Двое в Доме

Меня забавляют её попытки сопротивляться. Такая смешная. Может стоит ей сказать, что в любом случае будет так как я хочу и никак иначе. Нет. Какое-никакое веселье. Рука ужасно болит. Девчонка сказала, мы отправимся к целителю с утра. Надеюсь, он будет способным. Проблема в Вас. Что-то не так: либо с кровью, либо с магией. Вероятно, она права. Как же щиплет! Придётся терпеть: юное дарование запретило даже касаться свежей перевязки. А ещё очень хочется спать. Но уснуть не получается. Я даже принял усыпляющее зелье. Не помогло. Пришлось заставить себя прочитать выведенные каллиграфическим почерком Люциуса отчёты о выполнении моих поручений. Буквы немного расплывались, но уловить суть это не мешало: в обществе начался хаос. Страх перед моей персоной, был велик и где-то даже иррационален, что люди и помыслить не могли о возможных моих слабостях; они сеяли панику и это несомненно играло мне на руку. К моменту, когда я полностью восстановлюсь, большая часть волшебников уже сама себя изведёт. Какое счастье — людская глупость! Череп раскалывается. Я так хочу спать! Выпил ещё одну порцию зелья. Сколько не ждал — ничего. Сон не приходил. Ну всё…хватит с меня. Я пошёл к ней. Вошёл тихо. Однозначно закрытый рот и отсутствие недовольного выражения на лице добавляли ей обаяния. Два пуховых одеяла и отдающий жаром камин. Больная. — Вставайте. Просыпайтесь же! Открыла глаза. Непонимающе огляделась по сторонам. Перевела взгляд с меня на настенные часы. Снова на меня. — Вы сумасшедший?! Я тоже обернулся на часы: пол пятого утра. — Вы долго спите. Это раздражает. — Долго?! — ведьма выглядела оскорбленной. — Я каждый день встаю в шесть! — А я совсем не смыкаю глаз. — Примите усыпляющее зелье. — Не помогает. — не хотя признал я. Девушка в задумчивости склонила голову. — Интересно… Не смущаясь и, кажется, не думая о неловкости она в легкой шёлковой сорочке, только создававшей видимость наличия одежды, соскочила с кровати, и подойдя к столу у окна, принялась хаотично что-то записывать. Великий Салазар! Дрожь мурашками прошлась по телу. Меня пронзило очевидное и отвратительное чувство — желание. Всё, чего я хотел: подойти, схватить девчонку за растрёпанный хвост, притянуть к себе и… — Я с этим разберусь. — О чём вы? Посмотрела на меня. По её взгляду стало понятно, что о моём присутствии она позабыла и говорила сама с собой. — Мне нужно переодеться. — Я подожду внизу. Когда дверь почти закрылась, я услышал приглушенный смех. Над чем она смеётся? Неужели надо мной?! Салазар, я схожу с ума. Что это было?! Нет, нет, нет! И думать об этом не хочу! Залпом осушил стакан воды. Прошло. Я так думал. Пока она не спустилась. На ней надето закрытое чёрное платье, которое совершенно не мешало мне видеть больше положенного. Проклятье! — Что вы говорите? Я выразился в слух?! Болван. Нужно отвлечься. — Готовы? — кивок. — Вы так и не сказали, куда и к кому мы отправимся. Девчонка взмахнула палочкой. Она, к слову, хорошо ей владела. Движения уверенные и плавные. Никакой излишней дёрганности. Ей бы больше практики и смелости для новых знаний. — Вот. — она открыла передо мной появившейся в её руках альбом и ткнула пальцем в колдографию пухлого низкорослого мужчины. — Муж моей няни. Он привил мне любовь к целительству. Учил меня. Он… — альбом был резко захлопнут. — …он? — мне стало любопытно. — Он живет в графстве Дарем, — отрезала девчонка, а в глубине её глаз потерялась радость от воспоминаний. — в магическом квартале, так что добраться будет просто. Когда, мы вышли из дома, я подал ей руку. Не трансгрессировать же нам по отдельности. Но девчонка встала как вкопанная. — Что вы застыли? — Я не стану трансгрессировать. -Не понял. Что значит не станете? Вместе со мной или…? — Не с вами, не без вас. Я не буду использовать трансгрессию. — И причину вы не намерены озвучить? Молчание. Девчонка не склонна к беспочвенным капризам и истерикам. Что происходит? По её скрещенным на груди рукам и вздернутой брови, я понял, что угрозы в данном случае не принесут результата. Неужели, она не умеет? Или боится? И то, и другое абсурд и глупость, но какие ещё варианты? — Хорошо. — глубокий вдох.