The Villainess Lives Twice / Вторая жизнь злодейки

Прикрыв рукой рот, Седрик прокашлялся, невольно морщась, чувствуя, как горячий чай обжигает ему рот. — Боже мой, — взял он себя наконец в руки, — никогда не думал, что услышу подобное от юной леди, которую я сегодня впервые вижу. Смутившись, Артезия протянула ему платок. Седрик взял его и вытер рот и руки. Артезия не имела в виду настоящий брак. Но вот только пусть она и изменилась, то Седрик об этом не знал. И поэтому она думала, что предложив ему брак, он воспримет это как очередную провокацию. Но она даже не представляла, что он поймет ее слова, как предложение о настоящей свадьбе. Артезия мысленно призналась самой себе, что просчиталась. На данный момент, Седрик не только не знал, что она изменилась, он вообще не знал ее. Неудивительно, что он не понял ее слов. — Я не прошу вас жениться на мне по-настоящему, — заговорила она, прижимая ладони к покрасневшим щекам. — Я предлагаю это, как способ решить проблемы, над которыми Ваша Светлость бьется сейчас. — О каких проблемах вы говорите? — Последние два месяца вы не въезжали в столицу из-за церемонии триумфального возвращения, не так? Я знаю, Ваша Светлость переживает, что с солдатами будут обращаться не так, как они этого заслуживают, а ведь это может привести к краху не только западной армии, но и южной тоже. Отношение императора к местным войскам не было секретом ни для кого. Но недовольство все сильнее разгоралось в армии из-за того, что их не признавали, несмотря на то, что они рисковали своей жизнью, внося свой вклад в развитие империи. Солдаты начинали дезертировать из южной и восточной армии. В отличии от них в западной армии под руководством Седрика таких проблем еще не наблюдалось, но это было вопросом времени. — Чем больше Ваша Светлость будет настаивать, тем менее охотно Его Императорское Величество будет признавать военные заслуги армии. Больше всего на свете он ненавидит проигрывать и терять свое лицо перед другими. Ваша Светлость прибыли сюда, чтобы просить архиепископа выступить посредником? — Да, — кивнул Седрик, не считая нужным скрывать очевидное для нее. — У императора комплекс неполноценности по отношению к архиепископу. Не очень мудрый выбор, — продолжила Артезия. — Если архиепископ вмешается, даже если ему удастся добиться проведения церемонию триумфального возвращения, в будущем начнутся репрессии. Они не только пресекут любую возможность участия Вашей Светлости в западной армии, но и все ключевые солдаты, помогающие Вашей Светлости, будут изгнаны или уничтожены. Поэтому вам стоит порадоваться, что пока единственная проблема — это задержка в пополнении войск и припасов. Артезия говорила это, прекрасно зная, что произойдет в будущем. Западная армия будет с каждым днем слабеть все больше. И спустя семь лет, когда начнется нападение огромной волны монстров, западный регион страны превратится в настоящий ад. Из-за потери зерновых полей от голода будут страдать и другие регионы. Седрик помрачнел. Он тоже понимал это. Но даже так он не мог склонить голову перед императором и уступить ему. Армия состояла не только из снабжения. Если в ней исчезнут гордость и военная дисциплина, то вся организация, которую он с таким трудом восстановил, будет разрушена. — Его Величество переживает за моего брата Лоуренса. Но в настоящее время у Лоуренса нет военной поддержки. Очевидно, что в будущем, когда начнется война за трон, это станет его слабым местом. И это его беспокоит, — продолжала Артезия. — Но даже так, Его Величество не намерен делиться своей властью. — Да, я в курсе, — Седрик внимательно слушал леди, сидящую перед ним. — А значит, Ваша Светлость — подходящий вариант. Вы являетесь одним из наследников трона, вы можете укрепить законность наследования трона моим братом, а также оказать ему необходимую военную поддержку, — Артезия сделала глоток чая. — Если Ваша Светлость проявит намерение оказать поддержку моему брату, Его Императорское Величество будет готов оказать соответствующие почести западной армии и организовать церемонию триумфального возвращения, где наградит вас за проявленные заслуги. — Я