Во славу мою!

— Десять сиклей, — я покачал склянку в руке. Замутнённые похмельем глаза Игона прилипли к вожделенному зелью, а руки зашарили по одежде. — Сейчас, момент, — он наконец нашёл горсть серебряных монет, но зацепился за карман и рассыпал их по полу. Кругляши весело раскатились под ногами и похмельный страдалец бросился собирать их руками. — Акцио деньги, — устало произнёс я. Мелочь тут же собралась стопкой, спикировавшей мне в ладонь. Десять монет тут же сменили хозяина, и я отдал лишнее вместе с пузатым пузырьком. Игон выдернул пробку и припал к горлышку, его взгляд тут ж прояснился, и он смачно рыгнул. — Уф, — парень помахал перед лицом ладонью. — Там наверху лежат ещё Джин и Морис. Думаю, они будут тебе рады. С этими словами он развернулся и шатающейся походкой двинулся куда-то в сторону душевых. Я оглянулся на Рона: он как раз передал несколько зелий валяющимся у камина телам. Не могу сказать, что часто вижу такое. Скорее, редко. Но всё же таки вечеринки проходят не реже раза в месяц. Естественно, младшие курсы в этом не участвуют, но старшие отрываются, как могут. Я поднялся в спальню седьмого курса, куда меня послал Игон, и увидел именно то, что ожидал. Крепкий парень лежал под довольно стройной девчонкой и страдальчески смотрел в мою сторону. — Пить, — прошептал он, едва завидев меня. — Есть кое-что получше, — я продемонстрировал ему два флакона. — Десятка за штуку. — В мантии, — махнул он рукой в сторону разбросанной на полу одежды. — Давай два. Мне осталось только поставить требуемые зелья на тумбочку рядом с кроватью парочки и призвать свою честно заработанную награду. — Не болей, — отсалютовал я моментально посвежевшему счастливчику, начавшему задумчиво сжимать нижнюю окружность подруги. По итогам первой партии мы потратили всего пару десятков сиклей на ингредиенты, а заработали уже по нескольку галеонов каждый. — Это просто золотое дно, — встретил меня в гостиной пересчитывающий деньги Рон. — Это. Просто. Офигенно! — А ты ещё сомневался, — засмеялся я и ткнул друга кулаком в плечо. — Повторим? — Ещё спрашиваешь! — он звякнул монетами в руке. — Я в деле! — Что делаете? — окликнула нас Джинни, только выбравшаяся из спальни. В тапочках и мантии поверх пижамы она выглядела удивительно мило. — Деньги, — широко улыбнулся я. — Ааа, — её ответ перетёк в протяжный зевок. — Фред с Джорджем тоже этим занимались, пока не поняли, что огневиски менее энергозатратный. — Ну, нам пока и этого хватит, — махнул я рукой. Я видел, как парни продали бутылку за галеон. Хотя она стоит от силы пять сиклей. И это была далеко не единственная продажа за вечер. МакГонагалл смотрит на похождения студентов сквозь пальцы. До тех пор, пока никто не пострадал от пьяных выходок, кошка не нарушает сложившегося положения вещей. Но упаси Мерлин перейти черту… — Пойдём к озеру? — спросил я, глядя на восстающих из похмельного плена. — Пять минут! — тут же оживилась Джинни и умчалась в спальню. — Ну пять, так пять, — мы с Роном снова оглядели гостиную: вдруг кому-то ещё нужна срочная медицинская помощь. *** Дамблдор не сделал ничего. Всю неделю после нашей шутки я ждал, когда он меня вызовет, но всё сошло на нет. Деканы устраивали допросы с пристрастием, Снейп так и вовсе снял с Невилла двадцать баллов за ошибку в помешиваниях. Но не нашли ничего. Как я и говорил, мы не оставили следов. Кроме нашей памяти. Я уверен, что старик не копался в моей голове. Просто легонько прикоснулся к «торчащим наружу» мыслям. Трактат об окклюменции, который я нашёл в библиотеке дословно описывал мои ощущения. Глубокое проникновение невозможно скрыть. «Взломщик» буквально перебирает воспоминания в голове жертвы, и оба прекрасно понимают, что происходит. Такая легиллименция — очень грубый инструмент. Это можно сравнить с тем, чтобы рыться в ящике стола стальным ломом. Действия Дамблдора же похожи на заглядывание в чужое окно. Он смог увидеть только то, что было на поверхности. Говорят, даже некоторые маглы способны на такое. — Гарри, ты с нами? — Гермиона легонько ткнула меня под рёбра локтем. — Угу, — кивнул я, возвращаясь из мыслей. — Просто задумался о Дамблдоре. — О том, что он залез тебе в голову? — хмыкнула она. — И об этом тоже, — я поправил очки и с неудовольствием