Вспомнить всё

Этой ночью Антон не спит. Он настолько сильно загорается идеей устроить фотоссесию Арсения, что сразу же по возвращении домой лезет в интернет. Смотрит кучу видосов о том, как правильно выстраивать кадр, настраивать фотоаппарат. И с удивлением осознает, что почти всё это он знает и помнит. Раньше Антон делал всё практически интуитивно, но сейчас находит в памяти нужные ему знания. Он смотрит видео уже не с таким большим интересом, точно зная наперед, о чём сейчас скажет тот слегка полненький мужчина. Потом Антон смотрит идеи для фотоссесий. Даже скачивает Pintrest ради этого. Но ни одна идея ему не нравятся. Нет, есть, конечно, интересные, которые он бы с удовольствием повторил, но не с Арсением. Он даже изучает разные арт-пространства (которых в Санкт-Петербурге оказалось дохуя и больше), потом смотрит странички разных фотостудий. Одна из них кажется ему даже слишком знакомой. И он с удивлением обнаружил, что снимал там помещение для какой-то фотоссесии. Порывшись в папках на ноутбуке он даже находит нужную. От того, что раньше он, похоже, занимался этим почти профессионально, что-то приятно тянет в груди и парень довольно улыбается. Он тратит на это почти всю ночь. А потом понимает: Арсений, конечно, красиво бы смотрелся в любой студии, вот только там он бы был слишком искусственным. Его нельзя разделять с Санкт-Петербургом. Они дополняют друг друга. И было бы преступлением тащить мужчину в душное помещение, когда перед их глазами расстилается весь Санкт-Петербург. Антон жалеет, что не взял фотоаппарат на крышу, но понимает, что разрушил бы момент. А снова вести Арсения туда не хотелось. Поэтому Антон нервно постукивал пальцами по бедру, глотая третью чашку кофе, хрен знает, помогало или нет. Но к пяти часам утра он стал чувствовать себя намного лучше. Спать уже не хотелось, а мозг то и дело закидывал его новыми идеями. Нужно было что-то, что не отвлекало бы фокус от мужчины, но при этом дополняло картинку, раскрывало по новой. В этот раз Санкт-Петербургу нужно было стать лишь фоном, но это не делало его менее важным. Антон пришёл к выводу, что нужны красивые исторические здания и река. Можно не вместе, но чтобы локации находились недалеко друг от друга. Это не то чтобы сложно, они ведь в Санкт-Петербурге, в конце концов, но Антон слишком придирчиво осматривал каждую локацию, выданную гуглом. Ему хотелось сделать идеально. Потому то казалось, что то, что Арсений вообще согласился – чудо и из этой возможности нужно взять всё. Почти в шесть утра он, наконец, находит, что искал. Место популярное, в самом центре. Там туристы постоянно фоткаются, но ему нужна не достопримечательность. Ему нужен красивый фон. Антон даже “гуляет” по гугл-картам, рассматривая каждый камешек на дороге. Недалеко Большая Нева, но Антон находит маленькую речушку в другой стороне и понимает: это оно. Силы появляются из неоткуда, а в голове мелкой мошкой вьётся желание что-то делать. Антон вскакивает со своего места, чтобы тут же сесть. Слишком рано. Арсений, скорее всего ещё даже спит. Ничего, это не страшно. Он подождёт. Ждать оказалось самой тяжелой пыткой. Антон нервно ходил из угла в угол, листал ленту инстаграмма, залипал на смешных котиков, но уже всё равно был не здесь. Он уже был там, в центре Санкт-Петербурга, с увесистой камерой в руках и спокойным Арсением рядом. Мысли крутились в голове, как назойливые мошки. Антон не мог думать ни о чём другом. Наконец, он решает занять себя чем-то более интересным. Поэтому он готовит себе завтрак, убирает всю квартиру, даже балкон. А время течёт, кажется, всё медленней и медленней. Антон не выдерживает около двенадцати часов дня. Он пишет Арсению, пытаясь успокоить слегка подрагивающие пальцы. Он мысленно напоминает себе, что Арсений может быть занят, что ответит не сразу. И парень почти верит в это, но мужчина опять рушит все его планы, отвечая в ту же минуту. А потом и почву из под ног выбивает, говоря, что согласен встретиться даже сегодня. Он пишет, что заканчивает в три. Потом, что заедет за Антоном. А парень с каждым сообщением охреневает всё больше. Он видит, что Арсений не спрашивает адрес и Антон, немного поколебавшись, отправляет его. В ответ приходит только одно слово: «Помню». И Антон в конец перестаёт что-либо понимать.

