Волчица

Утро в новом доме молодожёнов началось с того, что ласковые солнечные лучи пробились сквозь занавески, расшитые омегами стаи, и мягко опустились на постель. Чонгук проснулся первым от приятного тепла и тихого, размеренного сопения у себя под боком. Тэхён спал, закинув на альфу ногу и уткнувшись носом прямо в его шею, туда, где пахло сеном и свежим брачным укусом. Феромоны спелого винограда и сена за ночь заполнили всю комнату, создавая атмосферу абсолютного уюта. Альфа улыбнулся, бережно, чтобы не разбудить своего соню, убрал блондинистую прядь с лица Тэхёна и ласково погладил его животик, где рос их маленький волчонок. Полежав так ещё немного, Чонгук аккуратно выбрался из-под тёплого одеяла, оделся и спустился на кухню, твёрдо решив приготовить для мужа завтрак. Правда, кулинарные навыки самого Гука ограничивались жаркой мяса на костре, поэтому на столе вскоре появились нарезанное вяленое мясо, свежий хлеб, принесённый омегами накануне, и ягодный взвар. Когда Тэхён наконец соизволил спуститься на первый этаж, кутаясь в просторную домашнюю одежду и смешно потирая глаза, он застал своего альфу, который с максимально серьёзным видом пытался красиво разложить кусочки дичи на тарелке. - Доброе утро, Гуки, - сонно пробормотал блондин, со спины обнимая мужа за талию и утыкаясь носом между лопаток. - Доброе утро, чудо моё, - Чонгук развернулся в кольце рук и нежно поцеловал Тэхёна в губы. - Я тут... приготовил кое-что. Чимин-щи сказал, что тебе нужно хорошо кушать. Как ты себя чувствуешь? - Идеально. Малыш говорит, что твой завтрак - это лучшее, что могло случиться с нами этим утром, - захихикал Тэ, усаживаясь за стол и с аппетитом принимаясь за еду. - Кстати, какие планы на сегодня? Ты ведь теперь член нашей стаи, а кроме главного дома, площади и нашего крыльца ничего и не видел! Как насчёт экскурсии? Чонгук, согласно кивнул: - Я только за. Хочу увидеть, где вырос мой прекрасный омега. Ближе к полудню, когда солнце прогрело землю, молодожёны вышли на прогулку по поселению белых волков. Тэхён гордо шёл под руку со своим альфой, то и дело ловя на себе доброжелательные улыбки соплеменников. - Смотри, Гуки, это наши сады, - Тэхён повёл рукой в сторону бескрайних ухоженных участков, где ровными рядами росли кустарники и деревья. - Вот тут мы выращиваем редкие лечебные травы для Чимина, а ещё чернику и яблоки. Зимой у нас всегда полно запасов, так что голодать не придётся. - У нас в стае чёрных земля суше, такие культуры редко принимаются, - удивлённо рассматривая ровные грядки и системы полива, заметил Чонгук. Дальше тропинка повела их мимо тренировочной площадки белых волков. Там как раз Чон Хосок гонял молодых альф, заставляя их отрабатывать прыжки и захваты в волчьей ипостаси. Заметить новоиспечённого зятя вожака, Хосок остановил тренировку, принял человеческий облик и, быстро накинув ханбок, подошёл к паре с широкой улыбкой, источая привычный запах хвои. - О, молодожёны! Ну как первый день в качестве официальных супругов? - Хосок крепко пожал руку Чонгуку. - Как тебе наш посёлок, Чон? Плотники не схалтурили с домом? - Дом отличный, спасибо вам, Хосок-щи, - вежливо ответил Чонгук. - И поселение у вас очень красивое, дышится легко. - То ли ещё будет, когда обживёшься! Ладно, не буду вам мешать, - Хосок подмигнул Тэхёну. - Тэ, не заставляй мужа слишком долго ходить, Чимин просил, чтобы ты после обеда заглянул к нему, он хочет проверить твоё самочувствие. Проводив Хосока, они направились к центру деревни. Тэхён взахлёб рассказывал Чонгуку истории из своего детства: как он сбегал со скал, как Юнги ловил его по всему лесу и как они впервые встретили Чимина. Альфа слушал своего омегу, затаив дыхание, и чувствовал, как чужая когда-то стая с каждым шагом и каждым уголком становится для него по-настоящему родным домом. Их общая жизнь только начиналась, и впереди их ждало только самое лучшее.

