Сквозь тернии веков

                              Провал.       Леви думал об этом, стоя перед замком, который вот-вот рухнет. У него в руках остались лишь затупленные лезвия. Пар ещё не рассеялся, разогревая свежий воздух. Бронированный и Колоссальный, как только исчезновение Эрена стало очевидным, поняли, что бегство — их единственный шанс.       Микаса была готова рвануть за ними. Леви хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, что даже такой универсальный боец, как Аккерман, на пределе своих возможностей. К тому же её пустой гнев мог сыграть против них.       Повсюду крики и хруст костей. Ночь окрасилась в багровый. — Ханджи, что будем делать? — Для начала выживем! — крикнула Зоэ, проносясь мимо и чётко полоснув шею. — Надо отогнать их от конюшен!       Привычный рывок, и он снова в воздухе. Прошло много лет, чтобы он мог определить, не глядя, сколько газа осталось в баллонах. Нужную скорость набрать не удавалось — значит немного. Петра и Эрд переглянулись, понимая своего капитана без слов.       Даже если их закинут в самый ад, они продолжат следовать за ним. А они уже в аду с десятками кровожадных демонов.       На башне творился хаос. Разведчики метались взад-вперёд. В ход пошли обычные вещи приличной массы, чтобы хоть как-то замедлить ползущих к ним титанов. Помогало мало. Титану даже самый тяжёлый булыжник, словно комар. — Мы не справляемся! — Конни лихорадочно осматривался в поисках чего-нибудь полезного. — Не понимаю… Бертольд и Райнер, они… — Не думай об этом сейчас! Просто делай!       Саша резко встряхнула друга, приводя в чувство. Дыхание больше походило на рваные всхлипы, а самообладание приходилось собирать по крупицам. В Северной башне только они, новобранцы. Остальные же погибли при попытках отбиться. Газа нет. УПМ — бесполезно.       Пол внезапно затрясло с новой силой, так что Саша, качнувшись, балансировала на самом краю. Имир вскочила, хватая Блаус за рукав и рывком притягивая к себе. Титаны внизу взревели, точно звери, у которых увели из-под носа добычу. Саша тряслась от страха.       Секунда промедления могла стоить жизни.       Мерзкая рожа возникла неожиданно прямо перед ними. Один из титанов добрался до самой верхушки башни. Кривой рот, жёлтые огромные зубы и стекающая по подбородку слюна.       У них на руках пару нормальных лезвий, но добраться до загривка без УПМ было практически невозможно. Все замерли от ужаса. Замер и титан, вылупившись на своих жертв. А потом занёс руку над головой, готовясь снести башню и всех разведчиков вместе с ней. Конни закрыл голову руками и зажмурился. Саша не шевельнулась. — Ай, пошло всё оно к черту!       Имир, схватив из рук Саши лезвие, ринулась к титану. Вонзила в левый глаз до самого основания, отчего титан заревел так громко и дико, что кровь стыла в жилах. И сиганула прямиком с башни.       Саша было потянулась за ней, но не успела. Имир спрыгнула вниз. В один момент будто взорвалось маленькое солнце. Весь замок тряхнуло, глаза ослепила яркая вспышка. Титан с вытекшим глазом заверещал и разинул пасть, наклоняясь над Сашей.       Ещё один титан, скрюченный, метра под три-четыре, зацепился за край башни и подтянулся, а затем молниеносно вцепился в загривок первого титана. Кровь брызнула на лица разведчиков, и они, замерев, с широко распахнутыми от страха глазами, смотрели, как выгрызают плоть на шее.       Леви сделал резкий разворот, наблюдая за происходящим с другой части замка. Титаны мгновенно переключили внимание, задирая головы. Ему хватило лишь пары секунд, чтобы вместе с отрядом перерезать семерых.       У Утгарда появился реальный шанс выстоять под натиском толпы тварей.

