Во славу мою!

— Без сомнений, — прошептал я и шагнул в открывшийся проход. Никого. Все любители посидеть допоздна уже сладко посапывали в своих кроватях. Только в кресле у камина, уронив книгу на пол, лежала симпатичная платиновая блондинка — Дафна Гринграсс. Прямая конкурентка нашей Гермионе в области сидения за «лёгким чтением». Но сегодня ей повезло, и наша невидимая компания прошла мимо. Только шедший последним Рон почему-то остановился, поднял книгу и аккуратно положил на стол. Попасть в нашу сегодняшнюю ловушку должны только парни. Девушки крутятся в собственных интригах, и нам не стоит в них лезть. Да и Дафна выпадает из концепции факультета. Если подумать, Когтевран подошёл бы ей намного больше. Всё так же никем не замеченные, мы поднялись к спальням. И первая дверь вела к семикурсникам. Тишина комнаты прерывалась только сопением студентов. Никто не сидел с ночником, никто не терзался бессонницей. Ладно, Дафна, скорее всего, терзалась. Но парни спали, как убитые. Усыпляющие чары отправили каждого из пятёрки в ещё более глубокий сон. А мы принялись плести вязь, выученную с инструкции Сириуса. Не самое простое многокомпонентное заклинание, но эффект именно такой, каким должен быть. — Выглядят, как настоящие, — прошептал Фред, оглядев результат. Через несколько минут перед нами на кроватях лежало пять туго обмотанных бинтами тел. Руки крест-накрест примотаны к груди, и только небольшая прорезь для дыхания отличает их от египетских мертвецов. — Последний штрих, — я прямо слышал ликование в голосе Джорджа, опрыскивавшего тела из наполненной варевом Сириуса склянки. К слову, Гермиона действительно первой понюхала пары. Ничего страшного с ней не произошло, но с нами она решила не идти. Надеюсь, с ней и правда всё в порядке. Следующими жертвами оказались наши дорогие четверокурсники. Малфой, Нотт, парочка горилл, Забини… Весь курс намного быстрее оказался в льняном плену. Чёрт, как же я хочу увидеть результат. Но… Придётся обойтись слухами. Мы ведь не хотим, чтобы во время всеобщей шумихи нас не нашли в своих кроватях. — Мне кажется, я знаю, что за зелье мы сварили, и куда делась Гермиона, — сказал Джордж, затыкая склянку с варевом. — Твой, Гарри, крёстный лучший из людей! — И что это? — заинтересовался Рон. — Афродизиак, — Джордж хмыкнул. — Завтра здесь будет полсотни перевозбуждённых мумий. Я хмыкнул. Месть и правда вышла шикарной. — Я проверил Снейпа, — подал голос Фред. — Он не спит. Сидит с бутылкой виски и что-то бормочет. Жутковато выглядело. Он даже не заметил меня. — Отбой? — я провёл рукой по животу только что забинтованного парня, и уставился на ладонь. Никогда не замечал за собой тяги кого-то трогать. — Я за. Слишком рискованно, — ответил Фред. — Я тоже, — присоединился Джордж. На всю операцию ушло полчаса. Около полусотни парней оказались туго связаны бинтами и одурманены возбуждающими парами зелья. Я представляю, что им сейчас снится. Даже не знаю, сделали ли мы пакость, или подарили им незабываемые ощущения. На самом деле, я рассчитывал, что зелье будет вызывать страх. Впрочем, такой вариант даже лучше. Он всё же выглядит шуткой, а не актом террора. *** — …оргия… — А девушек тоже? — Вот бы и меня… — Профессор Снейп в ярости… — Всех студентов допрашивают у Филча… В окружении этих разговоров мы шли к Большому залу. Очевидно, кто-то из слизеринок решил проверить, где парни, и тут понеслось. Волну сплетен было уже не остановить. И каждый новый пересказ обрастал домыслами и подробностями. Причём такими, что даже моё повреждённое воспоминаниями Тома восприятие отказывалось это представлять. Впрочем, связывание Малфоя вызвало у меня эстетическое удовольствие. Он уже залечил нанесённые мной раны и не выглядел умирающим больным. — А вы же слышали, что произошло? — возникла около нашей троицы Джинни. — И какую версию слышала ты? — заинтересовался я. — Что кто-то опоил слизеринцев возбуждающим зельем и замотал в бинты, — засмеялась она. — Мне близнецы всё рассказали. — Вот же, — хмыкнул Рон. — Ага, — кивнул я. — Рыжим нельзя доверять. — Эй! — кулак друга ткнул меня в плечо. — Да не, — махнула рукой Джинни. — Просто они не могут противостоять моим методам допроса. — Делать милые глаза это не метод допроса, — на моём лице растянулась ехидная улыбка. — Просто ты не умеешь, вот и завидуешь, — тонкий палец взлетел к потолку. — Вот. — Рон, проверь, — я попытался