестициями.   — И свяжитесь с ней, когда найдёте подходящее вам место. Я буду вести за вас переговоры.   — Будет сделано, — с лёгкостью согласилась Тиана, зная, что «мальчик, который выжил» однозначно выторгует лучшую сделку, чем никому неизвестная группка только что закончивших Хогвартс ведьм, имевших статус лишь немногим выше, чем у простых маглорождённых. Эта несправедливость, как всегда, раздражала, но они научились оставаться прагматичными.   — Ладно, вот и всё, — выдохнул Гарри, чувствуя необычайную усталость от всех этих деловых переговоров. Он бы с большим удовольствием провёл этот день за чтением книги или повозился бы с каким-нибудь магическим предметом, а может быть, полетал бы в своей форме ворона. Или воспользовался последним подарком Доры.   По крайней мере, теперь у него была Пенни, которая могла взять на себя большую часть утомительных забот. Вести переговоры было довольно ужасно, но вести учёт расходов… на такое у него вообще не хватало терпения, особенно с такой исторически отсталой валютой, которую использовали волшебники. Нет, ну серьёзно, семнадцать сиклей за галеон и двадцать девять кнатов за сикль? Если это не доказательство того, насколько гоблины ненавидели волшебников, то он даже не знал, что бы могло за него сойти.   Он знал, что Пенни не особо любила компьютеры, но, может, стоило всё-таки отправить её на курсы по Microsoft Excel и купить ей один из этих ноутбуков на солнечных батареях? Может быть, даже подыскать специальную бухгалтерскую программу? Было бы очень жестоко ожидать, что она сможет следить за его финансами вручную. По крайней мере, стоило выдать ей калькулятор, если он уже у неё не появился.

