My Bodyguard

На утро, пока вампир, накрыв голову подушкой, спал, она поднялась, с удивлением отмечая, что Чонгук лежал на кровати с самого края в другом конце. Они не проснулись в обнимку, как ей втайне представлялось, ведь именно в его руках хотелось бы ощутить на себе все волшебство утра. После недавнего случая она пыталась благодарить высшие силы за каждый прекрасно прожитый день, за любые мелочи, ведь она вдруг осознала, каким это все может быть хрупким и быстротечным. Если сегодня за окном пели птицы, это было бы чудесно, но то, что Чонгук, исходя из своей излишней дисциплинированности и верности неукоснительного соблюдения правил не решился придвинуться за ночь ближе, расстроило ее гораздо больше, чем отсутствие соловея на ветке розового дерева, а могло бы осчастливить сильнее, чем любое другое действо. Он спал на животе, точно солдат, вытянув ноги и руки, и, казалось, готов был подскочить в любой момент, чтобы защитить. Нахён хитро усмехнулась, решив этой ночью снова попросить парня переночевать с ней, только на этот раз девушка сама невзначай продвинется в его сторону и невинно заснет на крепком мужском плече. Вампир не уверен в ее чувствах к нему, поэтому стоит их показать и дать зеленый свет, ведь ей так этого хочется! Нахён уходит на кухню, чтобы не мешаться и не шуметь. На столе стоит чайник, от него тянется тонкий шлейф пара, взмывающий вверх. Она смотрит в сторону крыльца и через окно замечает Сехуна, стоящего на улице в одной футболке с чашкой чая. Он с кем-то оживленно говорил по телефону, очевидно по виду, совсем недавно вставший с постели. О был раздражен и говорил на повышенных тонах, что вызвало у нее недюжинную долю любопытства и подтолкнуло подслушать разговор. Она подошла ближе к двери и прижалась к ее поверхности ухом, сосредотачивая все свое внимание на чужих словах. Девушка закрыла глаза, будто бы таким образом пытаясь абстрагироваться от обстановки вокруг и преодолеть преграду в виде стен, чтобы услышать все наверняка. — Я не собираюсь торопиться в этом вопросе! — воскликнул Сехун. — Мне абсолютно плевать, чего требует Гуон. Изначально я был сам по себе, вы же оплачивали мои услуги, а сейчас просите сверх меры? Я похож на рисованного идиота? Он убьет меня, вы знаете. — вздох. Молчание. Нахён нахмурилась. — Я постараюсь, но деньги должны быть в срок раньше, прежде чем… — поблизости раздался какой-то шум, она отвлеклась, а когда снова прислонилась к двери, поняла, что Сехуна совсем не слышно. Разочарованно прошипела себе под нос и только сделала шаг назад, как резко вошел О. Парень замер на пороге, нечитаемым взглядом встречаясь с ее испуганным. — Ты… — начал было он, однако позади вдруг послышался демонстративный кашель. Они вдвоем одновременно повернулись. — Сехун, проблемы? — спросил Чонгук тяжелым голосом, отодвигая стул. — Нет. Нахён проснулась, я хотел пожелать ей доброго утра. — девушка промолчала и переглянулась с вампиром, еле заметно мотая ему головой. В ответ он сверкнул глазами, сообщая тем самым, что поговорит с ней на эту тему. — Как спалось? — она задаёт вопрос, способный перевести разговор в абсолютно нейтральное русло, но и здесь мужчины находят почву для того, чтобы закуситься. — Не очень. — отозвался О, хмыкая. — Я в кошмарах приходил? — Чонгук сел за стол, наливая себе и девушке чай в кружки. — Ты не настолько страшный, каким кажешься. — ответил Сехун. — Просто стараюсь не показывать себя настоящего. Вампиры бывают очень жестокими, тебе ли не знать. — Я тебя чем-то обидел? — парень поставил чайник на место и поднял голову. — Нет. Напрягаешь. — Я ведь сказал, что не желаю зла. — Зло — понятие растяжимое и для каждого свое. Откуда я знаю, что ты под ним подразумеваешь? — Нахён моя госпожа, я ни за что не дам ее в обиду. — Сейчас я не твоя госпожа. — резко ответила девушка. — А вы не моя охрана. Мы вне работы. Перестаньте относиться ко мне так, как будто все наоборот. — Нас наказывали за фривольность. Мы соблюдаем дистанцию. — Сехун посмотрел в сторону Чонгука. — Хотя некоторые поступились правилами. — Правила обычно не действуют там, где их априори быть не может. Например в отношении преступления. Ты ведь в курсе, какой приказ отдала Ли Ёнха? Собственными руками чуть не убил свою госпожу, как ты говоришь. У меня отличный нюх на ложь. — И в чем же моя по-твоему? — повисло недолгое молчание. О дёрнулся и вампир, опрокинув стул, подлетел к нему, хватая за ворот футболки. Однако человек изворачивается и успевает дать сдачи, на что Чонгук скалится и отталкивает его к стене. На руках заостряются когти. Девушка вскрикнула и встала из-за стола. — Прекратите! — мужчины вновь сцепились в схватке и перемещаясь по кухне сбили с тумбы домашний телефон. Трубка повисла на проводе, касаясь пола. — Хватит! Чонгук! — вампир отстраняется от своего противника, услышав голос Нахён и утирает тыльной стороной ладони кровь с губы, после чего поднимает руку вверх. В ней, в солнечных лучах комнаты, блеснул корпус холодного оружия. Сехун язвительно усмехнулся. Девушка побледнела, с шоком в глазах смотря на нож. — Ты думал, что я не пойму твоей цели? Хотел закончить то, что было начато? — Чон опустил руку, шмыгая носом и чувствуя, как вниз по губе продолжает течь кровь. — Так и норовишь ударить меня с самого нашего знакомства и каждый раз я тебя все равно уделываю. Может пора прекращать? Или тебе нравится? — Я был настолько очевиден? — На кого ты работаешь? — Если скажу, что на госпожу Ли, ты поверишь? — Точно нет. — хмыкнул вампир. Нахён молча наблюдала, ощущая, как сердце холодеет от осознания того, что человек, готовый в любой момент убить ее, находился всегда рядом. В ее доме. Даже не один. Несколько человек. И все из-за наследства? Нет. Из-за денег и наживы. Те, кому она доверяла и те, кого любила. Прежний мир для нее давно рухнул, но вновь слышать подтверждение предательства в свою сторону просто невыносимо больно. — Я ничего не буду говорить. — Тогда я вызываю полицию. — Чонгук направился в сторону своей спортивной сумки, намереваясь найти смартфон. — Стой! Нет! Без полиции. Я расскажу. Все расскажу. — Не думаю, что ты боишься попасть в тюрьму, ибо соглашаясь на подобное осознавал сопутствующие риски. Тебе дали деньги? Хочешь сбежать за границу и зажить лучшей жизнью? — Да. Но вся сумма должна быть позднее. После того, как я бы принёс…подтверждение смерти Нахён. — девушка медленно осела и Чонгук подоспел вовремя, чтобы поймать ее и осторожно опустить на стул. — И что это должно было быть? — тихо спрашивает Кан. — Кисть. — Боже мой. Ты…большую часть времени со мной под крышей жил убийца? — Меня заказали. Какое-то время я играл роль, внедряясь, потом должен был убрать вас без подозрений и какой-либо огласки, подстроив все, как несчастный случай. — Как и мой отец? Его ведь тоже убили, верно? Это была бомба в машине? — Да. Бомба. — Сехун кивнул. — Кто это сделал? Кто тебя нанял? — Простите, но я не знаю. Заказ был сверху. Ёнха всего лишь координировала мои действия. Она не главный человек во всей этой цепи. — Я так и думала. — проговорила Нахён и взглянула на Чонгука, сидящего на корточках подле нее. — Это конкурент отца. Я даже могу предположить кто. — Мы все обсудим. А ты, — телохранитель посмотрел на Сехуна. — Что делать с тобой? — Я говорил, что помогу. Дам вам видео, а вы взамен забудете про то, что я говорил. Я заберу свои деньги и уеду из Кореи. Можно довериться, потому что моя личная шкура важнее и за решетку мне не хотелось бы попасть с многомиллионными счетами в банке. По рукам? — О протянул ладонь. Вампир поднялся, с сомнением взглянул, но пожал руку. — Ты уедешь сейчас же и привезешь то, что обещал. — Я постараюсь. — Ты сделаешь, а не постараешься. Понял? — Понял. — А теперь отдай то, что прячешь за спиной. — Хун ухмыльнулся и выудил пистолет. — Какой внимательный. Не отдам, мне ещё ехать в дом Ли. Я же не дурак. — он бросил последний взгляд в сторону девушки. — Я заберу свои вещи и уеду. Если не вернусь завтра утром, то понимаете, что могло со мной случиться. Чонгук проводил его, пока она наблюдала за тем, как машина ее убийцы отъезжает от дома. Вот так буднично, словно бы Сехун все ещё был другом, обычным секьюрити, не носящим в себе какие-либо тайные помыслы. Ей было интересно, что помешало этому парню избавиться от нее сегодняшней ночью. Чонгук, спящий рядом? Побоялся, что его убьют быстрее, чем он успеет