Во славу мою!

- Гарри, я не особо понял из твоего письма, что произошло, - обеспокоенное лицо Сириуса в камине стрельнуло глазами по гостиной. - Если бы я сам понимал, - я снял очки и потёр переносицу. – Я просто вижу сны. И там я... Том Реддл. - Может быть, это из-за шрама, - в огне показалась рука крёстного, почесавшая за ухом. – В конце концов, никто больше не пережил убивающее проклятье. - Я тоже подумал об этом. – ответил я. – Но даже не это главное. Я тебе писал, что видел, как он разрывает душу. Помнишь дневник на втором курсе? Он как-то засунул туда кусок души. Из-за него погибла девчонка. Миртл. Он очень себя винил, но в какой-то момент вспомнил про это заклинание, и решил повторить. Чёрт. Сириус, ты не представляешь, как это больно. - Ты хочешь сказать... - Да, я чувствовал вообще всё. Как будто это моя душа рвётся, чтобы оказаться в чёртовом дневнике. А потом, когда он пришёл в себя, то был уже другим. Более... безразличным, что-ли. Да. Именно безразличным. Это так странно. Во сне было ощущение, что это мои чувства притупились, и, когда я проснулся, всё было таким ярким... А ещё, я запомнил заклинание. Хоркрукс. Он капнул кровью на дневник, а потом наколдовал его. - Ты должен рассказать об этом Дамблдору, - категорично сказал Сириус. – Он обязан это знать. Это может помочь окончательно победить Того... Волдеморта. - Да, - кивнул я. – Возможно, он создал не один этот... хоркрукс. Хотя кто в трезвом рассудке будет такое повторять. Сириус, это было действительно больно. - Если он разорвал душу однажды, то дальше ему будет всё легче и легче это повторить, - крёстный явно знал, о чём говорит. – И не смотри на меня так. Я пытался понять, чем он мог стать, и это один из самых реалистичных вариантов. - Значит, надо сказать Дамблдору... – повторил я. - Кстати, ты уже выяснил, что за испытание на первом туре? - Нет, - качнул я головой. – Нам никто не сообщил. Думаю, это будет какое-то магическое животное. Мой мозг пронзила внезапная догадка. - Магическое животное, Сириус. Чарли обещал Джинни, что они скоро увидятся. И он же, мать его, намекал на интересные события. Что может делать драконолог в Хогвартсе во время Турнира? Не фиалки сажать? - Твою мать, - выругался Сириус. – Они больные. - Не могу с этим спорить. - Зачем ты вообще в это полез? – попытался начать читать лекцию Сириус. - Как будто ты бы не полез, - отмёл я его попытку. Но всё же пояснил: - Хочу быть чем-то большим, чем Мальчик-Который-Выжил-Благодаря-Отцу-И-Матери. Ты не представляешь, как меня достала известность, которую я не заслужил. И в которую каждый норовит ткнуть. Моя отповедь, кажется, возымела эффект. Сириус слегка смутился, но тут же взял себя в руки. - Джеймс как-то искал способы победить дракона в одиночку, - вспомнил он. – Нашёл только рекомендации спрятаться или бежать. Их шкура очень устойчива к магии, а пламя пробивает любые щиты. Любые, Гарри. Дракона может усмирить только группа магов. Желательно четыре. - И они хотят, чтобы к дракону вышел школьник, - пробормотал я. – Милый суицидальный конкурс. - Именно. Теперь ты понимаешь, почему я беспокоюсь? Джеймс тогда решил, что при встрече с драконом стоит либо спрятаться под мантией, либо улетать на метле, как можно быстрее. - Метла или невидимость, - я хмыкнул. – Выбор маловат, но это уже что-то. Сириус в огне вздохнул, от чего угли загорелись ярче. – Метла плохой вариант. Драконы слишком быстры в воздухе. - Как будто он не учует невидимого меня, - я похлопал по карманам, но приятной тяжести яблока не обнаружил. – А на метле ему даже со скоростью придётся постараться, чтобы меня поймать. - Мерлин... – прошипел Сириус. – Хотя, если ты столкнёшься с чем-то непреодолимым, то всегда можешь отступить. – А если меч? – в руке сразу почувствовалась приятная тяжесть и вспомнилось ощущение, когда клинок входил в мозг Василиска. - Гарри! – возмутился Сириус. – Ты совсем с ума сошёл? - Просто перебираю варианты, - ответил я. - Ни один меч не пробьёт чешую, - немного успокоился крёстный. - А меч Гриффиндора? - Ты не достанешь его второй раз. - Мне и не нужно, - я улыбнулся. – Он уже лежит в кабинете Дамблдора. - Гарри, это очень плохая идея, - крёстному совершенно не понравился мой вариант. – Ты даже не умеешь им