***

  То, что Тонкс этим летом частенько завтракала в поместье Поттеров, стало абсолютно привычной картиной. Ей не только не хотелось аппарировать в собственную квартиру после того, как Гарри изматывал её своей руной мужественности, но и королевского размера кровать казалась ей гораздо удобнее, чем её собственная (а та была в разы меньше). К тому же завтрак, приготовленный домовым эльфом, по всем пунктам превосходил простые утренние хлопья.   Тонкс, Гарри и Сириус обычно проводили это время, добродушно подшучивая друг над другом или высмеивая всякую чушь, написанную в «Ежедневном Пророке». Поначалу Пенни чувствовала себя с ними немного неловко, но со временем стала частью этого странного обряда, хотя и самой тихой.   — О, Га~а~а~рри, — пропела Тонкс, глядя на своего парня поверх последнего выпуска «Ведьминого Досуга» весёлыми тёмными глазами.   — Что? — спросил Гарри с приподнятой бровью, сидя на своём месте во главе стола и задаваясь вопросом, что же такого весёлого она увидела в этом журнале.   — Здесь написано, что тебя видели в Гринготтсе в компании четырёх ведьм. Любознательные умы жаждут узнать, нужны ли тебе целых четыре любовницы для удовлетворения своих тёмных желаний, — сообщила ему Тонкс, с трудом сдерживая смех.   Пенни чуть не подавилась своим апельсиновым соком. Так вот для чего было то приглашение на интервью, от которого она отказалась пару дней назад.   — Ты меня вообще ни во что ни ставишь, — пожал плечами Гарри с улыбкой на губах. — У мужчины есть определённые потребности.   — Воистину, брат мой, — поддержал его Сириус, кивнув с мудрым видом.   — Болваны, — хмыкнула Тонкс. Гарри действительно всё лучше и лучше удавалось превращать её в безвольную развалюху в постели по мере того, как он узнавал, на какие кнопки стоило нажимать. Да и в первый раз он тоже не сплоховал. — Так ты действительно туда ходил или репортёры всё опять навыдумали?   — Да, я действительно там был, но не для того, чтобы расплатиться с кучей любовниц, — Гарри сделал паузу, чтобы подумать, и изменил своё заявление. — Ну, двух из них можно считать бывшими любовницами, если расширить это определение, но вообще мы были там по делу.   — Те, на которых ты последний год «оттачивал свою технику»? — спросила она, приподняв бровь. Он рассказал ей о них, когда она спросила, откуда у него в таком возрасте столько опыта.   — Они самые, — подтвердил парень, а затем продолжил дразнящим тоном: — Ты ревнуешь?   — Может быть, я тоже хочу завести любовниц, — игриво подмигнула Тонкс.   — Можешь взять моих, если хочешь, — так же игриво предложил Гарри. — Я уверен, что они не будут против ещё одного участника, способного менять пол. Просто держи все свои отрощенные члены подальше от моих отверстий, и всё будет в шоколаде.   — Ау, но это же самое интересное, — пожаловалась Тонкс.   — Извини, Дора, но нам понадобится ещё одна девушка, если ты захочешь удовлетворить свой фута-фетиш, — серьёзно заявил Гарри.   Сириус в этот момент проиграл битву со своими эмоциями и разразился истерическим хохотом.   Пенни могла только покачать головой, слушая этот разговор. Она бы никогда не поверила, что угрюмый и асоциальный первокурсник Гарри, которым он когда-то был, вырастет вот таким.   — У меня нет никаких фута-фетишей! — запротестовала Тонкс. Тот случай с ведьмой-азиаткой на шестом курсе был не в счёт! Та девушка была очень странной, всегда краснела и пыхтела, когда спрашивала о пределах возможностей метаморфмага.   — И всё же ты знаешь, что такое фута-фетиш, — возразил Гарри.   — Ты тоже!   — Ага, но я-то не метаморфомаг, или мне теперь называть тебя метаморфаллос?   Сириус снова начал хихикать.   — Я тебя щас отметаморфаллосую прямо в задницу, — пробормотала Тонкс.   — Что я только что сказал о том, чтобы ты держалась подальше от моих отверстий? — попытался выдать Гарри построже, но не смог сдержать ухмылку на своих губах.   — Ладно, — презрительно фыркнула девушка. — В любом случае, ты многое потерял. Тебе никогда не узнать всего великолепия, когда в тебя кто-то проникает.   — Думаю, я смогу довольствоваться тем, что сам в кого-то проникаю, — язвительно ответил Гарри.   Наступило короткое молчание, после чего Тонкс снова заговорила:   — Итак, чтобы всё прояснить, ты ведь не продолжаешь с ними спать, верно?   — Нет, я не продолжаю с ними спать, — заверил её Гарри и на мгновение задумался. — Ты хочешь с ними встретиться? Я могу убедить их приехать сюда и снять с тебя мерки для индивидуального пошива.   Тонкс обдумала предложение. Она была уверена, что он говорит ей правду, но в то же время оценила его жест. Быть метаморфом было здорово, но во всём этом имелся и досадный минус — почти все её предыдущие парни, с которыми она спала, рано или поздно просили её превратиться в кого-нибудь другого. Лёгкие ролевые игры — это нормально, но между ними и использованием Тонкс в качестве средства для воплощения своих фантазий была очень тонкая грань. Гарри так до сих пор ни разу не попросил её использовать свои способности для чего-то подобного, за исключением небольших идей вроде увеличения клитора. Это свидетельствовало либо об отсутствии желания играться с её навыками, либо о незаурядном интеллекте, дабы оставить этот момент на её собственное усмотрение. Дора ставила на последнее.   А теперь он предлагал ей пообщаться с девушками, с которыми он спал почти весь прошлый год. Это может быть... очень познавательно.   Да и упускать свой шанс пошить одежду на заказ не стоило.