- Предложения? — Идите за мной. Мы недалеко отошли от дома, и я сразу увидел его. Серьезно…фестрал?! Стоп. Интересно другое. Почему она его видит? — Ну что вы так смотрите? — девчонка погладила вытянутую морду, подоспевшего ей навстречу существа. Конь благодарно заурчал. — Я нашла его у себя на заднем дворе. Он отбился от стаи из-за поврежденного крыла. Я его выходила. И с тех пор он не уходит. Надо потом выяснить количество её тайных домашних питомцев и их масштаб. Безумие. — Очень трогательная история, мисс. — Вы невыносимы! — девчонка ловко вскочила на фестрала (явно это не первый для неё полёт), не забывая поддерживать надутое выражение лица. Я взобрался следом и сел <i>перед</i> ней, крепко ухватившись за вороную гриву. Слышу скрежет зубов: ей ничего не остаётся как прижаться ко мне ближе и крепко обхватить за талию. Осознание её мучений сделало меня немного счастливее. Правда ненадолго. Ведь её тело оказалось слишком рядом. Салазар! Надо было трансгрессировать, а она пусть хоть бы на метле летела! *** — Его имя? — спросил я, стоя на пороге скромного одноэтажного дома, обросшего почти полностью каким-то плющом. — Грир Пассетт. Она едва успела договорить, и дверь отворилась. Мужчина с колдографии превратился в старика. Он стал толще. Ободок седых волос обрамлял лысый череп. А на большом носу весели очки. Первой заговорить решилась девчонка. — Здравствуйте, мистер Пассетт. — Антарес…ты?! — Я. И тут старик расплакался!, бросился обнимать и целовать девчонку. Он радовался как ребёнок. И она оттаяла: начала улыбаться и обнимать мужчину в ответ. Я еле сдерживался, чтобы не прервать их. Что за концерт?! Отвратительно. Девчонка будто почувствовала перемену в моём настроении. — Мистер Пассетт, пригласите войти? — спросила она. — Конечно-конечно. Прошу. — старик отошёл, пропуская нас внутрь. На меня посмотрел косо, но промолчал. Видимо, моя спутница имела немалое влияние. Принимали нас радушно: усадили на видавший виды диван и налили кофе (на которое все согласились, но пить никто не стал). — Как вы? — снова первой обратилась к мужчине девчонка. — В порядке - в порядке. — закивал тот. — А ты? — Тоже. — ей вдруг понадобилось расправить складки платья. — Хорошо-хорошо. — старик посмотрел на меня. — Твой спутник…кто он? Этот момент мы не обсудили. Кто я? — Я прошу вас осмотреть его. — просто ответила она. — Пожалуйста. — Раз ты просишь, конечно. Видимо, старик понял, что дальнейшие расспросы бессмысленны. — Подождите. — девчонка покопалась в сумке, достала свиток и протянула мужчине. — Собранный мной анамнез. Вот что она писала утром… Старик читал вдумчиво. — Интересно-интересно. — резюмировал он. — Разрешите вас осмотреть? Снимать бинты оказалось, мягко говоря, неприятно. Пока целитель возился, я смотрел на девчонку. Она носками туфель выводила узоры на полу. Казалась беззаботной. Юность всегда обманчива. Старик закашлялся. — Мне нужно будет ввести минеральную иглу для анализа. — Так вводите. В чем проблема? И почему он ищет поддержки у девчонки, вцепившись в неё взглядом? — Это может быть крайне болезненная процедура. — заговорила та. — Будет жечь. Сильно жечь. Но нужно вытерпеть. Вытерпеть…да я всю жизнь только и делаю, что терплю. — Начинайте. Старик достал из небольшого резного сундука, заполненного