к ней притронуться? Девушка провела руками по лицу и устало вздохнула, а когда взглянула на свои ладони, поняла, что они беззастенчиво трясутся. Нервы внутри были натянуты, как струны скрипки, которые ещё немного и порвутся с жалобным треском. Нахён заметила, что вампир начинает идти в ее сторону и старается собраться, несмотря на то, что все же дрожит, как осиновый лист от внутреннего напряжения и адреналина, скачущего то вверх, то вниз. — Мы уедем сегодня. — Куда? — удивляется она, обнимая себя за плечи. Однако Чонгук замечает ее мандраж по дергающейся челюсти, после чего отдает свою кофту. — Не стой на улице. Гроза начинается. Пошли в дом. — он открывает дверь и кивает головой на вход, ожидая. Она оглядывает крыльцо последний раз, вслушиваясь в звуки капель дождя, барабанящих по карнизу крыши, и скрывается в прихожей. — Почему мы уедем? — Сехун точно скажет Ёнхе, где мы находимся. Если же нет и действительно привезет видеофайлы, я назначу с ним встречу на нейтральной территории. Здесь же больше оставаться нельзя. — И куда же мы теперь? Я? — Ты со мной. — спокойно, но твердо заверил Чонгук. От его темного взгляда по коже пробежали приятные мурашки. — Моя квартира находится почти в центре Сеула, в хорошем, спальном районе. Я увезу тебя туда. — Вдруг за нами снова проследят? — Не смогут. Мы уедем сегодня. Отсюда до вашего особняка около получаса езды, до Сеула мы доедем быстрее, чем Сехун доберется до своей начальницы. — вампир скрестил на груди руки. — Как твое самочувствие? — Я смогу ехать. Голова иногда кружится, но мне уже лучше. — парень вдруг подался вперед, протянув руку к ее лицу. Она замерла на месте, задержав дыхание, и почувствовав чужое на своей щеке. Сердце встрепенулось. Он мягко провел по бинтам на голове, проверяя, все ли надёжно перевязано, после чего приблизился к ней настолько, что их кончики носа едва не касались. В какой-то момент его глаза стали для нее настоящей завораживающей темной материей, будто бы она глядела в неизведанные сокрома Вселенной, хотя на деле видела свое отражение. Его глаза светились и мерцали, он смотрел так проницательно, живо, глубоко, что на губах появилась лёгкая улыбка. — Я волнуюсь за тебя. Скажи мне, если тебе будет плохо, хорошо? — она молча кивнула в ответ. — Я соберу сумку и мы поедем. Ты завтракала? — Нет. Не успела. — он нахмурился. — Так не пойдет. Я приготовлю тебе яичницу. Это единственное, что осталось в холодильнике. Ты не против? — Конечно нет! Я бы могла сама, но за меня практически всегда все делали, особенно на кухне. Прости. — она было виновато опустила голову, но Чонгук мягко взял ее двумя пальцами за подбородок и заставил посмотреть на себя. — Тебе не за что извиняться. Мне нравится готовить для тебя. — Ты научишь? — Когда ты вернешь компанию, тебе не понадобится. — Это важный навык. Я хочу научиться у тебя. — Нахён смущенно покраснела, когда вампир слегка улыбнулся. Это было редкостью, чтобы бледное лицо хищника озаряла улыбка. — Хорошо. Позавтракала она быстро, ибо наблюдая за спешными перемещениями Чонгука из одной комнаты в другую, градус внутренней тревоги начинал превышать все возможные пределы и кусок омлета никак не хотел лезть в горло. Вещи были собраны и погружены в багажник джипа. Она стояла перед зеркалом, пытаясь поправить пластыри на животе, однако стоило неудачно наклониться, как кожу болезненно потянуло, что вызвало у нее шипение. Вампир, точно почувствовав или же просто услышав ее потуги, заглянул в ванную комнату. — Стой, стой. Тише. — парень в порыве удержал ее ладонь и мягко обнял за талию, помещая свою руку на живот. Она почувствовала мурашки и подалась назад, слегка прислоняясь к груди позади. Чонгук еле ощутимо прикоснулся к покрытым пластырем ранам, но не отстранился, когда помог наклеить новые, более плотные. Он опалял волосы своим дыханием, его длинные пальцы буквально жгли кожу в районе живота своими невесомыми прикосновениями. Это мгновение стало тонкой гранью, полоской, через которую они вмиг перешагнули и больше не было пути назад. Губы вампира нежно прикоснулись к ее скуле, она вздохнула и прикрыла глаза. Ресницы затрепетали. Он не пошел дальше, лишь взметнул в душе невиданное