Огненная Арка

— Детишки… — зловещим шепотом произнесли сзади. — Приказано не отпускать вас без присмотра! Эвелина обернулась. Бертон посмеивался в усы, незаметно догнав ее и Интана на полпути к трехэтажному дому в тупике узкой улочки. Брели они медленно, еще не наловчившись телепортировать с дороги воду и тающий снег. И нужно было успевать шарахаться в сторону, когда прямо над головой на бреющем полете проносился дракон. — Почему это? — возмутился Интан. — Они могут оказаться уже в доме, — отбросив насмешливый тон, предупредил Бертон. — Смотри. И он кивнул на поблескивающие чердачные окна. Проклятие, когда успели? Гелена была где-то за домом, в безжизненном саду, переходящем в прогулочный сквер. Драконы, злые, как сотня сущностей-людоедов, уже неслись к ней. Мама притаилась между другими домами в сторонке. Остальные ведьмы и заклинатели огня тоже рассыпались по улице группами по два-три человека. Гелена уверяла, что приманит драконов, Аджарн утверждал, что если ей это удастся, то следом примчатся и маги во главе с Лейдером. Драконы роились над улицей, а те, кто призван был ими повелевать, еще не появлялись в поле зрения. Крошечные чердачные окошки неясно вспыхивали — попробуй пойми, изнутри шел свет или отражался в стеклах? Если изнутри, то… что, если обезумевшим магам, впустившим в себя чуждую силу, доступна и телепортация? Или они не так уж безумны и сейчас сами устраивают засаду? — Все может быть, — мрачно подтвердил Бертон. Эвелина закончила сбивчиво излагать свои догадки у самого подъезда. — Держись у нас за спинами. Почуешь любое подозрительное движение — развеивай сущности. Вдруг они есть. Тебе же это несложно? — Несложно, если нормальные сущности. Кто знает, как выйдет с этими примесями, — буркнула Эвелина. Она так и не поняла, зачем магам понадобилось ее прикрывать: из заботы или из недоверия. Внезапно что-то коротко свистнуло над головой. Эвелина не успела даже потянуться к возможным сущностям. В следующий миг в метре от нее шлепнулась огромная снежная шапка. — Летело с крыши, — непринужденно пояснил Бертон. — Понастроили фигурных чердаков, тупицы… Ворча, он принялся подниматься по лестнице. Дом был жилым, Эвелина видела, как снуют люди, едва заметные за занавесками; как они плотнее задергивают шторы, не в силах отойти от окна и скрыться от опасности в глубине квартиры; как некоторые, высунувшись наружу, закрывают декоративные ставни, не предназначенные для этого в принципе и годами красующиеся на фасаде в качестве украшения… В подъезде не встретилось ни души. …Они бросились, стоило преодолеть обрубок лестницы и ступить на чердак. Словно и вправду таились в засаде. Маги сцепились с магами, заклинатели драконов слали в заклинателей огня какие-то уж вовсе далекие от драконов чары, от которых в воздухе ткались тонкие, черные, злобно извивающиеся веревки, норовили опутать прибывших и целились острыми концами в глаза. «Это иллюзия», — вспомнила Эвелина наставления Аджарна. И передернулась, судорожно шаря вокруг своим седьмым чувством в поисках сущностей. Хоть след, хоть крошечная ниточка! Нащупать и рассеять! И эти люди, утратившие человеческий облик, придут в себя! Интан отбивался огненными снопами. Деревянный пол чердака местами уже начинал тлеть. Бертон, похоже, пытался применить чары развеивания иллюзий, но пока без толку. Черные веревки не заканчивались. Они вспыхивали и сгорали яркими алыми росчерками, а заклинатели драконов все наступали… «Хоть бы не приманили сюда дракона», — подумала Эвелина, и стекло тут же зазвенело, осыпаясь на доски пола под ударом хвоста. Магическое напряжение вдруг подскочило до пика, раскрывая как на ладони сплетения айламадской и чуждой силы, и она увидела магию Арки. Кто-то из противников бросился расширять чердачное окно. Все угасло, но Эвелине больше не требовалось видеть нужный компонент. Она потянулась к нему правящей волей, как учила мама, и заставила рассеяться. Вне Арки сущность подчинилась так же легко, как и внутри. Эвелина знала, что частиц, искажающих чужие желания, здесь больше нет. Но заклинатели драконов не остановились. — Девочка, ты там скоро? — прохрипел Бертон, тоже переходя на огненные