всякими склянками, перьями, камнями, то самое орудие пыток и начал помещать его поочередно в различные растворы и наконец попросил меня подвинуть руку поближе. — Подождите. Мы со стариком уставились на девчонку. Что она ещё придумала? Наверное, попросит воткнуть в меня побольше игл. Так я думал. А она обошла стол, села на стул рядом со мной и сказала: — Возьмите меня за руку. И не смотрите туда. ЧТО?! Может меня уже чем-нибудь опоили и всё происходящее сон? Я сжал протянутую ладонь. — Я могу… — закашлялся старик. — Начинайте же! И старик начал. Сперва я ощутил прохладу…приятную прохладу подобную той что мы ощущаем в знойный летний день, когда кожа улавливает дуновение остывшего ветра. Но чем глубже погружали иглу, тем сильнее меня бросало в жар. На лбу проступили капли пота. Она сказала смотреть на неё. Я – в кольце пламени. Смотреть на неё. Я горел. Смотреть на неё. Невыносимо… — Смотрите на меня! Мне в глаза! Голос он пробивался ко мне через огонь. Знакомый голос. Я тянулся к нему. Не было сомнений, что этому голосу стоит довериться: он обещал покой. Я очнулся на диване. От крика. — Кто он?! Антарес, что это всё значит?! Девчонка сжалась как затравленная школьница. Мысли затуманены. — Не орите. — старик и девчонка обернулись. Я смог встать. Тошнило. Мне не понравилось, что он разговаривает с ней на повышенных тонах. — Если вы читали газеты, то можете предположить, кто я. — Это невозможно! — ошарашено выдохнул старик. — Как видите возможно. — поскорей бы покончить с этим. Визит затянулся. Ноги подкашиваются. — И так теперь, когда все маски сняты, ответьте. Что со мной? Старик молчал, продолжая ошарашено хлопать седыми ресницами. — Ответь ему. — попросила девчонка. Что с её пальцами? Почему они опухли? — Отвечу–отвечу. — обреченно пробормотал целитель после недолгого молчания. А я вдруг понял, что он согласился помочь только, потому что должен девчонке. — Всё дело в крови, на который вы проводили ритуал. Я же правильно всё понимаю? — кивок. — Она отторгается из вашего организма, и более того борется с ним. Поэтому рана не заживает. По этой же причине вы слабы. Слаб… — Лечение? — Как такого лечения нет. Сейчас вам нельзя использовать никакие мощные заклинания. Наращивайте силу постепенно будто вы только начинаете учиться. Вероятно, через несколько дней у вас случится приступ, так как кровь врага сильна и сейчас она в расцвете своей борьбы. Справитесь с приступом — кровь сломается</i и <i>подчинится. Не справитесь – впадёте в кому. — Ясно. Уходим. — Позвольте нам несколько минут наедине. — обратился ко мне старик. Я повернулся к девчонке. — Я быстро. — пообещала она. — Ну хорошо. На улице сразу в лицо ударил холодный воздух. Стало немного легче. Лечения нет… Я не поверил старику. Всегда есть решение. Только лентяи и бездари не стремятся докопаться до сути! Ведь так просто прикрыться поверхностными фактами и ничего не делать. Но я не такой. Я верю в успех поиска, которому ты отдаёшься без остатка. Не знаю сколько прошло времени. Девчонка со стариком вышли. Она заплаканная. И испуганная. Что он ей такого сказал?! — Прошайте, мистер Прассетт! — Прощай, Антарес! Старик полный сознательной решимости посмотрел мне прямо в глаза. Я ухмыльнулся. Взмах палочки. — Обливиейт! *** — Зачем? — будничным тоном поинтересовалась девчонка, когда мы шли обратно к фестралу. — Он бы никому ничего не сказал. — Возможно ради вас. — пожал я плечами. — Но риск всё равно неоправдан. Мне хотелось спросить о чём старик с ней говорил, но я знал, что ответа не будет. К тому же я изрядно устал. Как и она. Домой мы возвращались в молчании. И я рад. Я слушал её тело. Даже на высоте вечной мерзлоты оно грело меня. И мне нравился этот тёплый голос.