🐺 🐺 🐺

После завершения прогулки по залитому солнцем поселению белых волков, Чонгук и Тэхён, как и велел Хосок, направились к главному дому вожака. Тэхён бережно придерживал мужа под руку, чувствуя, как внутри него разливается приятное тепло и покой. Запах сена от Чонгука смешивался с его собственным виноградным ароматом, создавая шлейф абсолютного супружеского умиротворения. Стоило им переступить порог просторной гостиной главного дома, как навстречу молодожёнам вышел не только Чимин. Рядом с ромашковым омегой, собственнически придерживая его за талию и бдительно опекая, стоял сам Мин Юнги. Вожак белых волков, одетый в домашний синий ханбок, скрестил руки на груди и устремил на вошедших свой внимательный, слегка прищуренный взгляд лисьих глаз. Шрам на его лице больше не выражал былой ярости, но вся его статная фигура по-прежнему источала мощную ауру альфы и сильный запах древесины. - О, а вот и наши молодые! - Чимин ласково улыбнулся, мягко отстраняясь от мужа, и сделал шаг вперёд, придерживая руками свой округлый пятимесячный животик. - Как прошла экскурсия, Чонгук? Тэхён не успел утомить тебя своими бесконечными историями? - Вовсе нет, Чимин-щи, - Чонгук вежливо поклонился старшим, демонстрируя глубокое уважение. - Поселение прекрасное. Я восхищён вашими садами и тем, как устроена деревня. Юнги, молча выслушав зятя, удовлетворённо хмыкнул. - Вижу, ты всерьёз решил следовать нашим традициям выбрав образ вчера на свадьбу, Чонгук, - низким, хрипловатым голосом произнёс вожак, и в его тоне проскользнули одобрительные нотки. - Это достойный поступок для альфы. Мой брат выбрал верного спутника. Но учти: теперь, когда ты часть стаи белых, на твоих плечах лежит безопасность этого оболтуса. Тэхён у нас любит искать приключения. - Хён! Ну хватит выставлять меня маленьким перед моим же мужем! - шутливо возмутился Тэхён, забавно сморщив носик и прячась за широкую спину Чонгука. - Я теперь тоже семейный омега, между прочим! - Семейный-то семейный, а гормоны уже берут своё, - беззлобно проворчал Юнги, однако его ладонь ласково потрепала младшего брата по светлым волосам. Альфа перевёл взгляд на Чимина и его лицо мгновенно разгладилось, наполнившись мягкостью. - Чимини, ты хотел проверить, как чувствует себя Тэхён. Давайте присядем. Вся четвёрка расположилась на удобных диванах в гостиной. Юнги тут же устроился рядом с Чимином, укладывая широкую ладонь на его большой живот, чутко прислушиваясь к шевелениям их будущего наследника. Чимин в это время мягко взял Тэхёна за руку, прощупывая пульс и внимательно вглядываясь в его небесно-голубые глаза. - Пульс ровный, волк внутри тебя спокоен, - удовлетворённо заключил лекарь, ласково поглаживая ладонь зятя. - Брачный укус Чонгука помог твоей волчице полностью стабилизироваться. Первый месяц беременности - самый хрупкий, но сейчас я вижу, что твой малыш развивается правильно. Чонгук, ты отлично справляешься. Его феромоны пахнут сытостью и защитой. Чонгук облегчённо выдохнул, его карие глаза засияли искренней благодарностью. Он притянул Тэхёна ближе к своему боку, позволяя виноградному запаху омеги полностью смешаться со своим ароматом сена. - Я буду оберегать их всеми силами, - твёрдо пообещал младший альфа, встречаясь взглядом с Юнги. Вожак белых волков кивнул, признавая силу и решимость молодого зятя. В доме вожака царила атмосфера абсолютного семейного тепла и уюта. Старые распри, интриги лекаря Ли и многолетняя вражда стай окончательно остались в прошлом. Перед лицом Священной Луны наступила новая эпоха - эпоха мира, любви истинных и долгожданного процветания для обеих стай.

