Сотри мои воспоминания

Музыка: Klergy — Angel in Hell

      Плотная пелена туч расстилалась до самого горизонта, погружая Лондон в привычную хмурую атмосферу. Забавно, но здесь даже моросящий дождик казался Гермионе более уютным, чем солнечный день в Париже. Либо она просто слишком сильно соскучилась по дому.       «Дом…» — сердце защемило от очередного напоминания о том, что это слово отныне стало ей недоступным. Конечно же, Гермиона могла пройтись по родной улице и даже постучать в родительские двери. Только вот встретить безразличный взгляд, который никогда больше не узнает дочери, было выше её сил.       Порыв ветра взметнул полы чёрного пальто, вырывая из грустных раздумий. Морозный воздух покалывал губы, которые Грейнджер уже искусала, изводя себя непрерываемыми размышлениями обо всём происходящем.       Смерти… Смерти… Смерти… А ко всему прочему и маховик времени в руках сбежавшего Пожирателя — Люциуса Малфоя, который каким-то образом ускользнул из Азкабана несколько месяцев назад.       В тот день Гермиона увидела новостную сводку в газете, но срочные дела не дали ей обдумать и связать побег с иными событиями. Но что, если именно Люциус стоял за всеми убийствами, совершаемыми Новыми Пожирателями? Ведь они преследовали и карали тех волшебников, которые сотрудничали с Орденом.       «Но кем был тот Пожиратель из видения? Или что это было? Воспоминание? Сон?.. Точно не воспоминание!.. Что, если Люциусу помогает сын? Ведь я не видела Драко… Чёрт, когда я вообще видела Драко в последний раз?»       За размышлениями Гермиона и не заметила, как вышла из камина в лондонском Министерстве магии. Она поняла это только тогда, когда очутилась в знакомом атриуме и застыла. Здесь будто ничего и не изменилось. Не считая ощущений самой Грейнджер, которая именно сейчас осознала, что она вновь «дома».

***

      Пробыв в стенах Министерства совсем недолго, Гермиона успела устать от бесконечных удивлённых взглядов. Внимание к ней было настолько пристальным, что Грейнджер невольно вспомнились первые месяцы после окончания Войны. Тогда они пытались наладить жизнь, залечить раны и прийти в себя. Вот только складывалось ощущение, что спрятаться или скрыться от вездесущего интереса к их «золотой троице» попросту невозможно.       — Надо же! Ты как никогда популярна, Грейнджер, — подтвердил её мысли подошедший Блейз Забини.       — И не говори, — пробормотала она в ответ, желая поскорее добраться до кабинета Гарри.       — Не скучала по Лондону? Как там великая земля революции? — продолжил Блейз, будто намерено игнорируя настроение Гермионы.       — Всё так же, как и всегда. Тебе вроде дальше по коридору, — она кивнула в сторону длинного прохода, а сама остановилась.       — О, нет. Мне вместе с тобой, Грейнджер, — ухмыльнулся он, открыв дверь и галантно пропуская её вперёд.       Гермиона недоверчиво взглянула на парня, который заметно возмужал и, казалось, даже стал выше. Он приветливо улыбнулся, и только сейчас она обратила внимание на тёмно-серую форму, совсем как у неё.       «Я и забыла, что он стал аврором…»       Она никогда не испытывала к Забини негативных чувств. В отличие от его слизеринской компании, которая её частенько напрягала. Впрочем, сам парень всегда вёл себя весьма сдержано, а после войны и достаточно добродушно по отношению к ней.       — Гермиона, Блейз, — раздался голос Гарри, стоило им войти в кабинет. — Вы как раз вовремя.       Поттер заметно нервничал. Грейнджер сразу поняла это по тому, как сжимались его пальцы и как дёргалась вена над глазом.       — Что произошло? — удивилась она.       — Пожиратели вновь напали. В этот раз было найдено четыре трупа в особняке Фоули, — с тяжёлым выдохом произнёс Гарри.       — Четыре? Не пять? — быстрее, нежели успела обдумать вопрос, выпалила Гермиона.       — Нет, четыре мёртвых волшебника. И живой свидетель магл, — покачал головой Поттер.       Друг явно удивился её вопросу, но промолчал. Гермиона заметила, как он сощурился, отчего на лбу прорезались глубокие морщины. Сейчас его вид казался ещё более уставшим, нежели было в Париже.       — Мы втроём отправимся на место, — скомандовал Гарри, и от этих слов по спине Гермионы пробежала стайка колючих мурашек.