***

  Тонкс получила положительное впечатление о Брианне и Тиане. Они казались очень практичными и приземлёнными, хотя их энтузиазм по поводу манекена, способного менять форму, немного настораживал. Она не думала, что её способность метаморфа хоть когда-либо была под такой нагрузкой, ведь девушки просили её изменить пропорции тела и цвет кожи, дабы проверить, что будет сочетаться, а что нет.   Разговор о Гарри также был на удивление откровенным и лишённым неловкости. Эти две молодые ведьмы, похоже, не испытывали к нему никаких чувств, кроме дружеских. Всё было именно так, как описал Гарри — деловая договорённость, переросшая в обычный секс.   — Мы были бы не против продолжать в том же духе, — рассказывала Брианна. — Он хорошо справлялся со снятием напряжения и не выпендривался этим, хотя мог. Поскольку Гарри никогда не проявлял никакого интереса к настоящим отношениям, мы решили, что он будет всегда под рукой, поэтому были очень удивлены, когда в прошлом месяце он нам отказал.   — А ведь он так не хотел вступать с кем-то в отношения, — хмыкнула Тиана, а затем вздохнула. — Думаю, пора вернуться к игрушкам и вибро-заклинанию.   Тонкс знала о вибро-заклинании. Это была одна из тех вещей, которыми она и сама пользовалась. Девушка была вынуждена согласиться, что заклинание справлялось не так хорошо, как Гарри.   — Значит, он отказался от секса втроём ради меня? — Тонкс должна была признать, что месяц назад даже не могла такого ожидать. — Придётся его за это наградить. А ведь он этим даже не хвастался.   — Если ты хочешь преподнести ему сюрприз, всё, что тебе нужно сделать, это состарить себя на пятнадцать или двадцать лет, — посоветовала Брианна.   — Зачем? — озадаченно спросила Тонкс.   — Гарри неравнодушен к женщинам постарше. Я уверена, что ещё до того, как встретил тебя, он размышлял как соблазнить профессора Вектор, — ответила Тиана с ухмылкой.   Тонкс усмехнулась. Она легко могла представить себе Гарри, расхаживающего по своей комнате с задумчивым выражением лица, планировавшего, как превратить занятие по нумерологии в занятие совсем другого рода.   Может быть, она могла бы наградить его за такую верность наказанием после урока...

***

Тут должен быть совсем крохотный кусочек, но его нет.

