Wind in the head, Fire in the heart.

      Хёнджин был невероятно взволнован. К счастью он осознавал это. Сеансы с доктором Кимом давали свои плоды, и он все лучше прислушивался к себе и своим чувствам. Вот и сейчас он торопился к нему на прием.       Зайдя в кабинет к доктору, он поздоровался и сел на кушетку ожидая когда Ким Намджун, его психолог, закончит заполнять чью-то карточку и они смогут приступить к разговору. Во время ожидания Хенджин привычно пробежал взглядом по кабинету: сдержанные тона, мебель из натуральной древесины, пара мягких кресел и множество книг. Хёнджину не очень нравилось в этом кабинете. Слишком скучно и официально. Он бы обустроил его совсем по другому, о чем уже не раз говорил доктору, но тот лишь хитро улыбался открывая миру вид на свои милые ямочки на щеках. Немногим позже Хёнджин заметил что все же было в этом кабинете нечто особое. Обстановка в нем не угнетала, а наоборот умиротворяла и помогала сфокусировать свое внимание. Во время одного из приступов, доктор Ким внезапно спросил "Как тебе тот кактус на стене?", "Но я не вижу никакого кактуса" ответил тогда Хёнджин, "Но он там есть" ответили ему показывая на небольшой горшок на одной из полок с книгами. Сначала Хёнджин не понял, при чем тут вообще кактус и зачем нужно начинать считать его иголки во время приступа, но позже он понял что ему это действительно помогло. Он просто сфокусировал внимание на новом объекте, и приступ стал сходить на нет. — Вижу у тебя полно энергии сегодня. О чем бы ты хотел поговорить? —спросил он по-отечески улыбнувшись. —Сегодня у меня была тренировка… —начал Хван, застенчиво ковыряя пальцем обивку кресла. —Так…- внимательно слушал его мужчина. —А после мне устроили сеанс массажа… —И? —И мне понравилось! — сказал он на выдохе, зажмурив глаза, будто ожидал что его сейчас будут ругать. Даже голову в плечи втянул. —Так это же хорошо. Хуже бы было, если бы тебе не понравилось, но приходилось бы испытывать вновь. А позитивные эмоции — это как раз то что тебе нужно. —Да нет же, мне по другому понравилось… меня это, понимаете, ну…взволновало что-ли. Как мужчину. — признался Хван краснея ушами. —То есть ты возбудился? —уточнил доктор. —Совсем немного. —оправдывался парень. —Хёнджин, ты ведь понимаешь, что ты молодой мужчина? То что у тебя случилась эрекция во время массажа, это совершенно нормально. —Но массаж мне делал парень! —Тебя волнует что ты возбудился из-за парня или из-за эрекции в принципе? — казалось доктора забавлял их разговор, но он изо всех сил пытался это скрыть, даже будто невзначай включил расслабляющую музыку, на стоящей неподалеку от стола, стереосистеме. —Не знаю… сначала мне было очень некомфортно от осознания что я почти голый, лежу рядом с практически посторонним человеком... учитывая все мое отвращение к виду собственного тела, мне тяжело было решиться раздеться перед этим человеком. Но он вел себя так естественно, будто его совсем не заботило как я выгляжу и тогда я решился... А когда он приступил к массажу, он делал это так уверенно но в то же время трепетно... я вообще сначала не понял что это произошло, но потом он словно задел какую то точку и после стал со мной флиртовать… Сначала я растерялся, а потом меня накрыло… и я испугался своей реакции…наверное? — Хёнджин уже ни в чем не был уверен. —Напомни мне, Хёнджин, ты уже состоял в романтических отношениях до нашего с тобой знакомства? —Только однажды. С девушкой. Еще там, в Штатах. —Так все-таки, значит, ты уже когда-то испытывал нечто подобное? —Не совсем. Думаю, тогда это было просто любопытство. Все мои друзья встречались с девчонками. Чем я хуже? А сейчас… Это что-то, что заставило меня трепетать и переживать. —Вот как… Но то что тебя влечет к парню тебя не пугает? —Не думаю. В моих кругах есть однополые пары, и до этого я просто не придавал большого значения тому, что они — однополые. Пары как пары. Просто не ожидал что, тоже могу почувствовать и я, мне раньше никогда не нравились парни. —Ну так тебя никто не торопит. Приглядись к нему. Прислушайся к себе, что ты чувствуешь рядом с ним. И тогда все встанет на свои места. —Спасибо, доктор, Вы в очередной раз помогли разгрузить мне голову. —Пожалуйста, Хёнджин. И еще, забыл спросить. Приступы еще случаются? —Было пару раз, но я смог с ними справится. —Я рад. Не забывай про упражнения которым я тебя обучил. —Спасибо. Всего доброго. —Еще увидимся, Хёнджин.       После сеанса психотерапии, Хенджин был погружен в свои мысли. Пришедшая с работы Хеджин нашла его сидящим на диване перед телевизором. Он уже битый час гонял чай по кружке соломинкой и пялясь в одну точку. Сначала сестра не придала этому особого значения, но спустя некоторое время не выдержала и все же отобрала чашку у брата. —Дыру протрешь.- ответила она на его вопросительно-растерянный взгляд. — А, нуна, ты пришла. — ответил он, сонно потирая глаза. —Сложный день?       