Кукольный дом

Не думал Брок, что рассвет к ним может подкрасться незаметно, да ещё и очень тихо, но когда в домик просунулась громадная детская ручка и ухватила Фьюри, обосрались все. — Ебать! — выдохнул Брок, медленно сползая с резинового кресла и стараясь особо не привлекать к себе внимания остальных девочек. Однако не вышло. Восторженные крики заполучившей куклу малышки разбудили двух других, которые, разумеется, немедленно залезли в волшебным образом появившийся домик и тоже обнаружили там кукол. Стив, конечно, порадовался бы за девочек, если б одна из них не ухватила его поперёк торса так, что не вырвешься, и не принялась задирать юбку, разглядывать ноги и дергать за волосы. Броку доставалось не меньше. Его хозяйка не обладала достаточной аккуратностью, да и терпением тоже. Чёрное платье, уже успевшее изрядно надоесть, было задрано к самому подбородку. — А у моей туфельки красивее! — грохнуло сверху. — И трусики есть. Трепавшая Фьюри девочка тут же бросилась проверять и свою игрушку. Вот только директору повезло больше, юбку на нем никто не задирал, зато платье сняли и отбросили в сторону. — И у моей есть! И она чёрная, как я! — А зато у моей корона, — не уступала вторая девочка. Третья просто погладила пальцем Брока по волосам и задрала нос: — Зато у моей красивые волосы! Предположение о том, что пока малышки видят перед собой простых кукол, а не перекачанных мужиков в разноцветных шмотках, оказалось верным. Как и то, что Брок с друзьями по несчастью, оказавшись в детских руках, потеряют способность двигаться. Интересно, а девочки их слышат? — Эй! — что было сил крикнул Брок, но реакции никакой не последовало, зато ему вывернули руку под совершенно невозможным углом и, по всей видимости, попытались оторвать её. Оторвать не получилось, да и больно не было. Девочки продолжали изучать и сравнивать своих кукол, строили предположения о том, кто сделал им такой подарок — мама или бабушка. Потом в детскую заглянула полная женщина, прямо с утра уставшая. Кукольному домику она не удивилась, куклам — тоже, и погнала дочерей умываться. В коридоре царил кавардак. По нему носились, ломились во все двери, вопили и скакали четыре пацана в возрасте от четырёх до двенадцати лет. — Как же я не люблю детей, — пробормотал Брок, болтаясь в пухлой ручонке своей хозяйки. Он уже готов был ко всему. Что его запихнут в воду прямо так, в платье, что станут умывать или ещё что, но девочка просто усадила его на край ванной, а сама забралась на небольшую пластиковую табуреточку, чтобы быть повыше и достать до крана с водой. Фьюри усадили рядом. Брок хотел было съязвить насчёт его сногсшибательности, но в этот момент Стива швырнули в раковину. — Что ты делаешь? — взвизгнула хозяйка Брока. — Моя Лори хочет купаться! — выпятила губу девочка и толкнула сестру в бок. — Купай её в ванне, — потребовала хозяйка Фьюри. — Не мешай нам умываться. А то мама нам сладкое не даст. — Она принимает душ! — продолжила упрямиться стивова хозяйка. — Прямо в платье? — возразила та, что считала Брока своей куклой. — Его нужно постирать! — немного тише добавила хозяйка Стива, глянула на открытую дверь ванной комнаты и швырнула куклу в ванну, сбив туда же и остальных. Тут же поднялся гвалт, самая младшая девочка, которая не могла достать Брока из ванны, заревела, старшая дала средней подзатыльник, та кинулась на неё с кулаками. Старший мальчик заглянул в ванную и тут же заорал: — Ма-а-ам, они не моются, а дерутся! Брок отлично слышал тяжёлые шаги в коридоре, но девочки были так увлечены дракой и друг другом, что проморгали появление матери. — А ну прекратить! — громко прикрикнула она, грозно глянула на притихших и втянувших головы в плечи сестёр. — Тоже мне, нашли место и время! Завтрак на столе. Минута на умывание уже пошла! Девочки тут же расцепились и обступили раковину. — Вот это женщина! — цокнул языком Брок. — Тебе не светит, — отреагировал Стив. Он валялся на дне желтоватой, с ржавыми потёками ванны, задрав ноги, и к нему неторопливо подбирался паук. Девочки, толкаясь и взвизгивая, возились у раковины, умываясь и чистя зубы. Капли воды долетали и до кукол. Фьюри валялся лицом прямо в сток, с приподнятой задницей, и не мог пошевелиться. — Скорее сам не захочу, — огрызнулся Брок, надеясь, что девочки сейчас домоются и убегут за