особенности первых влюбленностей

ко-ки-чи о-ма.

      шуичи чувствует, как бьётся его сердце, когда он одними губами, как делает его одноклассник, когда читает про себя, произносит это имя.

ко-ки-чи о-ма.

      звучит так красиво и просто. мягко, мило, без каких-то излишков... чудесное имя, которое очень ему идёт. шу-и-чи са-и-ха-ра.       а как звучит его? вряд ли кокичи задумывается об этом по мнению саихары.       губы округляются, потом наоборот нужно улыбнуться, потом язык касается верхнего неба, пока зубы сомкнуты, потом губы снова округляются, потом смыкаются, потом...       ко-ки-чи о-ма. ну до чего красиво и хорошо звучит!       наверное, ему не стоит называть его кокичи, кстати... конечно, может быть, они друзья, хотя вряд ли ома сказал так, потому что на самом деле считает саихару другом. просто ему нужно списывать математику, вот и все!       поэтому, должно быть, лучше, если шуичи будет обращаться к нему "ома-кун". а он, конечно, если хочет, пускай зовёт его шумаем или как-нибудь ещё...       у омы красивое, красивое имя. и сам он такой красивый, такой чудесный, чистый и лёгкий, как майский день. он может вредничать или даже намеренно пакостить, но при этом он всегда очарователен в этом.       саихара оборачивается: нет ли того, о ком он постоянно думает, поблизости? в школьном дворе, однако, пусто, кажется, все давно уже ушли, а он задержался, забывшись на лавочке в тени деревьев. на улице была хорошая погода — конец мая, последние дни выдались особенно жаркими, а тут, спрятавшись под раскинувшимися ветками, было хорошо... приятная прохлада, принесенная ветром, нежно касалась лица шуичи. никуда не хотелось идти... не хотелось возвращаться домой, хотелось просто посидеть здесь.       он прикрывает глаза ненадолго, а когда открывает, замечает кого-то знакомого... он вздрагивает, сощурившись, чтобы было лучше видно: да, это действительно он, идёт, размахивая рюкзаком из стороны в сторону. сегодня его волосы выглядели особенно расстрепанными, а большую часть уроков он сегодня проспал на задней парте. шуичи предполагал, что всю ночь ома играл или смотрел что-нибудь... по крайней мере, он выглядит как тот, кто часто проводит ночи за подобными занятиями. может быть, стоило подойти к нему? но это, наверное, выглядело бы странно. да и зачем? ведь нужна какая-то причина, тема для разговора... шуичи мнется, пиная ногой камешек на земле, а когда поднимает взгляд, замечает, что кокичи остановился, смотрит в его сторону и, кажется, улыбается.       когда тебе кто-то нравится, часто сложно объяснить, почему. когда он смотрит, как одноклассник, продолжая улыбаться, идёт в его сторону, шуичи, должно быть, понимает, почему. просто ома... сам по себе замечательный, вот и все. улыбается и сам решает подойти к саихаре, и даже если сейчас он просто попросит списать математику завтра или ещё что-то подобное, саихара уже будет рад. потому что у него такие милые волосы, такие огромные, часто смеющиеся глаза и очень красивое имя. — шу-у-умай! — довольно протягивает кокичи, уже бесцеремонно плюхаясь на скамейку рядом с саихарой. — здравствуй, ома-кун, — мягко улыбается тот. — ома-кун? — переспрашивает кокичи, — ну, а чего так скромно? дай угадаю: ты решил, что мы с тобой больше не друзья, потому что я, дорогой шумай, пользуюсь тобой... или, нет-нет, ты подумал, что будешь смущать меня обращением по имени... или, может быть, "кокичи" для тебя звучит просто некрасиво?       шуичи охает, он совсем не хотел, чтобы это так повернулось! — нет, нет! — горячо заверяет он, — вообще-то... я просто подумал, что тебе самому будет комфортнее, если я буду к тебе так обращаться.       кокичи пожимает плечами, внимательно посмотрев в глаза шуичи. — но я ведь зову тебя шумаем. и мне больше нравится, когда ты зовёшь меня по имени. хотя, знаешь, если уж так, то я буду звать тебя саихара-чан!       он показывает язык, и шуичи не остаётся ничего, кроме как тяжело вздохнуть. — а мне больше нравится, когда ты зовёшь меня шумаем, — признается он, — я, кстати, так их и не попробовал... — вот мы все и решили, — кажется, что кокичи прямо-таки просиял от этих слов, — о, я принесу тебе завтра!       после того, как саихара благодарит, они некоторое время почему-то сидят в тишине. кажется, что даже оме, которому всегда есть, что сказать, сейчас сказать нечего. эта пауза выглядит немного неловкой, по крайней мере так ощущает ее шуичи... кокичи же просто болтает ногами и деловито раскидывает руки. видимо, он вообще не нервничает. — ома-кун... то есть, кокичи, — саихара быстро исправляется, уже увидев, что кокичи готовится рассмеяться, — ты сегодня выглядишь невыспавшимся. можно узнать, почему? — вау, а мы уже дошли до личных вопросов, шумай? — мурлычет кокичи, — ты знаешь...

он понижает голос до заговорщицкого шёпота, явно готовится рассказать страшную тайну. шуичи обращается в слух, стараясь не пропустить ни одного его слова. может быть, сейчас кокичи действительно расскажет что-то удивительное и секретное?

