Двое в Доме

Люциус никогда не перестанет меня удивлять. Внебрачная дочь! Ах, Малфой, сколько еще у тебя тайн в запасе? Впрочем, важна только безопасность, и если лучшего места не найти — я согласен на любое соседство. Тем более времени искать другие варианты нет. Жилье требовалось срочно. Чертов Поттер! Он снова подпортил моё существование. Наша схватка, а точне моя горячность, с которой я вступил в неё была излишней: не стоило его пытать и тратить время на слова, — я глупо израсходовал силы. Странно, что я смог стоять на ногах после всего произошедшего и трансгрессии. Хотя не одному же мальчику-который-выжил должно везти. Дом небольшой. Малфой мог бы выделить для дочери пусть и незаконной жилище получше. Это даже не в его стиле. Лишенное всякого пафоса. Как и девчонка. Она напоминала Люциуса самую малость, и то если специально искать его черты. Их родство выдавал только взгляд пасмурных глаз с одним отличием: в её глазах хмурилось утро, а в глазах Люциуса — вечер. Она не встретила меня испуганной. Точнее девчонка всеми силами старалась не показать, что напугана. И это мне понравилось. Пусть страх передо мной и неизбежен, но всё должно быть подконтрольным. К тому же, в ней я не уловил типичной малфоевской льстивости, что тоже не плохо. И надеюсь я не ошибся, в том что она прекрасно должна справиться со своей главной задачей - не раздражать меня. Мысли о девчонке покинули меня мгновенно, когда движимое первичной энергией и злобой тело начало отпускать. Я испытал боль. Мгновенную и безжалостную. Хотелось содрать с себя кожу. Масло в огонь добавило отражение, которое я увидел в зеркале, когда разделся в ванной. По всему телу сияли отвратительные ярко-выраженные синяки. А ещё вены. Я словно изрисованный холст. Нужно было попросить у девчонки хотя бы обезболивающие и заживляющее (раз она мнит себя целителем, то такие элементарные вещи у неё должны быть). Пойти к ней тот час не позволила гордость. Я стиснул зубы. Вытерплю. Холодная вода немного успокаивала. Хорошо, что тут есть ванна. Вода равносильна волшебству. Я смог немного расслабиться. Веки сами опустились. Я — Смарагд. — прозвучал в ушах немного надменный голос (голос...вот оно ещё одно сходство). Она совсем не походила на изумруд. Странная фамилия. Точно не материнская. Слишком было бы откровенно. Мысли о ней сменили мысли о Поттере, о будущем, о замершей внутри тяжести, о пожирателях, о предателях и преданных. Настоящая каша. Я вылез из воды с рассветом, сразу оделся и спустился вниз. На первом этаже располагались гостиная и обеденная. И вчера я не ошибся. Всё убранство было максимально простым. Простым и светлым. А еще я не понимал для чего она топит летом? Душно. В одиночестве я провел не более двух часов. Девчонка спустилась около половины восьмого. Лицезреть меня явно не доставляло ей удовольствия. Она старательно уводила глаза в строну. — Чаю? Голос не дрожит. Достижение. Я кивнул. Делать ей одолжение молчанием не хотелось, да и признаюсь, я соскучился по человеческой речи. — Вы замужем? — Нет. Что за вопрос? — грубовато, но допустим. — Ваша фамилия? — А вы полагаете Люциус Малфой подпортит семейную репутацию из-за внебрачной дочери? — То есть вы… — Ошибка молодости. — подавая чай и бутерброды, ответила она — Но весьма прелестная как видите. Ха! У девчонки есть язык. Неожиданно. Она сжалась. Естественно, смутилась. Но мне отчего-то стало весело. Ей шла игривость. Девчонка нервно заправила белесую прядь за ухо — единственную подобную в море кофейного цвета копны. — Согласен. Она смутилась ещё больше, и, кажется, удивилась. А дальше эта чертова кровь… Будто я барышня! Чудо-лекарь в юбке протянула мне салфетку. Салфетку! И то только потому что пару алых капель успели осесть на скатерть, что девчонку невероятно возмутило. Зато стало очевидно — личный полуцелитель мне не светит. Может и стоит принять правила девчонки? Да, мы вдвоем в доме. Но по-раздельности в делах. Нас объединяет только пространство. Только оно. Ведь я этого и хотел. Уединенного места. К тому же это на время. На короткое время. Потом я и не вспомню про девчонку (если не придется её убивать, например, за лишнюю болтливость…хотя она и не походила на человека со столь серьезным пороком). Она покинула обеденную молча. Видимо, заносчивости в ней больше, чем в отце. Или глупости. Она вообще в полной мере осознает, кто я? Ладно, с девчонкой разберусь потом. Сейчас главное другое. Основное я объяснил Люциусу еще по дороге сюда. Мне нужны были от него: книги, газеты ежедневно и отчеты о состоянии дел. Хорошо бы лекаря, но для начала я решил последить за собой сам. Не хотел, чтобы количество лиц, знающих о моем местонахождении, росло. Да и признаться, надежда на помощь девчонки (если уж совсем станет плохо) во мне теплилась…не перешагнет же она через меня? Первым делом решил проверить, на что способен. В магическом плане. Простейшие заклинания я испробовал еще с утра. Хотелось чего-то посерьезнее. Я вышел на улицу, на задний двор. Потянуло посмотреть наверх. В окне я увидел её. Она что-то читала на ходу. Сосредоточенная. На её лице даже проскакивали отголоски ума. Заметила меня и сразу отошла. Отлично. Меньше знает… Начнём. — Экспульсо! — земля в месте, куда направлена палочка, разлетелась кусками в разные стороны и загорелась. Плохо. Слабо. И так было с каждым заклинанием. Еле-еле. Внутри меня нарастала злоба. Я раскидывал заклинания безостановочно. Самое гадкое — в какой-то момент начал делать это бездумно. Зато я понял, что необходимо вернуть прежде всего. Хладнокровие. От лишних эмоций нужно избавляться. А они есть эти эмоции…но откуда? -ААААААААА! Я не удержал заклинание. Я. НЕ. СПРАВИЛСЯ. Это было больнее, чем рассеченная рука. — Мерлин, что произошло?! Так быстро прибежала. — Заклинание отрекошетило. — горло сухое. — Ясно. — она выглядела профессионально. Сантименты заняли первые пару минут. — Акцио, чемоданчик! Что за заклинание? — Круциатус. Короткий презрительный взгляд, брошенный в мою сторону. Плевать. — Надеюсь Вас не вырвет? — Не переживайте, не прямо на Вас. — ответ сквозь зубы. — Замечательно. — Прекрасно. — Это ваше воспитание? С пелёнок учат огрызаться? — С одиннадцать лет. Круциатус должен был отрикошетить в неё. Какая-то вонючая мазь, нанесенная девчонкой, остудила рану. Зелье, которое она в меня влила, облегчило боль. — Нужно зашивать. — заявила целительница после недолгой паузы. Я не уловил отголосков опыта в её голосе. Но других рук не было. Только эти длинные крючковатые и дрожащие пальцы! — Значит шейте, мисс Смарагд. Я не уловил уверенности в собственном голосе. Но других рук не было. Только эти длинные крючковатые и дрожащие пальцы...