понимаю, что вы имеете в виду, леди. Но это невозможно. Я не вступлю в сговор с маркизой Розан, об этом не может быть и речи. И тем более не женюсь на ее дочери, — твердо возразил Седрик. — Леди, я слушал вас до сих пор только потому что вы показались рассудительной, но вы еще слишком юны. И возможно, вы плохо меня знаете, слушая, как ваши мать и брат продумывают эту схему, и считая, что она осуществима. — Ваша Светлость. — Я не злюсь на вас, леди. И надеюсь, вы простите мне мой уход посреди разговора, но я не разделяю ваших планов. — Нет, — Артезия схватила его за рукав, только он поднялся. — Я не договорила. И я не просила вас на самом деле поддерживать моего брата Лоуренса. Седрик недоверчиво посмотрел на нее. — Показать Его Императорскому Величеству это «намерение», — быстро проговорила Артезия, — этого будет достаточно. — Леди. — Оставляя неопределенность в вопросе оказывать поддержку Лоуренсу или нет, вы позволите западной армии получить то отношение, которое она заслуживает. И вы готовы отказаться от этой возможности по личным причинам? — У меня нет намерения умолять о признании, которое солдаты заслужили за свои военные заслуги. — Вот как, а что насчет «деревни мятежников» в эрцгерцогстве Эфрон? — Пытаетесь меня шантажировать, леди? — Седрик тут же нахмурился и зло уставился на Артезию. — Нет, искренне предлагаю вам свою помощь. Ведь тот факт, что об этом знаю я, значит, что и другие могут узнать, Ваша Светлость. — Значит, по крайней мере, маркиза Розан и Лоуренс уже знают. — Мои мать и брат не очень хороши в таких деликатных темах. Вам нет нужды беспокоиться. На данный момент я единственная, кто знает. — Они не виноваты. — И это я тоже знаю. Но это проблема в любой момент может привести к ухудшению ситуации. Теперь он не мог уйти так просто, Артезия понимала это. А значит она могла расслабиться и налить себе еще одну чашку чая. — Что-то захотелось пить, — вернулся за столик Седрик и спросил низким голосом. — Чего же ты добиваешься? — Ваша Светлость должен преследовать более личную выгоду. — В чем же заключается личная выгода от союза с подобными вам ради проведения церемонии триумфального возвращения западной армии? — Ваша Светлость, вы должны отложить в сторону свою честь, только так вы сможете добиться почета западной армии и защитить эрцгерцогство Эфрона, — отозвалась Артезия. — Ни моя мать, ни брат не знают об этой встрече. Я повредила карету не для того, чтобы Ваша Светлость подумала, что наша встреча произошла случайно. Я сделала это, чтобы обмануть остальных. Седрик уставился на нее. — Очень часто бывает, что после случайной встречи между мужчиной и женщиной возникают чувства друг к другу, — спокойно продолжила объяснять Артезия. — Если вы объявите, что перестанете сопротивляться воле императора и войдете в столицу, потому что влюблены в меня и хотите сделать предложение мне, то мало кто усомнится в этом. Она была дочерью Мираилы Розан. Никто не поймет, что произошло на самом деле. Кроме Мираилы и Лоуренса, прекрасно осознающих, что это не политический брак. И понимающих, что создать альянс из брака не получится. Артезия выпрямилась и посмотрела прямо на Седрика. — На первый взгляд будет казаться, что Ваша Светлость отказался от почета западной армии ради женщины. Но на деле, его императорское величество просчитает выгоды, которые Лоуренс сможет получить в случае нашей свадьбы. И тогда он позволит провести церемонию триумфального возвращения западной армии. Седрик молчал. — Помимо того, вы получите благосклонность со стороны эрцгерцога Ройгара, сильнейшего противника Лоуренса. Ваша Светлость сможет извлечь выгоду с обеих сторон, — Артезия допила остывший чай и налила себе еще одну чашку. — Я знаю, что Лоуренс сделает все, чтобы переманить меня на свою сторону, — заговорил наконец Седрик. — Но эрцгерцог Ройгар — соперник Лоуренса, и что вы имеете в виду под словами, что благодаря нашему браку я получу его расположение? — Вы ведь хотите жениться на мне, потому что безумно влюблены, а не ради формирования союза в поддержку Лоуренса, — напомнила ему Артезия. — До сих пор, Ваша Светлость, эрцгерцог