Через край

Без малого три дня я провела в какой-то полудреме. Находясь в призрачных объятиях сна, я всё же чувствовала время от времени, как кто-то – кажется, мистер Гиббс – бережно приподнимает мне голову и осторожно вливает мне в горло что-то вроде жидкой похлёбки. По истечении указанного срока я наконец-то смогла вырваться из липкой паутины бессмысленных сновидений. Но и потом во время бодрствования то и дело ощущала, что меня снова клонит в дремоту. Приходя в себя, я размышляла над тем, что же со мной случилось. Реакция на стресс? Все-таки на меня в последнее время свалилось столько всего, что моя отнюдь не крепкая психика могла просто не справиться с таким количеством событий. Или, может быть, я подхватила какую-нибудь тропическую заразу? Малярию, например. Но память отказывалась выдавать какую-либо информацию по поводу южных болезней. К тому же симптомы не складывались в четкую картину. Судя по обрывкам разговоров, долетавших до моего одурманенного сознания, пиратов тоже заботил этот вопрос. К моим версиям добавлялась еще одна, высказанная Джеком: виновата магия. Ну да, конечно, проклятия же вещь заразная, они просто вокруг да около… Уж не зацепило ли меня таинственное проклятие, тяготевшее над экипажем злосчастного «Затмения»? Хотя... ощущения тогда, наверное, были бы другими. Что-то типа онемения или тому подобного. Я же чувствовала себя так, словно… просто распадаюсь на атомы? Но, впрочем, как выяснилось в дальнейшем, версия Джека была ближе всего к истине. Хотя и он не был до конца прав. Временами меня навещал Джек, и в эти минуты он болтал, не умолкая. Я понимала это так, что ему слегка неловко за то, что произошло. Но теперь-то вся моя боль и обида давно уже прошли… - И тогда мы с Гиббсом… Эй, Айрин! Это просто невежливо! Ну-ка проснись! - Что? Я опять… - я потянулась с душераздирающим зевком. - Опять. И знаешь, это мне уже не нравится, - он смотрел на меня необыкновенно серьёзно. – По-моему, придётся-таки нам навестить Тиа Дальму. Мне кажется, она знает, как тебе помочь.

