Восьмой Артефакт

— Я отказываюсь, мистер Бруствер! Я отказываюсь. Почему я? Почему Малфой? Почему не Смит или не… О Мерлин, да кто угодно! Гермиона Грейнджер бессильно откинулась на спинку стула и прикрыла глаза рукой, пытаясь успокоиться. Министр взглянул на Драко Малфоя, сидевшего с отстраненным видом по другую сторону стола. Казалось, происходящее его ни капельки не интересовало, но Кингсли знал, что неприязнь Малфоя и Грейнджер друг к другу взаимна. Просто выдержке первого можно позавидовать, а вторая не смогла сдержать эмоций. — Мисс Грейнджер, я уже пятый раз вам объясняю, — с тяжёлым вздохом заговорил Бруствер. — Исследовать в одиночку те артефакты, с которыми я прошу разобраться, трудно, более того — опасно, поэтому делать описание и опыты вам лучше в паре с мистером Малфоем. Он отлично разбирается во многих предметах… — Ещё бы ему не разбираться, если они раньше принадлежали ему! — Гермиона неприязненно покосилась на Малфоя. — Не ему, а его семье, мисс Грейнджер, — примирительно сказал министр, как будто это что-то меняло. — И не будем забывать, что семья Малфоев добровольно сдала все имеющиеся у них реликвии, интересовавшие Министерство.       При этих словах Гермиона закатила глаза. Кингсли сделал вид, что не заметил этого. — Сейчас мы ведём переговоры с Объединенными Арабскими Эмиратами. В наших планах — обмен магических артефактов, которые раньше принадлежали Британии, но оказались на Ближнем Востоке. Необходимо выяснить, что можно предложить взамен, подтвердить подлинность и проверить, в каком состоянии предметы находятся. Увидев, что Гермиона не делает больше резких выпадов в сторону Малфоя, Бруствер продолжил: — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, вы взрослые люди, пора уже оставить разногласия в прошлом. Начните исследование в ближайшую пятницу. Вот список, — с этими словами он протянул пергамент Гермионе, — а это разрешение на извлечение артефактов из хранилища. Каждому предмету присвоен порядковый номер, — он подал другой свиток Малфою. — Хочу заметить, что это очень важное поручение международного уровня. Гермиона пробежалась взглядом по списку: семь безликих номеров без названия. Она свернула пергамент, а Малфой сунул свиток в карман мантии. Кингсли наблюдал за ними с лёгкой ухмылкой.       «Как там говорят у маглов? Отрицание, гнев, торг и принятие. Стадия гнева и отрицания пройдена».       Бруствер усмехнулся, вспомнив, как уничтожающе глянул на него Малфой после сообщения о том, что его ставят в пару с Грейнджер. Что ни говори, а по части взглядов Малфои всегда были мастерами. Младшему отпрыску хватило ума вслух не выражать протест самому министру, но смотреть, как разъярённый василиск, ему запретить никто не мог. Впрочем, Малфой быстро взял себя в руки, в том числе за это Кингсли его уважал. Да и сотрудником он был весьма способным и продуктивным. За четыре года Бруствер ни разу не пожалел, что принял его на работу. Драко оказался прирожденным дипломатом и уже не единожды отправлялся на переговоры с иностранными магами, где добивался результатов даже в самых безнадежных случаях. А вот Гермионе не хватало хладнокровия. Стоило поручить ей дело в паре с человеком, который был ей не по душе, сразу же начались проблемы. Но министр знал, что именно Гермиона Грейнджер справится с этим делом. С сожалением он отметил про себя, что непременно назначил бы для этой работы ведьму постарше и поопытнее, но на данный момент Министерство не располагало компетентными кадрами в нужном количестве. — Итак? Возражения ещё будут? — Кингсли окинул взглядом сидящих перед ним молодых людей.       Малфой по-прежнему хранил невозмутимость. Гермиона отрицательно покачала головой. — Вот и отлично. Ввиду вашей загруженности основными делами я решил, что один рабочий день в неделю вы будете посвящать именно этому поручению. Надеюсь, что месяца вам хватит. При этих словах брови Малфоя недовольно сошлись. Это была первая эмоция, которой он позволил отразиться на лице. Гермиона удивлённо уставилась на министра. — Мистер Бруствер, но этого недостаточно! Семь наименований — и каждый описать, проверить на тёмную магию, протестировать магические свойства, да ещё и восстановление может понадобиться… — Именно поэтому, мисс Грейнджер, я даю вам в напарники мистера Малфоя. Больше, как известно, кандидатур нет, все заняты. Кстати, многие артефакты мистер Малфой прекрасно знает, и это поможет вам потратить меньше времени на исследования. К тому же у него есть опыт в восстановлении магических вещей. С этими словами Кингсли взял стопку пергаментов и с преувеличенным вниманием принялся их рассматривать, всем своим видом демонстрируя, что аудиенция закончена. Гермиона сразу поняла, на что он намекал: Исчезательный шкаф. Именно его смог починить Малфой ещё в школе. Малфой поднялся и протянул руку министру, чтобы попрощаться. Гермиона тоже встала и, кивнув, двинулась к выходу. Новоиспечённый напарник последовал за ней. Гермиона устремилась к лифту, лишь бы не находиться рядом с Малфоем. Она нажала кнопку вызова, проклиная правила Министерства, запрещающие аппарировать прямо к себе в кабинет. Лифт, как назло, не приезжал. Боковым зрением Гермиона видела, что Малфой неспешно приближался. — Боишься меня, Грейнджер? — Было бы кого бояться, — парировала она презрительно. Он хмыкнул и скривил губы в усмешке. В этот момент двери лифта распахнулись. Гермиона зашла внутрь и нажала кнопку своего этажа. Малфой бесшумно двинулся следом, тоже ткнув на панели на свой этаж. Лифт поднялся на несколько уровней и остановился. Малфой неторопливо покинул кабину, напоследок смерив Гермиону холодным взглядом. Едва ли в Министерстве найдутся ещё двое волшебников, которые так же упоённо ненавидят друг друга.