***

— Отвали от меня! Я уже всё сказала! — Сказала «что»? Я всё ещё не услышал внятного ответа. Какого хера ты была в повозке? — Потому что меня, блин, похитили! Достаточно внятный ответ?       Кенни недовольно оскалился и ткнул холодным дулом прямо в пульсирующую венку на шее. На мятой рубашке разлилось небольшое кровавое пятно.       Пистолеты. Лучше бы её отбросило на пару-тройку столетий назад, когда их ещё не существовало. Слишком часто они направлены в её сторону.       Но сколько бы это не происходило, страх настигал её из раза в раз. Липкий, жгучий, неприятный, он покрывал кожу невидимой коркой льда. Несмотря на сильное желание отвести взгляд, Тереза смотрела прямо на него.       Кенни склонил голову чуть набок и усмехнулся. Тереза не шелохнулась, скорее даже неестественно окаменела. Это его явно позабавило. Должно быть, взгляд не сочетался с положением, в котором она находилась. — Ещё раз. Иначе в следующий раз не закроешься.       Тереза до боли стиснула челюсть. Ей удалось смягчить удар от ботинка ладонью. Но на затылке всё равно останется синяк. — И что ты сделаешь? Ударишь по лицу? Знаешь, сколько раз меня били по голове за этот месяц?       Тело само дёрнулось вперёд, упираясь в чужое. Кенни молча наблюдал за тем, как она тщетно пыталась успокоить бушевавшую бурю. Казалось, что металл, приставленный к шее, вот-вот накалится. — Меня похитили. Ударили, и я потеряла сознание. Проснулась уже в повозке. Я без понятия, почему я была с ними. — И что, у тебя нет предположений почему?       Тереза лишь на секунду потерялась, мотнув головой в сторону. Но этого было достаточно, чтобы Кенни сообразил. Щёлкнул револьвер, и, на удивление, вместо выстрела её с силой впечатали в стену пещеры. — Останешься такой же дерзкой, когда я сверну тебе шею?       Воздуха и правда становилось меньше, а крепкая хватка всё сильнее сжимала горло. Если она скажет правду, много ли это поменяет? В её случае лучше как можно скорее придумать убедительную ложь. Да только один чёрт знает почему с ней оказались Эрен и Криста.       Внезапно раздавшийся кашель моментально привлёк внимание обоих. Хариссон, лежавший на боку, согнулся пополам и тяжело дышал. Видимо, Кенни и сам не ожидал, что он всё ещё жив, потому что хватка ослабла.       Наверное, это инстинкты. Точно, они самые. Заставляют адреналин подскочить и, не подумав о том, что у Кенни всё ещё есть револьвер, отпихнуть его. За секунду мнимой свободы она уже успела представить его разозлённое лицо, револьвер и короткий выстрел.       Но то, что произошло дальше, испугало её ничуть не меньше. Хриплый низкий крик вперемешку с шипением отскочил от стен пещеры. Тереза замерла, видя, как Кенни схватился за плечо и пошатнулся.       Удар был не настолько сильным. Тогда почему? Тереза сжала руку в кулак и едва не подскочила. Правая ладонь была испачкана кровью. Только сейчас она заметила, что багровое пятно расползлось по рубашке, пропитало рукав и воротник.       «Ранен» — пронеслось в голове, перед тем, как Тереза, не целясь, с размаху ударила по колену.       Удивительно, но и это сработало. И она тут же метнулась к осевшему, но всё ещё опасному бандиту, выхватывая из подрагивающей руки револьвер. — П-п-правильно, держи… его на прицеле, — хрипя и силясь встать, сказал Хариссон.       Тереза обернулась, держа оружие перед собой. — Ты тоже оставайся на месте, иначе я выстрелю! — Да ладно тебе, Тереза… Ты не захочешь остаться с ним один на один. — Я сказала: не двигаться.       Ветер угрожающе завывал в редких кронах деревьев, кренил их к земле и стянул облака в одно сплошное серое полотнище.       Кенни, навалившись спиной на стену, исподлобья наблюдал за ней. Руку он прижимал к груди. По растёкшемуся пятну, от которого рябило в глазах, можно было предположить, что ранили его в плечо. — И что теперь делать будешь? Мм? — Помощи дождусь. — И все? Просто будешь стоять, пока один из нас не наберётся сил и не выхватит у тебя пистолет? — В таком случае я выстрелю первая.       Хариссон коротко усмехнулся. Сумел сесть и принялся вытирать окровавленное лицо. Седые волосы слиплись, потемнели от крови. Форменная куртка также была забрызгана. Сейчас офицер Военной Полиции больше походил на воскресшего мертвеца.       В это время Кенни потянулся за чем-то в нагрудный карман. — Эй, замри! — «Замри»? — он с насмешкой дёрнул бровями. — А ты нечасто держишь людей на мушке, раз первое, что тебе пришло в голову, это «замри». — Я могу сказать по-другому. Держи, блядь, руки перед собой! — Сина, да с тобой шутки плохи. Всех кукушек в округе распугала. Спокойно, я хочу остановить кровь.       Прежде чем Тереза успела бы что-то возразить, в его руке оказался маленький носовой платок. Кенни побледнел за считанные минуты, но даже в таком состоянии он был способен смотреть на неё так, что становилось не по себе.       Она молча кивнула. Как будто её слово действительно имело какой-то вес. Руки в локте порядком затекли, в глазах периодически темнело, но Этвуд была почти уверена, что это из-за неудачного удара. Обойдётся. Главное — не переставать быть на чеку и не спускать с них глаз. Они явно должны что-то выкинуть. Причём оба.       Кенни, шипя и матерясь сквозь зубы, пытался перетянуть рану ремнём. Он первым нарушил тишину, не отрываясь от дела: — Знаешь, почему он сидит сейчас тихо?       Тереза искоса глянула на Хариссона. Тот и правда застыл в одном положении. Отвернулся и разглядывал деревья да поляну, на которую их занесло. Кенни, наконец, облегчённо выдохнул, но двигать рукой не спешил. — Он знает, что сюда придут его люди. Быстрее, чем разведчики.       Смутная тревога вопреки желаниям словно сжало плечи. Кенни смотрел прямо, не пытаясь увильнуть или отвернуться. Мол, смотри, я правду говорю. Хариссон же никак не отреагировал.       Однако теперь Терезе казалось, что офицер не природой любуется. Он выжидает. — Чем дольше ты медлишь, тем у нас меньше шансов уйти живыми. — Прости, «у нас»? С каких пор «у нас»? — А ты знаешь, куда идти? — Я в курсе, в какой стороне город, — раздражённо бросила она. — Они и идут оттуда, идиотка. Знаешь этот лес? Знаешь, как их обойти? Знаешь, куда можно было бы пойти? — Не слушай его, Тереза. Он обычный преступник. Пытается спасти свою шкуру, — встрял в разговор Хариссон. — Как и мы все, господин офицер, — Кенни поморщился и обратился уже к Терезе. — Решай быстрее. — Да! Решай, Тереза, пойдёшь ли ты вместе с головорезом, который только что убил двоих военных. — Ты ещё хуже. — Я, по крайней мере, преследую благие цели, в отличие от бандитов, у которых превыше всего лишь их собственное «я», — проворчал Хариссон и вытер лоб тыльной стороной ладони.       Тереза медленно опустила револьвер. Никто не собирался нападать. Доверять тем, кто её похитил, она точно не была намерена. Более того, она была уверена, что их было больше. А значит, слова Кенни могли оказаться правдой. Но и этот тоже не внушает доверия. — Проклятье! — выругалась она.       А как только девушка снова перевела взгляд, Кенни уже был без сознания. Практически вся рубашка была в крови, голова опущена, шляпа съехала набок. Инстинктивно Тереза поднялась на ноги и сделала несколько шагов к нему. — Оставь его. Меньше проблем.       Может и правильно. Одним непредсказуемым преступником меньше. Тереза часто задышала, но отвернуться не смогла. К горлу подкатил ком. Её смятение не осталось незамеченным. Хариссон продолжил говорить, но звучал он где-то на периферии сознания.       Тереза с опаской приблизилась к Кенни, ещё немного понаблюдав за ним, убеждаясь, что тот и в правду в отключке. Раз-два-три…шесть. Шесть пуговиц на рубашке и седьмая у самого воротника расстёгнута. Вдох и выдох.       Едва она потянулась за второй пуговицей, как мужчина молниеносно перехватил запястье и развернул её спиной к себе. Даже вскрикнуть не успела, сообразить, что к чему. Над ухом смешок, оглашающий лишь одно: провели. Её провели. Когда Тереза вновь почувствовала револьвер у шеи, стало будто всё равно.       На мгновение она свято уверовала, что сделала это специально. — Один звук – и ты труп. — Не делай глупостей, — сквозь зубы процедил Хариссон, добавляя тихое, но вполне отчётливо: — Дура. — Прислушайся.       Дрожь в теле было не унять. Дикий страх выскочил откуда-то изнутри, и Тереза только и могла, что считать мелкие брызги крови на стене. Десять. Четырнадцать. Двадцать три.       Приглушённый шелест травы, скорый стук дятла, треск старый ветвей окружавшего их леса. В любое другое время это могло бы помочь успокоиться. Отпустить. — Люди, — хрипло прозвучал приговор.       Теперь Тереза слушала не лес. Хариссон недовольно сощурился, шумно вдыхая и готовясь подать знак товарищам о своём местоположении. Но Кенни был быстрее и перенаправил оружие на него.       Терезу больше никто не держал, но она всё равно осталась на месте. На месте, потому что услышала то, о чём говорил Кенни. Голоса. Два или три едва уловимых, но вполне различимых в буйстве лесных звуков. — Шанс уйти всего один, — Кенни отстранился, сплёвывая кровь и вновь хватаясь за плечо. — И у тебя нет выбора.

