Скажи мне

– Нам нужно поговорить. – О чем? – в горле пересохло и подступает ком, мало мне нервов за эти несколько дней. – Ты… Не успев кудрявый начать разговор, как их прерывает звонок. – А, прости, Серёж, это мама – русый принял звонок, а ведь он ещё не придумал отговорку для своего переезда. Но сегодня одна не потребовалась – алло, мам, я.. – Привет, сынок. – парень застыл, услышав до боли знакомый голос, но не родной женщины, а тот, от которого зубы сводит от злости и страха – молчишь? Неужели не рад меня слышать? – спокойный и холодный, с едва слышимой усмешкой голос, от чего хочется сжаться во что-то маленькое, чтобы никто не видел тебя. – Где мама?!?! – услышав это, тут уже активизируется притихший мужчина рядом, выхватывает телефон из дрожащей руки и перехватывает разговор, поставив его на запись – кто это? – О, быстро ты приехал, Пешков, верно? – А вы, я так понимаю Валентин? – здесь в шоке уже Ваня, что искренне сейчас ничего не понимает. – Ты прав. Прости, но семейные разборки тебя не касаются, так что прошу удалиться. – Как жаль, что я не слушаю дерьмовых советов. Говори, что тебе нужно? – Иван, я знаю ты слышишь, у тебя есть время до завтра. Принеси флешку, тогда и увидишь мать. Адрес узнаёшь позже. На этом все. – русый все слышит, но менее тревожно не становится совсем. – Где она?! – парень срывается на крик, но голос дрожит, выхватывая телефон обратно. – Она… под присмотром, так сказать. Попытаешься что-то предпринять или делать копии, пеняй на себя. До встречи, сын. – отключился, слеза по щеке парня стекает прямо на экран, где звонок уже завершён. – Сука! – и снова не знает, что делать. Флэшку он определенно передаст, это даже не обсуждается, жизнью родных он рисковать точно не станет, но это значит, что и себя он лишит защиты. Надежда сейчас лишь на то, что этот человек не причинит вреда своей же бывшей жене. – Вань, я… – Что ты знаешь? – Вань, что за флешка? – Что тебе известно!? – парень смотрит в уже полюбившиеся чёрные глаза зло и с обидой. Вместо ответа мужчина стиснул руль и тронулся с места. Возможно и ответил бы, но сам сейчас мало что понимает. Но в одном он уверен точно, Ваня с этим человеком не за одно. Лишь от этого на душе стало в сто крат легче, вот только вопросов теперь ещё больше. – Что происходит, откуда ты его знаешь? – парень уже немного успокоился, а вернее просто устал. Устал думать, бояться неизвестно чего, а ведь он так надеялся, что этого больше не повторится. – Давай поговорим, когда приедем. – У меня нет на это времени! Мне нужно сейчас же поехать кое-куда. – Успокойся, мы разберёмся с этим вместе. – Какой вместе? Ты не знаешь о чем говоришь. Не лезь в это, Серёж, пожалуйста. – Не выйдет, Вань, я уже влез… – В смысле, блять? Но тот снова не удосужил Ивана ответом, а просто кинул извиняющийся взгляд в сторону блестящих от влаги глаз, и взял его за руку, пересчитывая родные костяшки пальцев, успокаивая. Оставшийся путь до квартиры они проделали в тишине. Там их уже ждал Вадим, которому сейчас крайне важно было понять ситуацию. На наличие постороннего русый отреагировал с опаской, смеряю того недоверчивым взглядом. Но тёплая рука в своей дарила чувство безопасности, что было так необходимо. Заметив хозяина, высокий мужчина в очках поднимается им навстречу, протягивая руку для знакомства. – Вадим. – тот выглядел весьма уверенно, глаза хоть и были очень добрыми, но в них читалось ответное недоверие к парню. – а… Ваня. – весьма неловкое знакомство, парень до сих пор не понимал, кто это и что здесь делает. А главное, он тоже со всем этим как-то связан? И куда он ввязывается прямо сейчас? – Он мой напарник, хороший парень, так что давайте вы не будете убивать друг друга глазами и мы все, наконец, сядем и кое-что обсудим. Молча согласившись, трое двинулись в сторону комнаты, что была отведена