Через край

Последующие дни были похожи один на другой. Необходимость ухаживать за раненым превращало их в один повторяющийся ритуал. Около полудня я появлялась в дверях каюты с подносом в руках. На нём стояла миска с водой и лежали чистые льняные лоскуты. Джек уже ждал моего прихода; встречал он меня очень дружелюбно, несмотря на то, что перевязка была наверняка процедурой не только неприятной, но и весьма болезненной. После того, как была заменена повязка, мы некоторое время беседовали о том о сём. Казалось, только сейчас пират окончательно осознал, что его незваная гостья и в самом деле явилась из будущих времен. Он расспрашивал меня о том, как живут люди в двадцать первом веке. Принимаясь вспоминать свою прошлую жизнь, я входила в раж, и один рассказ плавно перетекал в другой. Кое-что, например, такие привычные и обыденные для всех вещи, как электричество, приходилось объяснять буквально на пальцах. А всё остальное время Джек проводил во сне. Я только диву давалась – никогда бы не подумала, что человек может так долго спать. Но кризис миновал, лихорадка больше не возвращалась, так что я не особенно волновалась по этому поводу. Я тихонько поднималась со стула и шла на палубу, где вволю дышала свежим морским воздухом и потихоньку набиралась корабельной премудрости.

~***~

Однажды я застала Джека за компрометирующим занятием. Он был уже на ногах и теперь решительно застёгивал пуговицы камзола. Я поспешила к нему – как раз вовремя, потому что его качнуло от слабости, и он успел опереться о моё плечо. - Куда ты собрался? – всплеснула я руками. – Тебе ещё рано вставать! - Не веди себя, как наседка. Тебе это не идёт, - буркнул Джек. – Я и так позволил себе чересчур продолжительный отдых. - Послушай. Раз так, давай поговорим серьезно, - начала я. – Как ты думаешь, почему против тебя замышлялся бунт? Я понимаю, это в общем-то нередкое явление, и все же? Чем ты так не угодил этим людям? И самое главное – куда мы держим курс? Воровато стрельнув глазами на дверь и на окно – не подслушивает ли кто - Джек ответил вопросом на вопрос: - Что тебе известно о хрустальном черепе? Я честно задумалась. - Не так уж и много… я читала когда-то, что их несколько штук… что они - наследие каких-то древних индейских племен, причем уровень их технического развития в принципе не позволял создать вещь столь безупречную. Так что кто на самом деле их изготовил – неизвестно до сих пор…. То есть даже и в моё время, - поправилась я и припомнила кое-что ещё: - Да, к тому же их наделяют удивительными, сверхъестественными свойствами. - Сверхъестественными? Вздор! Сказать так – значит ничего не сказать! – глаза Джека сияли энтузиазмом, как две звезды. - Он дарит бессмертие, исцеляет смертельные раны и воскрешает из мёртвых! Он исполнит любое желание того, кому принадлежит! Только одно, но любое! Вот что сокрыто под этим “сверхъестественным”! Он возбуждённо заходил по каюте кругами, на ходу завязывая пояс и пристраивая пистолеты на положенное им место. - Бессмертие, говоришь… - повторила я. Теперь мне стало ясно, почему Джек так стремится завладеть этой хрустальной штуковиной. Обрести бессмертие – его золотая мечта. – И ты знаешь, где его искать? - Как-то раз ко мне в руки попал один старинный манускрипт. Короче говоря да, знаю, - небрежно кивнул Джек. – Я хранил свое открытие в тайне. О местонахождении черепа знали только мы с Гиббсом. Но, увы, каким-то образом информация эта стала известна одному из моих… скажем так… старинных недругов. - Получается, Пит мог быть его шпионом? – предположила я. – Он выведал все, что мог, и теперь с полученной информацией присоединился к своим? Джеку следовало бы быть разборчивее при наборе матросов на свое судно, подумала я. Принцип "матросом может стать любой, оказавшийся в этот момент в таверне" явно себя не оправдывает... - Такое не исключено. Вот почему мы должны спешить. Ну а пока всё зависит только от ветра в наших парусах, у меня есть предложение. Почему бы нам не познакомиться… поближе? - В