***

      Всю первую половину дня Гермиона как могла отбрасывала от себя те ужасающие видения, что посетили её накануне. Ведь стоило только на секунду поддаться панике и прокрутить их в голове, как тело сковывало в ледяные тиски страха.       Несложно было догадаться, что она как-то связана с тем Пожирателем. Но было это заклятье, зелье или какие-то руны — она не могла понять. А может дело в том поцелуе?       Как бы то ни было, единственной зацепкой для Гермионы была микстура, из-за которой и пропала чёрная змейка на теле. После Мунго её дала ей Полумна с настойчивым требованием: «Принимать каждую неделю». Вот только Грейнджер полагала, что это всего лишь зелье от слабости и для восстановления сил. Поэтому особо и не следила за периодичностью приёмов. Ведь и цвет, и консистенция, и даже запах были идентичны знакомому лекарству.       — Гермиона, с тобой всё в порядке? — тихо пробормотал Гарри у самого уха, стоило им аппарировать к особняку Фоули.       — Да, — спокойным тоном отрезала подруга в ответ и уверенно зашагала в сторону порога.       «Не стоит Гарри знать об этом. Во всяком случае, до тех пор, пока я сама не разберусь, что со мной происходит».       Туманная дымка плотно укутала дом, скрывая его от посторонних глаз. Порывистый холодный ветер хлестал по щекам, а мелкие капли дождя с остервенением царапали кожу. Но Гермиона совершенно не замечала непогоды, стоя около самого порога огромного особняка, и будто не решалась войти. Или, вернее, не решалась подтвердить очевидное и увидеть изуродованные трупы тех девушек.       Гермиону давно не пугала смерть. Она встречалась с ней уже достаточно часто. Скорее, её до сих пор поражала жестокость, на которую был готов и волшебник, и человек в достижении своих желаний.       Она понимала, что увидит за дверью. Уже чувствовала, как стиснулось в груди сердце, не решаясь ускорить свой ритм. Дыхание замерло, и девушка сжала губы, стараясь подавить мимолётную слабость.       «Там четыре тела. Они мертвы… Ты делала это десятки раз, соберись!» — настраивалась она.       Вот только Гермиона могла поклясться, что видела пятерых. Или всё же один оставался жив?       — Мы попытались поговорить с маглом, но он слишком напуган, — раздался голос рядом.       Гермиона обернулась и окинула взглядом невысокого парня, который подошёл к Гарри. Она даже не заметила, как он вышел из дома и прошёл мимо — настолько была погружена в свои мысли… На его тёмно-серой форме красовалось свежее багровое пятно, а сам незнакомец активно жестикулировал руками и быстро тараторил отчёт.       «Никогда не видела его в аврорате до этого. Откуда они все набрались?» — невольно проскользнуло раздражение в голове.       — У тебя кровь? — перебила она аврора.       — А… — замялся парень. — Человек. Он сначала пытался порезать руки, но сейчас вроде успокоился.       — И ты оставил его одного? — её голос прозвучал строго.       — Нет. С ним Джон остался…       Гермиона не дослушала и поднялась на порог, не давая себе времени на раздумья. Стоило зайти в дом, как к горлу подбежал тошнотворный ком. Она с шумом втянула воздух и прошла вглубь.       Через плотно зашторенные окна пробивались редкие лучики света, разрезающие окружающий полумрак.       — Люмос, — пробормотала она, вытягивая палочку вперёд.       Пальцы, удерживающие древко, заледенели, но не только от воспоминаний. Внутри дома температура была заметно ниже. Словно кто-то очень постарался оставить тела в сохранности максимально возможное время, дабы их увидели именно такими. Гермиона выдохнула, и облачко пара очертилось в воздухе полупрозрачным контуром.       