желание, так ей непривычное. За ней ухаживало много обеспеченных молодых людей, когда она была дочерью нефтяного магната и знаменитой художницей. Но никто из них не вызывал такого дикого чувства, первобытного и желанного, как ее телохранитель. Чонгук был сродни свежему морозному утру и одновременно самому знойному вечеру летнего месяца. Он совмещал в себе все одновременно, от чего кружилась голова. Как она жаждала отдаться его рукам, как хотела ощутить его защиту, но она знала, что он был не таким. Порядочный, верный, благородный. Их симпатия только-только начинала обретать черты сущего и нельзя было торопить этот тонкий процесс. Она тоже это понимала и от этого только сильнее чувствовала потребность в близости. Чонгук не мог не согласиться, пусть совсем не умел читать чужие мысли. Между ними уже не было барьера и теперь ему нужно было действовать очень осторожно, чтобы девушка осознавала, что с ним всегда в безопасности. Он никогда не сделает того, что ей не понравится. Но он совсем не знает, как стоит действовать. Для него любовь — это новое чувство, до этого совсем не наполнявшее жизнь. Ему хотелось сделать все идеально. — Нужно ехать. — шепнула она. Парень кивнул и совсем нехотя отступил, поправляя одежду девушки. Нахён обернулась, встречаясь с его горящими алым глазами. Он сделал несколько шагов назад и указал ей в сторону двери. Им ни за что не хотелось уходить и покидать ванную комнату, но ей пришлось сдвинуться с места, ибо времени на сборы было уже мало, а уезжать из дома нужно срочно ради ее же безопасности. В машине тепло, а на улице снова дождь. Она наблюдала сквозь зеркало заднего вида за тем, как коттедж отдаляется и вскоре вовсе скрывается за ветвями деревьев. Грудь сдавливала тревога и грусть, но девушка старалась списать это на утягивающий ремень безопасности, впившийся настолько, что становилось тяжело дышать. Нахён вспоминает момент годовой давности, когда также в дождливый день уезжала в особняк тети после похорон отца. По окнам бежали капли, мимо проносилась вереница елей. Только теперь она не была разбита настолько, чтобы опустить руки и отдать управление своей же судьбой чужому человеку. Уже чужому. Сейчас все изменилось. Она изменилась. Отныне ничего не будет так, как раньше и ей нужно принять новую реальность и новую себя. Научиться быть сильной и ответственной за себя. Когда рядом Чонгук, переживать кризисы и падения легче. Ее глаза взглянули на парня. Без него девушка не сидела бы сейчас живая в машине. Он буквально был ее личным ангелом-хранителем в лице телохранителя. А может это было одно и то же? Она улыбнулась и вампир услышал этот смешок. — Что такое? — Ты мой герой, Чонгук. — Нахён произнесла это непринужденно и отвернулась, следя за дорогой. Ее лицо освещала усталая одухотворенность и светлое осознание происходящего. Он промолчал, считая, что его слова могли бы разрушить ту священную атмосферу, что установилась в салоне. Настроение девушки не предполагало ответа. Однако ледяное сердце екнуло, подскочило к горлу и заставило сжать руль. На губах появилась улыбка. С этим человеком вампир стал улыбаться чрезвычайно часто. *** Выстрел. Пауза. Снова выстрел. Чонгук ставит пистолет на предохранитель и снимает наушники, вытаскивая пустой магазин и умело перезаряжая его. Она стоит рядом, наблюдая, и вздрагивает, когда парень поворачивается с протянутым оружием. — Теперь точно также с перерывами. Дыши так, как я учил. Сосредоточься. — Нахён неуверенно берет пистолет в руки и встает в нужную позу, однако вампир вновь прижимается позади и исправляет неровности позиции, ладонью фиксируя женские локти и заставляя хрупкое тело слегка пригнуть корпус. Сердце быстро стучит от осознания того, что ей не хочется ударить в грязь лицом перед «учителем» и в то же время у нее беззастенчиво колени дрожат от частых прикосновений. — Если ошибусь? — Для этого мы здесь. Я научу тебя. — Я думала, что ты научишь готовить. — скривилась девушка и чуть не уронила оружие, когда ладони парня ощутимо ласково надавили на живот, заставив издать вздох. — Этому тоже. Но сейчас для меня важнее твоя безопасность и способность защитить себя, если меня не будет рядом. — Чонгук отошел