отметил, что на стёклах образовалось несколько пятнышек. — Разве это не нарушение личных границ? — она поёжилась. Да уж, никому не понравится человек, пялящийся в твоё окно. — Может быть он проверил всех? — предположил Рон, а Джинни на этой фразе как-то резко побледнела. — Он смотрел только на меня, — покачал я головой. — Готов поклясться в этом. Мы пропустили стайку первокурсников, мчавшихся куда-то в сторону леса. Надеюсь, им хватит рассудительности не лезть в его дебри. — Погодите, — я снял очки и, дыхнув на каждое из стёкол, тщательно протёр и полой мантии. — Так то лучше. — Может выучишь наконец заклинания для их очистки? — хмыкнула Гермиона, а я только закатил глаза. Она пытается заставить меня выучить их уже полгода. Но каждый раз что-то меня отвлекает. То Сириус, то дуэль с Малфоем и работа в Больничном крыле. Теперь вот шутка с мумиями съела всё время. В этот момент из-за поворота выплыла хорошо знакомая троица слизеринцев. -Хей, Драко! — тут же оживился я. — Как дела? Уже готов к новым свершениям? — Пошёл ты, Поттер, — рассерженный блондин шипел, как проткнутая шина. — Я знаю, что это был ты. — Где? — я обернулся. — Я нигде не был. Это ты у нас любишь противоестественные развлечения. — Это ты опозорил наш факультет! — Драко схватился за палочку. — Ступефай! Увернуться было легко. Моя нога уже сделала первый шаг, чтобы сократить дистанцию но: — НУ УЖ НЕТ, ПАРЕНЬ! Я круто обернулся. По лестнице спускался профессор Грюм. В руке он сжимал палочку, направленную на белого хорька. Хорька, в которого профессор превратил Малфоя. — Он тебя задел? — Нет, но это было только наше дело, сэр, — я шагнул вбок, закрывая спиной перепуганного Драко. Рядом со мной тут же встала Гермиона, а ещё через пару секунд — недоумевающий Рон и Джинни. — Оставь его! — Грюм ткнул палочкой куда-то за наши спины. Там Крэбб попытался поднять хорька на руки, но испуганно замер. — Вы не тронете его! — голос Гермионы дрожал от страха. Она крепко сжала кулак, но и не думала отойти. — Профессор, в правилах нет ничего про трансфигурацию студентов, — попытался я воззвать к разуму. — Профессор Грюм, что здесь происходит? — прозвучал возмущённый голос. — Воспитание, — хмуро каркнул бывший аврор. — Это… Это студент?! — МакГонагалл в ужасе бросилась к закрытому нашими спинами Малфою и несколькими пассами вернула ему изначальный облик. — Грюм, мы никогда не используем трансфигурацию, как наказание! Она буквально разбрасывала вокруг себя искры гнева. Старик даже попятился, увидев такой напор. — Я думал, что небольшая встряска… — начал оправдываться он, но Минерва прервала его: — Мы оставляем после занятий, назначаем отработки, сообщаем деканам… — Отправляем в Запретный лес, — прошептал я. — Гарри! — ткнула меня под рёбра Гермиона, но я ничего не ответил. Драко тем временем поправлял одежду и что-то пробормотал про своего отца. — Да ну, — Грюм сделал пару шагов вперёд, громко клацнув протезом. — Я знаю твоего отца парень… Передай ему, что Грозный Глаз присмотрит за его сыном. Хе-хе. Он вплотную подошёл к нам, от чего мой взгляд упёрся ему в район шеи. — Пропустите-ка, ребятки. Гермиона вздрогнула, но профессор Макгонагалл отодвинула нас и ответила: — В чём бы ни была провинность мистера Малфоя, я сама отведу его к декану. Они несколько секунд мерились взглядами, когда наконец Грюм развернулся и ответил: — Разбирайтесь сами со своим пожирательским отродьем. С этими словами он похромал куда-то в сторону кухни, а мы глубоко и облегчённо вздохнули. — По десять баллов вам четверым. Вы поступили так, как должны поступать истинные гриффиндорцы. — МакГонагалл протёрла очки кружевным платком и обернулась к троице слизеринцев. — Мистер Малфой, вы ведь сможете добраться до Больничного Крыла? — Да, мэм, — Драко откровенно трясло. Его и так бледное лицо напоминало восковую маску, на фоне которой даже платиновые волосы выглядели ярким пятном. — Мистер Крэбб, мистер Гойл, надеюсь, вы поможете своему другу? — профессор оглядела сжавшихся под её взглядом ребят. — Да, мэм, — выдавил Гойл. — Тогда, думаю, я могу вас покинуть, — она ещё раз кивнула нам и отправилась вслед за ушедшим Грюмом. — Надеюсь, его уволят, — прошептал Малфой. — Знаешь, — я потёр подбородок. — В первый раз в жизни я с тобой согласен.