снопы. — Сущностей в них больше нет! — крикнула Эвелина. Шагнула вперед, вклиниваясь между ним и Интаном. Противников было всего четверо, а новые и новые веревки создавали и вовсе трое, но оба заклинателя огня уже едва стояли на ногах, опутанные почти до пояса. Эвелина ощутила, как тонкий канат захлестывает и ее лодыжки, и вскрикнула. Это было омерзительно даже сквозь плотную ткань брюк. Атаковать женской магией, как мама! Собрав все силы, она накрыла чердак импульсом. Рядом изумленно ругнулся Интан. Бертон, не устояв, привалился к дверному косяку. Воздух содрогнулся, точно по нему прошла волна, и все затихло. Веревки нехотя растаяли. Эвелина брезгливо стряхнула остатки и прошлась по просторному чердаку, затаптывая разгорающиеся язычки пламени на полу. Заклинатели драконов лежали, неестественно выгнувшись. «Без сознания», — донесся голос Интана от порога. Зато вызванная ими тварь куда-то исчезла и больше не лезла в окно. — Нас-то за что? — пробормотал Бертон и закрыл дверь изнутри. — Я, кстати, почти ничего не почувствовал, — заметил Интан. — В прошлый раз было хуже… вот примерно как вам, — добавил он, глядя, как Бертон держится за грудь, опираясь на стену. В огромном пустом помещении света было немного, только лучи фонарей, выбелившие узорами потолок. Но даже в этой темноте Бертон казался слишком уж бледным. — Ну ты же хлебнул у меня чуть-чуть магии. Неразбавленной. Как-то так и вырабатывается иммунитет, — Эвелина посмотрела в окно. По улице уже скользили фигуры прибывающих заклинателей драконов. Сами ящеры устроили в небе драку. Вниз летели огненные плевки, и над кварталом разносился рык. — Теперь что делать? — пробормотала она. — Как мы поймем, если мама не сможет остановить отца… Проклятие! — В чем дело? — недовольно прокряхтел Бертон. — Справится она. Мы здесь для подстраховки. Кто знает, сколько таких засад налетит на нее, когда она начнет действовать? — Пока что ни на нее, ни на Аджарна ни одна засада еще не налетела! — яростно выдохнула Эвелина. — И там, внизу, никто не знает, что рассеять сущности — недостаточно, нужно еще добавить магическим ударом! А Аджарн говорил, что если не выйдет образумить гильдмейстеров, он будет их убивать! Она отскочила от окна и бросилась к двери. Убивать! Если этот негодяй, который липнет к маме, сейчас попытается убить отца… Эвелина не знала, что сделает, но была готова выпить и магию Аджарна, и его жизнь целиком. Из одного бокала. С большим аппетитом. Бертон, все еще жмущийся к стене, отшатнулся. Видно, машинально. Поковылял к окну, неуклюже пытаясь скрыть это проявление слабости. Эвелина едва на него посмотрела. Интан успел схватить ее за локоть. — Да стой ты! Там уже полная улица народу, операцию сорвешь! — Операцию по убийству моего отца? — прошипела она, выдергивая руку из его пальцев. — По-твоему, господин Аджарн совсем идиот? — агрессивно ответил Интан. — Станет бить без разбору? Оставайся здесь, там справятся сами! В конце концов, мадам Инайт уже знает, что может потребоваться магический удар! — Конечно, идиот, — пропыхтела Эвелина, но все-таки остановилась. И выпалила злобным шепотом, косясь на Бертона и стараясь, чтобы тот не услышал: — Позорит маму! — Это чем же? — Интан даже отступил на шаг. — Постоянно вертится возле нее, вечно они вместе, вечно шепчутся, улыбаются, вечно он ее в своей гильдии привечает… — Подожди, — он озадаченно моргнул. — То есть ты хочешь сказать, что все это — плохо? Разговаривать и улыбаться? — Плохо, когда сплетни ползут! — выплюнула Эвелина. — Ты хоть понимаешь, что о них болтают? — Кто болтает? — выражения лица Интана было не разглядеть, но голос звучал до отвращения удивленно. Бездна всепожирающая, и такие наивные простофили еще живут на свете! — Да кто угодно! Братья Кархены хотя бы — ты просто не слышал, какие пошлости они несут! За окном беззвучно расцвела вспышка, заливая пыльное помещение жарким оранжевым светом. Эвелина дернулась было, но это оказались просто драконы, которые под влиянием Гелены и не думали прекращать драку. — Слушай, что у тебя в голове? — Интан смотрел с анатомическим интересом. — Ладно… Если Кархены от рождения обделены мозгами, это их проблемы, зачем