Он сделан из золота (he's made of gold)

В следующие несколько недель Аарон замечает, что Кевину становится лучше с каждым днем. Процесс это медленный, но он бухает меньше и тренируется так, словно его жизнь снова зависит только от этого. Аарон знает, что изменения никак не связаны с ним, и все, что было нужно Кевину - это время, но ему нравится думать, что хоть какую-то роль он в этом сыграл. С помощью Экси Кевин все еще бежит от реальности, но Аарон не может его осуждать: Кевин прекратил активно убивать свою печень и, кажется, спит он тоже лучше. Пока что этого достаточно. Еще несколько ночей они проводят за просмотром документальных фильмов. Это становится что-то вроде рутины для них. Определенного дня или времени они не выбирают, наоборот, Аарон просто приходит в общежитие к Кевину, когда знает, что они будут одни, Кевин отправляет одну из своих мягких, уставших улыбок, и они наслаждаются компанией друг друга несколько часов. Иногда Кевин указывает на исторические неточности в фильмах, которые они смотрят, и Аарон говорит, что он слишком набивает себе цену. Во время третьей такой посиделки Кевин начинает выдумывать абсурдные факты, просто чтобы побесить Аарона. Это, вообще-то, приятно, расслабляюще и спокойно. Жизнь была слишком тихой. Аарон должен был понять, что это лишь дело времени, прежде чем что-то пойдет по пизде. Однажды вечером он сидит на диване в общежитие Кейтлин, пока ее руки обвиты вокруг него, смотрит какую-то отупляющую программу о докторах и больницах. До летних каникул осталось несколько дней, и Аарон готов наконец-то, блять, отдохнуть. Этот год измучил его, свернул его, как какую-то тряпку и пиздецки избил его. Даже метафоры потеряли свое значение, он так сильно устал. Он и Кейтлин ничего, в принципе, не планировали на лето. Он решает, что они поедут куда-нибудь вместе на несколько недель, может, навестят ее семью (он надеется, что она это не предложит, учитывая их прошлый визит несколько недель назад). Аарону наплевать, чем они будут заниматься, главное, что он сможет нормально отдохнуть и забыть обо всем, что связано с Экси и мафией. Возможно, отсутствие планов должно было быть красным флагом. Может, он должен был понять, что что-то не так, ведь Кейтлин всегда планировала вещи за несколько недель. Он должен был это понять, но он все еще удивлен, когда формальным тоном Кейтлин говорит, что им нужно поговорить. Она садится, стряхивая его руку, которая была обвита вокруг ее плеч, и говорит. - Слушай, Аарон, не думаю, что это все еще работает. Все, что Аарон может делать, так это смотреть на нее огорошенным взглядом. - Чего? Она поворачивается, чтобы посмотреть на него сузив глаза. - Вот из-за того, что ты вообще удивлен, это и не работает. Он продолжает смотреть, и она фыркает. - Мы никогда не ходим тусоваться, мы почти не обсуждаем что-либо, так как ты никак не хочешь хоть кому-нибудь открыться, включая меня, и единственное, чем мы занимаемся, когда мы проводим время вместе, это сексом. Это не отношения, Аарон. Отношения требуют намного больше стараний, чем то, что есть сейчас. Аарон не может отрицать сказанное ей, потому что он понимает, что в каком-то смысле она права. Как он не заметил этого раньше? - Ну, ты никогда об этом не упоминала. Ты говоришь, что я с тобой не разговариваю, но в разговоре участвуют двое, - говорит он, защищаясь. - Я знаю, что в разговоре участвуют двое, и я несколько недель пыталась поговорить об этом, но ты каждый раз меня отталкивал. Ты даже не замечаешь, как делаешь это, - взрывается она. Аарон не помнит такого со своей стороны, но он был не удивился, если бы это было правдой. - Иногда я думаю, что ты не способен любить меня, как нормальный человек, - добавляет она раздраженно. На это у Аарона нет ответа, поэтому он молчит, смотрят в точку куда-то над ее плечом, в его голове начинается буря. Ты не способен любить меня, как нормальный человек. Ну, конечно, блять. Ему хочется смеяться, но он не может найти в себе силы сделать что-то, помимо того, чтобы поморгать. - Я знаю, мы оба усердно пытались быть вместе, но у меня такое чувство, будто я тебе не так уж и важна, - продолжает она намного тихим голосом. И это еще больше сбивает Аарон с толку. Он медленно поднимает на нее взгляд, хмурясь. - Я разорвал свою сделку с Эндрю ради тебя, а это была единственная связь между мной и им. Я бы никогда этого не сделал, если бы ты была не важна для меня. Кейтлин закатывает глаза и издает смешок, больше похожий на насмешку. - Эта сделка не была связью, он с тобой почти не разговаривал, - говорит она. - Ага, а теперь он со мной вообще не разговаривает, пока