Ist krank.

      Завтрашний день нарушил обещание быть лучше, чем сегодняшний, ещё утром: Бенно ушёл.       Непонятно, чего Михи ожидал от подобранного на трассе незнакомца, но как минимум надеялся на то, что, отдохнув как следует, они хотя бы поговорят. Но нет — парень проснулся от грохота входной двери и в голове было только то, как Аксель уходит на работу. Где-то на периферии сознания крутилась мысль о том, что двери за собой хозяин квартиры закрывает достаточно тихо, чтобы не разбудить друга.       Так светловолосый уснул вновь и пришёл в себя только в обед. Организм знатно страдал от вчерашних нагрузок: безумно хотелось есть, мучила жажда. Но значительный прилив энергии после длительного сна компенсировал собой почти всё; Михи и дальше бы беззаботно валялся, но вдруг вспомнилась входная дверь и собственные мысли, блуждающие в момент хлопка в сонной голове. Подорвавшись с дивана, парень врезался взглядом в пустой матрас. На всякий случай проверил постель Акселя, но и та оказалась пуста. Дома всё как обычно: ни души и ни следа от чужого пребывания.       От чего-то стало грустно, и светловолосый вернулся в положение лёжа; уставился в потолок, рефлексируя. Он не помнил, когда в последний раз испытывал печаль, печаль из-за людей. Начинали рушиться все шаблоны, посетило ощущение, словно только сейчас Михи начал разбираться в себе, а не определился до этого тысячу раз, кем является для себя и остальных. Странные эмоции, максимально странные. Он их не понимает.

***

      Полдня, с одним только перерывом на еду, Михи провалялся на диване. Крайне редко он оставался один на один с собой вот так: в тишине, когда ничем не занимался и никуда не шёл, был трезв. Время от времени это случалось перед сном. В такие моменты понимаешь, что внутри тебя совершенно пусто.       Собственные мысли, кажется, вот-вот сожрут и даже плевать в потрескавшийся потолок изрядно надоело. Надо было сделать хоть что-то, а потому парень решил-таки выбраться из четырёх стен на воздух. Без Саунда и таблеток — просто пошататься по улицам, выпить пива, покататься на метро, а то и встретить какого-нибудь знакомого. Всё это, казалось, скрасит скучные часы, что светловолосый сейчас коротал в одиночестве.       С трудом Михо поднял затёкшее тело с продавленного дивана и принялся меланхолично собираться. Натянув куртку, сразу сунул руку во внутренний карман — бумажник на месте, деньги, что Аксель делил с другом напополам, тоже. Стало как-то неуютно из-за собственных же действий. Михи никогда не доверял людям, но вчера сам привёл Бенно в квартиру и посчитал его неплохим парнем. От осознания того, что Аксель всецело и безвозмездно содержит светловолосого, словно собственного ребёнка, тоже стыдно. Теперь парень чувствовал себя полнейшим дерьмом и какой же радостью было то, что никто об этом не знал.       А на улице оказалось неожиданно жарко по сравнению с холодной квартирой, и Михи уже наметил себе маршрут к ближайшему ларьку. В нём он затарился несколькими бутылочками хмельного из холодильника и сигаретами; пустился в путь, в сторону станции. На прохожих, всё снующих туда-сюда, светловолосый старался не смотреть: ближе к Zoo одни разукрашенные шлюхи да костюмы со своими чемоданчиками в дорогих машинах. Везде и всюду сплошная гадость и грязь. Отпив горького пива, от которого хотелось только плеваться, парень прошёл в здание вокзала.       Внутри перед ним предстала та же картина, что и снаружи, только людей ещё больше и выглядят они хуже. Тут много игловых, снимаются молодые парни и совсем ещё юные девочки; у каждого своя нужда и никто им не поможет. Погружённый в размышления, светловолосый выкинул уже пустую бутылку в переполненную мусорку и остановился отдохнуть у ближайшей из колонн. Каждый мужчина, проходящий мимо, автоматически воспринимал его как товар, пусть никакой причастности к панели Михи не имел и иметь не хотел.       Перед глазами вдруг возник отделившийся от общей массы низкий, неприглядный старик в потрёпанном костюме и с толстым кожаным портфелем в руках. Пригладив усы, он спросил быстро и вкрадчиво:       — Сколько берёшь? — парень молча сверлил старика взглядом, но тот даже не думал отставать. — Гера у меня тоже есть, — мужчина произнёс это так, словно такому выгодному предложению отказать не мог никто. Мерзость, но это правда. Михи ненавидел игловых за их слабости, и единственным, с кем из них он общался, по иронии судьбы был именно Аксель. Но на дозу тому, к счастью или к сожалению, хватало всегда.       — Пошёл нахуй, грязный ублюдок, — настроение и без того было паршивое, так что в выражениях парень не стеснялся. Сплюнув под ноги, он пошёл прочь — дальше по Zoo — оставив ошеломлённого старика позади.       А в пакете оставалась еще одна наполненная пивом бутыль. Стоило бы закончить с ней до того, как напиток превратится в тёплое, растерявшее весь вкус пойло, так что Михи нашёл себе новое место — узенькую скамью. Длинной линией она простиралась от одной стены станции к другой; светловолосый занял ближайшую её часть, усевшись между прилично выглядящей женщиной, ждущей свой состав, и парнем, ждущим своего клиента. Крышка бутылки, откупорившись о поверхность скамьи, отлетела в неизвестном направлении; содержимое сосуда смочило горло; ощущалось лёгкое опьянение. Михи тут же закурил, и запах дыма напомнил о вчерашнем дне, о Бенно. Если он где-то здесь? Станция Zoo среди бедной молодёжи очень популярна, а то, что юноша тоже снимался, было одним из более вероятных предположений о нём. Но ради чего? Теперь интерес загорелся сам собой и отпускать не хотел. В жизни парня явно не хватало места кому-то ещё.       Светловолосый ещё с пару минут оглядывал соседа по скамье, раздумывая над тем, сможет ли тот ответить на его вопрос. Докурив, он всё-таки решился попробовать:       — Эй, парень, — тот молча повернул голову в сторону говорящего. — Я ищу Бенно. Не знаешь, где он может быть? — выпалил Михи, желая испытать удачу, но, кажется, незнакомец расчитывал на что-то другое — на клиента и деньги.       — Он внизу, — но, как бы то ни было, он всё же неопределённо кивнул в пол, словно болванчик.       Идея покататься в поезде отсеклась сама собой. Пиво быстро кончилось и Михи просто встал и пошёл в указанное место. Он не знал, что чувствовать по поводу Бенно. Сейчас парня тянуло только встретиться с ним вновь.