в сторону и отвернулся к мишеням, таким образом скрывая заалевшие глаза. Он сглотнул слюну и бросил взгляд в сторону открытой женской шеи. Клыки удлинились. Стоило ему приблизиться к девушке, как желание накатывало с новой силой. Скрывать нежные чувства становилось все тяжелее. — Что делать? — Стрелять. — К-куда? — В мишень. В пятую, она ближе. Будет легче. — Я не попаду. — судорожно отозвалась Нахён, бросая в его стооону испуганный взгляд. — Ты даже не пробовала. — хмыкнул телохранитель и скрестил на груди руки. — Стреляй. — Но я… — Стреляй, смелая. У тебя получится. — твердо заявил парень и она подчинилась. Первый выстрел вышел смазанным, на втором случилась осечка. Чонгук исправил и вновь отдал пистолет в руки. На сей раз ладони не дрожали. Она сощурилась, сжала зубы и прицелилась. Три пули вышли залпом, друг за другом. Рука опускается с оружием вниз и Чонгук жмет на кнопку под столешницей, после чего деревянный круг вдали тут же начинает приближаться со знакомым металлическим скрежетом. Он прищуривается, разглядывая следы от пуль и после недолгого созерцания довольно хмыкает. — Ты умница, Нахён. Почти в самую сердцевину. — Пули на самой последней линии, ещё немного и они бы не задели доску. — скептически заметила она, разочарованно поджимая губы. Вампир повернулся к ней, смягчая взгляд. — Ты первый раз держишь в руках пистолет. Это абсолютно нормально. Если честно, — он забрал у нее ствол и начал натирать корпус белой тряпкой. — Была бы моя возможность, ты бы так и не взяла его в руки. Оружие — моя стихия. Я хочу, чтобы ты всегда была в безопасности и не боялась. Защищать буду я. Надеюсь, умение стрелять тебе не пригодится. — ее лицо осветила улыбка. — Зато с тобой я стала сильнее. Теперь я уверена в том, что смогу добиться правды и привлечь всех виновных к ответственности. — она задумалась. — Научишь рукопашному бою? — О, нет. Этому точно нет. — Почему? — удивилась Нахён, снимая наушники. Вампир сделал то же самое и строго взглянул. — Ты девушка. — И что? Это приговор? — она усмехнулась. — Пистолет же ты мне дал. — До этого не дойдёт. Я никому не дам коснуться тебя, а огнестрел поможет вести борьбу на дистанции. — Но ведь уже позволил. — он вскинул брови. — Меня чуть не убили недавно, сбросили в реку. Какова вероятность, что этого снова не случится? Если бы я могла дать отпор, то дала бы себе время для того, чтобы убежать. — он вздохнул и упёрся руками в столешницу, опуская голову. — Прости, я должен был быть рядом. Я очень виню себя. — Нет, нет! Я сказала это не для того, чтобы воззвать к твоей совести. Скорее констатируя факт. — она взволнованно защебетала. — Ты не должен винить себя. Ты был на официальных выходных. — И все же. — Чонгук постучал пальцами по матовой поверхности столика. — Хорошо. Я научу паре приемов, которые нам преподавали в «Вистали». Они наиболее действенны. — Ура! — она радостно воскликнула и кинулась парню на шею, крепко обнимая. Вампир сначала застыл, но следом его руки обвили ее тонкую талию. Нахён отстранилась, встречая глубокий взгляд напротив. Парень вдруг медленно взял ее ладонь и поднес к лицу. — У тебя совсем нежные руки. Как мне можно даже думать о том, что ты будешь ими бить грушу? — мрачно хмурится он и неожиданно прижимает руку к своим губам, целуя. Она чувствует, как в животе начинают клубиться бабочки. — Я постараюсь сделать так, чтобы на них не появилось ни царапинки. — Не береги меня так. Я давно уже не девушка высшей ступени в иерархии. Нужно учиться жить по-другому. — Я хочу заботиться о тебе, потому что влюблен, а не потому что ты «белоручка». — хмыкнул вампир. Она залилась краской и отдернула ладонь, пряча ее за спину. — Я не «белоручка»… — Я не говорил этого. — издал смешок Чонгук и Нахён возмущённо закатила глаза. — Ты сильная, но я хочу, чтобы ты могла положиться на меня, хорошо? — она кивнула, он улыбнулся уголком губ. — Тогда пойдём, я сделаю тебе что-нибудь вкусное. — Будешь учить готовить? — воодушевлённо спросила девушка и направилась следом за парнем, оставляя тир позади. — Если хочешь. — Да! — Чонгук издал довольный смешок. — Значит научу. *** Он прокручивает пальцем колесико мышки и бубнит себе под нос, пытаясь