Цена иной реальности. Закулисье. Backrooms

      Открыв дверь, мы на секунду замерли, не решаясь войти — настолько нам не хотелось входить на этот уровень, но Рей занёс ногу, входя, как обычно, первым и остаётся ждать, следя за нами.       Как только вошёл, сразу почувствовал различие температур. Здесь жарче, а ещё опаснее, но об этом предпочёл не думать. Тёмный узкий туннель с горячими трубами на стенах, согревали воздух до такой степени, что начинаешь задыхаться, а еле заметная вонь создавала неприятные ощущения в лёгких, от чего я немного закашлялся, пытаясь избавиться от щекочущего чувства.       Поборов панику, я захлопнул дверь, оставляя нас на уровне 2.       — Так, — в своей манере произносит Рей, останавливая нас. Этим он привлекает наше внимания и лучше слушать. — Все помнят про опасность? — скорее не вопрос, а напоминание. Мы согласно кивнули, не решаясь нарушить тишину, которая прерывалась небольшим гудением, исходящее то ли от труб, то ли от чего-то другого. — Андрей, — не ожидав, слишком быстро поворачиваю голову в сторону парня, немного напрягаясь. — Какие? — спокойно, но требовательно спрашивает Рей.       — Кожекрады, Гончие....— неосознанно загибаю пальцы, вспоминая названия существ. На мне стояла задача помнить обо всех существах на уровне, так как я вызвался вести справочник — это расслабляет меня. Не сомневаюсь, что и Рей тоже досконально всё изучил и запомнил, а сейчас проверяет меня. Это к лучшему — об опасности должны знать все.       Рей молча кивнул, удостоверившись, что я помню, и двинулся вперёд. На похвалу я мог даже не рассчитывать, лишь пропустил Лею вперёд, чтобы, плетясь следом, думать о своём, не беспокоясь о чужой жизни, потому что моя не столь значима.       Слишком много шорохов для такого маленького пространства и приходится каждый раз напряженно прислушиваться, на мгновение останавливая дыхание, чтобы не пропустить ничего "необычного", но, пройдя несколько развилок, становится спокойнее и начинаешь присматриваться к новому окружению, которое кардинально отличалось от прошлых мест. Атмосфера кажется знакомой и я вспоминаю:       Больница. Мне 10 лет. Уставшая, но не унывающая, мама ведёт меня за руку по коридору. Вокруг всё светлое: выкрашенные в белый стены и потолок, молочная плитка на полу, а в открытых окнах солнце — всё это не вписывается в общепринятые представления о больницах, сейчас она светлая и совсем не страшная. Если бы не персонал в белых халатах, можно и не узнать, где ты находишься, но я — знаю. Вспоминать, сколько детей страдают из-за болезней лишь в моём блоке, жутко. Мы заворачиваем за поворот и останавливаемся.       — Очередь большая. — мама переводит взгляд на меня и понимает, что ждать, когда мы купим еду, будет мучительно, особенно, после месяца на пресном питании — очень хочется чего-нибудь вкусного, но в буфете все столы заняты, наплывом посетителей, поэтому принимается решение развернуться. Я немного поник, но мама всё так же крепко держит за руку и целеустремлённо ведёт куда-то неизвестными путями.       Мы петляли по коридорам и лестницам, от чего я уже давно в своей воображаемой карте въехал в стену, но, главное, идём, а рядом мама — это успокаивает.       В больнице я не первый и не в последний раз — снова заболел странной болезнью. Похоже в скором времени я перееду сюда с целым шкафом, чтобы не возить сумки туда-сюда. Мама уже привыкла к особенностям моего организма и, уже особо не возмущаясь по поводу новой болячки, терпеливо ходит по врачам, но ответов как обычно немного — лечат, а дальше всё по новой... Как будто во мне какой-то монстр, который притягивает все болезни, невезение со всего мира, но каждый раз я на зло ему выздоравливал почти без последствий. К совершению всё сошло на нет и вспышек странных болезней больше не наблюдалось, так, пару раз в год простуда. Всё как у обычных людей. Ничего особенного.       Наконец мы прошли последнюю лестницу и привычная обстановка сменяется тёмным подвалом, откуда веет теплом и сыростью, которая не даёт спокойно дышать, но это не критично. Невысокий потолок сужает пространство. К тому же везде эти странные трубы, некоторые из которых замотаны в толстую обшивку. От них хочется держаться как можно дальше. На удивление запаха нет, абсолютно, и вся эта атмосфера меня не пугает, а наоборот, дарит странное спокойствие.       Иногда мы встречали работников персонала, которые ходили туда сюда. Я долго не рассматривал их и торопливо шёл за мамой. Она свернула в открытую дверь и я увидел несколько столиков и барную стойку, за которой находился продавец.       Оказалось, это секретное место для работников больницы, но сюда часто захаживали и обычные пациенты, которых, конечно, не прогоняли. Главное, что тихо и людей мало — есть куда сесть.       