***

      Увиденное вовсе не обрадовало. Светловолосый оказался под вокзалом, там, где обычному человеку места не было. Повсеместно грязь и скверный запах — это однозначно самое отвратное место Zoo, если не брать в расчёт туалеты. Каждый здесь наркоман; много не лучшего вида девушек и юношей, расположившись кто где, ожидали клиентов. Взглядом Михи тут же выцепил того, кого искал: Бенно стоял у стены и отчуждённо смотрел в пол. На лицо он выглядел не сильно лучше вчерашнего, ибо раны не могли исчезнуть так быстро, но утренний душ и нормального состояния одежда порядком сглаживали ситуацию.       Пока светловолосый не приближался. Возможно ждал, пока брюнет сам его заметит, но тот не спешил поднимать взгляд; по-странному вынул из кармана куртки пачку сигарет, а уже из неё — «сворованную» у Михи зажигалку. И пока Бенно не спрятал всё это добро обратно, парень оказался прямо перед ним. Не церемонясь, он ловко выудил из открытой коробочки в чужих руках сигарету и подкурил от одного огня с юношей, пока тот ещё не успел уловить сути происходящего. Часто курить начинало переходить в привычку. Только огонёк жёлтой зажигалки потух, как светловолосый перехватил её себе.       — Забыл забрать, — так объяснил он своё внезапное появление и наглую выходку. Брюнет подавился дымом, но явно не от смеха.       Только сейчас Михи заметил, как сильно трясло юношу, как капельки пота, струясь, стекали по его лицу. И снова в него вцепились эти расширенные зрачки; взгляд дикого зверька. Впервые, наверное, светловолосый отвёл глаза от собеседника из-за ощущения давления. Неуютно.       — Ты болен, — неуверенно произнёс он; словно обман, в который нужно поверить. На это Бенно, отвернувшись в другую сторону, лишь как-то обречённо помотал головой.       Хотелось сказать что-то ещё, разговорить брюнета, но к ним вдруг приблизился очередной незнакомец: кожанка, крупное телосложение. На него юноша глянул с интересом, окружающие же смотрели с завистью и жаждой.       — Пойдём, — только и бросил мужик, прежде чем направиться в обратном направлении, к машине. Бенно откинул окурок в сторону и уже хотел покорно последовать за клиентом, как был бесцеремонно остановлен чужим плечом, им же и оказался пригвоздён к стене.       — Он уже идёт, — Михи затянулся в своей вальяжной манере. Незнакомец, остановившись, развернулся и всё его внимание разом перешло на говорящего, — со мной, — пришлось ухватить юношу за запястье — тот пытался вяло выбраться из-под давления чужого тела. Мужик, улыбнувшись, недоверчиво хмыкнул:       — И сколько даёшь? — с подобным светловолосый дела никогда не имел, так что первое, что пришло ему на ум ‐ 120 марок. Именно столько у парня было в кошельке и именно такую сумму назвал он незнакомцу, словно они на торгах. Но тот сдался быстро. Пройдясь оценивающим взглядом по «товару» — Михи не нравилась эта анология — клиент констатировал: — Дорого, — это было единственное, что он сказал перед тем, как уйти восвояси.       — Какого хрена ты творишь?! — взвыл Бенно и светловолосый этого ожидал. — Я торчу здесь уже дохрена времени и ничего, — казалось, что тот либо вот-вот расплачется, либо накинется на парня с кулаками, но ничего из этого не происходило; ослабшее тело скатилось вниз по стене, а запястье неизменно сжимала чужая рука. Михи хотелось резко возразить, но брюнет заговорил вновь: — мне доза нужна, — после этой фразы всё стало предельно понятно.       Теперь светловолосый ощущал то-ли неясной природы разочарование, то-ли злобу. Кажется, этот коктейль назывался обидой. На какое-то мгновение парень почувствовал себя по-настоящему обиженным ребёнком; Бенно творил с Михи что-то необыкновенное, заставляя ощущать подобное.       Теперь оба выглядели настолько беззащитно, что становилось не по себе. И, с одной стороны, эти чувства всегда казались светловолосому такими глупыми, а с другой — ему пора было уже признаться самому себе в том, что он, как и все, просто человек.       — Валим отсюда, — Михи отбросил истлевшый бычок, как собственные мысли, и поднял юношу в положение стоя. Но, чтобы заставить того идти, пришлось с неохотой добавить: — найду для тебя… что-нибудь… — парень едва-ли ободряюще похлопал брюнету по спине и взял направление к ближайшей точке наркоторговли.       Обхватив руками собственные плечи, Бенно двинулся вслед за своим спутником — других вариантов у него не оставалось.