изобразить глаза просящего еды кота, но, увидев лицо друга, заржал. — Я же говорила, — засмеялась вместе с нами Джинни. — Так как остальная то школа узнала всё? — сменила тему Гермиона. — Ну, первой заметила странности Дафна Гринграсс. Они с Трейси Дэвис поднялись в спальню к парням, обалдели и помчались к Снейпу. Когда тот пришёл, все уже стояли на ушах. Мумии извиваются, девчонки визжат. Кто-то пытается потрогать то, чего трогать не надо… Дурдом в общем. — И долго снимали заклинание? — продолжила допрос Гермиона. — Около получаса. Бинты не получалось ничем срезать. Только какое-то заклинание Снейпа смогло их рассечь. — Хорошие у Сириуса заклинания, — засмеялся Рон. — Тссс, — шикнул я. — А, ой, — друг тут же заозирался, но все вокруг были слишком поглощены случившимся. Когда мы добрались до Большого зала, то выслушали даже версию, что всех околдовал Снейп, чтобы потешить свою извращённую натуру. Фантазия студентов играла буйными красками, порождая таких чудищ, что оставалось только теряться в догадках, как подростковый разум мог такое выдать. — Кажется, кто-то совершил лучшую шутку века, — раздалось за нашими спинами. — И даже без нашего участия! — обиженный голос Фреда было слышно на весь зал. Гермиона хлопнула себя по лбу, а Джинни скептически хмыкнула: — И как вы собираетесь отыгрываться? — Оооо, — Фред схватился за сердце. — Это такой глубокий вопрос, сестрица! — Полагаю, вы ещё не придумали? — не удержалась Гермиона. — Ты недооцениваешь нашу мощь, — хмыкнул Джордж. — Война шуток началась! С этими словами они весело отдали нам честь и удалились, что-то уже обсуждая. — Теперь мне даже интересно, что они придумают, — задумался я. — Их энтузиазм пугает, — присоединилась Джинни. — Невилл, — крикнул я, увидев неуклюжую фигуру. — Ты уже слышал, что за твои страдания отомстили? — Угу, — парню явно стало неуютно от нашего внимания. Несмотря на то, что он из кожи лез на тренировках, сблизиться у нас как-то не выходило. — А где Дамблдор? — потянул меня за рукав Рон. — И никого из деканов тоже нет. — Очевидно, что они обсуждают произошедшее, — ответила Гермиона. — Может быть, пытаются расследование провести. — Надеюсь, Дафну не обвинят во всём, — выдал вдруг Рон. — Она же всё время была в гостиной, — пожал он плечами. — А с чего тебя её судьба вдруг забеспокоила? — тут же вцепилась в брата Джинни. — Да просто спросил, — отмахнулся он. — Нельзя что-ли? Тем временем из какой-то задней двери появились отсутствовавшие профессора. Они чинно разошлись по своим местам, а Дамблдор вышел вперёд. — Доброе утро, дорогие ученики, — начал он. И в зале воцарилась тишина. Как и всегда, когда старик что-то говорит. — Сегодня утром произошло немыслимое. Кто-то проник в гостиную чужого факультета и жестоко подшутил над спящими. На этих словах я оглядел стол слизеринцев. Парни там уже были, но далеко не все. Я заметил только нескольких незнакомых мне младшекурсников, которых мы зельем не обливали, и парочку парней постарше. — К счастью, мы смогли обнаружит некоторые следы, указывающие на тех, кто совершил это, — продолжил директор. — В связи с этим, деканы проведут собственное расследование внутри своих факультетов.Однако я хотел бы воззвать к совести шутника и попросить его сознаться в содеянном. Это значительно смягчит наказание и сократит работу нашим учителям. — Что думаешь? — Рон напряжённо вперился в Дамблдора. — Думаю, он блефует, — улыбнулся я. — Нет у них нихрена. Если бы было, шутников бы уже поймали. — А вдруг есть? — задумалась Гермиона. — Например? — Ну… — она задумалась. — Даже не знаю. — Я тоже не знаю. Если шутники не дураки, они сбросят с палочек по паре десятков заклинаний из домашнего задания. А они не дураки, Гермиона. Уверен, они всё предусмотрели. — Нельзя предусмотреть всё, — надулась она. — Каждое наше приключение об этом говорит. Рон, глядя на нас, выстукивал пальцами какой-то рваный ритм. Джинни положила ему на плечо руку, но он даже не заметил этого. — Забейте, — махнул я рукой. — Всё равно никому ничего не будет. Ну не в Азкабан же шутников отправят, в конце то концов. Мой взгляд скакал по учительскому столу, и в какой-то момент я встретился глазами с Дамблдором. Он хитро прищурился, и я почувствовал, как по позвоночнику пробежала целая стая очень знакомых мурашек. Знакомых не мне. А потом старик мне подмигнул. — Вот зараза, — прошептал я. — Что? — Дамблдор всё знает.