уподобляться? Он оглянулся на негаснущий огненный шар. — Ну-ка! — воскликнул вдруг Бертон. Эвелина воспользовалась окриком, чтобы броситься к другому окну и закончить разговор. Она уже сама жалела, что затеяла его. Лицо, должно быть, красное, как небо в Арке! Теперь еще один маг обратит внимание на мамин позор и станет издеваться! — Когда все закончится, — вполголоса сказал Интан, приближаясь и открывая окно, — я специально вытащу тебя на прогулку, и мы пройдем по улице и будем разговаривать, а может, даже смеяться. И посмотришь, насколько это позорно. — Это другое! — запротестовала Эвелина. — В чем другое? — Тихо, детишки! — гаркнул Бертон. — Начинается! Эвелина высунулась наружу и тут же нырнула обратно, едва не лишившись волос. Упругая волна раскаленного воздуха обожгла щеку. Внизу мельтешили маги, задирая головы к небу. Ни мамы, ни отца видно не было. — А с Кархенами давно пора потолковать по-свойски, — закончил Интан. — Может, господину Аджарну и все равно, но мне… — Не надо! — перепугалась Эвелина. — Это не поможет, наоборот, сплетен станет еще больше! — Молчать, я сказал! — возмутился Бертон от другого окна. — Ничего не слышно! — Мне — не все равно! — упрямо продолжал Интан. — И хотел бы я, чтобы моим отцом был господин Аджарн, а не та тупая свинья по фамилии Истен, которая… короче, с Кархенами у меня свои счеты, не вмешивайся, — заключил он. — Ого, — едва шевеля губами, прошептала Эвелина. — А отца своего ты за что так ненавидишь? — Неважно, — последовал ответ. Шар драконьего пламени все разбухал. Маги дисциплинированно подались в стороны, выстраиваясь вдоль домов. Стало видно, как днем — настоящим южным днем, которые Эвелина до сих пор могла только вообразить, разглядывая фотографии в журналах. Теперь она рассмотрела и ведьм на улице. Даже узнавала каждую — вон Мэри с каким-то магом в заулке, вон Айлита кусает губы от невозможности напасть, прячась от ближайшего противника за газетным киоском. А вон открытое окошко чердака в доме поодаль, и там, кажется, Смирлана… Один из заклинателей драконов скользнул по пустой дороге и тротуару ленивым взглядом. Всезнающим, хозяйским и плотоядным. Эвелине стало нехорошо. — Они же знают, что мы здесь! — прошептала она. — Все правильно, это их засада, а не наша! — Без паники, — сказал Бертон. — Отойди к стене, не высвечивай. Уверен, они думают, что их отряд скрутил нас, а не наоборот. — Проклятие! — Эвелина хлопнула себя по лбу, отскакивая от окна. Как только драка с последующей перепалкой закончились, она остыла и вновь обрела способность соображать. Не нужно ведь ни беспокоиться, что мама ничего не знает, ни бежать вниз и предупреждать. Связной портал! Надо же было о нем забыть! Вот уж точно «что у тебя в голове»! Она спешно создала крошечное окошко. Мама до сих пор стояла в проулке, прижимаясь к стене за плечом Аджарна, ее бледное лицо в профиль четко выделялось на фоне серого камня. Эвелина зашептала о магическом ударе. — Я поняла, спасибо, — отозвалась мама. Портал растаял. Эвелина выглянула на улицу и вздрогнула. Шар драконьего пламени разбух и уже почти касался стен. Драконы зависли сверху правильным кругом, поддерживая горение. А маги огня до сих пор ничего не делали! Бертон тоже бормотал что-то в небольшой портал. — Можешь создать вокруг дома защитную оболочку? — сказал он Эвелине, закончив. — Попроще, лишь бы ничего не загорелось. Та кивнула и прикрыла глаза, мысленно натягивая на здание тонкую пленку. Странно, это ведь работа для заклинателей огня. Зачем понадобилась магия Арки? — Чего они ждут? — воскликнула Эвелина, когда пленка как будто укрепилась, намертво пристав к стенам. — Пока мы все сгорим? — Лейдер где-то внутри, — проговорил флегматично Бертон, кивая на шар. — Огонь ненормальный, он той же природы, что иллюзии пришлых, наша магия на него не действует. Но Аджарн считает, что он сработает как проводник, поэтому мадам Инайт будет бить, когда эта штука накроет всю улицу. — А если не сработает? — Тогда придется бегать и отдельно уничтожать каждую иллюзию, — буркнул Бертон. — Так это нужно, чтобы убрать иллюзии? Разве они сами не… Эвелина осеклась. Всплеск магии на улице достал до нее, на