***

— Что произошло?       Эрвин бегло осмотрел вернувшихся разведчиков. Вдвое, а то и втрое меньше того количества, что отправлялось в замок. Мышцы были напряжены до предела, губы сомкнулись в тонкую полоску. Смит был растерян и зол. Да, Командор, на которого сейчас глазел весь корпус, был в гневе от очередного просчёта.       Леви спрыгнул с лошади, помогая спуститься Ханджи. Та держалась за бок. Неудачное приземление, но в целом не было ничего критичного. Солдаты, получив от командующего короткий кивок, побрели в госпиталь. Даже лошади не ржали, устало понурив голову. — Мы упустили Эрена и Хисторию. Бронированным и Колоссальным оказались Райнер и Бертольд. Ещё врасплох настигли чистые титаны. Мы справились только благодаря чуду… — Чуду? — Да, знакомься, Эрвин, — Ханджи чуть отошла в сторону, чтобы командующий увидел, как Конни и Саша спустили с лошади бессознательную Имир. — Это чудо. Тереза-то оказалась права. Кто бы мог подумать.       Маска командующего в этот момент дала трещину. Действительно, кто бы мог подумать. Леви не сразу понял, почему его ладони сжались до выступивших вен. Усталость брала верх над телом даже такого выносливого солдата, как он. Но когда смутная догадка появилась в его голове, Леви резко вытянулся. — Она не приходила? — Она пропала.       У Леви непроизвольно расширились глаза. Последнее слово отозвалось щемящим чувством в груди. — Что значит «пропала»? — В доме погром. Многочисленные следы крови и дыры от пуль. Вероятнее всего, Терезу похитили.       Эрвин отчеканил спокойно, словно для него это не было неожиданностью. Ханджи вздохнула, вытирая тыльной стороной ладони вспотевший лоб. — Идите к своим отрядам, а после в комнаты. Выспитесь. Завтра у нас будет непростой разговор с Имир. Исчезновение Терезы произошло именно сейчас, не спроста. Некоторые разведчики уже заняты её поисками. Прочёсывают город.       Леви провёл рукой по лицу. Усталостью налились мышцы. Тело умоляло об отдыхе, о краткой передышке. Петра вместе с Гюнтером слушали капитана, не вставая, чего при обычном раскладе не позволяли себе никогда.       Несмотря на адскую боль в мышцах и спутанное сознание, Леви единственный шёл в душ. Холодные струи били в спину и ни капли не отрезвляли. Грязь стекала на плитчатый пол. Дегтярным мылом пахла бледная кожа.       Его дыхание было тяжелым и глубоким. Её тёплые руки у горла, её смех у самого уха. Леви не выдержал и с размаху ударил в стену. Костяшки покраснели и отозвались неприятным жжением.       На языке был горький привкус, какой возникал всегда при особо серьёзных вылазках. Щемящая в груди неизвестность не давала сделать ровного вдоха.       Насколько он опоздал?

