Пятьдесят оттенков Амбридж

***

– Урок окончен, все могут быть свободны, – Амбридж сделала небольшую паузу и посмотрела прямо на него. На её губах играла лукавая усмешка, верхняя пуговица блузки почему-то была расстёгнута… – А что касается вас, мистер Поттер… вас я попрошу остаться. Рон хлопнул его по плечу и поднялся со стула. Гермиона негодующе фыркнула и покачала головой. Ожидаемо… Его лучшая подруга всегда была слишком правильной. Но откуда она всё знает? Ах да, он же сам ей всё рассказал… И это явно было не лучшей идеей. – Вы были непослушным мальчиком, мистер Поттер, не так ли? – томным голосом спросила Амбридж. Она подняла руки и сняла заколку, распустив свои густые чёрные волосы. Все уже куда-то подевались, они остались в классе вдвоём. На Амбридж почему-то были надеты чёрные чулки и короткий халатик… тот самый, который был на ней во время его первой отработки. Когда она успела переодеться? – Я… я не знаю… – собственный голос казался каким-то чужим, слова с трудом выходили из горла. – Если вы по поводу домашнего задания, то я… – К чёрту домашнее задание, – нетерпеливо прервала его Амбридж. Она подошла к нему, сексуально покачивая бёдрами, и наклонилась, опёршись локтями о его парту. Вырез халатика оказался прямо перед его глазами… Что вообще происходит?! – Мистер Поттер, на что это вы так пристально смотрите? – Извините, профессор, я… мне нужно идти… – Вы уйдёте только тогда, когда я вас отпущу, – Амбридж подалась вперёд и наклонилась к его уху. Её духи пахли так же соблазнительно, как и в прошлый раз. Твою-то мать… Главное сейчас не сорваться... – Мистер Поттер. Кончик её языка коснулся его уха. Всё. Это уже перебор. Она сама виновата, если уж на то пошло. Будь что будет… – Смелее, мистер Поттер, – дрогнувшим голосом шепнула ему на ухо Амбридж. Так, словно прочитала его мысли. Её мягкие груди прижались к его лицу. Что она делает?! Это же… это же… а что если кто-нибудь их увидит? – Не сдерживайтесь, я сама этого хочу! Гарри почувствовал, как ладонь Амбридж нежно обхватывает его член... Слишком много ощущений… Слишком много... Стоп! Но этого же просто не может быть! Неужели это всего лишь…

***

В спальне царил привычный полумрак. Всё тело вспотело, дыхание было глубоким и прерывистым. Да уж, ну и сон… Гарри шумно вздохнул и сбросил с себя одеяло. Ему уже доводилось видеть странные сны, но тогда это было связано с Волдемортом. И никакими эротическими фантазиями там и не пахло. Оно и к лучшему, ещё не хватало, чтобы ему приснился Волдеморт в чулках и халатике. Чёрт, а ведь всё выглядело таким реальным. Ещё немного, и он бы… Гарри скосил глаза и убедился, что собственная эрекция ему не приснилась. Трусы были натянуты так, что рисковали порваться. Ладно, ничего такого здесь нет. В конце концов, ему пятнадцать лет, самое время для эротических снов. Главное, что он вовремя проснулся, иначе... скажем так, могла бы возникнуть неловкая ситуация. Гермиона наверняка знала, каким заклинанием можно было бы очистить постельное бельё, но спрашивать у неё… Конечно, Герми была своей в доску, но не настолько же. Гарри вздохнул и почесал в затылке. Всё это, конечно, замечательно, но чёртова эрекция даже не думала исчезать. Ну что ж… Теперь ему предстояло сделать сложный выбор. Дождаться, когда до его организма всё же дойдёт, что это была ложная тревога или, кхм, немного ускорить процесс. Раньше он этого не пробовал, но по идее, второй вариант должен был оказаться намного приятнее. Тем не менее, это было как-то… неправильно. Судя по пробивавшимся сквозь занавеску лучам света, на дворе уже было утро. Гарри приподнял голову и осмотрелся. Его однокурсники всё ещё спали. Прекрасно. Значит, у него ещё было время, чтобы привести себя в порядок к завтраку. Окей, теперь нужно подумать о чём-то совершенно отвратительном. Как там звали эту жирную стерву, которая приходилась сестрой дяде Вернону… Мардж! Тётушка Мардж. Замечательно. Нужно просто представить себе эту суку, и всё моментально придёт в норму. И потом на всякий случай холодный душ. Тётушка Мардж всегда срабатывала безотказно. Эрекция исчезла буквально за несколько секунд. Гарри вздохнул и выбрался из кровати, поморщившись, когда его ступни коснулись ледяного пола. Интересно, как с этим обстоят дела у других ребят? Спрашивать было как-то неловко, но по идее они все находились примерно в одинаковой ситуации. Или нет? Чёрт, и ведь даже Гермиону про такое не спросишь. Если, конечно, не хочешь получить полуторачасовую лекцию о нюансах полового созревания самцов хомо сапиенс. Гарри представил себе, как Гермиона с серьёзным лицом рекомендует ему регулярно мастурбировать, чтобы не загнуться от спермотоксикоза и невольно хихикнул. Нет, даже Гермиона на такое не способна. Она же девчонка, в конце концов. Если признаться ей, что ему в последнее время снятся эротические сны с Амбридж, она просто подумает, что он чёртов извращенец. Интересно, а Рону что-то такое снится? Наверное, нет, он же не был на отработке и не видел этот чёртов халатик… Холодный душ окончательно утихомирил разбушевавшиеся гормоны. Когда Гарри входил в Главный зал, он был абсолютно спокоен, и в его голове не крутилось никаких глупых фантазий. Только мысли о том, что ему сейчас съесть на завтрак. К сожалению, это длилось недолго. Ровно до того момента, как он увидел её. Амбридж сидела на своём обычном месте за преподавательским столом и с довольно мрачным видом ела овсянку. Её волосы были сложены в строгую прическу, а мантия плотно запахнута. Ничего криминального. Вот только Гарри прекрасно помнил, как она выглядела неделю назад. Он даже помнил запах её треклятых духов, если уж на то пошло. Гарри с ужасом почувствовал, что его член снова отвердел. Да твою ж мать! Он поспешно прошёл на своё место, уселся на скамейку и принялся накладывать еду себе на тарелку. Не смотреть в её сторону. Это просто. Не поворачивать голову, вот и всё. Элементарно. Он справится. Ну а если не справится… Хорошо, что волшебники носят мантии. Под мантией ничего не будет заметно. Чёрт, ну почему он не передёрнул с утра? Ладно, собрались… Тётушка Мардж… волосатые подмышки тётушки Мардж… Так стоп, это уже перебор! Так же можно и блевануть. Просто не смотреть на неё, вот и всё. Просто не смотреть. Какая же она всё-таки секси… Да твою ж мать! Просто! Не! Смотреть!