под рабочий кабинет. Вадим сразу же занял своё любимое кресло, а другие уместились на небольшом мягком диване. Перед тем как Сергей начал свой допрос парню, тот его прервал. – Перед тем как ты начнёшь у меня что-то спрашивать, скажи мне сначала, кто ты и чем занимаешься? – строгий взгляд болотных глаз был направлен в пол, очерчивая кривые узоры ковра. – Если ты думаешь, что я какой-то бандит, то ты ошибаешься – из уст вырвался смешок, который никак не смог повлиять на  тяжелую атмосферу в комнате – я и Вадим ведём что-то вроде общего бизнеса. – Что за бизнес? – Как бы тебе так сказать… Мы занимаемся поставкой оружия и прочей ерунды для ограниченного круга лиц – увидев расширяющиеся от замешательства зелёные глаза, кудрявый замахал руками в отрицательном жесте – это не что-то опасное или противозаконное, Вань, клиенты в основном люди из полиции или как-то связанные с этим. – Ага, вы занимаетесь контрабандой, конечно же это не опасно, это ж тоже самое что шоколадками торговать по-твоему, да? – Хорошая шутка, пацан, но давайте-ка уже ближе к делу – не выдержав слушать этот бесполезный диалог, Вадим начал сам – расскажи ка мне, Ванёк, что за дела мутит твой папка, и что от нас хочет? – Вадь, помолчи, а? – Откуда мне знать, что ему от вас надо. Я его услышал сегодня впервые за года три, и это было не самое тёплое семейное общение. Да и вообще – русый окинул двух других осуждающим взглядом – может вы мне сначала объясните, откуда вы его знаете? – Да тут нечего объяснять. Взялся он не пойми откуда, и теперь пытается подмять под себя город, ну или его часть, используя какие-то схемы грязные, и обеспечивает нам затруднение поставок. Все бы ничего, но разговорами он, видимо, дела решать не привык и проливается кровь наших людей. – Вадим преподнёс это весьма поверхностно, как будто тут не мафия замешана, а дети в песочнице не могут лопатку поделить, ещё и вздыхает на каждом предложении, будто просто историю скучную повествует. – Тут ты прав, дела он решает только так. – горьких смешок не был незамечен кудрявым, и он сжал холодную руку ещё крепче, пытаясь хоть как-то поддержать парня. Тот переплел их пальцы, позволяя кудрявому гладить свою ладонь большим пальцем немного шершавой и такой тёплой руки. Он свои чувства к этому мужчине уже определенно осознаёт, но говорить об этом боится. Он мало что знает о Серёже, который ещё и старше его на 10 лет почти, вдруг для него все это просто интрижка какая-то на стороне. А Ваня не хочет быть использованным, и ему не будет достаточно просто быть рядом, ему нужен он полностью, без остатка. – Когда он позвонил сегодня, он говорил про какую-то флешку? – который раз уже интересуется Сергей, все ещё пытаясь зацепит взглядом чужой, все ещё направленный в пол, взгляд. – Да – Ваня вздохнул, поднял голову уже к потолку, и откинулся на спинку дивана, готовясь к неприятному рассказу – на ней… компромат. – Что за компромат? – Вадим уже устал ждать, из русого слова чуть ли не клещами вытягивать приходится. – На пятнадцать лет тюрьмы по двум статьям. Но тюрьма для него это не главное, ему не составит проблем напрячь нужных людей для освобождения. Ему важен факт того, что после приговора ему будет закрыты места на любую должность в стране, а он метил в мэры на тот момент. Не знаю насчёт сейчас, возможно что-то изменилось. Но раз он об этом не забыл, значит для него это все ещё угроза. – Хм, а что за статьи то? Пауза. Вадим и Сергей переглянулись между собой, не понимая, стоит ли немного надавить или сидеть и ждать, пока тот сам все выложит. – Вань? – Ну… Одна за избиение несовершеннолетних, а другая за привлечение их к наркотикам. Там записи с камер, где все хорошо видно , как… – и снова горьковатая усмешка. Ему уже не страшно вспоминать, просто он не хотел об этом кому-то рассказывать вообще – как он совершает