***

      Лес медленно окутывали сгущающиеся сумерки. Звёзды на небе прятались за чёрными тучами, а от месяца виднелись лишь нечёткие очертания. Темноты Тереза никогда не боялась, однако компания, в которую она угодила, её настораживала.       Кенни шёл впереди, легко спускался по крутым оврагам и пробирался сквозь густые кусты. Жёсткие ветки царапали, казалось, только саму Терезу. Но за всё время она не проронила ни слова.       А в голове были мысли. Много мыслей, наполненных тревогой и опасениями. Через сколько её память начнёт слабеть? Что следующее она не вспомнит? А может, уже забыла что-то важное? При этом стоило лишь оглянуться и словить на себе пристальный взгляд мужчины, и внутри всё сжималось с новой силой.       Хариссона они оставили там же, в пещере. Кляп, верёвки и повязка на глаза. Тереза удивилась тогда. Думала, что Кенни его пристрелит. — Здесь сделаем привал. — Надо идти дальше. — Упадёшь, возиться с тобой не буду. — Я в полном порядке, — выдавила Тереза, игнорируя ноющие мышцы.       Кенни в ответ фыркнул и потянулся, что было негласным: возражения не принимаются. — Собери мелкие ветки в округе. Разожжём небольшой костёр.       Тереза с опаской отступила назад под его кривой усмешкой, но решила не спорить. Если это её последняя надежда, то ей крупно не повезло.       Под ногами хрустели сухие ветки. Уже через десять минут она собрала их так много, что некоторые выпадали на ходу. Птицы над головой чирикали и, размашисто хлопая крыльями, перелетали с дерева на дерево.       Тишина в лесу была особенная. Никто не говорит, но звуков: тресков, писков, шелеста так много, что поражаешься, когда перестаёшь дёргаться в страхе от каждого. В буйстве звуков Тереза уловила один из них, подбирая одну из упавших веток.       Где-то рядом бурлила река. Свежий запах вместе с ветром тянулся шлейфом из глубины леса. Тереза, немного подумав, пошла на звук и совсем скоро, метров через пятьсот, действительно вышла к небольшой речке.       Кристально чистый поток шумел и блестел в закатных солнечных лучах. Тереза прищурилась, глядя в даль. Закат и правда был красивым. Алый смешивался с ярко-оранжевым, плавно розовел по мере удаления от источника света. Чёрные галки в небе, точно художник нарочно добавил их для живости картины, пронеслись над головой. Губы тронула слабая улыбка. Наверное, это один из самых красивых закатов в её жизни.       Между тем в горле запершило. Безумно хотелось пить, поэтому она, не думая о рисках подхватить себе что-нибудь, окунула руки, сбросив хворост рядом. Холодная, ледяная вода была слаще любой налитой из-под крана.       Тереза быстро умылась: руки, лицо, шея. В последние сутки она валялась на земле больше, чем ходила по ней. Вернулась к тому месту, где они разошлись с Кенни. Он уже ждал её. Камнями было выложен круг — место для костра, а брёвна покрупнее были сложены с краю.       Сам Кенни сидел спиной, но почувствовал её приближение сразу же. Широкие плечи напряглись. Рубашка была наполовину расстёгнута, и он возился с раной. — Почему так долго? — Недалеко есть речка. Там можно промыть рану. — Тогда разведи костёр. Скоро вернусь, — Кенни кивнул, поднимаясь с места, но, видя замешательство в её глазах, остановился. — Тебе особое приглашение нужно? — Ты не дал спичек. — Может, ты думаешь, что я и печку держу за пазухой? — Как тогда мне развести костёр?       Кенни прищурился, будто в чём-то подозревал её. Но когда Тереза последний раз врала? Всё же предпочтительно было сделать вид, что она чертовски занята, опустив взгляд. — Откуда ты такая, м? Белоручка. Но на богачку не похожа.       «Аристократка», — едва не слетело ядовитое слово с языка. Тереза не удержалась, чтобы нервно не засмеяться. Кем она только не была за это время. Отвернулась и вовсе. Пошёл он нахер! Он чувствовал своё превосходство и ясно понимал, что она сейчас не больше, чем заложница.       Тем не менее, у этого хотя бы не промыты мозги ересью, которой занимался Антуан. — Когда придёшь, посмотрю рану. Я заметила, что пуля не прошла навылет. Надо вытащить. — Врач что ли? — Что ли.       Кенни хмыкнул. Перед тем, как Тереза услышала удаляющиеся шаги, к её ногам что-то упало.       Обернулась. На траве лежал спичечный коробок.