***

Оказалось, ждать встречи ещё ужаснее. Антон двести раз настраивает камеру, снова проверяет локацию, перечитывает переписку и смотрит на время. Три часа не то чтобы много, но Антону они кажутся вечностью. По итогу он выскакивает из подъезда за полчаса до встречи, потому что в квартире сидеть просто невозможно. А там он наматывает круги вокруг лавок, катается на качелях, буравя ногами землю. Думает даже с горки скатиться, но та выглядит слишком хлипкой, а ещё слегка мокрой. С утра шёл дождь. Сейчас небо хмурится тяжёлыми тучами и Антон молится, чтобы оно не пролилось очередным дождём. Потому что иначе все его планы будут испорчены. С другой стороны, появится предлог снова встретиться с Арсением. Во двор заезжает машина, и Антон каким-то седьмым чувством ощущает, что это машина Арсения. Он следит за ней взглядом, а автомобиль вдруг останавливается напортив детской площадки. Антон тут же вскакивает с какой-то странной металлической хуйни, по которой, как считали разработчики, дети должны были лазить. Вот только парень думает, что это смертельно опасно, потому что сам он чуть не навернулся вниз головой. Он не бежит к машине, но шаг ускоряет, перешагивая через небольшой металлический забор. Слишком много металла, для детской площадки. Архитекторы что, не знали об удивительной способности детей биться головой обо всё подряд? Ну, либо это проблема Антона, который случайно зацепился ногой об этот забор и чуть не полетел в грязь. Удача явно повернулась к нему причинным местом. Самое обидное, что Арсений за всем этим позором наблюдал. Парень на секунду растерялся, уже стоя рядом с автомобилем, прикидывая, куда ему лучше сесть. Арсений решает эту проблему за него. Мужчина тянется через салон и дёргает ручку рядом с водительским местом. Антон тут же юркает на предложенное место. -Привет,- говорит он. И Арсений кивает, смотрит пристально, а на лице читается лёгкая веселость. Такая, когда смех уже прошел, но память о нём ещё не сошла с лица и улыбка светится во всем: в положении губ, остатках морщин возле глаз, а особенно в этих же голубых глазах. Арсений жмёт его руку и тут же выезжает со двора. -Куда нам?- спрашивает мужчина, глядя себе через плечо, стараясь как можно аккуратнее выехать. -В центр. Я, правда, не знаю, как туда на машине добраться, ну, куда я хочу. Это недалеко от Большой Невы. -Где именно?- уточняет Арсений,- если ты ещё не понял, то Нева названа большой, потому что она, ну, большая. -Нам нужен Исаакиевский собор. Арсений на это только кивает. Антон тоже говорить не особо хочет. У него из пальцев сочится нетерпение, он мыслями уже там, на площади, и Арсений, похоже, видит, что парень сейчас не здесь, поэтому молчит. Парень отворачивается к окну, смотрит на проплывающие мимо здания. Арсений водит аккуратно, едет не слишком быстро и этого достаточно, чтобы ухватиться взглядом за здание, но никогда его не запомнить. Санкт-Петербург привычно пасмурный, хмурит свои тучи, заставляет их синеть где-то на горизонте. Парень думает, что это идеальная погода. Не будет ни засветов, ни бликов. Главное, чтобы дождь не пошёл. Но он почему-то уверен, то не пойдёт. Санкт-Петербург кажется слишком умиротворённым, расслабленным. Будь он человеком, Антон бы представил его стоящим на балконе, с сигаретой в руках и спокойно наблюдающим за их жизнями. Возможно, в сигарете не табак. Он переводит взгляд и смотрит на Арсения. А тот тоже спокойный, ведет, возможно, даже слишком аккуратно, но в его действиях читается уверенность. И от этого в салоне становится комфортно, даже царящая тишина не давит, наоборот, успокаивает. Антон ловит себя на мысли, что с Арсением в целом всегда спокойно. И это притягивает, с этим спокойствием хочется находиться рядом. Арсений как будто всё для себя в этой жизни решил, знает, чего хочет. Не дают покоя только глаза. Арсений опять без очков и его глаза приковывают внимание. Невольно, а, возможно, это приколы именно Шастуна, но он всегда смотрит Арсению в глаза. И они спокойные, воду не колышит ничего, вот только где-то в глубине, у самого хрусталика, плещется какое-то другое чувство. Антон видел его и раньше, но объяснить или понять не может. Возможно, он возомнил о себе слишком много. Разве обычный человек может хоть на половину понять душу другого? А он вдруг решил, что способен определить