я не прижму его к стенке на ебаном сеансе терапии, - Аарон чувствует, как раздражение нарастает внутри него, из-за Кейтлин и этого разговора. Ему просто была нужна тихая ночь, а теперь он посреди ебучего разрыва отношений. - Речь не о нем, - отвечает она. Грубо и пренебрежительно. - Ты даже не мог вести себя дружелюбно с моей семьей каких-то несколько часов. Как я должна понять, что тебе не плевать? - Они смотрели на меня так, словно я собирался устроить долбанную резню посреди кухни, Кейтлин, - взрывается он. Они говорят о том ужине не впервые, и Аарон ненавидит, как она описывает его каждый раз. Словно это он виноват в том, что все пошло по пизде. Он все еще чувствует неприятную атмосферу дома ее родителей в пригороде. То, как они нервно пялились, их пугливое поведение и те сраные взгляды. Этими взглядами исподтишка они будто хотели напомнить ему, что он убил человека. Как будто он может об этом забыть. - Ты не можешь обвинять меня в этом цирке, ты вообще не должна была предлагать устроить этот ужин, - горько добавляет он. - Я хотела, чтобы они познакомились с тобой, увидели тебя, как я тебя вижу. Думала, ты постараешься сделать так, чтобы ужин не превратился в цирк, - она издает еще один маленький смешок. Для Аарона он звучит жестоко. - Я старался, но они уже ненавидели меня, поэтому никакой роли это не сыграло, - отвечает Аарон, скрещивая руки. Он уже говорил это, когда они обсуждали это в последний раз, но другими словами. У него нет ничего, что он бы хотел внести еще в этот диалог, он даже не уверен, хочет ли защищать себя. Может быть, это еще один красный флаг. Кейтлин выдыхает и садится. Когда она вообще успела встать? Аарон понятия не имеет. - Речь также не об ужине. Я просто... Я устала. Я не могу пытаться снова и снова и ничего получить в ответ от тебя, - говорит она. Аарон опускает взгляд на свои руки. Он даже не осознавал, что что-то не так, а Кейтлин говорит ему, какой он ужасный парень. Может, она права. Если бы он был лучше во всем этом, он бы заметил, что что-то произошло. - Ты не готов к отношениям, и я не могу исправить это за тебя. Мне жаль, Аарон, - произносит она, ставя точку в разговоре. Аарон запоздало понимает, что она планировала эту беседу на протяжении какого-то времени и не имеет значения, что он скажет, потому что финал будет одним и тем же. Он не разочарован и не чувствует себя виноватым, он лишь злится. Злится на себя, на Кейтлин, ее семью, на ебаный мир. И он так чертовски устал от этого. Он встает с дивана и уходит, не смотря назад. Он не в состоянии разбираться с этим сейчас. Или когда-либо еще. Прежде чем он понимает, куда идет, Аарон выходит из Лисьей Башни. Он знает, что уже поздно, и ему некуда идти, но ему насрать. Ему надо быть как можно дальше отсюда. Ты не способен любить меня, как нормальный человек. Конечно не способен. Все и так об этом знают. И Кейтлин тоже должна знать, потому что она знала, во что ввязывалась. Аарон не рассказывал ей в деталях, каким пылающим мусором является его жизнь, но он рассказал ей достаточно. И он хотел рассказать ей все чуть позже, потому что думал, что эти отношения продержатся. Думал, что у него будет время подумать, собрать себя и любить ее в одно и то же время. Ты не способен любить меня, как нормальный человек. Что это, блять, вообще значит? И почему он так зациклился на этом предложении? Остальные ее слова ничем не лучше, честно говоря. “Может, потому что ты знаешь, что это правда”, - помогает ему его мозг. Блять. Он правда думал, что у этих отношений есть будущее. Он все еще идет, не смотря куда, но он не хочет останавливаться. Остановиться значит посмотреть реальности в лицо, а Аарон не думает, что он способен на это сейчас. Он слушает свои собственные шаги, концентрируется на учащенном дыхании и дрожащих руках. Блин. У него что, паническая атака? Возможно. Это не имеет значения. Дело в том, что Аарону не грустно из-за этого. Он чувствует пустоту, как после потери кого-то и на него все давит в одно и то же время. Он сбит с толку и по большей части зол, но ему не грустно. Он знает, что Кейтлин неправа в одном - она важна для него. Важна так, как он только может это чувствовать. Но, может быть. Может быть, она права, и это не то, что ему сейчас нужно. Может быть, она не то, что ему нужно сейчас. Кейтлин хорошая, поддерживающая и рядом с ней он чувствует себя в безопасности. Аарону нравилась нормальность, которую она приносила в его жизнь. Как глоток свежего воздуха. Или утреннее солнце. Вот, что притянуло его к ней. Потому что он хотел сбежать от собственной головы и проблем. Поговорить о чем-то мирском: о визите ее собаки к ветеринару, о том, как ее мама сменила работу. А не о том, как долбанный Нил Джостен обосрал мафию по телевидению или как долго осталось до того, как сдаст печень Кевина, или как много ножей носит с собой его брат. Ты не способен любить меня, как нормальный человек. Он даже не понимал, насколько полагался на что, она сможет быть ей отвлечением. Он и правда был ужасным парнем. Блять. Громкий звук прерывает его мыслительный процесс. Аарон медленно поворачивается к тому, откуда раздался шум. Это машина сигналит ему, потому что он стоит посредине ебаной улицы. Он вздрагивает и продолжает идти, маша в качестве извинения водителю и садясь на тротуар. Его ноги ноют. Он даже не знает, где находится. Аарон вынимает телефон из кармана и смотрит на время. Два часа ночи. Черт. Он шел больше двух часов. Понятное дело, его ноги болят. Он смотрит на здания, окружающие его. Место, в котором он оказался, незнакомое, и кто знает, насколько далеко он ушел от кампуса. Все-таки прошло два ебучих часа. Аарон подумывает лечь спать прямо здесь, на тротуаре, когда звонит его телефон. Эндрю. Его первой мыслью было пиздец может быть телепатия близнецов действительно имеет место. Затем до него дошло, что, скорее всего, Кейтлин позвонила Нилу или Ники узнать, вернулся ли он в общежитие. Потому что она внимательна по отношению к другим, даже если перед этим она назвала его придурком, которому поебать на все. Он отвечает на третий гудок. - Где ты? Эндрю сразу переходит к делу, все так же скучающе, как всегда, но в его голосе слышится что-то еще. Тревога? По крайней мере, тревога, на которую он способен. Аарона посещает мимолетная мысль о том, что прошло несколько дней с того момента, когда он в последний раз слышал голос брата. Он осматривается, словно из-за этого он резко узнает, где находится. - Я не знаю, - вздыхает Аарон. Он так устал, а тротуар снова начинает казаться удобным спальным местом. - Отправь мне местонахождение, - отвечает Эндрю, прежде чем сбросить. Аарон впивает взгляд в свой телефон на несколько секунд. Он даже не думал посмотреть свое местонахождение, пока Эндрю не позвонил. Не то, чтобы ему это как-то помогло, ведь все равно некому бы было довезти его до дома. Он отправляет сообщение Эндрю и падает на землю. И затем ждет, пытаясь не уснуть. Эндрю подъезжает через плюс-минус пятнадцать минут, что не удивительно, учитывая его маниакальное вождение. Аарон молча молится, что тот не привез с собой Нила. Он не думает, что по дороге в кампус кого-нибудь из них бы не задушили. Эндрю открывает пассажирскую дверь и смотрит на Аарона, который еле поднимается на ноги, чуть ли не спотыкаясь. Он садится в машину и закрывает дверь. Эндрю трогается без слов. Аарон смотрит в окно на здания, мимо которых они проезжают. Он знает, что Эндрю спросит. После всего, что произошло с Кейтлин и их сделкой, конечно ему, хоть и самую малость, но интересно. Поэтому Аарон ждет. Они едут уже минут десять, когда Эндрю говорит: “Она тебя бросила”. Это даже не вопрос, потому что он уже знает ответ. Таким образом он приглашает Аарон на объяснения. - Да, - отвечает он и больше ничего не говорит. - Почему? - спрашивает Эндрю, и Аарон видит его руки, сжимающие роль немного сильнее. Он раздражен, потому что ему нужно задать прямой вопрос, чтобы получить прямой ответ. - Она сказала, что думает, что я не способен любить ее, как нормальный человек, - объясняет Аарон спустя какое-то время. Эти слова - единственное, что застряло в его голове этим вечером. Остальная часть разговора размыта в его усталом разуме. - Ее не должно это удивлять. Голос Эндрю заставляет его вздрогнуть, и Аарон поворачивается, чтобы посмотреть на брата. Он не ожидал от него ответа. Он думал, что Эндрю просто нужна причина и все: обычно после этого разговор не продолжается. Тот факт, что он сказал то, о чем Аарон думал, удивляет его меньше. Эндрю никогда не пытается преподнести правду как можно мягче, и даже если Аарон ненавидел прямолинейную честность его слов и действие, сейчас для него это утешение. Очень знакомо. - Может быть, я должен найти кого-то настолько же сломанного. Как ты это сделал, - выдыхая, говорит Аарон. Эндрю наклоняет голову, словно раздумывает над словами. Словно он не знает, что это был сарказм. - Если для тебя это сработает, - спустя какое-то время отвечает он. Аарон ничего не говорит, наоборот, переводя взгляд снова на окно - Лисья Башня всего в нескольких метрах, и Эндрю паркует машину. Несказанное - для меня это сработало крутится в голове Аарона по пути в общежитие. Как только его голова касается подушки, Аарон засыпает.