Мама оставила меня за одним из столов. Я наконец уселся и только сейчас почувствовал приятный запах еды, который не заметил из-за тяжёлого воздуха, ведь всё моё внимание было направленно на восстановление дыхания и новое, необычное для меня место. Конечно, в тот раз мама принесла то, что я давно хотел, игнорируя предписания врачей. Я был счастлив.       В будущем я ещё много раз вспоминал это место, как и сейчас. Оно в корне отличалось, поэтому мои воспоминания испарились и оставили лишь напоминание о приятном запахе еды. Живот тихо простонал.       Шипение труб добавляло жути, а если вспомнить о том, что они могут быть повреждены и из них может литься кипяток или что ещё похуже, идти никуда не хотелось. А разве у нас есть выбор? Да, он был, когда мы решили искать выход и сейчас мне кажется вся эта идея абсурдной, но раз решили — нужно идти, подводить я никого не собираюсь.       В глазах резко темнеет, когда затылок сталкивается со стеной. Боль пронзает мгновенно, растекаясь по телу, и заставляет автоматически коснуться ноющего участка, а следующим, что я чувствую, неприятную вязкую струйку из носа. Зрение постепенно возвращается, как и осознание происходящего. Касаюсь носа — кровь.       Рей втолкнул меня в комнату, как только услышал непонятные звуки, сродни бегу сотни ног, шлёпающих по всей поверхности прохода, и не понятно, Оно находится на потолке или всё же на полу. Парень немного перестарался, потому что я, не замечая непонятных механизмов, пытаюсь перебирать ногами и в конечном итоге запинаюсь, влетая в стену, но старшего сейчас это не беспокоит, потому что первостепенная задача — безопасность, и следом за собой затаскивает девушку. Короткий вскрик разрезает пространство, но мы не понимаем, что произошло с Лей, которая стала источником звука, потому что свет валяется где попало, который стоило бы выключить, чтобы не привлекать лишнего внимания. Мы итак уже много шумим. Лея, не правильно ступившая на ногу, куда-то проваливается и судорожно пытается освободить ногу.       Рей захлопывает дверь, прислоняясь к ней спиной, а я отталкиваюсь от стены и придерживаю девушку, потому что та чуть не упала, и шепчу ей что-то на ухо, пытаясь снять панику точно так же, как в прошлый раз делал со мной Рей. На всякий случай. Хотя оба понимаем, что девушка лишь в самый крайний случай издала бы звук, а то, что было до этого, лишь неожиданность перемешанная с болью.       Звуки удаляются вперёд по коридору, медленно затихая, но мы также стоим неподвижно, прислушиваясь к шорохам, но кроме работающих механизмов, больше ничего не шебуршит.       Я всё это время следил за чужим дыханием, опаляя горячим дыханием шею девушки, и не даю ей упасть, что может случиться в темноте. Лея потихоньку успокаивается.       Рей наконец отходит от двери, которую всё это время держал, и подходит к нам — он догадывался, что произошло. Слабый свет даёт небольшую возможность видеть и этого достаточно, для того, чтобы освободить ногу девушки.       — Можешь отпускать. — одними лишь губами, что почти не слышно, тихо проговаривает девушка, когда наши объятия затягиваются. Я опускаю руки и только сейчас чувствую, как из носа хлыщет кровь. Ругаюсь про себя. Надеюсь, что не облил девушку, и отдаляюсь, запрокинув голову назад.       — Все целы? — отзывается Рей, попутно подходя и беря один фонарь с пола, освещая нас. Лея отзывается, а я лишь произношу смазанное «Ага», чем сразу приковываю внимание. — Андрей? — свет падает на меня. Я стою, пытаясь остановить кровь, но это не выходит.       — Похоже артерия. — я издаю смешок, чтобы разбавить напряжённую атмосферу.       — Говоришь так, будто у тебя так всегда. — Рей скептически заламывает бровь, подходя ближе, ставит рюкзак и долго что-то ищет, потом протягивает салфетки, которые ровным счётом ничего не исправят, но помогут не залить всё. Я коротко киваю, в знак благодарности. — Тебе нужно лечь. — ставит перед фактом Рей. Лея тут же помогает мне, пока старший отвлёкся и осматривает помещение.       — Что это было? — мы устремляем взгляды на Лею, которая задала неожиданный вопрос.       — Ты про нос или сущность? — констатирует Рей, чуть усмехаясь, но сейчас никто не чувствует себя смешно, скорее наоборот, страх с каждой секундой разливается по телу. Я решил не обращать внимание на провокацию и ответил на последнее.       — Я думаю многорук? — пожимаю плечами, на сколько позволяет стена, на которую я опёрся, неуверенный в моём ответе, и поднимаю взгляд на Рея, жду, как бы прося ответить на мой вопрос.       — И правильно думаешь. — Рей снова нахмурился. Он сразу понял, с кем они встретились.       Следующий вопрос уже вертелся у всех в голове, но никто не торопиться его озвучивать. Почему Оно не напало? Его сила позволяет с лёгкостью открыть дверь, откидывая Рея, но оно просто прошло мимо. Просто не заметило — стараюсь убедить себя.       — Раз так всё получилось, почему бы пока не остановиться здесь? — первое знакомство с уровнем оказалось не таким плохим, как могло оказаться.