это по взгляду человека. -Никогда бы не подумал,- нарушает тишину Антон,- что у тебя есть машина. -Почему? -Ну, ты тогда говорил, что по городу нужно перемещаться исключительно пешком, по-другому его не понять. -Я от своих слов не отказываюсь,- жмёт плечами Арсений,- просто к сожалению, иногда нужно быстро добраться куда-то. Или поехать на большое расстояние. А общественный транспорт – мой персональный ад. Так что, машина была идеальным вариантом. -А что не так с общественным транспортом? Арсений морщится, смотрит на Антона и закатывает глаза. -Нет, я конечно, людей люблю, но не настолько, чтобы контактировать с ним в таком количестве. Особенно, в час-пик. Я слишком дорожу своим личным пространством. Антон кивает, запоминая эту информацию. Хочется, конечно, узнать, где заканчиваются границы этого личного пространства, и где не железобетонная стена, а, например, маленький заборчик, который он может перешагнуть. Но он не спрашивает, решает, что если Арсений захочет, то сам эти границы покажет. Он останавливается в каком-то дворе, ставит машину напротив круглосуточного магазина. -Ты же не против пройтись пешком?- спрашивает, повернувшись к Антону лицом,- а то там дальше парковки только платные, а мне моя почка ещё нужна. Антон кивает, наверное, слишком активно и воодушевлённо. Он просит оставить рюкзак в салоне, забирает только фотоаппарат. Они выходят на шумную улицу, на которой, не смотря на рабочее время, достаточно много людей. Идут привычно рядом, слегка соприкасаясь плечами. Антон вертит головой в разные стороны, жадно рассматривая всё вокруг. Арсений идёт рядом и тоже смотрит по сторонам, менее увлечённо, но всё равно с восхищением. -Я в центре никогда не был,- вдруг признаётся Антон,- ну, в смысле, после потери памяти. -Почему? -Не знаю. Может, боялся один потеряться. -Я люблю центр, но гуляю здесь не часто,- признаётся Арсений,- здания, безусловно, красивые и имеют свою историческую ценность. Вот только вся душа города прячется в маленьких спальных районах. Любой город без людей не имел бы смысла. Поэтому нужно смотреть туда, где они живут. Антон кивает, удивлённо понимая, что Арсений оформил в слова те обрывки мыслей, что крутились у него в голове. Они идут медленно, тихо переговариваясь. Арсений рассказывает Антону интересные факты о тех или иных постройках, иногда отпускает исторические шутки. Антон смотрит на него удивлённо и восхищенно. Он удивляется, сколько же информации хранится в голове у этого человека. Где-то в глубине души ему хочется так же. Арсений приводит его прямо к центральному входу в собор. Здание возвышается над ними, глядя гордо и даже слегка насмешливо. Они задирают головы и со стороны это, наверное, выглядит странно. На сером небе ярко выделяется золотой купол, словно что-то неестественное, взятое с другой картины. Антон думает, что собор достоин собственной фотоссесии. Но сегодня Антон здесь не за этим. Ему предстоит стать лишь фоном, чем-то дополняющим картину, но не её центром. Антон толкает Арсения в бок и ведёт в другую сторону. Дальше от собора, от его величия и грации. Он ведёт его к не менее красивому зданию, с которого бы он хотел начать. Он думает, что это такой небольшой разогрев для них. Арсению нужно привыкнуть к камере, а Антону всё настроить и вспомнить. Он, почему-то уверен – вспомнит. Стоит только взять камеру в руки. -Астория?- вскидывает брови Арсений, удивлённо глядя на здание. -Ага,- они останавливаются посреди улицы, и Антон достаёт камеру, начиная её настраивать. -То есть, мы забили на одно из самых красивых зданий Санкт-Петербурга ради отеля? Мне нравится. Антон смеётся, поднимает камеру, внимательно глядя в объектив. -Арс, стань, пожалуйста, мне нужно сделать несколько фоток и проверить как это будет выглядеть. Арсений кивает, послушно подходя к зданию, Антон смотрит на него через объектив, пытается настроить себя на рабочий лад. Но Арсений меняет все его планы, когда неожиданно начинает пританцовывать, что-то тихо напевая себе под нос. Парень удивлённо поднимает на него глаза, а мужчина смотрит в ответ, широко улыбаясь. -Мы же ещё не начали? Вот и не обращай на меня внимание. Антон кивает, снова опуская взгляд. Делает несколько фотографий, меняет кое-что в настройках и кивает Арсению. Парень соврёт, если скажет, что не волновался. Думал, что у него не