Грейнджер огляделась и безошибочно догадалась, где лежат первые три тела. Безжизненные глаза девушек были устремлены в потолок, а на лицах застыл такой ужас, что Гермиона невольно поёжилась. В реальности это выглядело ещё более жутко. Их тела, будто поломанные фарфоровые куклы, лежали посреди комнаты в неестественных позах.       — Чем здесь пахнет? — раздался голос Блейза за спиной.       Только сейчас Гермиона ощутила этот аромат. Словно смесь сандала и ванили, повисших в воздухе.       — О, Мерлин, — пробормотал Поттер, проследив за взглядом подруги. — Это тройняшки Фоули: Гретта, Ребекка и Лиана. Они как-то помогли Ордену укрыться от преследования в этом доме.       — Зажгите свет, — скомандовала Грейнджер.       — Это невозможно. Как только мы пытаемся сделать это — выживший кричит и молит о пощаде, — покачал головой аврор.       — Люмос Максима! — произнесла Гермиона, и яркая вспышка разрезала полумрак, заливая помещение белым светом.       Грейнджер посмотрела наверх, откуда наблюдала глазами Пожирателя за всем залом. Второй этаж был пуст, но в памяти тут же всплыл образ Люциуса, который крутил в руках золотой маховик.       Следуя по одной ей ведомому пути, Гермиона поднялась по ступеням и подошла к тому месту, где стояла в видении. По телу прокатился жар. То ли от волнения, то ли от чьего-то невидимого прикосновения, которое она на мгновение ощутила. Уже знакомое жжение в груди заставило её напрячься, и девушка резко оглянулась, словно чувствуя чужое присутствие. Но здесь она была одна.       Со второго этажа достаточно хорошо просматривался весь огромный зал. И если бы не мёртвые тела, то по идеальному порядку нельзя было сказать, что здесь кто-то был в последнее время. А тем более, что это место убийства.       Гермиона проследила за Гарри и Блейзом, которые подошли к трупу другой девушки. Она лежала в отдалении от трёх сестёр, и в отличие от них её глаза были прикрыты, словно незнакомка всего лишь сладко спала. Не считая, конечно, тёмных полос от яда, что виднелись на бледной коже.       «Но ведь там было два тела», — прокрутила в голове воспоминания Грейнджер.       Она спустилась вниз и подошла к незнакомому аврору.       — Как тебя зовут?       — Майкл, — тут же отозвался он.       — Где тот человек, про которого ты говорил?       — Сюда, — указал он в сторону соседней комнаты.       В ней, казалось, было ещё темнее, чем в предыдущей. Но следуя предупреждению аврора, Гермиона не стала применять заклинаний и зажигать свет. Она тихо подошла к маглу, что ровно сидел на самом краю дивана.       И в этот момент её сердце ускорило свой бег. Словно до этой самой секунды оно пропускало удары, неуверенно билось в груди, желая затормозить. Грейнджер на мгновение застыла, рассматривая парня перед собой. Это точно был тот самый второй «труп» из видения. Только с той разницей, что в его теле ещё теплились отголоски жизни.       Вот только его вид, казалось, ничем не отличался от других убитых. Кожа была до ужаса бледна и также исчерчена тёмными полосами. Но, на удивление, яд не подействовал, либо его что-то тормозило.       Светлые глаза человека были затуманены еле заметной мутной пеленой. Но стоило Гермионе подойти ближе, как они ожили и остановились на ней.       — Он убил их, — хрипло прошептал парень.       — Кто он? — Грейнджер присела перед ним.       — Маска… Такая страшная, пугающая маска… Время-время-время… — с каждым словом его голос становился громче.       — Какое время?       — Его нет! — выкрикнул магл и резко приблизился к Гермионе, оставляя между ними считанные сантиметры. — Нет! — прошептал он прямо ей в губы.       — Кто это был? — произнесла она спокойным, ровным тоном.       — Сме-е-ерть… Он принесёт всем смерть! Время не остановится. Он не сможет его вернуть, — парень стремительно отпрянул назад и захохотал.       — Не сможет вернуть что?       — Время-я-я-я, — заливистый смех срывался на истеричные нотки.       — Кого ты видел? Опиши их.       — Маски. Но был один. С длинными белыми-белыми-белыми волосами…       — Люциус, — озвучила догадку Гермиона.       — Лю…       Человек попытался повторить имя, но резко закашлял. Его глаза расширились в панике и закатились. Тело начало дрожать. Он повалился на пол, извиваясь так, словно из него желал выбраться демон.       Грейнджер подскочила на ноги и оглянулась на подбежавших Гарри и авроров.       — Что произошло?       — Я не понимаю, — прошептала Гермиона, чувствуя, как тело сковывается от ужаса.       Но в тот же миг всё прекратилось, будто кто-то нажал на «стоп». Тело человека обмякло, и взгляд безжизненно застыл.       Блейз опустился на колено и нащупал вену на шее магла. Несколько долгих секунд все молчали, пока парень не обернулся, бросив короткое:       — Мёртв.

***

      — С каждым разом число жертв возрастает, — покачал головой Гарри, нервно расхаживая по кабинету. — Сначала они выслеживали волшебников по одному. Сейчас действуют смелее. И почему каждый раз они оставляют свидетеля магла?       — Но как они оказываются на несколько шагов впереди? Мы же ещё месяц назад начали следить за каждым, кто помогал Ордену во время войны, — Майкл насупился и сжал кулаки.       Аврор заметно переживал, что было неудивительно, ведь, как поняла Гермиона, наблюдение за особняком Фоули было именно его задачей.       — Что, если они используют маховик времени, про который говорил прошлый выживший? — рассуждал Блейз.       Грейнджер скользнула глазами по всей троице, сидящей на диване: Блейз, Майкл и третий аврор, кажется, Джон, который тогда остался в доме. Они были похожи на провинившихся учеников, что предстали перед Миневрой Макгонагалл. Только вот в роли строгого учителя, как ни странно, выступал Гарри Поттер.       Гермиона практически не слушала их рассуждения, прокручивая в голове собственные домыслы:       «Если моё видение было в то же время, что и убийства, значит, с момента смерти прошло не менее пятнадцати часов. Сильные яды обычно действуют куда быстрее… Но там оставался Люциус, и я точно видела этого же человека без сознания и со следами отравления в ту ночь…»       — Выходит, в Министерстве может быть предатель, который приводит Пожирателей к волшебникам? — долетели до неё отголоски голосов.       «Он сказал, что маховик сломан, но это поправимо…»       — Придётся допрашивать каждого аврора, кто причастен к делу. А следы бывших приспешников Лорда будто растворяются в воздухе…       «Люциус Малфой… Люциус Малфой… Люциус… Малфой!»       — Где Драко? — сорвался неожиданный вопрос с губ Гермионы, заставивший всех в комнате разом замолчать.       Её нетерпеливый взгляд устремился на Блейза. Пожалуй, единственного, кто мог знать о младшем Малфое хоть что-то.       Грейнджер вновь попыталась вспомнить, когда видела Драко в последний раз. Было ли это во время битвы за Хогвартс или уже позже?       Она точно помнила, что несколько раз в газетах мелькали статьи о нём с неизменными колдографиями. Неизменными, потому что мистер Малфой не особо жаловал светскую жизнь. Он не терпел репортёров, отчего все неугодные попадания в кадр непременно быстро стирались с помощью хорошей суммы галлеонов.       