стол, позабыв о своих пластиковых подружках. — Мне моего выводка дебилов хватает, чтобы и дома муштровать да строить. — Зато получается хорошо, — прогудел Фьюри. Канализационные трубы отозвались утробным звуком. Паук заполз Стиву на грудь. — Здесь ты никого муштровать не сможешь, Рамлоу, — напомнил Роджерс. — Расслабься и получай удовольствие. Кое-как умывшись и вытеревшись, девочки похватали кукол и с топотом понеслись на кухню завтракать. Новых подружек они усадили на стол рядом с тарелками, и хозяйка Брока немедленно принялась тыкать ему в лицо ложкой, полной молока и шоколадных подушечек. — Ебать ты извращенец, Роджерс, — протянул Брок, кривясь от ударов железной ложкой в лицо; боли не было, только неприятное чувство полной беспомощности страшно бесило. — Но меня не возбуждает кукольная одежда. Я больше по униформе и чёрной коже. И это не намёк, директор! — Да я-то понимаю, — тяжело вздохнул полуголый Фьюри. — Кушай, Эмилия, кушай, чтобы сиськи и попа росли, — приговаривала хозяйка Брока, успевшая облить ему молоком весь перед платья. — Будешь хорошо кушать, у тебя будет хороший муж. Купит тебе машину и много-много красивых колечек. — Прямо мечта, а не жизнь, — ужаснулся Брок. — А сиськи у меня и так в самый раз, без подушечек этих сраных, да, Роджерс? — У меня лучше, — ответил тот. Ему повезло — его не кормили. Хозяйка сама наворачивала так, что за ушами трещало. — Хрен от тебя дождешься чего приятного, — огрызнулся Брок. Когда молоко потекло по его лицу, Брок едва не взвыл. Но доставлять Роджерсу такое удовольствие он не собирался, а потому сцепил зубы и продолжил терпеть это форменное издевательство. Зато существовал шанс избавиться от платья. Трусы и каблуки — то ещё удовольствие, но всё лучше пышной юбки. С Фьюри его хозяйка поступила куда гуманнее: просто уложила ему на ноги кусок плавленого сыра и переключилась на еду. — Эмилия испачкалась! — завопила девочка, отодвинув тарелку. — Её надо выкупать. И платье постирать. Ты плохая девочка, Эми, ты вся извазюкалась! Брок почти ненавидел Локи за эту шутку с куклами. Ничего нет приятного в переодеваниях и кружевах на мужских сиськах. Что уж поделать, если у Брока были совсем другие фетиши. Забыв про еду, его хозяйка выскочила из-за стола, подхватила свою куклу и понеслась отмывать её в ванной. Через десять минут голый мокрый Брок сидел в кукольном домике в своей спальне, а его хозяйка рылась в пластмассовом шкафу, разбрасывая яркие одёжки на розовых пластиковых вешалках. — Вот! — заявила девочка и начала натягивать на Брока серые спортивные штаны, кроссовки и чёрный с серебряным люрексом топик. — Ты грязнуля и поэтому будешь ходить в обычной одежде, раз не умеешь носить красивые платья. — О да, я грязная девочка, — пробормотал Брок, внутренне радуясь смене гардероба, хотя умом понимал, что это, скорее всего, ненадолго. У женщин, а уж тем более такого возраста всегда семь пятниц на неделе. И хорошо, что девочки не дошли ещё до полового интереса, а то «целоваться» с пластмассовым Кеном желания у Брока не было абсолютно никакого. Вскоре в комнате показались и остальные девочки со своими куклами. — Я хочу взять Лори с собой, — начала ныть девочка, крепко сжимавшая в руках Стива. — Нет, детка, — сказала ей мать. — Все куклы остаются дома и ждут, когда вы вернётесь из школы. Живо одевайтесь. Камилла, иди сюда, я тебя причешу. Самая младшая, в последний раз посмотрев на Брока, с унылой мордашкой подошла к маме. — Ничего, после школы поиграете, — сказала та. Через несколько минут куклы снова остались одни в комнате. Даже дверь — и ту мама девочек заперла. — Никогда не хотел детей, — страдальчески выдал Фьюри, огляделся вокруг, сдёрнул с кукольного столика тряпку-скатерть и принялся оттирать ляжки от масла. — Вот такая вот чайлд-фри пропаганда, — оскалился Брок, разглядывая единственного оставшегося в платье Стива. — «История игрушек» — враньё от начала до конца! — с глубоким чувством воскликнул Стив. Скатерть оказалась из какой-то дешёвой грубой синтетики, и Фьюри больше размазал масло, чем стёр его. — Ты это специально делаешь? — спросил Стив. — Святого Роджерса возбуждают негры в масле? — оскалился Брок. — Без обид, директор. — Я исчерпал свой лимит, Рамлоу, — вздохнул Фьюри и отбросил тряпку в сторону. — Нужно как-то выбираться и срочно.