каком смысле – поближе? – не поняла я. – Мы с тобой угодили в плен к индейцам, чудом выбрались из этой переделки, потом мне выпало вытаскивать из тебя пулю, и после этого выясняется, что мы недостаточно друг друга знаем? В ответ он как-то по-особенному усмехнулся, и под его пристальным взглядом я ощутила неловкость. На какой-то момент мне показалось, что он буквально сканирует меня, просвечивает насквозь. И потом, как это было сказано! Интонации его стали ещё более томными и мягкими, тембр голоса завораживал. И тут до меня наконец дошло. Я замерла. Глядя в его глаза, я испытала совсем новое, доселе незнакомое мне чувство - сладостный трепет и обмирание в груди, словно там била крыльями бабочка. Я как будто бы почувствовала прикосновения его пальцев к своей коже... - Ну так как, милочка? – Джек приблизился ко мне вплотную, бесцеремонно обнял меня. Этот поступок окончательно определил положение весов, чаши которых нерешительно колебались, взвешивая доводы “за” и “против”. Кровь кинулась мне в лицо. Если пират таким экстравагантным образом хотел выразить благодарность за спасение своей жизни, он явно просчитался. Во всяком случае, эмоции, как всегда, взяли надо мной верх. - Руки! – я судорожно рванулась, одновременно выхватив из-за пояса пирата пистолет, и направила его на владельца. - Что, опять? Хорошо, хорошо! Сдаюсь! – он поднял руки в шутливом испуге. – Если ты не в духе, так и скажи! - Ты… не обиделся? – осторожно спросила я. - Бывает… Отдай-ка мне эту штуку, а то ненароком убьёшь кого-нибудь, - миролюбиво произнёс Джек. Я вернула пистолет безо всякого сопротивления, поняв, что он больше не станет покушаться на мою честь. - Просто… мы с тобой ещё слишком мало знакомы и… вообще… - беспомощно запиналась я, заливаясь отчаянным румянцем. - В следующий раз подам тебе просьбу в письменном виде через третье лицо. Впрочем, знаешь, другого от тебя я и не ожидал. Что же! Подождём до лучших времён, - спокойно проговорил Джек. Казалось, это происшествие только позабавило его. - Ну, теперь я вижу, что ты действительно пошёл на поправку, - слабым голосом заметила я. Мы посмотрели друг на друга и расхохотались, и долго ещё не могли успокоиться. Так весело и беззаботно я не смеялась давно – наверно, с тех самых пор, как попала в этот мир...

~***~

Вечером следующего дня мы наконец прибыли на место. До черепа, надёжно хранимого большим гротом, было рукой подать. Капитан Воробей заметно нервничал – хотя мало какой парусник мог сравниться с “Жемчужиной” в быстроходности, немало времени было потеряно по причине описанных выше событий. Так что теперь конкуренты буквально дышали нам в затылок. Тем более, что, пускай неведомый враг Джека и не знал, как правильно вскрыть тайник, дорога к нему была ему известна. Кто же был «конкурирующей фирмой»? Меня этот вопрос особо не беспокоил. Возможно, по той простой причине, что меньше всего мне хотелось ввязываться в конфликт между двумя противоборствующими пиратскими шайками. И я поступила подобно страусу, сунувшему голову в песок: опасность не видна, значит, ее нет... Два пути было к заветному кладу: по воде и по суше. Второй путь по каким-то соображениям был забракован Джеком. Поэтому мы отправились на шлюпке, в которой уже было все необходимое. Говоря “мы”, я подразумеваю “мы с Джеком”. Выбор пал именно на меня, ибо мистер Гиббс обязан был оставаться на корабле в отсутствие капитана, а больше никому из команды подозревающий теперь всех и вся Джек не доверял. В одиночку же отправляться за сокровищем было небезопасно. Согласно уговору, на все должно было уйти не более часа. Более длительная задержка говорила о том, что что-то неладно. В таком случае мистер Гиббс, невзирая ни на что, должен был отправляться за нами следом. К пещере, хранившей сокровище, вёл своеобразный водный коридор. На вёслах сидел Джек. Я же, поместившись у руля, крутила головой, рассматривая стены и грозно нависший над нами потолок грота. По ним скакали причудливые тени – их