Но вот в памяти Грейнджер вспыхнуло одно воспоминание. Тот день, когда она видела Драко в Министерстве через несколько месяцев после окончания Войны. Ей хорошо запомнился этот надменный холодный взгляд, и в голове даже пролетел его голос, кричащий мерзкое: «Грязнокровка».       Его визит был не совсем обычным, отчего настроение Малфоя-младшего казалось в высшей степени отвратительным. Хотя разве она видела его в ином состоянии когда-то?       Но что самое важное — он заключил сделку. И условия выполнил пока что не до конца.       — Наверняка в Малфой Мэноре. Но я уверен, что он здесь не при чём, — ответил Забини.       — Почему так уверен? Если мы знаем, что в деле замешан Люциус. Не стоит же лишний раз напоминать, насколько важны родственные связи для этого семейства? — ухмыльнулась Гермиона, отталкиваясь от стены и подходя ближе.       — Я уверен, — повторил Блейз.       — Проверим его. Гарри, отправь кого-нибудь из авроров, например, Майкла и Джона. Ведь им нужно загладить свою оплошность, не так ли? — её глаза блеснули, когда она заметила на лицах парней смесь изумления от сказанных слов.       — Драко не любит незваных гостей. Майкл и Джон не пройдут и дальше ворот. Мэнор их попросту не пропустит. Я сам могу поговорить с ним, — Забини поднялся с дивана и посмотрел на Гарри в ожидании распоряжений.       — Думаю, что это отличный вариант, — кивнул Поттер.       — Я отправляюсь с тобой, — уверено произнесла Грейнджер.       — Но… — начал было Блейз.       — Я сама задам Драко необходимые вопросы. И это не обсуждается, — бросила Гермиона, разворачиваясь в сторону дверей.

***

      Стоило только аппарировать к воротам Малфой Мэнора, как Грейнджер тут же ощутила тошноту, подкатившую к горлу. Как всякий раз, когда она пользовалась порталом, а тем более с ослабленным организмом. Впрочем, неприятные чувства можно было запросто списать и на воспоминания, которые навевал на неё этот роскошный, но мрачный дом.       Гермиона подошла к высоким кованым воротам и потрясла их, припоминая, как делал это один из егерей.       — Это не поможет, — раздался голос Блейза за спиной. — Драко изменил принцип входа сразу же после Войны. Теперь ворота открываются только перед теми, кого он не прочь видеть или перед близким кругом. Нужно поднести руку…       Забини не успел договорить. Завитки чугунной решётки пришли в движение, и через несколько секунд раздался характерный щелчок. Со скрипом ворота начали медленно раскрываться, пропуская гостей по широкой подъездной аллее к поместью.       — Это потому что ты подошёл достаточно близко? — хмурясь, пробормотала Гермиона.       — Нет. Я не успел ведь даже к ним прикоснуться, а это обязательно, — открытие решётки явно удивило Блейза.       — Что ж, значит, Малфой желает меня видеть. Как это мило, — хмыкнула она в ответ, хоть столь странный факт поразил её не меньше.       Они подошли к дому, но даже не успели постучать, как дверь перед ними приоткрылась. Казалось, что это произошло случайно, вот только стоило посмотреть ниже, как в щели показались огромные голубые глаза.       — Винки, это я, Блейз.       Дверь распахнулась шире, позволяя полностью увидеть полненького домового эльфа, что недоверчиво оглядывала нежданных гостей. Фартук на ней был настолько белоснежно-чистым, что невольно Гермиона даже удивилась, вспоминая лохмотья Добби.       — Драко дома? — спросил Забини.       — О, господин Блейз. Он дома, но… Мисс Грейнджер… — её голос был на удивление тоненьким и нежным, но от волнения переходил на писк.       — Нам нужен Драко, — уверенно проговорил Блейз.       — Но господин Малфой просил не беспокоить его, пока…       Эльф не успела договорить, как Гермиона шагнула на порог и прошла вглубь огромного зала. Она осмотрелась, замечая широкую лестницу, что вела на второй этаж поместья. В первый свой визит в Мэнор Грейнджер явно не успела оценить роскошные интерьеры. Ей было чуток не до этого. Но сейчас карие глаза даже блеснули, подмечая классическую, но совершенно не вычурную красоту дома. Он словно был живым, со своим особенным духом, который ощущался физически. В воздухе улавливался тонкий аромат роз и чего-то ещё. Того, что Гермиона не успела различить — зашагала вслед за Забини и Винки.       Длинный коридор, по которому они шли, вёл в сторону северного крыла и не был освещён, отчего утопал в полумраке. Винки остановилась перед дверьми и вновь нерешительно взглянула на гостей в надежде, что они передумают.       Короткий стук показался слишком громким в зависшей тишине. И только сейчас Гермиона поняла, что нервно сжала пальцы, выдавая своё волнение.       «Ох, Мерлин, Грейнджер, тот случай был много лет назад. Возьми себя в руки! Это всего лишь Малфой», — подбадривала она себя, медленно втягивая воздух, словно тот мог быть отравлен.       — Войдите, — раздался ответ с другой стороны, и только тогда эльф неторопливо приоткрыла дверь.       — Винки просит прощения у хозяина. Она говорила мистеру Блейзу, что мистер Малфой занят. Но мисс Грейнджер тоже здесь, и Винки подумала… — эльф на мгновение замялась и нервно заломила пальцы, вжав голову в плечи так, словно сейчас неумолимо последует удар.       — Можешь идти, Винки, — прервал её Драко.       Дважды повторять не пришлось. Только заслышав слова, раздался хлопок аппарации, и она исчезла.       Гермиона прошла внутрь, ощущая дрожь на кончиках пальцев, и окинула просторный кабинет. Он был выдержан в том же стиле, что и весь дом — мрачном, но элегантном. На столе стояла ваза с белыми розами, бутоны которых ещё не раскрылись. В камине у стены плясали всполохи огня, и в повисшей тишине был слышен лишь треск поленьев и, кажется, биение сердца Гермионы.       Она перевела внимание на Малфоя и замерла. За одно лишь мгновение внутри неё что-то переключилось. И в ту же секунду все самые отвратительные воспоминания вспыхнули в голове такой яркой картинкой, что волнение отхлынуло, оставляя за собой уверенность и чуточку злости.       — Мы потревожили вас, мистер Малфой, — нарочито нагло начала она, растягивая на губах ухмылку.       Только сейчас она заметила, что в кабинете он был не один, а с тремя незнакомыми мужчинами, взгляды которых были устремлены на авроров.       — Потревожили, — коротко констатировал Драко, сохраняя маску равнодушия.       Гермиона невольно отметила, как он изменился и повзрослел. Вся его фигура источала уверенность и спокойствие. А серые глаза будто стали в тысячу раз холоднее.       — Какая жалось, — продолжила она.       — Чем обязан, мисс Грейнджер? Дам вам минуту, чтобы изложить причину визита. Но после, к превеликому сожалению, вынужден буду просить вас покинуть Мэнор.       — Просите. Время пошло?       Будто желая показать, что его слова не произвели никакого эффекта, она расслабленно пожала плечами и подошла к столу. Протянув руку, коснулась кончиками пальцев нежных светлых бутонов, которые, на удивление, источали дивный аромат.       — Вы можете начинать, мисс Грейнджер. Время пошло, — произнёс Драко.       — Могу, мистер Малфой, — вновь улыбка тронула её губы. — Я начну рассказ о том, почему оказалась здесь. Позже вы сможете его продолжить. Либо… — она нарочно взяла паузу и стремительно обернулась.       — Либо?       — Либо можем сразу перейти к обсуждению одного договора, условия которого были выполнены не полностью.       