Эфрон был благоразумен и справедлив во всех своих действиях. Но что подумает эрцгерцог Ройгар, узнав, что вы вошли в столицу не чтобы преклониться перед императором, но ради женщины? Конечно, он подумает, что вы поступились своей гордостью, чтобы получить что-то взамен, и попытается склонить вас на свою сторону. — И значит я смогу повлиять на обе стороны. — Да. Седрик всегда держал в руках определенную власть. Эрцгерцогство Эфрон было щитом империи на севере. И Седрик был самым ценным человеком Империи. Он помог восстановить западную армию и остановил нападения монстров. Многие люди восхищались им в центральной, восточной и южной армии. Он укрепил свою репутацию, не склоняясь ни перед кем и не формируя свою партию. И в конце концов, это заставила императора возненавидеть его. У него не было достаточно власти, чтобы угрожать императору, но у него было достаточно влияния, чтобы заставить его тревожиться. — Если вы женитесь на мне, император будет относиться к вам более терпимо, чем сейчас. Что Его Императорское Величество ненавидит больше всего? Это игнорирование его власти. А борьба за престол больше всего касается влияния этой самой власти. Подумайте, почему он не поддерживает одного только своего сына, Лоуренса, но и так же выказывает уважение своему брату, эрцгерцогу Ройгару. «Так вот к чему ты ведешь. Его Величество — человек осторожный, намеренно ослабляющий обе стороны созданием фракционной борьбы. Более того, если вдруг меня убьют, Его Величество примет это как просто политическим разногласием и не воспримет всерьез, — подумал Седрик, глубоко размышляя. — И таким образом она хочет… защитить меня?» Артезия спокойно ждала, пока он обдумает ее слова. У нее уже закончился чай, поэтому она подозвала служанку и велела ей принести еще горячей воды. Седрик все еще молчал, когда она наливала горячую воду в чайник и переворачивала песочные часы. Лишь когда она снова села на место, он заговорил. — Леди, если это не для того, чтобы переманить меня на сторону Лоуренса с помощью брака, то что выиграете вы от нашего союза? — Я лишь хочу унаследовать маркизат Розан полностью и стать совершенно независимой, — она была вынуждена соврать, Седрик все еще не доверял ей. — Но Маркизат Розан в любом случае достанется вам. — Я не могу ждать столько времени, — Артезия сказала не совсем правду. — Мне сейчас восемнадцать. Я смогу вступить в права наследования только когда мне исполнится двадцать. Моя мать, как действующий опекун, имеет право распоряжаться имуществом маркизата Розан в течение следующих двух лет. Пусть Маркизат Розан полностью утратил свое политическое влияние, у него еще оставалось большое состояние. И благодаря этому в руках Лоуренса оставалась огромная власть. Сама же Артезия, оставаясь под контролем Мираилы, мало что могла сделать. На данный момент ее первоочередной задачей было полностью отделиться от матери. — Но вы можете выйти замуж с разрешения опекуна. И после свадьбы вас признают официально взрослой. — Да, но даже если я и выберу кого-то, моя мать не позволит мне так просто уйти, — спокойно ответила Артезия. — Даже когда я повзрослею, ничего не изменится. Она скорее найдет способ убить моего будущего мужа, чем позволить мне выйти замуж. Поэтому вы, Ваша Светлость, лучший кандидат, который я могу выбрать. Я уверена, что Его Величество будет рад вашему предложению о браке, и мой брат Лоуренс не откажется от такого шанса. — Вы планируете предать своих мать и брата? — Я лишь инструмент. Если инструмент попал в руки другого человека, это не может считаться предательством, — горько отозвалась Артезия. Впрочем, она всех считала инструментами. В этом смысле возможно она была слишком похожа на Мираилу. — Пожалуйста, проживите со мной в официальном браке всего два года и защитите меня, Ваша Светлость. И если вы сделаете это, то я сделаю вас императором. От таких неожиданных слов Седрик удивленно уставился на нее. — Вы должны это сделать. Если вы хотите, чтобы люди империи Кратес жили в мире. Лоуренс слишком жесток, а Ройгар жаден. Если кто-то из них взойдет на трон, Империя превратится в ад, — твердо закончила Артезия.