***

— Зачем ты это сделала? — Мне сказали. — Кто сказал? — Неважно, кто сказал. Так нужно. — Почему? Для чего? — Это не ваше дело. — Это как раз наше дело. Оно касается Терезы.       Коё упиралась и настаивала на своём: ничего не знаю, никому не скажу. Эбби вступила в спор более разъярённой, чем когда-либо. Её неосторожность и громкие возгласы могли привлечь ненужное внимание со стороны, так что Адам судорожно искал решения.       Но отпускать Аккерман без ответов он также отказывался.       «Тереза в прошлом», — это сказала Коё. Сказала настолько просто и легко, что это было чем-то очевидным для неё. Самое страшное, что Адам не чувствовал в этом притворства. Либо Коё была сумасшедшей, настолько сильно уверенной в своей правоте. Либо… либо что? — Так как её вернуть?! Отвечай быстро!        Эбби, похоже, поверила ей сразу. В густой темноте, если приглядеться, можно было увидеть, как рыжие кудряшки пружинили от каждого движения.       Адам снова вспомнил написанное: «Чтобы вернуться, нужно умереть».       Бред.       Его размышления прерывались на этой мысли. Что всё это пустышка и полоумный лепет. Если отбросить… Адам зажмурился. Тишина. Представь тишину вокруг себя. И тогда посторонние звуки сами отойдут на второй план. Подумай, что пишешь книгу об этом всём. И это правда.       Что тогда? «Мне пора звонить в дурку», — находился ответ.       И внезапно пришёл другой. — Она это прочтёт? — голос дрогнул, а Коё почему-то выпрямилась по струнке. Адам повторил более уверенно: — Тереза может прочесть это?       В её глазах Адам почти мог считать сожаление. Оно было, это точно. Закрытое за сотней других дверей и чувств. — Я предполагаю, что да. — И она подумает, что ей нужно убить себя… там, чтобы вернуться? Это ложь? — Оглянись, мир погибает из-за неё! — Коё раздражённо взмахнула руками. Голос стал как-то ниже, с непонятным шипением. — Меньшие жертвы — больший результат. — И кто так сказал?! Твой клан? Ни черта подобного! Вот что! — Эбби подпрыгнула. — Хорошо. Хотите всё узнать? Да пожалуйста, — и уверенно шагнула навстречу. Оказалась в нескольких сантиметров от него и задрала голову. — Четыре года назад эту книгу у нас похитили. И всё это время мы пытались её найти. А знаешь, кто её выкрал? Анархисты, которые считают, что у нас нет будущего. Что во всём виновато одно долбанное событие, и если его поменять, всё чудесным образом изменится в лучшую сторону. Это глупо. Необдуманно. И чертовски опасно. Опасно, понимаешь ты или нет? — Что за событие? — перебил её Адам. — Мы скрыли правду о прошлом, потому что в какой-то момент все решили, что так будет лучше. Чтобы жить без предрассудков, без страха и сожалений. Сделать мир единым. И именно моя семья несла эту ношу. — У вас хреново получилось, если почитать новости. — Да что ты понимаешь вообще?! — Я понимаю, что вы возомнили, будто способны решать за всех. Динозавры, метеорит, да? Школьники учат лишь ваши бредни? Да что с тобой не так?       Коё сделала ещё шаг, хотя казалось, что дальше некуда. Распалилась, ссутулила спину. Взгляд полоснул, как острый нож. — Я сказала правду. А теперь отдай. — Не дожидаясь ответа, она выхватила листок и, успешно минуя переполошившуюся Эбби, застучала тонкими каблучками. Ушла. — И что это вообще было? — пыхтя, возмутилась Эбби. — Погоди, я ещё не понял… — Что не понял?       Адам помедлил. — … кто в большей заднице: мы или Тереза.