Хеджин уютно устроилась рядом с братом уместив голову на его колени. Ее волосы разметались в разные стороны, и Хёнджин рефлекторно стал перебирать их. —Не особо, просто есть о чем подумать. — Я могу помочь тебе распутать твои мысли? —спросила она участливо. —Я… не уверен… —колебался младшенький, но видимо все же решившись неожиданно спросил —Нуна, ты когда-нибудь чувствовала влечение к тому к кому не следовало бы? — А как понять, может тебе нравится человек, или нет? Человек преступник и делает плохие вещи? Проявляет неуважение к окружающим, нарушает личные границы? Может, балуется запрещенными веществами? —Н-нет, кажется. —Тогда, может это высокопоставленная фигура, или айдол, какая-то еще известная личность?       Он вновь отрицательно покачал головой. —Ну раз это не плохой человек, и его известность не станет для вас препятствием, тогда в чем проблема? Почему ты чувствуешь такое смятение из-за своих чувств?       Хёнджин опустил взгляд на свои ладони, и устало потер лицо. —Нуна, мне кажется, понравился парень. —все же признался он не убирая рук от лица, будто они служили для него неким щитом. Ему казалось, что пока он не заглянет в глаза сестре, и не увидит осуждения с её стороны, все будет в порядке.       Он просто не вынесет, если она не сможет его понять. Ведь кроме нее у него больше никого не осталось. Почувствовав прикосновение сестры к своим волосам он все же поднял на нее нерешительный взгляд. Она смотрела на него со смесью нежности и грусти, будто пытаясь утешить. —Ну и что? —Как это что? Он парень и я парень… разве это не странно для тебя? —Мой милый, скажи мне, тебе известно почему я уехала из штатов десять лет назад? —Родители говорили что ты уехала учиться на родину, но каждый раз когда я спрашивал о тебе, переводили тему. Просто говорили что так вышло, мама всегда начинала плакать, отец запирался в кабинете и я не смел расспрашивать… —Вот как…—улыбнулась она грустно, и вновь провела ему по волосам, после чего вдруг встала с дивана и прошла на кухню. Послышался звон бокалов и Хеджин вернулась в комнату с выпивкой и закусками. —Тогда наливай и слушай, мелкий, и тогда решишь, стоит ли тебе так переживать.       Хёнджин поторопился исполнить просьбу сестры, ловко открыв бутылку и разлив содержимое по бокалам. —Это был последний год старшей школы… К нам по обмену перевели девушку. Она была милой, застенчивой и одинокой. В начале мы сдружились, но на одной из вечеринок она призналась мне в симпатии, и мы начали встречаться. Все было прекрасно. Первая влюбленность, первый поцелуй, теплые объятия. Все как у всех пар, мы были счастливы… но однажды мама застала, как она целует меня на прощание возле нашего дома. —тяжкий вздох и отсутствующий взгляд сестры дал понять Хёнджину, что сестре все еще тяжело говорить с ним об этом. Чтобы ее приободрить он сжал ее руку в своей. —Был огромный скандал. Меня перевели на домашнее обучение и последние несколько месяцев я доучивалась дома. Меня буквально не выпускали из дома. Лишили всех средств связи. Выход в интернет был только под строгим контролем родителей. Даже экзамены я ехала сдавать с телохранителем, который следил чтобы ко мне никто не приближался. Как только экзамены закончились, отец позвал меня в свой кабинет и сообщил, что нашел мне жениха, и через пару месяцев мне предстоит перелет в Германию к будущему мужу. Это был крах моих отношений с семьей. —Но, я не помню этого нуна, как же ты избежала свадьбы? —Каким то образом девушка узнала о планах моих родителей, и она покончила с собой. Так мне сказали. В день похорон мне не позволили с ней даже проститься. Ее родители во всем винили меня. И в чем то я их даже понимаю… —Хеджин стерла со щеки соскользнувшую слезу, и продолжила. — В тот же вечер я молча собрала вещи первой необходимости, взяла пару тысяч долларов из сейфа отца, и сбежала в аэропорт. Улетела первым же рейсом в Корею. —она горько усмехнулась —Я наивно надеялась на поддержку со стороны бабушки и дедушки. Когда добралась до них, меня уже ждали. Бабушка сообщила что под одной крышей с предательницей, да к тому же еще и лесбиянкой они жить не намерены, но в честь былых теплых отношений они предоставят мне одну из квартир во временное пользование. Это было не то на что я надеялась как ты понимаешь. В незнакомой стране, девушка-подросток, без поддержки семьи… Было трудно… Я работала на двух работах, и благодаря добрым людям смогла встать на ноги, выучится и даже выкупить эту квартиру у бабушки с дедушкой. —Прости меня, Хеджин, если бы я только знал…- просипел младший прижимая заплаканное лицо сестры к своей груди. —Милый, ты ни в чем не виноват, ты был лишь ребенком… И я рассказываю тебе все это не для того, чтобы упрекнуть, а чтобы спросить. Ты презираешь меня? После того как ты узнал, что мне нравятся девушки, ты стал любить меня меньше, Джини? —Нет, конечно нет. Люби кого угодно, главное будь счастлива. —Вот и ты, братишка. Влюбляйся в кого хочешь, будь с тем кто делает тебя счастливым. Мне совсем не важно, какого пола будет человек рядом с тобой. Главное, чтобы он не обижал тебя, или я сожру его мозг чайной ложечкой и не поморщусь!