получится, что Арсений перед камерой зажмётся и всё пойдёт по пизде. Но стоит ему опустить взгляд в объектив, как весь мир словно меняется. Время становится шуткой, а весь мир – не важным. Наверное, это и есть жить моментом. Павел Алексеевич говорил, что самым первым человек вспоминает нечто реально важное. И Антон понимает, что мужчина был прав. Парень вспоминает, как держал этот же фотоаппарат раньше, как фотографировал каких-то девушек в студиях. Всё это отпечатывается где-то в голове, но быстро исчезает, потому что Антону сейчас плевать. Арсений входит во вкус тоже, меняется на глазах. Он сам становится вдруг пластилином, легко выполняет указания Антона, но вскоре даже в них теряется надобность. Арсений будто всю жизнь провёл под пристальным взглядом камеры. И всё вокруг будто становится не таким важным. Антон перестаёт обращать внимание на других. Он смотрит только на Арсения, и целый мир теряет свою значимость. Антон словно погружается в какой-то нереальный сон, подхватывает идеи Арсения и всё это без слов. Разделённые объективом они как будто стали лучше понимать друг друга. Антон просыпается, только когда нарушает царившее молчание. Предлагает сменить локацию, и Арсений кивает. Моргает быстро, словно тоже только очнулся. Парень идёт вперед на автомате, просто потому что запомнил этот маршрут. Он замирает только на переходе, оглядывается назад, понимая, что Арсений отстал. Мужчина идёт за ним, что-то вычитывая в телефоне. Он выглядит обычно, но на фоне собора сзади как-то по-особенному обычно и Антон тянется к камере. Делает всего пару кадров, потому что Арсений поднимает голову и ускоряет шаг. Они бродят от локации к локации. Арсений, уже не стесняясь, предлагает Антону разные идеи, а парень их подхватывает. Антон думает, что он бы согласился на любую авантюру от Арсения. Мужчина даже на какой-то столб полез. И в каждом из них в этот момент по новой разгоралось странное чувство, забытое ещё с самого детства. Это не то что бы экстаз, но предвкушение чего-то нового, любопытство в каждом действии и радость от того, что они делают что-то вместе. Они бы, наверное, так и не остановились, если бы с неба не начал накрапывать дождь. Арсений порывался продолжить фотоссесию и они так и сделали, пока дождь не стал совсем уж сильным, а мужчина не стал заметно дрожать. Всё-таки, в этом минус тканевой верхней одежды. Они только вышли к реке. От неё тянуло прохладой, а ещё странным запахом влаги. Антон тянет Арсения под арку какого-то здания. Несколько секунд они задумчиво смотрят в небо, туда, где огромные тучи проливаются на них слезами. Арсений тихо чихает, и Антон закатывает глаза. Говорил же уходить, не стоять под дождём. -Рыбой воняет,- вдруг говорит Арсений, и парень тихо смеётся. Так, на самом деле, пахнет весь город. И это не рыба, это запах воды, ветра и ещё чего-то особенного, индивидуального. У каждого человека есть свой неповторимый запах. У городов тоже. Их запах легче почувствовать, но понять – почти невозможно. -Покажешь фотки?- просит Арсений, и Антон не видит причин не согласиться. Арсений придвигается ближе, укладывает подбородок чуть ниже его плеча, чтобы лучше видеть. Антон от этого его действия не впадает в ступор, не чувствует пресловутых бабочек в животе, даже дыхание не перехватывает. Он вполне спокоен, потому что у него в груди сидит чувство правильности происходящего. Это правильно, когда Арсений находится рядом. Правильно, когда укладывает подбородок на плечо. Правильно, когда он чувствует его дыхание. Правильно, когда Арсений смеётся, отпуская шутки по поводу не самых удачных кадров. Правильно смеяться с каждой его реплики. Правильно, смотреть не на получившиеся кадры, а на реакцию Арсения. Правильно слегка подвисать на его лице. Это не только правильно, это ещё и привычно. Антон уже говорил, что у него странная влюблённость? Дождь заканчивается так же резко, как и начался. Это первым замечает Арсений, выбегая из-под арки и перекидываясь через перила. Он зачем-то смотрит на воду, а потом переводит взгляд на Антона, широко улыбаясь. И грех было упустить такую улыбку. Арсений лезет на эти самые перила под недовольное бурчание Антона что это, вообще-то небезопасно. Но кадры парень делает, стараясь закончить как можно быстрее, чтобы Арсений, не дай Бог, не упал. У Антона в груди живёт