отыскать нужную дату. В кожаной куртке жарко до невозможности и он снимает ее, оставаясь в серой футболке. Позади, где-то в коридоре, слышатся шаги и парень замирает, готовый скрыться, однако предполагаемый незваный гость проходит мимо. Сехун вздыхает и вновь смотрит в сторону экрана компьютера. — Да где же эти видеозаписи… — раздражение начинает разъедать нутро. Он смотрит на наручные часы, понимая, что самолет уже через пару часов, а ему надо успеть доставить материал Чонгуку. — Удалили. Кажется, удалили. — О усмехнулся такой предсказуемости, откинулся на спинку стула и задумчиво постучал носком кед по полу. В голову пришла идея. Он был в составе охраны, а значит у него есть доступ к архивным файлам главного компьютера в кабинете Ли Ёнхи. Там записи хранятся ещё долго после того, как их удалили. Сехун соскакивает с места, забирает сумку и следует в сторону нужной комнаты. Он торопился, ускоряя шаг. Уже в кабинете ему все-таки удается найти папку с удаленными видео с камер, которые чрезвычайно медленно переносятся на флешку. — Быстрее. — шипит О, поджимая губы. — Давай, давай. — за дверью послышался стук каблуков. Ему не составило труда по звуку определить чьи это шаги. За столько лет он научился распознавать на слух. Парень хватает флешку, тыкает мышкой несколько раз, закрывая все всплывшие на экране окна и успевает спрятаться под столом как раз в тот момент, когда начальница заходит в свой кабинет. Ёнха говорит по телефону. — Я поняла тебя. Ему нельзя доверять, я знаю. Он не избавится от девчонки, хотя сказал, что та живая. — холодно проговаривает женщина. Сехун замирает, упираясь руками во внутренние стенки стола. — Это моя вина, что я не проследила. Да, нам больше не потребуются его услуги. Убери его… — по ту сторону трубки, кажется, что-то говорят. О вслушивается. — Он наверняка захочет сбежать с оставшимися деньгами. Заблокируй выезд в международном терминале аэропорта. Твой киллер слишком много знает. — парень возмущённо дергается и чудом избегает удара затылком о стол. — Нахён я займусь, я ведь обещала. Мы будем вместе управлять компанией… — Ёнха вдруг приближается, он затаивает дыхание. Ли забирает какие-то документы и быстро покидает кабинет, хлопая дверью. Сехун вылезает из-под стола, оглядывается и подходит к зашторенным окнам, отодвигая их, чтобы оценить обстановку на заднем дворе особняка. Двое парней из охраны контролировали сад, поэтому выйти можно было лишь через подвал. Он накидывает куртку и уверенно следует в коридор, стараясь двигаться бесшумно и не привлекать внимание тяжелыми шагами. На цокольном этаже сыро, спертый воздух заставляет поморщиться. Он хмыкает, мысленно издеваясь. Если Ёнха думает, что его так легко загнать в ловушку, то очень сильно ошибается. В сумке деньги, в руке жесточайший компромат. Он станет орудием влияния и шантажа не только в его руках. Сехун уедет сегодня из Южной Кореи, чего бы ему это не стоило. *** — Нахён… — кто-то шепчет над самым ухом и девушка крупно вздрагивает, просыпаясь. — Тише, это я. — Чонгук сидит на краю кровати, держа в руках телефон. — Что такое? — она трет глаза кулачками и подтягивается на руках, прислоняясь к изголовью кровати. — Звонил Сехун. Я встретился с ним. — вампир показал флешку. — Здесь все видео, я посмотрел. — она резко побледнела. — Он все-таки сдержал слово? — Сказал, что оставил себе копии, чтобы уехать. Это было одним из условий. — И что теперь? — шепотом спрашивает, плохо осознавая смысл сказанного. — Теперь к нотариусу и за компанией. — мягко усмехнулся Чонгук. В темноте комнаты его глаза ярко светились алым. Он заметил такое пристальное внимание девушки и поспешил отвернуться. — Прости, это жажда. Я давно не был в Центре крови. — Вам не выдают на дом? — удивилась она и сразу же проснулась. — Нет, разумеется. Это будет нарушение закона. — Тогда я сейчас. — Нахён поднялась было, чтобы продеть ноги в тапочки, как Чонгук бережно ухватил ее за руку. Его ногти преобразовались и заострились, но не причиняли никакого вреда. — Ты хочешь дать свою? — Конечно, как по-другому тебе помочь? — Не надо. Это не донорская, а настоящая. Я не уверен, что все пройдёт гладко. — вампир осторожно поднялся, но