порождал укреплённый на носу лодки фонарь, освещавший нам дорогу. Наконец водный отрезок пути завершился, мы вышли на сушу и, прихватив с собой фонарь, зашагали узким тёмным – хоть глаз выколи - коридором, который вывел нас в небольшую полукруглую пещеру. Здесь царил прохладный полумрак, словно рассеянный свет излучали сами стены. Джек кивнул в дальний её угол – там во тьме тонул ещё один точно такой же каменный ход. Именно оттуда нам следовало ожидать беды. Если, конечно, наша догадка о конкурирующей организации и причастности к ней Пита была верна… Джек уверенно прошагал к дальней стене и стал деловито над ней колдовать. Я не была наделена от природы излишним любопытством, и что именно нужно было сделать для того, чтобы открыть тайник, осталось для меня загадкой. Куда больше меня заботила моя почётная обязанность светить пирату так, чтобы ему было всё хорошо видно. И ещё я беспрестанно косилась в сторону зловеще тёмного зева второго туннеля. В реальность меня вернул тихий возглас Джека. Часть каменной стены в лучших традициях пиратских романов с негромким скрежетом отъехала в сторону, и взглядам нашим открылась небольшая ниша. Затаив дыхание и позабыв об осторожности, Джек запустил в неё руку почти по локоть и торжественно извлёк наружу небольшой предмет, обёрнутый ветошью. Он развернул полусгнившие от времени остатки ткани, и я восхищённо ахнула. В руках пирата лежал череп из цельного куска горного хрусталя. Выглядел он до жути натуралистично. Искусные руки безвестного мастера отшлифовали поверхность камня, сделав ее идеально гладкой, безупречно воспроизвели даже самые мелкие детали. В свете факела череп переливался всеми цветами радуги. - Ну как, ты достаточно им полюбовалась? – Джек нарочито небрежно поместил сокровище в кожаную сумку, захваченную нами для этой цели. - В жизни ничего прекраснее не видела, - выдохнула я, всё ещё находясь под впечатлением от увиденного. - Но пора бы нам отсюда выбираться, - продолжал Джек. – Рассмотрим его как следует на борту. Я опасаюсь, не случилось бы нам на голову незваных гостей. Хотя… вот чёрт, кажется, мы уже опоздали. Слышишь? – он настороженно прислушался. Я тоже услышала это – кто-то осторожно крался по второму туннелю, шуршал песок под ногами. И этот кто-то тоже был не один. - Уходим, быстро и тихо, - шепнул Джек. Мы сорвались было с места, но…. - Стоять! Без глупостей, Джек, мы знаем, что ты уже там. И знаем, что тайник уже открыт, - раздался позади зловеще спокойный голос. - Скоро здесь будет жарко, - торопливо зашептал Джек. – Ступай и укройся где-нибудь. И возьми это, - он сунул мне в руки сумку. - А ты? Никуда я без тебя не уйду, - заартачилась я дрожащим от страха голосом. - Слушай, они не видели тебя. Пусть думают, что я здесь один, а в тайнике ничего не оказалось. Беги отсюда, а ещё лучше – уплывай и позови на помощь Гиббса. Со мной всё будет в порядке, я сумею обвести их вокруг пальца. Я открыла рот, чтобы возразить, но шальная пуля, врезавшаяся в стену рядом с нами, моментально заставила меня изменить решение. Осколки камня брызнули во все стороны, и я взвизгнула, когда несколько пробороздили мою щеку. - Это было предупреждение, Джек! Нас много, и мы не шутим. Сдавайся. Я с мукой во взгляде в последний раз обернулась на Джека и во весь дух припустилась по узкому коридору, подгоняемая собственным страхом. Позвать на помощь, позвать Гиббса, билась у меня в мозгу одна и та же мысль. Словом, на меня будто нашло какое-то затмение. Казалось, что уже в следующее мгновение я очутилась в лодке. Кожаная сумка с бесценным содержимым лежала на дне у моих ног. Грести я умела, - научилась еще в своем мире, когда мы всей семьей однажды взяли напрокат лодку, чтобы покататься по озеру. И всё же что-то тянуло меня назад. Словно дно всё сплошь поросло водорослями, которые мешали моему продвижению. Лодка окончательно стала. Я прислушалась к себе и поняла, что просто обязана вернуться – что бы там не говорил капитан Джек. Обратно я не плыла, а