Фотограф

— Спасибо, очень вкусно, — с набитым ртом пытается выговорить Чимин, жадно глотая горячий рис с острой свининой. Кто бы мог подумать, что веселая и милая девчушка-соседка вырастет в красавицу и великолепную хозяйку! Хотя… Еще с раннего детства было понятно, что внешность Саны очень привлекательная. Мамочки-соседки наперебой нахваливали ее красоту, иногда завидуя ее матери, местные мальчишки сворачивали шеи, а девчонки перешептывались между собой завистливо обсуждая. И лишь сама Сана удивлялась всему этому, считая себя совершенно обыкновенной и ничем не примечательной. Однако все эти свернутые шеи и сплетни прекращались, стоило только показаться на горизонте подтянутой фигуре соседа. Он занимался единоборствами, поэтому к подростковому возрасту имел слаженную рельефную фигуру и уверенный взгляд. Он никогда не пугал назойливых школьников, просто шел следом за Саной что в школу, что из нее, держась на расстоянии нескольких метров. Он прекрасно понимал, что у девочки нет никакого защитника, ведь ни брата, ни отца у нее не было, поэтому решил им стать. Никто его об этом не просил, он сам сделал этот выбор. Сана часто спрашивала его, почему он ходит за ней по пятам, а тот лишь отвечал, что они живут в соседних домах и им по пути. Возможно она и верила бы в его россказни, если бы однажды он не бросился в драку без раздумья, когда завернув за угол, застал Сану, прижатой к стене каким-то верзилой, требующим у нее деньги. С тех пор Чимин стал ходить с ней рядом, иногда неся ее рюкзак, а один раз и ее саму, когда она подвернула ногу. Утром слонялся под окнами ее дома, ожидая когда же она выйдет в школу. А вечером протирал штаны на лавке, дожидаясь окончания кружка по рисованию, а затем, забросив ее домой, стремглав несся на тренировку. Возможно через некоторое время Чимин бы понял, что его забота переросла в нечто большее — в чувства, которые невозможно скрыть. Но обстоятельства его жизни закрутились так, что он был вынужден переехать. С переездом Чимин потерял близкий контакт с Саной, окончив школу и поступив в полицейскую академию, он лишь иногда звонил и поздравлял с днем рождения и праздниками. Работа и вовсе поглотила его свободное время. Звонок матери Саны вырвал Пака из водоворота рутины. «Сана хочет поступать в университет. Присмотришь за ней?» — слова, которые освежили память Чимина и заставили поволноваться. Конечно он был не против помочь, но у него были и свои проблемы. Дед чудил с каждым днем все больше, он стал словно маленький капризный ребенок, за которым нужен глаз да глаз, а тут Чимину подсовывают еще одного. Ну по крайней мере он так думал, пока не увидел Сану, стоящую на вокзале с небольшим чемоданом возле ног. Если бы она не сказала, где точно его ждет и что на ней одето, он бы с трудом смог ее узнать. Маленький мышонок, вечно бегающий за ним хвостиком, превратился в прекрасную девушку с точеной фигуркой и невероятно светлым и милым личиком. Пак даже неожиданно накопившуюся слюну сглотнул прежде чем подойти поближе. Но уже через несколько минут понял, что Сана изменилась лишь внешне, внутри она все такая же милая, веселая и невероятно добрая малышка. Глупый мышонок! Пак никак не ожидал, что именно этот мышонок сможет укротить нрав его деда и привести его разум в более или менее системное состояние. Заходя в комнату деда, Чимин всегда поражался, сколько работы проделывала Сана, чтобы помочь старику не потерять ход событий, помнить о важном и не чувствовать себя ущербным. Тысячи маленьких заметок и напоминалок, забавные картинки и еще куча прочей мелочи, показывающей заботу и внимание. Да и сам Чимин испытывал на себе ее опеку: выстиранная и выглаженная одежда, вовремя замененное постельное белье, вкусная еда. Все, что могла отдать Сана, она отдавала им без остатка. Чимин прекрасно все понимал, но гнал эти мысли. Не хотел втягивать в свою рутинную жизни еще и этот островок счастья, полагая, что она достойно лучшего кандидата. Зато Сана так не считала. С момента отъезда Чимина, она осознала, что именно испытывала к соседскому мальчишке. А оказавшись опять рядом, старалась изо всех сил облегчить его жизнь. — Я рада, что тебе нравится, оппа, — улыбается Сана, наблюдая как Чимин жадно пьет свежеприготовленный сок. — Ты волшебница, — откидывается на спинку стула и прикрывает глаза, не замечая как вспыхивают алым щечки девчушки от смущения. После сытного обеда полагается поспать, но… — Ложись на диван, — подходит ближе и помогает подняться уже растекшемуся по стулу от теплоты помещения и вкусной еды Чимину. — Нет, — мотает он головой, но поднять себя позволяет. — Если усну, потом не смогу быстро соображать. — А если не поспишь, уснешь за рулем, — предостерегает девушка. Права! Как всегда права! — Я принесу плед, — убирает подушку из-под спины, позволяя удобнее устроиться за узком диване. Чимин прикрывает глаза и улыбается. Как же приятно оказаться дома, помыться, поесть и хоть немного поспать. Кстати о поспать! Сана спала? — Вот, — расправляет плед и укрывает спину, на которой задралась футболка. — Ты сама спала? — приоткрывает