Фотограф

— Юн~и, — тихий голос Мунбёль раздается над ухом Мина так неожиданно, что он моментально принимает сидячее положение. — Прости, — шепчет она, — не хотела тебя напугать. Юнги озирается по сторонам и понимает, что отключился прямо на кухне Мунбёль после ужина. Вчерашнюю ночь он провел в доме Чимина, присматривая за дедом, который несколько раз просыпался и волновался о внуках. Днем Юнги захватила работа, а вот вечер он надеялся провести в компании своих любимых девочек, но видимо организм решил отдохнуть. Приготовив ужин и съев его вместе с Бёль и Ёнсо, Юнги лишь на пару минут прикрыл глаза, пока Мунбёль возилась с посудой, но вот уже прошло пару часов. — Бёль, — стонет Мин, поворачивая затекшую шею. — Прости, я даже не заметил, как отключился. — Все в порядке, Юн~и, — подходит со спины и разминаем окаменевшие мышцы. Юнги прикрывает глаза, наслаждаясь такими необходимыми прикосновениями. Женские пальчики аккуратно приходятся по плечам, а затем разминают более глубокие слои. — Ммм, — мычит от удовольствия. — У тебя волшебные руки, Мунбёль. Юнги хочет добавить, что было бы великолепно размять не только плечи, но другие части его тела, но вовремя замечает краем глаза Ёнсо, которая выходит из своей комнаты. Он подается вперед, нехотя выбираясь из-под рук любимой женщины. — Голубки, я ушла, — улыбается младшая, заставляя старших немного опешить. — Эй, мелочь! Совсем страх потеряла? — кидает ей Мин. — Стоп! — опомнившись, встает со своего места. — Куда собралась? Ты время видела? — К Тэхёну в больницу, — отвечает Ён. — Я отвезу, — тут же отзывается старший. — Одна не пойдешь! — немного резко произносит Мин, замолкая и наблюдая за реакцией. — Хорошо, — без лишних нареканий соглашается Ёль. Юнги все еще не может привыкнуть, что его неугомонная сестричка в одночасье повзрослела и соглашается со всеми его доводами и предложениями. Юнги конечно нравится, что она не канючит как раньше, но все же не может свыкнуться с мыслью, что его малышка Ён~а так быстро повзрослела. Мунбёль провожает любимых, грустно вздыхая. Она ни на минуту не перестает беспокоиться за дочь, которая сутками находится возле медленно, но все же восстанавливающегося Тэхёна. Но не меньше она беспокоиться и за Юнги, мало того, что зарывшегося с головой в расследование, так еще и помогающего Чимину. Мин первым делом рассказал о проблемах Пака и извинился, что не смог прийти на ужин вчера, как обещал. — Ты там на всю ночь? — открывая дверь машины сестре, интересуется Мин. Ёнсо кивает в ответ. — Как он? — По разному, — честно признается младшая. — Днем держится молодцом, но ночью его мучают кошмары. — А ты как спишь? — тут же интересуется Мин. — После того раза, — мнется Ён, — я не спала одна. Только рядом с Тэ, — отводит взгляд, теребя пальцы. Брат и мама единственные люди, с которыми она не боится обсуждать произошедшее. Ёнсо прекрасно знает, они поймут и поддержат в любом случае. Ведь сами прошли не легкий жизненный путь и могут оценить важность моментов. Юнги хмурит брови и понимает, что сон сестры может оказаться проблемой. Но он молчит, позволяя ей восстановить душевное равновесие после перенесенного стресса. И не беда, что для этого нужно спать в одной постеле с парнем и ночевать в больничной палате. Все это такие мелочи по сравнению с ее жизнью. — Оппа, наконец размыкает губы Ёнсо. — Мама сказала, что вы хотите переехать, — сердце Юнги замирает в ожидании отказа младшей сменить место жительства. — Можно я выберу район? — переводит взгляд на старшего. Он такой сосредоточенный, руки напряжены, а взгляд ловит любое движение снаружи. Он расстроен? Не хочет? Ёнсо теряется в догадках, рассматривая старшего. — Если хочешь, можешь посмотреть что-то