***

      Тени на лицах отплясывали, словно черти. Тереза не смотрела, сосредоточившись на ранении. Руки уже не тряслись от страха сделать что-то не так. Быть может, дело в том, что и пациент не представлял для неё особой ценности. Пулю удалось вытащить без особого труда, разве что Кенни крыл её отборным матом всё это время. — Нужно прижечь. — Совсем ебанулась?! Перевяжи и хватит с тебя. — У тебя был нож? Давай сюда. — Ты глухая или просто без мозгов? — А ты хочешь сдохнуть от потери крови или просто мучиться от заражения?       Она бы могла бросить эти попытки, но Кенни всё же был ей нужен, как бы тяжело это не было признавать. Если Хариссон с его людьми найдут их, возможно, их личная неприязнь сыграет ей на руку. К тому же Кенни вёл её в «безопасное» место. В противоположную сторону от города.       Значит, если люди из «безопасного» места увидят тело их мёртвого товарища, их это явно не развеселит.       Кенни рвано выдохнул, но всё же, взглянув на залитое кровью предплечье, решил смириться.       Протянул ей небольшой ножик и тут же взвёл револьвер. Тереза поджала губы, отходя к костру. Сухие ветки трещали, маленькие искорки поднимались вверх вместе с дымом. — Не слишком-то приветливо. С тем, кто спасает тебе жизнь. — Не обольщайся. Единственное, почему ты тут — это моё плечо.       Тереза опустилась рядом с ним, пропуская мимо ушей его слова. Они и очевидны. Раскалённое лезвие окрасилось в ярко-оранжевый неестественный цвет. Жар от него щекотал щёки. — Но ты всё же идёшь со мной туда, где безопасно. Что это за место? — Ты была в повозке вместе с нашей целью, а значит, можешь иметь к ним отношение. Если нам не удалось захватить Эрена и Хисторию, лучше уж прийти не с пустыми руками. — Что будет, если я окажусь вам не нужна? — О-о-о! — засмеялся Кенни. — Я так не думаю. Но всегда можно договориться… Ай, сука, предупреждать надо! — Так было бы неинтересно.       Кенни едва успел зажать палец между зубами и болезненно зашипеть, когда раскалённое железо коснулось раны. Сильнейший жар ощущался кончиками пальцев. Всего секунда и дело сделано. Кожа вокруг страшно покраснела, но то была мелочь. Очертания ножа проступили на ней. — Убери его нахуй. Себе оставь! — прерывисто гаркнул Кенни, когда Тереза обратно протянула нож. Он уловил её удивление в глазах. — Если нападут, можешь хотя бы попытаться не умереть.       Треск горящих дров не мог заглушить шелеста листвы. Наоборот, все звуки будто сливались в единую спокойную и умиротворённую мелодию. Будто именно они, два человека, лишние на этой поляне.       Перочинный ножик неумело переходил из руки в руку. Смутно, но Тереза вспоминала, как когда-то Леви показывал ей, как правильно его держать. Этвуд хмурилась, когда мысли путались и нож падал из рук. Бурчала себе под нос, как это обычно бывало, и даже перестала обращать внимания на Кенни. Однако, в отличие от неё, он пристально за ней наблюдал. — Кто научил? — А? — Кто научил — спрашиваю, — Кенни лениво кивнул на нож.       Тереза не спешила с ответом. Отражение в плоском лезвии неуверенно поджало губы. — Друг. — Друг, значит, — цыкнул Кенни и вынул из кармана помятую сигарету. — Я знал лишь одного человека, который так же мог держать нож и при этом умело пользоваться им. — И кто это был? — Ворчливый и упрямый мальчишка. — Очень подробное описание, — съязвила Тереза и разочарованно выдохнула. — Херня. Не помню. — Помнишь. Просто сделать так, как надо не можешь. Встань. — Зачем? — Подними уже свою задницу.       Тереза прошипела в ответ что-то невнятное. Встала вслед за Кенни, неосознанно крепче сжала рукоять, когда тот оказался прямо перед ней. На морщинистом лице плясали отсветы от костра, и выглядели они довольно зловеще. Но Тереза с места не сдвинулась. Наоборот, как-то уверенно расправила плечи и запрокинула голову. — Правильно, что не доверяешь. Но тебе придётся повернуться, если хочешь научиться.       Не видеть, а только чувствовать позади себя человека, который ещё утром без жалости убивал людей, ей определённо не доставляло удовольствия. Кенни легонько толкнул её правую ногу и согнул в локте руку, выравнивая корпус.       Над ухом раздался скрипучий, но относительно спокойный голос. — Не сжимай рукоять так сильно. Держи лезвие ребром. Ножом ты не колешь, а режешь. — Он сильнее сгибал руку и держал нож другой стороной. — Этот кто-то либо простофиля, либо гений. — Значит, ты так не можешь? — Не выёбывайся. Я могу легко укоротить твой длинный язык. Повторить то я могу. Только эффективнее всё равно будет иначе.       Тереза мотнула головой. — Теперь попробуй взмахнуть им, — Кенни довольно крепко обхватил локоть и медленно отвёл его, показывая, какое движение нужно повторить. Тереза согласно кивнула, делая выпад. — Почти. Твоё тело не должно быть каменным. Оно гибкое и должно реагировать в ответ, когда на тебя будут нападать. Ты где-то тренировалась? — С чего ты решил? — Так я прав? — задумчиво протянул он и прошёлся по напряжённой спине. — Танцы, — Тереза снова попыталась взмахнуть ножом, уже более уверенно. — И где у нас обучают танцам? Ты серьёзно из этих? Голубых кровей? — Ага, из королевских.       Кенни цыкнул. Тереза убрала нож в карман, поворачиваясь к нему лицом. Но тот сразу вернулся на место под деревом и, опираясь на широкий ствол, закинул руки за голову. Глубоко затянулся новой сигаретой. Запах табака осел под носом.       Вместо ответа Кенни лишь кинул её нож, и Тереза бегло подняла его с земли. Он прикрыл глаза и расслабился.       Взгляд невольно упал на пояс, где покоился револьвер. Дождаться бы, пока он крепко уснёт и… Тереза невольно сжалась. И что тогда? Она возьмёт оружие и пристрелит его?Сумеет? Хватит сил?       Тереза несмело шагнула к нему. От этого ведь зависит её жизнь, да? Это нормально, что она хочет обезопасить себя. В случае чего он бросит её незамедлительно. Поэтому и она имеет право на…       Кенни сонно протёр глаза и чуть поджал колени. Шорох заставил её отпрыгнуть подальше. Дыхание участилось, спина покрылась липким потом. Она действительно хотела это сделать?       Это осознание её напугало не на шутку. Нет, не могла она. Пальцы до жуткой боли оттянули спутавшиеся пряди. Жестокость вокруг не должна поглотить и её тоже. Она выросла в другом мире. — Так почему за тобой охотится офицер Военной Полиции?       Тереза испуганно подняла голову. Кенни всё это время не спал и наблюдал за ней. В голове что-то щёлкнуло. Пламя постепенно затухало, поэтому она подробила туда новых веток. — Они считают, что я… божий посланник. — И с какого хуя? — Один пастор им это внушил. — Серьёзно? — Кенни закряхтел, переворачиваясь набок. — Не думал, что Хариссон настолько идиот. — Если они найдут меня, то убьют. — Они убьют божьего посланника? — Всё… сложно.       Тереза уронила голову на колени. Их разговор не походил на непринуждённую беседу. Но если им предстоит пройти ещё как минимум километров пятнадцать тет-а-тет, а потом ещё разбираться с тем, что ждёт её за лесом, то выяснить хоть что-то сейчас — правильно.       В конце концов, одной посреди леса ей не справиться. — А зачем вам нужны Криста и Эрен?       Кенни прищурился. — Другой вопрос. — Куда мы идём? — Другой вопрос. — Что за ворчливый и упрямый мальчишка? — выпалила первое, что пришло в голову.       Слабый кашель заставил тело дрогнуть от неожиданности. Кенни пригладил сальные волосы. Взгляд остекленел. Он явно пытался что-то вспомнить. Тяжёлые морщины дрогнули, и на секунду ей показалось, что она увидела в этом нечто настоящее, не похожее на всё, что она видела прежде. — Племянник, — сухо ответил он.       В этом слове что-то скрывалось. Что-то личное. Если бы Тереза сама не произносила также слово «отец», пропустила бы. Когда хочешь доказать всему миру, что это ничего не значит, а голос всё равно выдаёт предательские нотки. — Всё нормально?       Кенни не реагировал. Лишь спустя несколько минут безмолвия очнулся и скрестил руки на груди, претерпевая боль. Надвинул шляпу на глаза, а перед этим холодно проговорил: — Дежуришь первые полтора часа. Потом меняемся.       Костёр затрещал громче, будто тоже захотел стать участником их короткого разговора. Тереза села напротив него, обхватив колени руками. Над головой светила полная луна.       Больше она не думала о том, что способна кого-то убить.