она заметила, что его грудь часто вздымается. — Я поеду до Центра. — он взял ее маленькую ладонь в свою большую, перевернул и вложил флешку. — Это твое. — Кан нахмурилась. — Я не отпущу тебя никуда в таком состоянии. — Не волнуйся обо мне. Такое уже случалось, я знаю, что делать. — и он ушел, оставляя девушку одну в темной комнате. Чонгук накинул джинсовку и вышел в коридор, сжимая ключи от машины и квартиры настолько сильно, что на коже остаются уродливые полосы. Лифт приезжает быстро, он нажимает на самый нижний этаж, ведущий к подземной парковке дома, после чего устало вжимается в стену и упирается рукой в панель светящихся кнопок этажей. На висках выступает испарина, внутри легкие сдавливает и клыки прорезают верхнюю губу, из-за чего белые зубы окрашиваются в алый. Он сглатывает слюну и понимает, что горло горит. В такой агонии ему кажется, что кабина лифта спускается вниз мучительно медленно. — Что ж ты так тащишься… — хрипит себе под нос. Через пару минут слышится оповещающий звук и двери разъезжаются в стороны, после чего парень буквально вываливается наружу. На парковке безлюдно, пока он следует в сторону своей машины, мысленно молясь о том, чтобы никого не встретить. Тишина вокруг давит, а стук собственных шагов отдается в ушах набатом. Чонгук приваливается к машине, как только достигает ее, и судорожно ищет кнопку на ключах, с облегчением вздыхая, как только двери джипа разблокировываются. Он садится в прохладный салон, видя перед собой расплывающийся горизонт, и упрямо заводит авто, слушая равномерное рычание. Не дожидаясь, когда корпус нагреется, парень выруливает с парковочного места с визгом шин, однако стоит ему проехать пару метров, как впереди из ниоткуда появляется Нахён. Парень испуганно жмет на тормоз, вдавливая педаль в пол, пока девушка, расправив руки, жмурится от яркости фар. Из-под машины тянется пыль, которую хорошо видно в тени света. Кан срывается с места и садится на пассажирское сиденье, поворачиваясь к вампиру. Сначала он не смотрел в ответ, словно бы пытаясь заставить себя быть строгим и твёрдым, непоколебимым, но вскоре все-таки поворачивается, встречаясь с ней взглядом. — Ты не едешь со мной. — Не еду. — соглашается она и вдруг шуршит чем-то, доставая из-за пазухи термос. — Нашла у тебя на кухне. Пей. — Это что? — Пей. — командующим тоном просит девушка и снимает крышку кружки. Острый запах ударяет в нос, заставляя резко побледнеть и дернуться, прижавшись к окну. — Что ты сделала? — прорычал вампир, зажимая нос рукой. — Убери! — Тебе станет лучше, ты не сможешь доехать в таком состоянии до Центра! — она повышает голос, в тоне словно взволнованно звенят колокольчики и это заставляет парня навострить уши. Тревога в ее голосе всегда побуждала подчиняться, будто неведомой силе. — Я не буду. — Что ты как маленький? — недовольно фыркнула и протянула руку в его сторону, пихая термос в самое лицо. — Мне напоить тебя? — рукав тонкой кофты, которую его заботливая девочка надела перед выходом, натянулся, являя взору перевязанную на скорую руку область предплечья и ладонь. На бинте выступали пятна крови. Его глаза ярко загорелись и он схватил ее за руку. — Ты с ума сошла? — прошипел, приближаясь к женскому лицу. Девушка застыла, смело встречая полыхающий взгляд хищника напротив. — Если я сорвусь? Я убью тебя. — Убивай. — уверенно прошептала, не отстраняясь, а наоборот, приникая к парню, чтобы ощущать его дыхание на себе. — Ты не ведаешь, что творишь. Я не человек, Нахён. — Тогда возьми то, что тебе положено. — она резко дёрнула ворот кофты и подставила шею. Жилка артерии, бьющаяся под кожей, заставила сжать руки в кулаки. Шум бегущей по венам крови его Подходящей будил внутри первобытные инстинкты. Чонгук неожиданно вжался носом в самую ключицу, вызвав дрожь по телу. Девушка задержала дыхание, полностью поддаваясь действиям вампира. Его губы обжигают кожу, посылают мурашки, увеличивают нетерпение. Насколько должен был быть болезненным укус? Как укол шприца? Она в готовности расслабилась, издавая тихий вздох, однако вопреки ожиданию, телохранитель порывисто отстранился, схватил из ее рук термос с кровью и ринулся вон из машины, громко хлопая дверью. Нахён