мгновение подействовав как слабый заряд тока. Огненный шар вспыхнул, клубясь белым жаром, и схлопнулся так быстро, что внезапная темнота показалась кромешной. Снаружи донесся слабый стон. Неужели голос отца? Воцарилась тишина. Секунду спустя ее прорезало хлопанье кожистых крыльев. Драконы поднимались выше, кружили над улицей и по одному разочарованно поворачивали к скалам Тодод. — Они что, улетают? — пробормотала Эвелина. О драконах она знала достаточно, чтобы понимать, что они так себя не ведут. Особенно когда их вызвали магией гильдии, а совсем рядом — Гелена, чье присутствие приводит их в ярость. — Вот о чем говорил Аджарн, — задумчиво произнес Бертон, теребя бородку двумя пальцами. — Любопытный эффект… Драконов вызвали не теми чарами, к которым они привыкли, а смешанной магией пришлых. Той, из которой ткутся иллюзии. Получается, родная магия тех, кто сейчас не контролирует себя, спит. А это значит… Он умолк, размышляя. Интан улыбнулся с оттенком гордости. Эвелина скривилась. Ну да, услышал об очередной правильной догадке своего обожаемого господина Аджарна и впал в фанатический восторг. И это когда папа там, должно быть, без сознания, и всем наплевать! — Это значит, что мы уже знаем, как усмирить остальных, — бросила она. — Что, можно выходить? — Да, — очнулся Бертон. — Пойдем. *** Агнесса шагнула на тротуар, и у нее вырвался потрясенный смешок. Хотя, конечно, не было ничего удивительного в том, что снег, растаяв, превратился в бурные потоки воды. А растаял он от контакта с огненным шаром мгновенно. В ботинки немедленно просочились холодные струйки. Но если по тротуару еще можно было идти, то внизу, на пустой проезжей части… Вода доходила до самого верха. Казалось, посреди улицы образовался канал, и из-за поворота вот-вот выплывут лодки. Агнесса невольно оглянулась, отыскав глазами ближайший перекресток. Лодок там не обнаружилось. Только две полузатопленные машины, у которых только крыши и верхняя часть окон торчали наружу, и закругление трамвайного моста, сворачивавшего сюда с соседнего проспекта. — Дормитта ловим следующим, это же невозможно, — с брюзгливыми нотками в голосе заметил Аджарн, подходя и окидывая взглядом новоявленное речное русло. Глаза чуть светились. Не успела Агнесса спросить, зачем это, как под их проникающими насквозь лучами со дна всплыл бесчувственный мужчина. За ним еще один. Трое магов бросились вытаскивать их из воды. — А, Бездна! Она не знала, сокрушаться или смеяться. По счастью, уже стояла глубокая ночь, и на улице не было лишних прохожих. Лейдер лежал на другой стороне. Агнесса видела, как Эвелина, появившись из подъезда, подбежала к нему. Это вернуло к уже надоевшим загадкам. — Почему все же не вышло так, как с песчаным драконом? — пробормотала Агнесса. — Они должны были прийти в норму сразу, без дополнительных ударов… Теперь они очнутся, и все начнется сначала. — Давайте переправим их в особняк, — Аджарн в последний раз проверил дорогу-ручей и погасил взгляд. — Там попробуем получить отпечаток магии… или сущности… или что это, к дохлым драконам, такое. — Сейчас, портал надо создать, — прокричал от края тощий нервный маг, с трудом выуживая из «канала» последнего пострадавшего. — Какой портал? Фон штормит, людей нельзя телепортировать! — осадил его Аджарн. — Так связной… Без сознания — это, считай, груз, за предмет сойдет… — захлопал ресницами парень. — Нет? А что мне, на горбу его тащить? Аджарн мученически возвел глаза к небу, подошел к магу и принялся что-то втолковывать ему, кивая в сторону особняка. Агнесса отвернулась, высматривая ступеньки и дорожный указатель. Предстояло еще создать в этой реке переправу. *** Айлите и Наталлин достался особняк, еще не успевший обрасти слоем мусора. Преступники, бегущие от магического правосудия, тоже не устроили здесь гнездо, как иногда случалось с пустыми домами на заброшенных улицах. Площадь обезлюдела совсем недавно, беглецы даже получили компенсации от совета гильдмейстеров… Агнесса думала, что предыдущие владельцы, уезжая, не оставили в доме ни гнилушки, но кухонная обстановка сохранилась почти полностью. Три старинных шкафа-буфета с заботливо выточенными из светлого дерева