***

      В Легионе Разведки, как сказала местная повариха, всё чудесатее и чудесатее. То собирается целый отряд, чтобы искать похищенного мальчика, то через ворота пулей влетает белобрысая девчонка, заверяя, что была похищена вместе с ним. —Повтори ещё раз. — Мы разделились. Эрен и я взяли УПМ, а девушка осталась в пещере. По пути… на нас напали. Эрен отвлёк внимание на себя, и я смогла уйти… — Хистория поджала губы. — …по правде говоря, меня не преследовали.       Эрвин задумчиво рассматривал картину на стене. Бледно-зелёные луга будто плыли перед глазами. В кабинете помимо него были и Леви, и Ханджи, и Майк. — То есть, одна вооружённая группа напала на другую вооружённую группу? Неразбериха какая-то. — Леви, — Ханджи, потирая подбородок, обратилась к капитану. — Ты не знаешь, кто мог похитить Терезу? Она ничего не говорила? — Кроме того пастора из церкви, ничего. — По крайней мере, мы нашли её. И знаем, что она жива. Она наверняка должна была рассказать что-то важное. — Эрен не большая наша проблема сейчас? — сухо спросил Леви, хмурясь.       Ханджи чуть помедлила, приоткрывая рот, но тут же прикусила губу. И слова были так и не озвучены. Леви было неинтересно, что могла бы сказать очкастая. Неинтересно, потому что, кажется, знал.       Вместо неё заговорил Эрвин. — Они как-то связаны. Найдём одного, недалеко будет и другая. Криста… — Хистория, — поправила она.       Леви едва заметно удивился, переглянувшись с Ханджи. Они узнали об этом незадолго до её возвращения, но что сподвигло её первой назваться настоящим именем, было загадкой. «Безысходность» — подумал Леви. — У тебя есть предположения, Хистория, куда вас могли везти? — Дорога мне не была знакома… почти, — неуверенно ответила она и тут же напряглась всем телом. — …было одно место, о котором я подумала. — Надо с чего-то начинать, — кивнул Эрвин. — Леви, Ханджи, соберите небольшой отряд. Не берите своих солдат. Пусть они остаются в корпусе и тренируются, как обычно, желательно на внешнем дворе. — Подозреваешь, что за нами следит Полиция? — Я в этом уверен.

