The Villainess Lives Twice / Вторая жизнь злодейки

Они завтракали все вместе, впрочем как обычно. Лоуренс сидел во главе стола, Мираила — рядом с ним. Несмотря на присутствие слуг, Мираила лично обслуживала Лоуренса. Она нежно ворковала, пока он намазывал масло на хлеб или резал рыбу: — Ночью было так жарко, хорошо ли ты выспался? — Да. К ночи похолодало, — спокойно отвечал ей Лоуренс. — Но с утра снова потеплело. Если у тебя нет аппетита, скажи мне. Я прикажу повару приготовить твой любимый тыквенный* суп. — Да, хорошо. Изящным движением Лоуренс откусил кусочек рыбы. В прошлой жизни с самого детства Артезия завидовала вниманию Мираилы к Лоуренсу, не получая от нее такой же любви. И поэтому, желая хоть немного приблизиться к ним, она всегда садилась как можно ближе. В отсутствие Мираилы она приглядывала за Лоуренсом, считая это своей обязанностью. Даже осознав, что это не так, она убедила себя продолжать поступать так. Лоуренс был очень важным человеком, он мог стать императором. Лоуренс был тем, кто мог бы сделать Мираилу в будущем почитаемой и выдающейся личностью. Так что, конечно, он был сокровищем. У Артезии не было такого положения. Да и теперь она не была заинтересована в них двоих. За время пыток все ее последние родственные чувства к Лоуренсу исчезли. Ее привязанность к Мираиле исчезла еще раньше. Она знала, что ее существование было словно бельмо на глазу для Мираилы. Слишком уж она похожа на покойного маркиза Розан. Артезия закончила завтракать, съев лишь салат и хлеб. У нее совсем не было аппетита. Кроме того, она хотела как можно быстрее выяснить происходящее вокруг. К тому же запеченный лосось, приготовленный в качестве основного блюда на завтрак, стоял на расстоянии от нее. Но стоило ей вытереть рот и встать, Мираила резко спросила: — Твой брат только начал есть, а ты уже закончила? Только тогда Мираила осознала, что Артезия сидела не рядом с ней, как обычно, а в другом конце стола. Ее красивые карие глаза округлились. В прошлом Артезия бы извинилась, но не сейчас. — У меня нет аппетита. Кроме того, вы всегда говорили, что мне стоит немного похудеть, — спокойно ответила Артезия. До десяти лет Артезия была пухловатой. Мираила постоянно говорила ей, что она слишком толстая и много ест. Что ей нужно есть, словно птичка, чтобы поддерживать фигуру. Благодаря этому уже в молодые годы Артезия заработала расстройство желудка. Если бы она ничего не ела, то стала бы слишком костлявой, и Мираила бы не говорила ей худеть. Но тем не менее Мираила просто привыкла повторять ей то и дело, что нужно сбросить вес. Мираила рассердилась. — Тебе стоило бы следить за своими манерами за столом… — Сегодня я хотела бы посетить храм за городом. Можно, брат? — Артезия обратилась за разрешением к Лоуренсу, будучи уверенной, что Мираила не разрешит ей. Таким образом она могла бы избежать лишних упреков со стороны матери. Единственное, что интересовало Лоуренса в Артезии, это ее способность служить. Он не заботился о ней как о младшей сестре. Мираила была уже готова взорваться, но застыла, стоило Лоуренсу только открыть рот: — Все хорошо, можешь идти. — Спасибо, брат, — ответила Артезия, заставляя Мираилу пересмотреть свою реакцию на происходящее. — Ты такой внимательный, — звонким голосом умилилась Мираила. — Ты даже беспокоишься о своей сестре… У Артезии было слишком много дел, чтобы волноваться об этом. Стоило ей выйти из столовой, как Алиса, приближенная ей служанка, тут же возникла рядом. — Миледи, опять вы толком ничего не съели? Почему так быстро ушли из-за стола? Обычно вы… — Алиса. Артезия уставилась на Алису, чувствуя, как на нее накатывает легкая ностальгия. Алиса была ее первой личной служанкой. Проницательной и верной девушкой, из-за чего и была впоследствии отравлена вместо Артезии. — Что-то не так, миледи? — спросила Алиса, чувствуя, что молчание затянулось. — Ничего. Не зная, что сказать, Артезия лишь отвернулась. В то время Артезия пыталась позаботиться о всех членах семьи Алисы до конца их жизни, в благодарность за ее преданность. Но что случилось с ее семьей после ее заточения? Не только с семьей Алисы, но и с семьями других людей, отдавших жизнь за Артезию. Артезия разработала структуру, обеспечивающую финансовую поддержку, чтобы с ней самой не случилось. Она так же была ответственна за сокрытие денег и помощь в экстренном случае. Она стала только еще осторожнее, уничтожив всех политических врагов, видимо, уже тогда подсознательно подозревая Лоуренса, задолго до его ложных обвинений в ее адрес. — Миледи, вы смеетесь? — вопрос Алисы вернул ее в реальность. — Похоже, что я смеюсь? — Артезия вопросительно подняла брови. — Ну да, было похоже на это, — Алиса засмеялась, якобы повторяя ее лицо. Не выказав и