декоративными столбиками и затейливой резьбой выстроились у стен, ближе к окну стоял такой же резной круглый столик, а на полках пылились фарфоровые блюдца и чашки. В углу под бра темнела латунная раковина с вычурно изогнутой трубой и таким же фигурным краном. И всю эту мирную картину, несомненно, очень портили бесчувственные тела, устилающие пол ровными рядами. На всякий случай сюда перенесли всех. Никто не знал, какими они придут в себя: адекватными или по-прежнему безумными. Агнесса не понимала, в чем дело: она ведь рассеяла частицы сущности, живущие в телах, и весь тугой жгут сложной магии должен был попросту распасться… но нет. Айлита злобно рассматривала лежащих, точно они оскверняли ее кухню самим своим присутствием. — Встаньте у окна, Бертон, — распорядился Аджарн, пробираясь мимо них и занимая место напротив. — Агнесса, внимательно смотрите на отпечаток. Возможно, вы заметите что-то, чего не заметим мы. Лейдер, объект их изысканий, лежал у самой двери. Эвелина с беспокойством заглядывала Агнессе через плечо. Вспышка — и в полумраке под потолок взлетела уже знакомая призрачная фигура. Агнесса вскрикнула. Сначала ей показалось, что это не что иное, как сущность, которая пожрала Фальджена Дормитта. Клетчатое пальто, из-под которого едва виднелись носки ботинок, пояс с огромной пряжкой, широкополая шляпа… И это при том, что в реальности лежащий Лейдер был облачен в совершенно другую одежду! В обычное, по-современному укороченное темно-зеленое пальто! Фигура поднялась выше, и Агнесса услышала, как за спиной облегченно выдохнула Эвелина. Лицо явно принадлежало Мартону Лейдеру. Это была не окровавленная маска, неизменно прилагавшаяся к старомодному костюму. Что-то новенькое… — Просветите его, — распорядился Аджарн, глядя не на отпечаток, а на самого Лейдера. — Все магические отзвуки. Агнесса осторожно потянулась к силуэту. Наверное, если бы этот процесс можно было сравнить с чем-то более привычным, то лучше всего подошло бы слово «принюхиваться»: дух сущностей… дыхание Айламады… незнакомый запах пришлых… Магия отреагировала причудливо. Мгновение — и Агнесса поняла, что действительно чувствует все эти запахи. От мысли об обнюхивании Лейдера к горлу подкатила тошнота. Так, спокойнее, это другое, это просто магические потоки, к тому же следовало осторожнее обращаться с аналогиями, — у магии туго с образным мышлением… — Что это за запах? — вдруг спросила Эвелина, и стало ясно, что все еще хуже, чем показалось на первый взгляд. Запах действительно существовал. Но это был не воображаемый букет из разных видов чар. И не амбре вспотевшего тела. По кухне плыл травяной аромат. …Ломкие, напоминающие хрусткую старую бумагу, листики — один к одному. Сомнешь в пальцах — превращаются в пыль. Пыль оседает на одежде и волосах, и сушеное растение пахнет остро и пряно, теплом, огнем, эфирным маслом — то ли духи, то ли лекарство. А в зелье превращается — то ли в лекарство, то ли в яд. Да, теперь Агнесса поняла, что толкало Лайну так настойчиво изучать зелья… — Это не естественный запах. Это магический эффект! — сказала она. — И я не могу выделить источник, он рассеян, как будто кто-то посыпал Лейдера этим травяным порошком! — Порошок — это все-таки частицы, хоть и мелкие, — заметил Бертон. — Попробуйте стянуть их вместе. Агнесса опять потянулась к призрачному аромату сухого зелья и с удивлением заметила, что маг прав. Повелительница пыли. Вот на что это было похоже. Частицы послушно сгустились в облако, завибрировали, словно их неумолимо тянуло куда-то… и соединились. В то, чем были прежде. Небольшой темно-зеленый листок светился сквозь воротник клетчатого пальто сзади на шее у отпечатка. Аджарн и Бертон наконец отвели взгляды, и тень исчезла. Но Агнесса уже знала, где искать странный компонент. Проклятие, лезть к Лейдеру за шиворот. Почему-то, когда она делила с этим человеком постель, и близко не было так противно. Противно даже вовсе не было… Окончательно взбесившись, Агнесса опустилась на корточки и сунула руку под черный шарф. Листок был там. Он приклеился к коже Лейдера, точно его приплавили. И Агнесса была почти уверена, что в этой дряни и заключается разгадка.