Глава 9
29 мая 2022 г., 21:33
МАРКУС
Мы с Финном отправляемся в местную тюрьму, где держат Барнетта. Им не нравится перевозить потенциально опасных вампиров, поэтому мы поговорим с ним в хорошо охраняемой комнате с охраной-вампиром наготове. Хотя я здесь не в первый раз, это будет Финн. Он ведет себя так, будто ему все равно, подходит к стойке регистрации и улыбается вампиру.
— Привет, я детектив Хейс, а это детектив Черч. Мы здесь, чтобы увидеть Барнетта Адлера, — говорит он.
Женщина смотрит на него.
Он продолжает улыбаться.
— Простите, а вы кто? — спрашивает женщина, мгновенно соглашаясь с ним. Она вампир и явно не думает, что он должен быть вовлечен во все это. Очень многие из них получают превосходящее отношение лучше, чем все люди.
— Детектив Хейс, — говорит он.
— Да, а ты из какого отдела?
Финн играл в эту игру много раз, но это, кажется, никогда не останавливало его ни в малейшей степени. Он такой упрямый. «VRC», — говорит он, показывая ей свой значок.
— Ага…
Я проскальзываю рядом с Финн и смотрю на нее сверху вниз. Ее раздраженное отношение мгновенно сдуется, когда ее глаза опустятся.
— Какие-то проблемы? — Я рычу.
— Нет, сэр. Проходите, сэр.
С вампирами дело в том, что, хотя мы не можем мгновенно определить возраст друг друга по внешнему виду, мы понимаем, когда кто-то старше и требует большего уважения. Люди обычно уважают меня, потому что знают, что я могу заставить их уважать себя, если захочу.
— Я прошу прощения за ожидание; идите прямо. — Она машет нам рукой охраннику, который ведет нас к двери и ведет по безопасному коридору.
Финн смотрит на меня, и я знаю, что это из-за того, как я обращался с женщиной, но меня так раздражают люди, пытающиеся запугать его.
— Прости, — бормочу я.
Он качает головой.
— Тебе не нужно извиняться. Она собиралась издеваться надо мной, что бы я ни сказал, так что спасибо.
— Если бы она знала тебя, то вела бы себя по-другому.
Он пожимает плечами.
— Ну что ж. Просто в следующий раз, если ты собираешься это сделать, объяви, что я твой.
Я фыркаю, когда нас ведут в комнату, где уже ждет Барнетт. У него самодовольное выражение лица, когда он видит нас, как будто у него есть секрет, которую знает только он. Такой человек уже знает, что не собирается нам ничего облегчать.
— Мистер. Адлер, — говорю я, садясь. — Готовы поговорить?
— Мне нечего особо сказать, детектив. Чего бы вы хотели? — Он одаривает меня улыбкой, полной клыков. Затем он смотрит на Финна. — Ой! Ты принес мне ужин. Как мило с твоей стороны.
Финн садится, явно равнодушный к глупости этого человека. Неудовлетворенный этим, вампир бросается на Финна. Хотя мужчина прикован цепью и не может приблизиться, он все еще пытается заставить Финна нервничать.
Когда Финн даже не вздрагивает, Барнетт хмурится на него.
— Расскажи нам о Тоне Эверест, — говорит Финн.
— Посмотри, какой ты милый. Бьюсь об заклад, ты был бы так же хорош на вкус, как и выглядишь.
Я хлопаю ладонью по столу, раздраженный тем, что этот кусок дерьма думает, что может разговаривать так с Финном.
— Слушай сюда, — рычу я, и моя аура затуманивает комнату. Хотя это не заставит его говорить, это заставит его бояться меня. Он рычит на меня, отклоняясь, как будто пытается отодвинуться от меня как можно дальше. — Ты относишься ко мне или моему партнеру с уважением. Ты ответишь на несколько вопросов. — Я смотрю на Финна, который кивает.
— Расскажи нам о Тоне Эверест, — снова просит он.
— Что, черт возьми, ты хочешь знать о ней? Она мертва.
— Ты убил ее?
Барнетт оскаливает нас своими клыками.
— Да. И что вы собираетесь с этим делать?
— Почему ты убил ее? — спрашивает Финн.
— Потому что я этого хотел. Я похитил ее хорошенькую попку и убил ее. Я бы сделал то же самое с тобой. Счастлив?
— Как ты ее убил? — спрашивает Финн.
— Ты уже знаешь, как. Отъебись.
Финна это не смущает.
— Зачем ты посадил ее на мостик?
— Я думал, что она будет хорошо смотреться там, наверху, понимаешь? Я не думал, что она упадет.
— А как же Перес? Ты его тоже убил?
— Отвали. Разве я не поэтому здесь? Какое-то дерьмо о моей ДНК под его ногтями? Что ты получишь, спрашивая меня о вещах, которые ты уже знаешь?
Мы продолжаем с ним разговаривать, но он отказывается дать нам какое-либо представление о том, почему он выбрал ее, почему он это сделал или где он это сделал. Через некоторое время он просто начинает говорить: — Я уже говорил тебе, что, черт возьми, сделал это, тебе действительно нужно знать больше?
Когда мы с Финном идем к машине, я замечаю, что он выглядит очень задумчивым. Он молод, но умен и довольно хорошо умеет читать язык тела.
Финн смотрит на меня.
— Ну, разве он не огромный лжец?
— Думаешь? — Я спрашиваю.
Финн обращает внимание на меня.
— А ты нет?
— О, я знаю, что он лжет. Я просто не уверен, насколько. Мы знаем, что он убил детектива Переса. Он признал это, и у нас есть его ДНК, но почему он выбрал Тоню Эверест? Почему он поместил ее туда? Он не ответил на множество вопросов, и я сомневаюсь, что он ответит. Впрочем, мы с этим разберемся.
Финн кивает.
— Я согласен. — Мы молчим, когда проходим мимо дамы, которой не слишком понравилась внешность Финна, и направляемся к машине. — Эй, МакБити, я когда-нибудь говорил тебе, как это сексуально, когда ты раздражаешься из-за того, что люди меня ненавидят?
Я смотрю на него.
— Они не должны меня раздражать.
— Самое смешное, что ты был точно таким же, как они, а теперь… теперь ты другой человек.
Я пытаюсь сделать вид, что он ничего не сказал, потому что не хочу признавать, что когда-то я мог немного усложнить ему жизнь. Я имею в виду, тогда он был особенно надоедливым, и я уверен, что он это заслужил.
— Маркус?
— Да, любовь моя.
Ухмылка озаряет лицо Финна.
— Не прикидывайся. Ты знаешь, о чем я говорю и спрашиваю.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — говорю я.
Он щиплет меня за бок.
— Лжец! Все знают, что ты лжец!
— Нет, все верят мне, а не крошечному получеловеку.
— Ты снова смеешься над моим ростом? И какая же у меня вторая половина?
— Чихуахуа.
Финн вскидывает голову.
— Я запомню это в следующий раз, когда ты захочешь от меня чего-нибудь сексуального. Нет больше сексуальности. Сексуальность получеловека уплыла. Она не вернется.
— Я не беспокоюсь. Она вернется.
— Нет, я просто сказал, что она никогда не вернется.
— Она уже возвращается.
Он начинает смеяться, садясь в машину.
— Пойдем.