рядом с Тэхёном и Чонгуком, — озвучивает Юнги идею Чимина, поворачиваясь к ней на светофоре. Лицо девчушки тут же украшает такая искренняя улыбка, что Юнги не может удержать свою, улыбаясь в ответ. Он безумно рад видеть ее на личике сестрички. — Оппа, — обнимает брата и целует в щеку. — Ты у меня самый лучший! Я тебя так сильно люблю! — Эй, эй, задушишь, — смеется Мин, уворачиваясь от цепких лапок младшей. — Я тоже тебя люблю, мелкая! Больше всего на свете. — Больше чем маму? — хитро прищуривает глаза девчонка. — Одинаково сильно, — усмехается Мин ее нехитрой затее с проверкой значимости. — Но по разному. — Это из-за нее у тебя была депрессия? — неожиданно переводит тему Ёнсо. А точнее она думает, что тема то как раз продолжается, ведь это проблема непосредственно связана с Мунбёль. — Не из-за нее, а из-за моих чувств к ней, — уточняет Мин. Сейчас он довольно смело может говорить на эту тему, практически не стесняясь своего прошлого. Его это откровенно радует. Он видит в Ёнсо человека, способного понять его боль и переживания, хотя раньше считал ее ребенком, не способным разобраться в чувствах взрослых. Однако понаблюдав за ее поведением рядом с ребятами, Юнги убеждается в ее зрелом видении проблем. — Было больно? — тише спрашивает Ёнсо. — Очень, — честно признается Мин. — Сейчас лучше? — заглядывает в глаза сестра. — Несравненно, — кивает Мин, улыбаясь в ответ. Эта по-детски милая улыбка, открывающая ровный ряд небольших зубов и частично десну, радует Ёнсо не меньше, чем Мунбёль. Ведь Юнги так редко улыбался за последние годы. — Малышка, — берет за ладошку и сжимает в своей, — не держи в себе свои переживания и боль. Если тебе нужно поговорить, выплеснуть эмоции, нужна поддержки или просто жилетка, чтобы поплакаться, ты можешь смело на меня рассчитывать. Запомни, я всегда на твоей стороне. Я поддержу и помогу, — подносит ладошку к губам и оставляет поцелуй на тыльной стороне. — Ты тоже, оппа, — на полном серьезе отвечает подросток. — Если вдруг ты почувствуешь, что тебе надо поговорить о маме, можешь прийти ко мне. Я знаю некоторые ее секреты, которые раскрою тебе за вкусный обед или ужин, — переводит все в шутку, но Юнги прекрасно видит по ее мимике, что она абсолютно серьезна. — Ловлю тебя на слове, — кивает он и останавливается возле клиники. — Провожу тебя, — заявляет он, не давая шанса возразить. Они вместе покидают транспорт и направляются в палату Тэхёна. Парень встречает их сидя на кровати в обнимку с забавной подушкой в виде головы мультяшного героя из комнаты Ёнсо, уткнувшись в нее носом. Он часто вдыхает запах, который исходит от велюровой поверхности, явно пахнущей духами Ёль. Юнги умиляется такой заботе со стороны сестры. Он приветственно машет парнишке рукой, а тот кланяется в ответ, насколько позволяет его положение. А вот сама Ён бесцеремонно сбрасывает обувь и забирается на кровать, усаживаясь рядом с одноклассником, обнимает осторожно и прижимается щекой к его плечу. — Привет, Тэхён~и, как самочувствие? — поднимает взгляд и рассматривает лицо парня. Хмурится, замечая покрасневшие глаза. — Ты плакал? — Нет, — слишком быстро отвечает тот и отводит взгляд. Юнги смотрит на часы и понимает, что пора уходить. Он был бы рад поболтать со спасителем своей сестры, но неотложные дела ждут его. — Присмотри тут за моим сокровищем, — улыбается он Тэхёну. Тот кивает в ответ. — Она милая, но иногда бывает немного назойливой, — усмехается Мин, замечая недовольную мордашку сестры, и выходит из палаты. Юнги очень рад, что Тэ оказался именно таким. Таким открытым, добродушным, заботливым и таким смелым. Именно его отчаянные действия по ограждению Ёнсо от ударов похитителя спасли её жизнь. Юнги уверен, что