пользоваться. Зато Том умеет. Почему-то я мог с уверенностью сказать, что взяв меч в руки, сразу вспомню, что с ним делать. Как было с боксом. - У меня есть целых два неплохих черновых варианта, когда у других нет ни одного, - пожал я плечами. – В конце концов, поинтересоваться особенностями меча, который я же и добыл, мне никто не мешает. - Ты точно сын своего отца, - Сириус глубоко вздохнул. – Оба варианта отвратительно опасны. А идею с мечом я даже рассматривать не хочу. Я посмотрю в библиотеке, что ещё можно придумать. Крёстный слегка задумался, погружаясь в мысли - Сириус, - решил я сменить тему. – А в твоей библиотеке есть что-нибудь про основателей и их потомков? - Это то тебе зачем? - Ну... Том оказался потомком Слизерина. Вот мне и стало интересно, кто в родстве с Гриффиндором. - Кажется, он погиб раньше, чем завёл детей... – Сириус явно не был в этом уверен. - Так кажется или точно? - Я помню, что в каких-то мемуарах говорилось про его связь с Кандидой Когтевран, - Сириус снова почесал ухо. – Но я даже не уверен, что это правда. Я проверю. Наверху раздались шаги, и мы замерли. - Думаю, мне стоит уйти. – прошептал Сириус. - Сириус, - шепнул я крёстному в след. – А ты в курсе, что Том трахал старшего Малфоя? *** - Мадам Помфри, крикнул я, входя в двери Больничного крыла. – Я пришёл помогать! - Гарри, - колдоведьма высунулась из двери. Мантии на ней не было. Свободные брюки были заляпаны какой-то желтоватой дрянью, а рукава рубашки закатаны до локтей. – Гарри, бегом к Снейпу, он должен был сварить противофурункулёзное зелье. Это срочно. - Сделаю, - быстро кивнул я и поспешил в зельеварское подземелье. Даже думать не хочу, что там происходит у мадам Помфри. Когда я в последний раз видел фурункульные проблемы, меня чуть не стошнило. Быстрым шагом я миновал несколько коридоров, добрался до нужной лестницы и, прыгая через две ступеньки, спустился вниз. В подземелье было прохладно, а воздух пах сыростью. Не удивлюсь, если Снейп уже заработал себе ревматизм или что-нибудь подобное. - Профессор, я от мадам Помфри. – крикнул я, постучав в дверь зельеварского кабинета. –Она послала за зельем от фурункулов. Тишина. Я постоял несколько минут и снова постучал. - Профессор, это срочно! Никакого ответа. Моя рука легла на ручку двери и плавно её повернула. Абсолютно пустая комната встретила меня немым молчанием. - Профессор? – спросил я у воздуха. Может быть, он оставил зелья где-то тут? Я прошёлся вдоль столов. Котлы, склянки, перегонный куб. Мой взгляд зацепился за бутылку огневиски, явно забытую здесь. И какое-то фото, сиротливо лежащее на столе. Не знаю, почему, но это показалось мне крайне важным. Рука сама потянулась к кусочку картона. - Мама? - с фотографии на меня смотрела милая рыжеволосая девочка и немного угрюмый паренёк с узнаваемым профилем. - Поттер! – я испуганно вжал голову в плечи. Вошедший в комнату Снейп резко развернул меня и пристально посмотрел в глаза. – Что вы тут забыли, Поттер! Металла в его голосе хватило бы на постройку линкора. - Мадам Помфри... - начал я, но он резко вырвал у меня из рук фото. - Вам не говорили, что нельзя трогать чужие вещи, Поттер? Убирайтесь вон. - Но мадам... - Убирайся, Поттер! Я отшатнулся и, пятясь спиной, выскочил в коридор. Что это вообще было? Почему у него фото мамы? Мне не нужно даже смотреть в подаренный Хагридом альбом, чтобы узнать её. И почему он с этим фото... пил? Я постоял перед запертой дверью. Может сказать мадам Помфри, что не нашёл профессора? Но ей срочно нужны зелья. Вот чёрт. Моя рука поднялась, но тут же упала. Страшно. Страшнее, чем входить в подземелье с василиском. Глубокий вдох. Выдох. Снова вдох до гипервентиляции лёгких. Костяшки пальцев осторожно стукнули в дверь. - Профессор, я понимаю, что мог невольно оскорбить вас, за что прошу прощения. Но сейчас в Больничном крыле срочно нужно зелье от фурункулов. Это важнее наших с вами взаимоотношений! Тишина. Я простоял почти минуту, когда дверь резко распахнулась. Бледный, как мертвец, профессор грубо сунул мне в руки ящик со склянками. - Видимо, вы пришли за этим, - почти прошипел он. Затем резко развернулся и громко хлопнул дверью прямо перед моим носом. - Спасибо, профессор, - пробормотал я и направился в сторону Больничного крыла.