На долю секунды в его лице что-то переменилось. Вспышка удивления и злости пролетела настолько быстро, что Гермиона даже подумала, что она ей показалась. Пока Драко, наконец, не нарушил тишину, коротко бросив:       — Все вон!       Без лишних слов мужчины, один за другим, вышли за дверь. Малфой перевёл выжидающий взгляд на Блейза, который молчаливо наблюдал за всей сценой. Забини ошарашенно заморгал, совершенно не ожидая, что повелительный тон друга относится и к нему. Но, даже не возразив, он последовал за остальными гостями и прикрыл дверь.       И в этот момент Гермиона могла поклясться, что от одной только мысли Драко, воздух вокруг неё действительно стал ядовитым. Иначе как объяснить, что ей сводило грудь от желания поскорее выбраться наружу?       — Я слушаю, — коротко бросил Малфой, скрещивая руки на груди и приседая на край стола.       — По договору, в обмен на сохранение жизни, ты должен был найти трёх Пожирателей и передать их Министерству.       — Ты пришла напомнить мне о том, что я подписал лично?       — Да.       — Я не забывал об этом и передал тех, кого просили.       Гермиона наклонила голову и скользнула глазами по его фигуре. Медленно подходя ближе, она продолжила:       — Двух из трёх Пожирателей. Всё верно. Но долг не закрыт.       Драко сжал челюсти и перевёл взгляд в сторону высокого окна.       — И кто вам нужен? — бросил он.       — Люциус Малфой.       Грейнджер подошла к нему уже достаточно близко, чтобы заметить, как на высоких скулах заплясали желваки. Внутри даже промелькнуло ощущение, словно она была перед диким зверем, который усыпил её осторожность, а теперь накинется и разорвёт на куски. Но этого не последовало.       Драко посмотрел на неё и спокойно, будто речь была не о его отце, проговорил:       — Это невозможно.       — Отчего же? — насмешливо улыбнулась Гермиона, не отводя взгляда в ответ.       — Я не предам своего отца. Даже если он истребит всех маглов и волшебников Англии.       — Какая верность, — Грейнджер подошла ещё ближе. — Даже если тебя ждёт поцелуй дементора за невыполнение условий договора?       Драко скользнул глазами по её лицу, словно рассматривая иначе, по-новому. Его губы изогнулись в усмешке, но вот только ничего не выдало истинных эмоций. Ни страха, ни напряжения, ни даже злости. Он будто забавлялся, играл с ней в игру, когда она пыталась диктовать условия.       — Ты изменилась, Грейнджер, — пробормотал он тише.       — Рада, что смогла тебя удивить, Малфой. Но у тебя есть сутки на раздумья. Время пошло.       И с этими словами она направилась к двери, всем телом ощущая на себе пронизывающий, ледяной взгляд, который, кажется, пробирался даже под кожу.

***

      Дождь усилился, барабаня по стеклу только ему известную мелодию.       Драко сжал палочку в руках и подошёл к окну. Его внимание было приковано к силуэту девушки, чья серая форма аврора медленно темнела от падающих с неба капель. Блейз еле поспевал за её стремительным шагом, пока они оба не подошли к невидимой границе аппарации и окончательно не исчезли.       Малфой медленно прикрыл глаза, ощущая, как внутри всё клокочет от злости.       «Драко, запомни!» — раздался в голове голос матери из далёких воспоминаний. — «Ты можешь предать всех вокруг. Но никогда, сынок, слышишь? Никогда не предавай семью!»       Рука дрогнула, и сотни аккуратно сложенных бумаг на столе неожиданно взметнулись вверх. Окна распахнулись настежь, и холодный порыв воздуха ударил в лицо Драко, приводя его в чувства.       «Я убью их всех…» — раздался в голове собственный голос.