преступления короче. – А на тех видео… – Да, в главных ролях там я. – послышался тяжелый вздох перед продолжением, но дрожащий голос унять у Вани никак не получалось. Хоть прошло и не особо много времени с последнего инцидента, но он действительно почти не вспоминал об этом, ну или пытался, но в последнее время, особенно после знакомства с кудрявым, все пошло через одно место. – Мне было лет 14 когда он начал меня по своему «воспитывать», я хотел рассказать все маме или хоть кому-то, но он сказал, что если кто-то узнаёт, то будет хуже. Приходилось постоянно придумывать отмазки для матери своим синякам и переломам. Но один раз я не выдержал и поделился с моей на тот момент подругой, Дашей. – кудрявый дернулся, но продолжил внимательно слушать, боясь ещё сильнее потревожить и так больные воспоминания. Русый снова опустил голову, чтобы не показывать мокрые глаза, и продолжил – Она помогла найти способ, как от него избавится. Я купил камеру, несколько карт памяти и все записывал. Каждый день, когда он приходил ко мне есть на той флэшке, и там видно, как он меня избивает и пичкает какими-то таблетками, после которых я спать не мог, потому что чувствовал себя овощем. Несколько таблеток я сохранил для улик, они тоже у неё. Повисла тишина. Кудрявый пытался переварить в голове смысл его слов, не веря в то, что парень рассказал. Сейчас он полон злости, к себе – за то что давил на Ваню с такой информацией, и к этому отбросу, что был его отцом – за то что он просто существует. – Почему ты не обратился в полицию? – Вадим был сейчас намного спокойнее кудрявого, пытаясь сам разобраться – показал бы им всё и дело с концом. – Эти записи были на крайний случай, я не хотел чтобы об этом кто-то узнал, особенно мама. Эта флэшка сейчас у Даши. Ее мама прокурор. Мы договорились, что как только наступит этот крайний случай, она относит все записи своей матери, а та на него сразу же заведёт дело, причём нешуточное. – И что подразумевается под крайний случаем? – Я ему пригрозил тогда, что если он сейчас же покинет нас и больше никогда в нашей жизни не появится, я не донесу это дело до органов. Естественно, он послушался, но недавно объявился. И причём не один. – Губанов. – Да, точно, Алексей, кажется. Вы и про него уже знаете? Он под видом таксиста меня караулит уже который день. – Да они слишком активно дергаться начали, конечно их вычислили. Но вот крысы они и есть крысы – хер поймаешь. Тут то нам твоя помощь и пригодится. – Бля, Вадь, он не будет в этом… – Я согласен. – не раздумывая. – Я сказал – нет! – А ты мне и не указ, чтоб тебя слушаться. Если я могу чем-то помочь, то я с радостью. – Вань, ты не знаешь о чем говоришь, это тебе не в игрушки играть, тут и убить могут! – кудрявый подскочил, взял русую голову в свои руки и повернул, направляя взгляд болотных глаз, наконец, на себя, и стал говорить почти шопотом – я не позволю любимому человеку в этом учавствовать… Услышав то, что он недавно так хотел, его грудь уже привычно сдавило от переполняющих эмоций, а по телу разлилось тепло, обрекая на щёки яркий румянец. Такое приятное чувство, что на глаза наворачивается пелена, но ее удаётся сдержать, что не получается сделать с бешенным сердцебиением, от чего уже стоит звон в ушах. Сейчас он и слова не может вымолвить, желая лишь коснуться мягких губ, что были так близко, но он удержал этот порыв, ведь они все ещё были не одни. Получается лишь сильнее прильнуть к большим и тёплым рукам, что он чуть ли не мурлыкать сейчас начнёт. – Так. Это конечно все очень мило и сопливо, но Серёг, как бы ты не был против, его содействие нам сейчас нужно как воздух. Я прикинул примерно план, но… – У меня нет времени на разработки стратегий. Моя мама у них, мне нужно передать ему флешку до завтра. – Один день всего, значит? Маловато, но сойдёт. Короче, план такой…