один глаз Пак. Сана отводит взгляд, пряча глаза. У нее нет сейчас на это времени. Надо еще помыть посуду, прибрать кухню после готовки, а затем сделать несколько тестов. — Опять? — хмурится Чимин. Эта единственная причина, по которой он может сердиться на Сану. Она не жалеет себя, загоняя в чудовищные рамки, от которых потом страдает ее здоровье, причиняя головную боль. Он хватает ее за запястье и вынуждает сесть рядом на диван. Двигается немного назад, максимально вжимаясь в спинку, и тянет Сану на себя, заставляя лечь рядом. Она пыхтит, сопротивляясь и краснея словно мак, но Пак неумолим. Молча обнимает ее со спины, придвигая поближе, чтобы не упала, и накрывает пледом их обоих. И думает о том, что сейчас они похожи на милых цыплят-школьников, которые вот так же в обнимку спят в своей больничной палате. — Оппа, — хнычет Сана, все еще пытаясь избавиться от чугунных тисков его рук. — Просто поспи, — утыкается носом в мягкие волосы, пахнущие нежным ароматов цветов. И Сана засыпает буквально через пару минут, тихо посапывая на руке Чимина. Пак же осторожно целует ее в затылок и закрывает глаза. — Ну наконец-то, — улыбается дед, заходя в гостиную. Его любимые внуки тесно прижавшись друг к другу спят на узком диване с блаженными улыбками на лице. — Я уж думал помру и не дождусь, — вздыхает он, усаживаясь в кресло возле окна. Шуршит газетой, перелистывая страницы и хмурится, услышав навязчивый звук вибрирующего телефона. Ни и кто смеет будить его деточек? — Ммм, — стонет Чимин, шаря свободной рукой по подлокотнику. Он с трудом открывает один глаз и смотрит на экран. Это все лишь будильник, который он завел на случай, если отключится. Пак проводит пальцем по экрану и откладывает аппарат, переводит взгляд на Сану и улыбается. Такая милашка! Затем наклоняется и оставляет практически невесомый поцелуй на щеке девушки. — И долго ты будешь прятаться от нее? — тихо спрашивает дед, от чего Чимин буквально подпрыгивает на месте. Ну разве можно так пугать! — Дед, — недовольно шепчет Пак, — напугал, блин! — Оппа? — возится в руках Пака Сана, а Чимин машет свободной рукой старику, пытаясь показать, чтобы он вышел из комнаты. Тот тепло улыбается и шаркает тапками к себе. Дурачок! Его внук — дурачок! — Оппа, — окончательно просыпается Сана, открывая глаза. — Я здесь, — шепчет Пак, не хочет нарушать эту теплую атмосферу громкими звуками. — Как ты спала? — Хорошо, — смущенно отвечает девчушка, тут же пряча пылающие щеки за ладошками. — Вот и замечательно, — улыбается Пак. Ему хочется прижать ее посильнее и не выпускать из своих рук еще хотя бы пару часов, но работа тянет за собой словно на аркане. — Мне надо бежать в участок, — грустно шепчет Чимин, чувствуя как тут же начинает шевелиться Сана, поднимаясь со своего места. Детектив до боли хочет вернуть ее тепло и ее саму к себе под бок, от позволяет ей подняться. — Покушаешь? — оборачивается и смотрит на разомлевшего после сна Чимина. Такой красивый! Сана даже дышать забывает, рассматривая его крепкую шею и проступающие через тонкую ткань футболки мышцы, чувствует, что тело словно завороженное само тянется занять свое прежнее место, но одергивает себя и встает на ноги. — Нет, сразу пойду, — отвечает Пак, поднимаясь на ноги следом. — Не жди меня и ложись спать пораньше, — наставляет он, отправляясь в прихожую. Натягивает куртку, обувает кроссовки и поднимает взгляд. Сана такая притягательная сейчас! Ее волосы немного растрепались ото сна, на щечке остался розовый след от руки Чимина, а глазки немного заспаны и припухли. Точно мышонок! Так и хочется схватить поскорее и утащить подальше! Чимин даже шаг вперед делает, но во время осекается и буквально сбегает из дома. Он так долго не продержится! Работа идет полным ходом, допросы, бумаги сменяют друг друга, а Чимин не может сосредоточиться. Ни на чем! Ни на чем, кроме личика Саны, которое всплывает в памяти каждые полминуты. Он даже головой к поверхности стола прикладывается, чтобы хоть немного сбить это наваждение, но тщетно. — Кофе? — подходит одна из сотрудниц, протягивая баночку с напитком. Детектив поднимает взгляд и морщится. Не Сана! — Сонбэ, ты в порядке? — удивляется девушка. Она еще ни разу не видела его таким… Даже слов невозможно подобрать, чтобы описать состояние Чимина. — Я в норме, просто немного устал, — отмахивается Пак. — Спасибо за предложение, но я не хочу кофе, — улыбается через силу и провожает взглядом удаляющуюся сотрудницу. В норме? О какой норме идет речь? Чимин совсем не в норме. Далеко не в норме. Его раздирают противоречивые чувства с каждым часов все сильнее, поэтому он с трудом может контролировать их ход, да и происходящее вокруг тоже не поддается контролю. Увидев сегодня светящиеся лицо старшего рядом Мунбёль, Чимин готов сдаться. Готов упасть к ногам своего глупого мышонка и умолять остаться с ним навсегда. Но он боится. Боится, что заставит страдать этого маленького ангела, боится обделить вниманием и любовью, погрузившись в работу, боится потерять это трепетное чувство, которое заставляет сердце биться быстрее, а глаза гореть ярче!