***

  Гарри появился в глухом переулке и быстро выбросил пустую бутылку «Гиннеса», превращённую в портал, в ближайший мусорный бак. Кто-то в Департаменте магического транспорта посчитал, что было бы умно использовать бутылку ирландского пива в качестве портала в Ирландию. Гарри был поражён лишь только тем, что тот, кто сделал этот портал, действительно знал об этой магловской марке пива.   Они с Пенни разыскали бывшего управляющего виноградниками Поттеров в этой ирландской деревне. Теперь оставалось лишь найти нужный дом. Городок этот был достаточно большим, чтобы не все в нём знали друг друга, но при этом достаточно маленькими, чтобы его можно было назвать «сонным». Другими словами, это было такое место, где парочка волшебников могла с относительной лёгкостью раствориться в толпе, если только они не были невероятно глупы.   Гарри совсем не хотелось здесь торчать, но это было необходимо — он уже достаточно долго откладывал это дело. Нужно было выяснить, что именно Паркинсон сделал, чтобы узурпировать бизнес Поттеров, и другой такой возможности просто не было. Гончарный бизнес его семьи был совсем крохотным и больше походил на дань уважения фамильному делу. Менеджер гончарной уже давно покинул Волшебную Британию, и найти его было довольно трудно, что, скорее всего, было сделано намеренно.   Спустя пятнадцать минут расхаживаний по округе Гарри подошёл к непритязательному на вид дому с наложенными на него заклинаниями, которые делали его ещё более непритязательным. Были даже заклинания отвращения, направленные на магических существ, но Гарри проигнорировал их и постучал в дверь.   Через какое-то время дверь открыл растерянный мужчина лет пятидесяти. Это означало, что он был старше, чем выглядел, аж на несколько десятилетий, поскольку являлся волшебником, хотя и был одет в обычный наряд. Растерянность, вероятно, была вызвана тем, что Гарри постучал в дверь, несмотря на заклинания, которые как раз это и должны были предотвратить.   — Оссиан О'Салливан? — спросил Гарри.   Мужчина немного испугался, услышав своё имя, но затем внимательно посмотрел на своего гостя.   — Гарри Поттер. Я знал, что однажды увижу тебя на пороге своего дома, хотя ожидал этого не раньше, чем через несколько лет. Что ж, проходи, мы не можем вести этот разговор на пороге.   Гарри так и сделал, внутренне забавляясь грубоватой манерой старика. Чарлус предупреждал его об этом, но испытать такое на себе — совсем другое дело. Парня провели в уютную гостиную и предложили присесть, в то время как хозяин отправился за напитками.   Гарри осмотрелся, пока О'Салливана не было рядом, отметив неподвижные фотографии и волшебные анимационные, висевшие вместе на стенах. Помимо самого Оссиана, на изображениях были фотографии двух мальчиков разного возраста, которые, должно быть, являлись его сыновьями, и женщины — скорее всего, его жены. Судя по тому, что последней дома не оказалось, Гарри догадался, что та умерла, и решил избегать любых разговоров о семье.   Старик вернулся через минуту, и его гость с иронией заметил, что снова держит в руках бутылку «Гинесса». Старику явно было наплевать на все законы об употреблении спиртных напитков несовершеннолетними.   — Магловское пиво, — подсказал О'Салливан, но вовсе без надобности в этом. — Всегда считал огневиски слишком крепким для обычных случаев, а сливочное пиво слишком сладким. Как будто волшебники вымрут, если слегка пойдут в ногу со временем. Так сильно они избегают всего нового.   — Полностью согласен. Меня вырастили маглы. Когда я впервые попробовал тыквенный сок, меня чуть не стошнило, — пожал Гарри плечами, решив не упоминать, что пиво ему тоже не очень-то нравилось. Не стоило выставлять себя нытиком.   — Ты ведь хочешь узнать, почему Поттеры потеряли свой бизнес, — заявил О'Салливан, резко меняя тему.   — Я почти уверен, что это было делом нечистым, но всё же хотел бы узнать подробности, — ответил Гарри ровным тоном, чувствуя странное удовлетворение от прямого подхода к делу.   — Ха! — захихикал старый волшебник, судя по всему обрадовавшийся этому предположению. — Если ты о многом догадался, даже не поговорив со мной, значит, ты уже в два раза лучше своего отца, по крайней мере, по части мозгов.   — Что вы имеете в виду? — в недоумении спросил Гарри.   — Джеймс Поттер был паршивцем, но не глупым, — прямо заявил О'Салливан. — Он никогда не заботился о своих обязанностях и хотел только лишь носиться со своими дружками, да гоняться за девчонками. Он начал взрослеть только после окончания Хогвартса. Не то чтобы это была его вина. Чарлус и Дорея уже были в возрасте, когда у них появился Джеймс, и они слишком баловали мальчика.   Гарри знал, что его отец в каком-то роде действительно был паршивцем. Он также знал, что Чарлус и Дорея по возрасту были как бабушка и дедушка, когда у них вдруг появился ребёнок. Однако Гарри не знал, что те избаловали его, но решил, что не стоило удивляться тому, что они упустили эту маленькую деталь.   — Значит, он не был готов занять место Лорда, когда Чарлус и Дорея умерли? — спросил парень.   — И не хотел этого, — хмыкнул О'Салливан. — Cлишком был занят, выслушивая бредни Дамблдора и рискуя своей головой, сражаясь с Волдемортом.   Гарри приподнял бровь, услышав, наконец, как кто-то произносит страшное слово на букву «В». Он уже почти отчаялся найти хоть какие-либо намёки на хребет среди магического населения.   — Не поймите меня неправильно. С его стороны было очень храбрым сражаться с этим безумцем, но в то же время глупо. Он мог бы сделать больше, убедив этих чёртовых болванов из Визенгамота перестать отсиживать жопы и показать, что Волдеморт ни к чему хорошему не приведёт, — возмущался старик. Его ирландский акцент от волнения становился всё отчётливее.   — Не то чтобы это было неинтересно, но как это связано с бизнесом Поттеров? — вернул Гарри разговор в нужное русло, считая, что его отец вряд ли смог бы провернуть такое дело, даже если бы и был политически подкован.   — Точно, немного отклонился от темы, — кивнул О'Салливан. — Чарлус был мёртв, а Джеймс не хотел ничем заниматься, пока не закончится война, поэтому он делегировал полномочия всем, кому только мог.   — А-а-а, — протянул Гарри, ущипнув себя за переносицу и задавшись вопросом, действительно ли всё было настолько очевидно. Поттеры были бы не первым таким Родом, что пострадал из-за глупых решений своего нового Лорда. Дом Блэков был одним из таких ярких примеров отсутствия управленческих навыков: великолепное поместье, снесённое и выменянное на небольшой таунхаус в Лондоне по прихоти одного из лордов Блэков; огромный кусок золота, отданный Министерству дедом Сириуса за сомнительную награду в виде Ордена Мерлина Первой степени; вся семья почти уничтожена из-за своего рвения поддержать Волдеморта, и, наконец, решение Сириуса намеренно позволить роду исчезнуть из-за его обиды на давно погибшую родню.   — Да. А-а-а, — повторил пожилой мужчина. — Я пытался сказать ему, что это было плохой идеей, но он не стал слушать и просто переписал на меня обязанности «делать всё, что нужно», а затем аппарировал, прежде чем я успел вставить хоть слово. Потом он скрылся где-то со своей женой, и пошли слухи о том, что все решения, которые должен был принимать лишь лорд Поттер, возложили на меня. Затем в один прекрасный день появился этот кусок дерьма Паркинсон и чётко дал понять, что я должен продать ему бизнес за четверть реальной стоимости и потом убраться из страны. Он не был очень конкретен, но я всегда распознаю угрозу, если таковую слышу. Поскольку твой отец скрывался, а Министерство готово было вот-вот сдаться, у меня просто не оставалось выбора, поэтому я продал бизнес и задумал перевезти семью на континент.   — Вы поступили правильно, — вздохнул Гарри. Его отец и Сириус действительно были похожи как две капли воды: недальновидные, безответственные и безрассудные. Сириус и по сей день уклонялся от любой ответственности, а Джеймс Поттер прямо-таки нарисовал мишень на спине этого бедного человека.   — Ещё как правильно. Чарлус был моим другом, но я не собирался рисковать своей семьёй ради защиты деловых интересов Поттеров, — хмыкнул О'Салливан, но, вроде как, всё равно был рад услышать слова одобрения. — Конечно, потом Волдеморт взорвал самого себя, преследуя вашу семью, и Поттеры внезапно стали мучениками. После этого никто бы и пальцем не тронул их собственность, но Паркинсон к тому времени уже получил то, что хотел. К тому же вполне законно.   — Что по тем меркам можно было считать законным, — пробормотал Гарри, заставив старого мужчину фыркнуть в знак согласия. Он допил то, что осталось от пива, и встал. — Спасибо, что рассказали мне об этом.   — Конечно, — ответил мужчина. — Брось за меня пару костедробителей по ногам Паркинсона в качестве самообороны, когда доберёшься до него.   Губы Гарри подёргивались от нездорового веселья. Ирландский волшебник, должно быть, видел статью Скитер о том фиаско с Петтигрю и сделал на её основе свои собственные выводы. Похоже, у старика сложилось впечатление, что Гарри жаждет мести.   — Знаете, я понятия не имею, о чём вы говорите.   — И то верно, — удалось не слишком саркастично произнести О'Салливану.

***

  — Не хочу я туда идти, — надулся Сириус.   — Сириус, перестань вести себя как ребёнок, — вздохнул Гарри, в очередной раз удивляясь этой способности своего крёстного отца.   — Но там будет так скучно, — ныл мужчина.   — Да, я знаю, — раздражённо ответил Гарри. — Я попробую сотворить несколько беспалочковых заклинаний, если ты согласишься прекратить своё нытьё.   Почему, когда он имел дело со своим крёстным, то иногда чувствовал себя отцом-одиночкой?   — Договорились! — согласился Сириус, мгновенно приободрившись. Ох, он ещё превратит своего крестника в проказника!   — Но только если смогу сделать это так, чтобы меня никто не заподозрил, — договорил Гарри.   — Хорошо, — согласился Сириус. Всегда лучше, когда проказник остаётся незамеченным.