~***~

- Да, это действительно любопытный случай, - протянула Тиа Далма, внимательно вглядываясь в моё лицо. – Я ведь уже предупреждала… - Но он тебе по плечу, не так ли? – пытливо поинтересовался Джек. - Конечно, - пропела Тиа Далма, направляясь к своему столу. По пути она случайно или намеренно изящно обогнула Джека, приобняв его за талию. Колдунья уселась за стол, взяла в руки пригоршню сушёных крабьих клешней. И бросила их на стол, словно играла в кости. - Всё так, как я и говорила, - заговорила она, вглядываясь в клешни, разлетевшиеся по всему столу. Глаза её расширились – казалось, она может читать по ним, как в книге. – Она не может долго существовать в чужом ей мире. Помочь может только жизненная сила того, кто здесь рожден… - Не понимаю я твоих загадок, - поморщился Джек. - Чтобы ей помочь, ты должен отдать часть себя, - усмехнулась морская колдунья. На мой взгляд, это пояснение окончательно все запутало. Впрочем, на сей раз пират прекрасно все понял. - А это непременно должен сделать я? – смешался ошалевший Джек. - Я не думаю, что моя душа – то, что ей надо. И вообще, нельзя как-то обойтись без этого? Или, может быть, кто-нибудь другой… Но желающих поблизости не наблюдалось по одной простой причине: на сей раз к Тиа Дальме мы отправились вдвоем, а Гиббс остался за главного на “Жемчужине”. Я задохнулась от возмущения: столько совместно пережитых опасностей – и никакого желания помочь? А ведь я его несколько раз выручала… Тиа Далма тоже строго и с осуждением смотрела на Джека. - Ну ладно, - сдался Джек, поймав мой взгляд – я молча ждала его решения. – Считай, что моё согласие у тебя в кармане. Что мы должны делать? Колдунья подошла к маленькому очагу, в котором на весёлом огне побулькивал котелок с кипятком, и стала горстями бросать в него какие-то сушёные травы и причудливые плоды. Она помешивала в котелке, бормоча что-то себе под нос, то по часовой стрелке, то против – сколько я ни следила за ней, никакой системы уловить не смогла. Когда отвар был готов, Тиа Далма половником разлила его по двум глиняным кружкам. Одну протянула мне, другую – Джеку. - Что это? – подозрительно спросил пират, нюхая варево, цветом и консистенцией напрашивающееся на сравнение с болотной жижей. - Пейте. Или ты думаешь, что я отравить вас мечтаю? Предупредить должна – это снадобье неприятно на вкус. Но для вашей жизни оно опасности не представляет. Выпить нужно всё, до последней капли. - Ну, до дна! – решился Джек, взмахнув своей кружкой. – Бери всё… - … и не отдавай ничего! – подхватила я, поднимая свою. – Наше здоровье! Сказать, что варево было неприятно на вкус, значило не сказать ничего. Лично меня спасло лишь то, что свою порцию я проглотила залпом, толком не успев распробовать вкуса. И всё равно от кошмарной, невообразимой горечи свело скулы. - Это всё? – поинтересовался Джек, едва переводя дух и содрогаясь от отвращения. – Или у тебя припасено ещё что-нибудь не менее вкусное? Тиа Далма велела нам сесть на колени на пол и взяться за руки. Ещё одним очень важным условием было, не отрываясь, смотреть друг другу в глаза. Сама колдунья встала поодаль и затянула заклинание на неведомом языке. Это было то резкое, почти злобное бормотание, то мелодичные напевы. На одной из сладких тягучих, как лакрица, но я почувствовала, что великое колдовство свершилось. Нас окутало радужное сияние. А я увидела саму сущность Джека, его энергетику. Это было нечто переменчивое, то жаркое, страстное, как пламя, то спокойное, как гладь океана в штиль. Эта чужая энергия входила в меня через наши руки, разнять которые не могло бы ничто на свете … Сначала я инстинктивно возмутилась этому вторжению в своё существо. Между нами тут же словно возникла стена. - Не бойся! Прими меня! Таким, какой я есть! – выкрикнул Джек. - Да… я принимаю тебя… Новое ощущение хлынуло в моё сознание, переполняя до краёв: непреодолимое стремление к свободе, безумная, неугасимая любовь к пению ветра в парусах, солоноватому запаху моря и – словно пузырьки в игристом шампанском – лёгкий привкус авантюризма и задора. Я дрожала от напряжения, вбирая, впитывая в себя всё новые и новые чувства, в то время как Джек, напротив, постепенно слабел. И когда всё закончилось, он некоторое время продолжал сидеть неподвижно, бессильно уронив руки себе на колени. Молчание нарушила Тиа Далма. - Чужестранка, как ты себя чувствуешь? - Довольно странно, непривычно… - я помедлила, сортируя, анализируя свои ощущения. – Состояние довольно неадекватное… одним словом, превосходное! - Теперь всё хорошо, - кивнула колдунья. - Джек… спасибо тебе! - Да не за что, всегда пожалуйста, - раскланялся тот. – Теперь мы с тобой квиты. - Как ты думаешь, мы теперь лучше станем понимать друг друга? – не унималась я – у меня внезапно чудесным образом развязался язык. Никогда в жизни, пожалуй, даже в далеком детстве не чувствовала я себя так легко, так... свободно... - Вот это вряд ли, - скептически хмыкнул тот. - А знаешь, теперь ты, наверное, в какой-то степени стал частью моей души, - продолжала я. - Только если очень тёмной частью. Ну что ж, быть девчонкой с душой пирата всё же лучше, чем пиратом с душой девчонки, - и он весело усмехнулся, явно представив себе второй вариант. - Простите, что прервать должна ваше общение, - вклинилась Тиа Дальма. – Чужестранка… - Да? – я насторожилась - что-то не понравилось мне в её взгляде. - Как бы хорошо не было тебе в нашем мире, ты ему не принадлежишь, - заметила колдунья с убийственным апломбом. - Д-да, разумеется… - к чему она клонит, интересно? - Но у тебя же есть что-нибудь и на этот случай? – поинтересовался Джек. Колдунья молча покачала головой. Она смотрела на меня – неотрывно и не мигая, а сама в это время объясняла Джеку: - То, что не принадлежит этому миру, рано или поздно исчезнет… Я смогла только отсрочить конец, но до конца этот мир никогда ее не примет… «Чувствуй себя, как дома, но не забывай, что ты в гостях». Что же, очередное из туманных предсказаний Тиа Далмы обрело четкие очертания. Стоило мне более-менее освоиться в этом мире, как пора было и честь знать…