🐺 🐺 🐺

Месяц спустя деревня белых волков жила своей привычной, размеренной жизнью. Лето окончательно вступило в свои права, и поселение вовсю готовилось к масштабному празднику в честь воссоединения стай и будущего сбора урожая. Мин Юнги с самого утра ушёл по делам - как вожаку, ему нужно было лично проконтролировать подготовку ритуальной площади, распределить обязанности между альфами и встретить первых послов от чёрных волков. Перед уходом он, как обычно, по-особенному долго и нежно прощался со своим ромашковым счастьем, бережно поцеловал уже заметно округлившийся шестимесячный живот Чимина и строго-настрого запретил тому перенапрягаться. Чимин, оставшись один в просторном доме вожака, только ласково улыбнулся заботе мужа. Сидеть без дела он просто не умел, поэтому привычно расположился в своей лекарской лавке на первом этаже. Вокруг него аккуратными рядами стояли глиняные горшочки, пучки сушёной мяты, ромашки и шалфея, а в воздухе витал тонкий, целебный аромат трав. Чимин сосредоточенно перетирал в ступке корни лесных растений, напевая себе под нос тихую мелодию, когда входная дверь дома резко и как-то испуганно открылась. На пороге стоял Ким Сокджин. Омега тяжело дышал, его белокурые волосы слегка растрепались от быстрого бега, а в карих взглядах застыла смесь паники и глубокого волнения. От него пахло полевыми цветами, но этот аромат сейчас казался горьким от сильного стресса. Джин судорожно огляделся по сторонам и, убедившись, что вожака нет дома, быстро прошёл внутрь, плотно закрывая за собой дверь. - Чимини... Слава Луне, ты один, - выдохнул Сокджин, прижимая ладони к груди. Его пальцы заметно дрожали. - Джин-хён? Что случилось? - Чимин тут же отложил ступку и взволнованно поднялся из-за стола, придерживая рукой свой большой живот. - На тебе лица нет. Что-то с Намджуном? - Нет, Намджун ничего не знает, я прибежал втайне от него, пока он на совете стаи, - Джин подошёл ближе и бессильно опустился на деревянный стул, пряча лицо в ладонях. - Чимин, мне очень нужна твоя помощь как лекаря. Три недели назад у меня прошла течка... Всё было как обычно, но последнюю неделю мне невыносимо плохо. Утром тошнит от любого запаха, голова кружится, слабость такая, что волка внутри шатает. Сокджин поднял на Чимина полные слёз глаза: - Я безумно боюсь... Ты ведь знаешь, сколько лет я жил в стае чёрных. Чимини, вдруг этот отвар дал страшные последствия? Вдруг я отравил своего волка и теперь серьёзно болен? Если Намджун узнает, что мне плохо из-за старых глупостей, он с ума сойдёт от вины и горя! Чимин внимательно выслушал хёна, и на его лице вместо испуга появилась мягкая, понимающая улыбка. Как опытный лекарь, он уже по одному только изменившемуся, едва уловимому сладкому шлейфу полевых цветов понял, в чём на самом деле кроется причина «недуга» старшего омеги. - Ну-ка, хён, успокойся, сделай глубокий вдох и дай мне свою руку, - ласково произнёс Чимин, присаживаясь напротив Сокджина. Он бережно взял старшего омегу за запястье, закрыл глаза и сосредоточился. Чимин прощупывал пульс, который сначала казался частым от паники, но стоило заглянуть глубже, как ментальная сила лекаря наткнулась на крошечный, но невероятно сильный, пульсирующий огонёк новой жизни, надёжно укрытый внутри омеги. Чимин открыл васильковые глаза, которые так и светились искренней радостью. - Хён, те старые отвары тут совершенно ни при чём, - тихо, с придыханием произнёс ромашковый омега. - Твой волк абсолютно здоров. - Но почему мне тогда так плохо? - всхлипнул Джин, всё ещё не понимая. Чимин аккуратно перенёс ладонь Сокджина с его груди и бережно опустил её на плоский живот омеги. - Потому что это не болезнь, хён. Ты беременный. Клянусь Священной Луной, у вас с Намджуном будет малыш. Настоящее маленькое чудо, которое зародилось как раз три недели назад. Сокджин замер, боясь даже вздохнуть. Его карие глаза округлились, а слёзы, которые он так долго сдерживал, хлынули с новой силой - но теперь это были слёзы оглушительного, долгожданного счастья. Все страхи прошлого, все тревоги о былых лекарствах растворились без следа в тёплых стенах дома вожака.