кралась – раза в два медленнее, чем уходила. Грот встретил меня абсолютной, непроницаемой тишиной. Казалось, что там нет ни единой живой души. Ну, предположим, пираты, не солоно хлебавши, вернулись обратно тем же путём, как и попали сюда. Но где же Джек? Я похолодела. Уж не увели ли они его с собой? Мне не пришлось искать слишком долго. Посреди пещеры на песчаном полу что-то темнело. Словно злой рок довлел над Джеком! Казалось, мы снова вернулись в тот день, когда был разоблачён предатель. Что произошло здесь за время моего отсутствия, было и так понятно. Очевидно, оставшись ни с чем, пираты впали в ярость и схватились за пистолеты. Ноги у меня подкосились. Я буквально рухнула на пол рядом с бесчувственным Джеком, приложила ухо к груди, пробитой пулями. Выглядел он ужасно, и всё же он был жив! Сердце слабо, но билось. Пульс был частый и тонкий, как ниточка. Я уложила его голову к себе на колени. Спустя некоторое время ресницы Джека задрожали, он с усилием открыл глаза и уставился на меня мутным взглядом. - Я же велел тебе…уходить. Ты забыла, о чём гласит Кодекс? За теми, кто отстал…не возвращаются… - речь его была прерывистой, он через силу выталкивал из себя слова. - К чёрту кодекс! Всё-таки я не пират. К тому же, в нём только указания, а не законы! – парировала я. – Давай помолчим. Не надо разговаривать. Береги силы. Тебя надо доставить на борт корабля. Может быть, я сумею дотащить тебя до лодки? Всё будет хорошо, мы тебя выходим, как тогда. - Нет… здесь совсем другое…. Не перебивай…. Слушай…. – Джек судорожно вздохнул, сглотнул, облизал пересохшие губы. Хотя мне было видно, как ему больно, но – странное дело! - он улыбался, глядя в моё лицо из-под полуопущенных век. - Я не всегда был с тобой справедлив…прости… я успел здорово к тебе привязаться… и, чёрт возьми, мне жаль, что нам приходится расставаться…особенно именно сейчас…мне следовало бы раньше сказать тебе это… хотя – как у вас там говорится?...- лучше поздно, чем…никогда…ведь так? Череп остаётся… у тебя… распорядись им… правильно… В уголке его рта показалась тонкая струйка крови. Жизнь покидала его – и он знал это, потому и торопился высказать мне всё, что было у него на сердце. То, что только явная угроза смерти смогла вырвать из его уст, то, что этот гордый свободолюбивый человек предпочитал держать при себе и считал недостойным произносить вслух. Пальцы его, которыми он судорожно вцепился в моё запястье, разжались. Голова склонилась набок. Он безвольно вытянулся всем телом… - НЕТ! – мой крик эхом отразился от сводов грота. - Нет! Проклятый пират… не уходи, не смей уйти вот так! Не узнав, что я... Тирада прервалась на полуслове; словно невидимая струна с невыносимо скорбным звуком лопнула в моей груди, и я склонилась над пиратом, уже не сдерживая слёз. Я раз за разом повторяла его имя. Зачем только я послушалась его и убежала? Зачем позволила страху помутить мой рассудок? Зачем бросила тогда Джека на произвол судьбы? Как жить дальше? Когда на руках у меня погибал друг (который, чего уж скрывать, гораздо больше, чем просто друг), а я ничего, ровным счётом ничего не предприняла для его спасения… Его раны несовместимы с жизнью… Я приподнялась, обессилевшая, изнемогшая от слёз. За что мы боролись, за что Джек отдал жизнь? За несчастную хрустальную стекляшку? “Он исполнит любое желание того, кому принадлежит! Только одно, но любое!” Звонкий голос Джека так явственно прозвучал у меня в голове, что я подумала – не мерещится ли он мне. Но нет – это просто яркое воспоминание… А он – то, о чём тогда шла речь в капитанской каюте “Жемчужины”, - совсем рядом, только протяни руку! Я извлекла череп из сумки. В тот момент непостижимым образом я поняла, что древняя легенда – не красивая сказка, а самая настоящая правда. И не знаю, была ли то причудливая игра света, - но в глазницах черепа загорелись два огонька, которые испытующе смотрели прямо в мою душу. Загадай желание… Пара слов – и Джек будет жить. Или – спустя один вдох я буду уже дома…