слабого намека на улыбку, Артезия отвернулась. Даже если бы это была встреча после двадцать лет разлуки, ее характер не позволял ей в открытую радостно обнимать другого человека. — Я собираюсь выйти. Надо съездить в храм. — Да, миледи. — Алиса, подойди, — Артезия жестом подозвала служанку. Алиса послушно приблизилась и наклонилась к ней. Шепотом Артезия описала ей, что нужно будет сделать. Как только Алиса выпрямилась, Артезия повторила уже громко. — Так что иди на кухню и приготовь корзинку с сэндвичами, и пусть в них будет побольше мяса. — Ох, миледи. Вы наконец решили бросить эту свою диету? — обрадовалась Алиса. — Думаю, мне стоит немного укрепить свое тело, — равнодушно отозвалась Артезия. — И правильно, — Алиса расплылась в счастливой улыбке. — Вам нужно больше кушать. — В одиночестве есть неудобно, —Артезия сделала вид, что ничего не заметила. — Так что приготовь и упакуй минимум 5 порций. Ах, и захвати набор для чая. — Слушаюсь, — Алиса явно была смущена, но она никогда не обсуждала решения Артезии. — Времени у нас немного, так что поторопись. Софи поможет мне одеться. — Да, миледи, — Алиса тут же поспешила на кухню. Артезия медленно прошла в свою комнату. Обычно после завтрака она всегда переодевалась в повседневную одежду, поэтому Софи уже ждала ее возле двери в спальню. — Какое платье вы желаете надеть? — Бежевое… Нет, лучше зеленое, — решила Артезия, подумав, что будет неловко, если она вдруг испачкает светлое платье. У нее было не так много нарядов. В отличие от Мираилы, у которой платьями были забиты четыре комнаты, гардероб Артезии состоял практически из ничего. Когда Мираила одевалась, вокруг нее сновало около двадцати служанок, готовых прислуживать ей. У Артезии была лишь Софи. Просто сказать «зеленое» было достаточно, чтобы Софи поняла, о каком платье идет речь, и тут же бросилась в гардеробную. Как бы то ни было, она слишком давно не носила официальных платьев. Мираила не любила выходить в свет с Артезией, и ей не нравилась даже мысль о том, что Артезия будет общаться с кем-то вне семьи, всегда приговаривая при этом, как же ей будет стыдно знать, что ее ужасная дочь гуляет где-то на свободе. Артезия не совсем верила ее словам. Для Мираилы Артезия была доказательством ее измены императору, поэтому она не хотела показывать ее на публике. Но даже зная все это и понимая, девушка все еще не могла в открытую смотреть на свое отражение и любить свое лицо. Софи помогла Артезии раздеться, и та села перед туалетным столиком. И хотя Артезии было все равно, Софи спросила: — Какую прическу хотите? — Опрятную… нет. Артезия глубоко вздохнула и сказала то, что никогда в жизни еще говорила. — Уложи их как можно симпатичнее. — О мой… — Софи было удивилась, но тут же ослепительно улыбнулась. — Не зря я думала, что вы уже в таком возрасте. — Каком возрасте? — Когда хочется выглядеть красиво и встречаться с симпатичными парнями. — Не говори ерунды. Я собираюсь в храм. — Вы наверняка можете с кем-то встретиться в храме. Возможно это будет очаровательный рыцарь или кто-то еще. — И кто бы из них посмотрел на меня? — Артезия впервые озвучила это. Внешность была важна. Если подумать о том, что ей предстояло сегодня сделать, то да, ей стоило бы выглядеть как можно красивее. Пусть это и не было настолько важно для нее, ведь ее реальная ценность заключалась не во внешности. Но она правда очень хотела выглядеть красиво. Пусть она и знала, что не могла и не должна была поддерживать такие отношения с тем, с кем должна была встретиться. Софи раскрыла глаза и улыбнулась. — Разве вы не этого ожидаете? — Софи. — Не переживайте. Я сделаю все, чтобы, с кем бы вы не встретились, он определенно точно был бы заинтересован в вас, — воодушевленно продолжила Софи, завивая волосы Артезии. — Миледи, вы станете самой первой красавицей в высшем свете, ведь вы от природы такая красивая. Вам просто надо набрать немного вес и больше отдыхать. — Ерунда. — Вы же дочь Мираилы. Честно говоря, учитывая ее возраст, теперь жемчужиной высшего света являетесь… божечки! Софи тут же замолчала, заметив, что дверь открывается. В комнату вошла Мираила. Видимо, Лоуренс закончил трапезничать. Мираила оглядела спальню. Заметив Артезию и служанку, что расчесывала ей волосы, она презрительно заметила: — Ты же не собираешься соблазнять мужчин с таким ужасным лицом и жалкой внешностью? Софи промолчала, сосредоточившись на своем деле. — Я собираюсь в храм, — спокойно ответила Артезия. — И зачем мне соблазнять священника, матушка? — Тогда зачем она завивает твои волосы? Да еще и словно старухе? Артезия посмотрела на отражение Мираилы, устроившейся на софе. — Разве мой брат не сказал, что он куда-то собирался сегодня? — Он уже уехал, — вздохнула с жалостью Мираила.