выдохнула, непонимающе оглядываясь. Сердце билось о грудную клетку с такой силой, что, казалось, собиралось выпрыгнуть. Она просидела в салоне около десяти минут, после чего все же решилась выйти и найти парня. Чонгук стоял поодаль, уперев руки в бока и вскинув голову вверх. Девушка остановилась позади, соблюдая дистанцию, и обняла себя за плечи, молча ожидая каких-либо действий со стороны вампира. Через пару минут он заговорил. — Спасибо. Но это было опасно. — он повернулся к ней, усмехаясь. Кожа постепенно приобретала более человеческий оттенок, а губы окрасились в карминовый цвет после употребления ее собственной крови. — Тебе уже лучше? — Ты самая смелая девушка на моей памяти, Нахён. — покачал головой. — Но смелость должна быть разумна. — Я делала то, что должна. Тебе нужна была пища. Могло быть ещё хуже. — она обеспокоено оглядела его лицо, стараясь убедиться в том, что жажда действительно прошла. — Почему ты не хотел брать кровь? Потому что не донорская? Или есть что-то ещё? — Не только это. — он медленно подошел, останавливаясь так, что ее грудь практически касалась его собственной. — Ты знаешь, кто такие Подходящие? — Слышала, но в моем окружении никогда не было вампиров. — Это тот человек, который полностью подходит на уровне генома. Его кровь исцеляет, придает сил и избавляет от вероятности развития «хладной» болезни. — Хладная болезнь? — хмурится девушка, пытаясь вспомнить значение подобного диагноза, однако все же сталкивалась с ним впервые. — Бывает только у вампиров. Это безумие из-за жажды. — лицо ее вытянулось от удивления, а глаза расширились. — То есть… — Нет, я не сходил с ума парой минут назад. Безумие выглядит страшнее. Но начинается примерно с таких же приступов. — Чонгук сжал в руке термос. — Ты — моя Подходящая. Я привязан к тебе на генетическом уровне. Что-то вроде родственной души. Я чувствую тебя. — Значит наша встреча не случайна. — она улыбнулась. — Мы должны были встретиться. — Я никогда не любил и не знал, что такое привязанность. Мне тяжело выражать эмоции. Я могу казаться безразличным и за этой прошу прощения. — его глаза виновато блеснули, но девушка взяла его руки в свои. — Я научу тебя. Главное доверяй мне, тогда все будет хорошо. — Чонгук колебался недолго, но вскоре осторожно обнял ее. Сначала Нахён удивлённо захлопала глазами, однако все же прижалась в ответ, крепче сжимая талию парня в кольцо своих рук. — Только больше так не делай. — Как? — бурчит она куда-то в джинсовую куртку вампира. Он хмыкнул. — Твоя кровь для меня, как стероиды или стимуляторы. — В смысле? Это…ой. — она охнула, когда Чонгук неожиданно подхватил ее на руки, точно пушинку, после чего закружил. — Стой, стой! — из груди вырвался смех, вопреки тому, что совсем недавно у телохранителя была почти неконтролируемая жажда, а она наконец получила видео-материалы, с которыми жизнь больше никогда не будет прежней. Но Нахён смеялась и заставляла улыбаться парня, держащего так надёжно, что не возникало мысли о том, что она когда-нибудь может упасть. — Теперь я могу сворачивать горы для тебя. — он остановился, продолжая прижимать своего хрупкого человека к себе. Ее щеки зарумянились и она мягко обвила шею телохранителя, приближаясь к нему лицом. Чонгук не стал отстраняться, с интересом в глазах наблюдая за тем, как девушка позволяет ему медленно спуститься к ее губам. Между ними становится ничтожно мало расстояния, они чувствуют дыхание друг друга и обоим не терпится дождаться кульминации. Нахён жмурится, мысленно представляя, каким по вкусу будет поцелуй и тянется вслепую, но вдруг дергается от резкого звука автомобильной сирены. Она открыла глаза. Машина неподалеку сигналила, а ее фары поочередно мигали желтым. Вдалеке послышались разговоры. — Отпускай меня, Чонгук. Идут. — она стеснительно начала извиваться в его руках и вампиру пришлось нехотя опустить ее. Их взгляды пересеклись и девушка издала смешок, неловко переминаясь с пятки на носок. — Сейчас я поставлю машину обратно и пойдём домой. — парень передал ей термос, а сам направился в сторону джипа. Она прижала кружку с металлической отделкой к груди, глядя вампиру в след и мечтательно вздохнула. Его Подходящая… ***