какой-то панический страх того, что Арсений может оказаться по ту сторону перегородки. Всё обходится. Мужчина спрыгивает вниз и уже безопасно спиной облокачивается на перила, глядя на воду. Антон обходит его с другой стороны, пытаясь поймать кадр. И именно в этот момент из-за туч появляется солнце. Оно освещает промокший Санкт-Петербург, и Арсений поднимает на него глаза, забавно щурясь. Он похож на кота, пришедшего поваляться на солнышке. Арсений говорит что-то, глаза рукой прикрывает, а потом и вовсе указывает вдаль. Антон его не слушает. Он на него смотрит, не переставая щёлкать затвором камеры. У мужчины волосы совсем спутались, ложатся на лоб, слегка закрывая глаза. И Антон думает, что это кощунство, прятать такое сокровище. Он подходит к всё ещё смеющемуся, очевидно, со своих же шуток Арсению. Мужчина поднимает на него весёлые глаза. Антон запускает пальцы в чёрные, слегка влажные волосы, ведёт ладонью, приглаживая. Арсений смотрит пристально, прямо в глаза, словно пытаясь там что-то рассмотреть. Он не выглядит сбитым с толку, а в глазах нет отвращения. Всё та же весёлость, оттенённая лёгкой грустью с обратной стороны зрачка. Арсений сам тянется к своим волосам, и Антон сталкивается с ним пальцами, не успев убрать руку. Те ужасно холодные, почти как у мертвеца. -Ты замёрз,- не спрашивает, а скорее утверждает Шастун. -Да нет, нормально. -Не нормально. Пойдём, найдём какую-нибудь кафешку. И они идут по улице, снова соприкасаясь плечами. Антон покупает Арсению кофе, тот пытается возмутиться, но парень напоминает, что в прошлый раз за его кофе платил мужчина. А потом улыбается, грея пальцы о стаканчик и иногда прикладывая его к лицу. Они всё-таки возвращаются к собору, и Антон фотографирует Арсения рядом с ним уже со стаканчиком с кофе. А потом они просто идут к набережной. Нева, и правда, огромная, они застывают, глядя на её поток. И тихо переговариваются. Говорить громко почему-то не хочется. Они скачут с темы на тему, затрагивая, кажется, все возможные темы. От котиков до правления Гитлера. И Антону не хочется, чтобы темы заканчивались. Он удивляется, когда замечает, что становится темнее, а на улицах зажигают фонари. Становится ощутимо холодней и оба понимают, что нужно идти домой, они и так провели вдвоём непозволительно много времени. Но Антону кажется, что даже этого мало. Что думает Арсений, он не знает. Но с каждым шагом в сторону машины Арсений становится всё грустнее и грустнее. Только сидя в теплом салоне, Антон понимает две вещи: он ужасно замёрз и у него болит горло. Он никогда так много не разговаривал. Ну, как минимум, с момента пробуждения. Всю дорогу они молчат. Это слегка удручает, потому что Антон не наговорился. Он вообще не уверен, что можно наговориться с Арсением. Но мужчина молчит и парень читает в его взгляде, что тот в собственной голове пытается принять какое-то решение. Антон ему не мешает. Арсений выглядит слишком встревоженным и озабоченным. Антон знает, бывают моменты, когда нужно позволить человеку остаться одному. И он даёт мужчине эту возможность. Потому что одиночество, в немой компании другого, когда знаешь, что в случае чего можешь обратиться за помощью, куда лучше, чем одиночество с самим собой. Машина едет, кажется, слишком быстро. Арсений останавливает возле его подъезда. -Ну, пока,- наконец разрывает тишину Антон,- фотки скину в течение недели. -Хорошо, спасибо. -Пока?- говорит Антон с почему-то вопросительной интонацией и протягивает Арсению руку. -Пока,- мужчина пожимает её, но всё ещё как будто находится не здесь. Антон достаёт с заднего сидения свой рюкзак, кивает на прощание Арсению и выходит, громко хлопнув дверью. Он ойкает, бросает извиняющийся взгляд мужчине и бредёт к входной двери. Он чувствует, как на плечи наваливается усталость. Повезёт, если хватит сил хотя бы принять душ. -Антон! Парень оборачивается, удивлённо глядя на Арсения. Тот открыл окно и высунул в него голову. Мужчина смотрит Антону прямо в глаза, облизывает губу, решаясь. -Не хочешь завтра вечером зайти фильм глянуть? -Хочу,- слишком быстро отвечает Антон. Арсений улыбается облегчённо, кивает. -Тогда я тебе адрес СМСкой скину. -Окей. -Отлично. До завтра. Арсений ныряет в машину, закрывает окно и тут же выезжает из двора. Антон провожает его машину, глупо улыбаясь. Силы откуда-то появляются.