— ах, ты знаешь, шумай... — кокичи жалобно всхлипывает, — я действительно совсем не выспался... я расскажу тебе, почему... дело в том, что я... решал математику. всю ночь!       он сейчас будто покатится со смеху, саихара же сначала недовольно фыркает, нахмурив брови. да, это совсем не то признание, которое он хотел бы получить. однако потом он больше не может сражаться и начинает смеяться. — и ты одолел ее? — спрашивает он с огромным участием. вряд ли это... вряд ли ему сказали правду сейчас. в любом случае, он не против. — не-а, — ома качает головой, — она оказалась сильнее. одолеть математику — это только начало моего списка по становлению великим. но не волнуйся, через пять лет, когда мы случайно встретимся с тобой на улице, ты увидишь, что я властный и великий! так обычно происходит с теми, у кого проблемы с математикой. а пока... ты ведь дашь мне списать ее завтра?       шуичи по-доброму закатывает глаза. — ещё спрашиваешь. — а на самом деле, вообще-то, шумай... — сейчас кокичи уже звучит действительно серьезно. по крайней мере, саихара не чувствует в его голосе дрожащих смеющихся нот, а его взгляд выглядит твердым, — сегодня ночью я был занят преступной деятельностью! — это ещё какой? — нет, похоже, кокичи продолжает над ним шутить. — а все тебе скажи, — ома гордо закидывает нос, — мы разве уже на таком уровне общения?       это заставляет шуичи смутиться. он осторожно отодвигается от омы подальше, подняв ладони на уровень своих плеч и отведя взгляд. — да, ты прав, не на том... — говорит он, — ну... тогда мы поговорим о чем-нибудь ещё, или я пойду домой?       кокичи смотрит на него долго-долго, словно оценивающе, смешливо, но в самой глубине его взгляда читается серьезность. сложно сказать, что он думает, что чувствует, потому что он всегда так мастерски скрывает это... наконец он откидывается на спинку скамейки, схватившись за живот и хохоча. — ты расстроился, шумай, — сквозь смех отмечает кокичи, — не пережива-а-ай так! одноклассник ласково гладит его по плечу, и шуичи готов замереть и провалиться сквозь землю. он не совсем понимает, что происходит, не совсем понимает, что предпринять... — я обязательно расскажу тебе, шу-и-чи, — внезапно без смеха говорит кокичи, произнося его имя как бы по слогам. словно... он пробует его, — если ты пообещаешь мне, что когда станешь детективом, ни за что не будешь вмешиваться в то, что я делаю! будем союзниками. — я обещаю. — ещё бы ты не обещал, ненужных свидетелей, отказавшихся сотрудничать, я устраняю тут же! — он изображает пистолет пальцами.       почему-то от слов кокичи становится хорошо. он смотрит в его лицо, на котором отражаются солнечные блики — то лучи пробиваются сквозь листья, у него тонкий нос, тонкие губы... и всё-таки эти глаза. — а ты знаешь, что я хочу стать детективом? — шумай, ты такой глупый, у тебя это на лице написано. и в начале года мы писали сочинения, кстати... успел забыть? — точно, — говорит он, — странно, что ты запомнил. — а может быть, шумай, я помню все о тебе?       сердце готово остановиться. шуичи машет головой, задавая глазами безмолвный вопрос. кокичи торжествующе ухмыляется, словно только что выиграл шахматную партию.

что?

— я серьезно, ты такой хороший, шумай. ты очень добрый и отзывчивый. и такой умный! я думаю, что ты самый лучший человек на земле, если ты ещё не понял.       кокичи хихикает.       "боже, какой я дурак, правда", — думает шуичи и растерянно улыбается. наверное, нужно сказать хотя бы спасибо, но он так потерялся, что, если честно, совсем забыл об этом.       кокичи смотрит на него выжидающе, словно ему что-то нужно... когда он видит, что шуичи никак не хочет понять, что должен сделать, кокичи грустно вздыхает. — какой ты глупышка, — произносит он строгим голосом, — это просто невероятно, шумай. — извини? — отчаянно спрашивает шуичи. — ты глупышка. — нет, а ещё?... — вот чего ты выдумал, я не буду повторять ничего!       шуичи набирает в лёгкие побольше воздуха. настолько много, что едва ли им не давится. — кокичи, — выпаливает он, — ты тоже. — тоже глупышка? — ома обиженно вскидывает брови, — вот оно как, ага, понятно... — нет, нет, — саихара размахивает руками, — я не про это... я про то, что ты очень умный, очень добрый, очень красивый и такой... забавный. и мне кажется, что...       кокичи, однако, не даёт ему договорить. он внезапно берет его за руку, приблизившись к нему, и совершенно невинно, быстро и легко чмокает его в щеку. от него пахнет газировкой, его волосы щекотали шуичи лицо.       бедный саихара совсем не понимает, что произошло. все, это конец. это конец, это конец! он, будто в тумане, растерянно ощупывает щеку, в которую его поцеловали. — всё-таки глупышка! — смеётся кокичи, в спешке вставая со скамейки. его плечи вздрагивают, он прислоняет указательный палец к губам, — тебе все равно никто не поверит, шумай.       "шумай" сидит, широко раскрыв глаза, покраснев до кончиков ушей и вцепившись пальцами в скамейку. — с-стой... кокичи.       какое красивое имя.       но тот уже удаляется, едва ли не бежит. он оборачивается напоследок, и шуичи клянётся, что видит в его огромных глазах торжество, самодовольство, смущение и... влюбленность. — завтра я списываю математику! — кричит ома, — не забудь!       шуичи прикрывает ладонью рот, шокировано выдохнув. у него трясутся ноги и все темнеет в глазах. ещё немного, и он упадет в обморок от чувств, захлестнувших его... он до безумия счастлив, но ещё не до конца осознает произошедшее. он бы никогда не подумал, что такое может произойти.       он провожает взглядом стремительно удаляющуюся фигурку и смеётся.       во-первых, теперь он знает обо всех основных особенностях первой влюбленности.

а во-вторых, кокичи ома забыл свой рюкзак.