если бы их получила сама Ёнсо, она бы либо осталась инвалидом на всю жизнь, либо… Либо ее бы просто сейчас не было с ними. Юнги благодарен и Тэхёну и Чонгуку. Он поблагодарил их в первый день пребывания в клинике. Просто зашел в палату и встал на колени, сделав низкий поклон со словами благодарности. Он не мог выразить все переполняющие его эмоции словами, поэтому действовал именно так. — Я еду к тебе, — немного уставший голос сонбэ подталкивает Пака в ускорению. Чимин суетиться по дому, собирая необходимые вещи для Саны в больницу. Еще ему нужно заехать в ее любимое кафе и прихватить что-нибудь вкусненькое, чтобы поднять настроение. А еще фрукты! Обязательно! Пак забивает список покупок в телефон и оборачивается. Дед стоит в центре гостиной, уставившись в темное окно. — Дед, ты чего? — подходит со спины и осторожно обнимает, опуская подбородок на плечо старику. — Поедешь к внучке? — не отрывая взгляда, спрашивает мужчина. Чимин мычит в ответ. — Я постараюсь поскорее заснуть, чтобы вы не волновались за меня, — бормочет старик. Ему ужасно неудобно перед детьми, что из-за своей болезни он частенько не может обслужить себя сам, теряется во времени и пространстве. — Не волнуйся, — целует его в плечо Чимин, — сейчас приедет Юнги-хён, он присмотрит за тобой. — Зачем? — возражает старший. — Не надо было. У него своя семья наверное есть, — не помнит точно говорили ли о наличие семьи у друга Чимина. — Все хорошо, он сам настаивает на этой помощи, — успокаивает его Пак. — Не смотря на то, что нас сблизила трагедия, я рад, что мы подружились. Он хоть и пытается казаться колючим ежом, в душе очень добрый и безгранично заботливый. Лучшего друга и не пожелаешь, — улыбается Чимин, вспоминая недовольную физиономию старшего, когда Пак лезет с благодарностью или объятиями. Юнги не самый тактильный товарищ, но в скромной мере может проявлять эту самую тактильность в момент необходимой поддержки. Он не бросится с открытыми объятиями, лишь осторожно прикоснется кончиками длинных пальцев, проведет по руке или ноге, давая понять, что он рядом и, что на него можно рассчитывать. Чимина всегда умиляет такая скромность, можно даже сказать стеснительность старшего. — Это он? — спрашивает дед, когда раздается звонок в дверь. — Думаю, да, — спешит ко входу Чимин, распахивая входную дверь. — Хён? — удивленно рассматривает Мина, с огромными пакетами. — Что это? — отступает назад, позволяя старшему зайти внутрь. — Будущий ужин, — усмехается Юнги. — Не убегай, сейчас быстро приготовим и возьмешь для Саны. Он сбрасывает обувь и спешит на кухню, словно у себя дома, кланяется деду, заметив того у окна гостинной и выгружает пакеты. Следующие минут сорок проходят в распоряжениях Чимину, грохоте посуды и хлопотах вокруг плиты. — Хён, можешь научить меня готовить так же? — пробует горячее блюдо Пак. — Вкусно! Очень! — Без проблем, — отзывается Мин, с улыбкой наблюдая за довольной физиономией младшего. — Я напишу тебе список продуктов и порядок действий. Ты справишься, — похлопывает по плечу донсэна. — Давай соберем еду для Саны и дуй в клинику, — командует Юнги, параллельно накладывая ароматную пищу на тарелку для деда. Пак достает контейнер с верхней полки и подставляет его под руку старшего, а сам несется в свою комнату, чтобы переодеться. Копается там минут пятнадцать, крутясь перед зеркалом, поправляя то волосы, то жакет. — Выходи уже, принц Пусана, — смеется Юнги, наблюдая за прихорашиваниями младшего. — Девчонка там с голоду помрет, пока ты марафет наведешь, — упрекает Мин, сует в руки встревоженного Пака контейнер, упакованный в шелковый платок в виде узелка. — Иди уже, Ромео, — подталкивает к выходу и наконец-то закрывает за младшим дверь.