🐺 🐺 🐺

Путь обратно в стаю чёрных волков казался Сокджину бесконечным. Его сердце пело от счастья, а ладонь то и дело бережно ложилась на живот, под которым теперь билась крошечная жизнь. Луна наконец услышала их молитвы. Но стоило омеге ступить на порог собственного дома, как его окутал плотный, удушающий от сильной тревоги аромат дождя. В гостиной царил настоящий хаос. Намджун, не находя себе места, мерил комнату шагами, тяжело дыша. Его карие глаза горели диким, первобытным страхом, а вожаческий альфа-феромон едва не искрился от паники. Когда он обыскал весь дом, а затем и всё поселение чёрных волков, не найдя своего омегу, его внутренний волк едва не завыл от ужаса. Дверь тихо скрипнула, и Намджун резко обернулся. Увидев на пороге Сокджина, альфа в одно мгновение преодолел расстояние между ними и крепко, до хруста в рёбрах, прижал мужа к своей груди, зарываясь носом в его белокурые волосы, пахнущие полевыми цветами. - Джини… Священная Луна, где ты был?! - голос Намджуна дрожал, выдавая его запредельное волнение. - Я искал тебя повсюду, обошёл каждого волка! Я думал, с тобой что-то случилось… Альфа чуть отстранил омегу, чтобы осмотреть его, и тут же замер: лицо Сокджина было влажным от слёз, а глаза покраснели от долгого плача. В ту же секунду страх Намджуна перерос в глухую, защитную ярость. Его древесно-дождевой аромат стал тяжёлым и грозным. - Ты плачешь? Кто посмел тебя обидеть? - рыкнул вожак, и его челюсть упрямо сжалась. - Скажи мне, Джин! Кто этот виновник? Я лично сотру его в порошок, из какой бы стаи он ни был! Никто не смеет доводить моего омегу до слёз! Сокджин, глядя на эту волну ревности и слепой защиты, сквозь новые слёзы тихо, хрипло рассмеялся. Он перехватил огромные, подрагивающие ладони мужа и бережно опустил их на свой плоский живот, крепко прижимая руки альфы к себе. - Джуни… Успокойся, глупый мой альфа, - нежно прошептал Джин, заглядывая в полные ярости и непонимания карие глаза Намджуна. - Никто меня не обижал. Я был у Чимина в стае белых… Мне было плохо эту неделю, и я испугался. Но виновник этих слёз прямо сейчас находится вот здесь, под твоими ладонями. Намджун на мгновение опустил взгляд на свои руки, прижатые к животу мужа, а затем снова посмотрел на сияющее, заплаканное лицо Сокджина. Догадка, дикая и невероятная, вспыхнула в его разуме. - Джин… Ты… Это значит?.. - голос вожака сорвался на шёпот. - Да, Джуни, - кивнул Сокджин, и новые слезинки покатились по его щекам. - Я беременный. У нас будет малыш. Твой волчонок. В ту же секунду вся вожаческая спесь, сила и грозная аура Ким Намджуна испарились без следа. Великий вожак чёрных волков, гроза лесных границ, медленно опустился перед своим омегой на колени. Он уткнулся лицом прямо в живот Сокджина, судорожно обнимая его за бёдра, и… разрыдался. Это были крупные, тяжёлые мужские слёзы - слёзы облегчения, оглушительного счастья и благодарности Священной Луне. Эта новость была настолько долгожданной, они ждали её столько мучительных лет, пережив побег, осуждение и страх бесплодия, что сейчас Намджун просто не мог сдержать чувств. Его сильные плечи вздрагивали от безмолвных всхлипов, а пальцы трепетно сжимали ткань одежды Джина, словно он держал в руках самое хрупкое сокровище во Вселенной. Сокджин ласково опустил ладони на тёмную макушку мужа, перебирая его волосы и плача вместе с ним. Запах дождя и полевых цветов в их доме наконец-то очистился от тревог прошлого, наполняясь ароматом новой, чистой и такой долгожданной жизни.