***

      Посреди леса стояла церквушка, что в рассветных лучах алеющего солнца выглядела даже очень гармонично. С наступлением утра появилась и приятная свежесть. А усталость куда-то чудным образом отступила.       Они шли около двенадцати часов с момента их последнего привала. Не хотелось этого признавать, но Кенни становилось хуже. Тереза подметила это ещё утром, когда мужчина, поднявшись на ноги, схватился за голову. Лицо побледнело, губы высохли. За всё это время он не подпустил её к повязке на предплечье, как бы она не настаивала.       На протяжении всего времени ей приходилось слушать тишину. Она всё ещё чувствовала опасность, исходящую от Кенни, но при его состоянии сделала вывод, что он не убьёт её, если на то не появится явных причин. Было принято решение не создавать такие причины. — Там что-то шевельнулось, — Тереза замерла, хлопая расширившимися глазами-блюдцами. — Так посмотри. — Я не буду смотреть. Ты смотри. — Это же ты скоро насрёшь в штаны от страха, а не я.       Кенни остановился, нетерпеливо поворачиваясь и делая такое угрюмое выражение лица, будто Тереза сделала что-то из ряда вон. — Хорошо, идём дальше. — Нет, — отрезал он. — Ты почувствовала опасность. Значит, ты должна убедиться в том, что её нет. Иначе когда-нибудь ты пройдёшь мимо и получишь нож в спину. — Или пулю в предплечье, — съязвила Тереза и хотела было обойти его, но Кенни довольно резко преградил ей путь.       Конечно, здравым рассудком она понимала, что там не будет притаившегося Антуана или Хариссона, иначе бы Кенни вёл себя по-другому. Кусты вновь зашевелились, выдавая, что за ними действительно кто-то был. Встреча с диким зверем, волком или кабаном также не вписывалась в её планы. — Пока не научишься контролировать свой страх, он будет завладевать тобой. — Я не могу по щелчку пальцев перестать бояться. — Тебе и не нужно. Научись засовывать его в задницу, когда нужно.       Лучший совет, однозначно. Тереза ещё с несколько секунд оставалась на месте вместе с надеждой, что Кенни закончит этот цирк. Лишь бы поиздеваться. Но всё же она вытащила из кармана нож и двинулась в сторону кустов.       Пусть будет хотя бы не медведь. Там и выстрела не хватит. А если два медведя?       Всё как обычно. Раз-два-три-четыре листочка упали с куста. То же першение в горле, те же холодеющие ладошки.       Один рывок. Это как сорвать пластырь. Лучше быстро и сразу. Сзади Кенни громко крикнул что-то вроде «стой». Отчего Тереза подпрыгнула, выставляя нож вперёд. Вжатая в туловище голова затрещала и… ничего. — Заяц, — облегчённо констатировала она.       Точнее, три серых зайца с длинными ушами, которые рванули в ту же секунду, как были обнаружены. Вязкий ком удалось, наконец, проглотить. — Видишь? Ты убедилась. — Какого хера ты закричал? — Хотел посмотреть на то, как твой дух покидает тело, — надменно усмехнулся Кенни и толкнул Терезу вперёд, мельком заглядываясь на засохшую кровь на рубашке.       Это был чуть ли единственный момент, когда они говорили. И вот теперь они на месте. Тереза ожидала увидеть всё, что угодно: деревушку, лагерь с людьми, в конце концов. Но никого не было.       Только разбитая церковь и ничего более. — А теперь уёбывай отсюда. — Что? — вырвалось у неё. — Уёбывай, говорю, пока не передумал. Если идти вдоль, выйдешь на тропу. По ней дойдёшь до ближайшего посёлка. — …и всё? А как же… не понимаю. — Хочешь оставаться заложницей? Мне нужно было дойти до места. Ты никаким хером не касаешься того, чем я занимаюсь. Поэтому сваливай, пока я не пристрелил тебя.       У Кенни явно начался бред. На лбу выступила испарина. Но не до такой же степени. Беги, Тереза, верно? Почему стоишь?       Из-за обломков церкви вдруг показалось несколько фигур. Кенни облегчённо кивнул, и это было знаком, что то были его люди. Они её мало интересовали, наоборот, подтолкнули к тому, чтобы не мешкать. Ступор наступил, когда среди вооружённых наёмников она увидела рыжую макушку в рясе.       Взгляд тут же метнулся к Кенни. Неужели всё это было подстроено? Однако Кенни только нахмурился, не понимая резкой перемены в её лице. — Не отпускай её! Держи на прицеле! — гаркнул Антуан.       Только сейчас Кенни будто стал что-то подозревать. Ещё несколько раз бегал глазами от неё к пастору, но в один момент, задержавшись подольше, словно кого-то приметив, достал револьвер. — Не-не-не-не, ты отпускал меня. Пожалуйста, отпусти. Всего минуту, — зашептала Тереза. — Мне нужна эта минута. Я… не понимаю, почему так получилось. Кенни нахмурил лоб. — У тебя был шанс.