***

Семейное гнездо семьи Малфоев по праву могло считаться олицетворением понятия «мой дом – моя крепость». Снаружи древний мэнор походил не на загородную усадьбу, а скорее на хорошо укреплённый средневековый замок. Впрочем, почему походил? На самом деле это и был самый настоящий средневековый замок. Когда далёкие предки Люциуса Малфоя закладывали фундамент своего мэнора, толщина крепостных стен считалась куда более важным параметром, чем красивые занавески на окнах или стайки белых павлинов в саду. С тех пор утекло много воды, но Малфой-мэнор по праву продолжал считаться одним из самых неприступных замков в волшебной Британии. Более защищёнными местами были только Хогвартс и Азкабан. Северус любил этот замок. По-настоящему любил. С тех пор, как он приготовил сложнейшее зелье, благодаря которому Нарцисса наконец-то сумела забеременеть, он навеки стал здесь желанным гостем. Даже не просто гостем, а членом семьи. Это было неудивительно, настоящие аристократы всегда умели быть благодарными, а услуга, которую он в своё время оказал семье Малфоев, была поистине бесценной. Когда Нарцисса Блэк вышла замуж и стала Нарциссой Малфой, Северус и Люциус были не друзьями, а всего лишь приятелями. Слишком уж велика была разница в статусе. Люциус всегда относился к Снейпу с симпатией, но никогда бы не признал безродного полукровку ровней. Тем не менее, вскоре после его брака ситуация изменилась. Изменилась настолько, что соображения чистокровности отошли на второй план. Люциус действительно любил Нарциссу, но он взял её в жены не только из романтических соображений. Он хотел, чтобы светловолосая волшебница родила ему наследника. Умного, сильного, чистокровного… Того, кто в своё время станет новым главой рода Малфоев. Нарцисса, естественно, была только за, но спустя несколько месяцев безрезультатных попыток выяснилось, что есть одна проблема. Чертовски серьёзная проблема. Проблема, у которой не существовало решения. По крайней мере, на первый взгляд. Суть проблемы была довольно банальна. Как и многие другие чистокровные волшебницы, Нарцисса оказалась бесплодной. Увы, но благородных семей было слишком мало, и чтобы сохранить чистоту крови, аристократам иногда приходилось заключать близкородственные браки. К сожалению, законы генетики не всегда прощают такие штуки, и род Блэков в полной мере ощутил на себе последствия. Старшая сестра Нарциссы, Беллатрикс, так и не смогла родить своему мужу ребёнка. Средней, Андромеде, повезло чуть больше, но после рождения дочери её везение закончилось – Нимфадора так и осталась единственным ребёнком в семье. Нарцисса с удовольствием согласилась бы и на такой расклад, но природа уготовила ей судьбу Беллатрикс. Люциус ничего не говорил по этому поводу, но… Скажем так, в какой-то момент молодая семья оказалась на грани распада. Нет, о разводе речь, конечно, не шла, но брак без любви это не счастье, а наказание. Ситуация стала критической, и Нарцисса совершенно не знала, что же ей делать. К счастью, Люциус всё-таки нашёл выход. Вернее, его нашёл Северус. Не сразу, конечно. Сначала потребовалось несколько месяцев экспериментов… и несколько десятков молодых маггловских женщин, на которых тестировались полученные образцы. Но как бы там ни было, результат оказался поистине блестящим. Нарцисса благополучно забеременела, родила Драко, и Люциус наконец-то получил долгожданного наследника. Род Малфоев был спасён. Северусу предложили стать крёстным отцом малыша, и он просто не смог отказаться. Всё же в каком-то смысле это был и его ребёнок. Вся эта история исчерпывающе объясняла тот факт, что нищий зельевар-полукровка чувствовал себя в Малфой-мэноре, как дома и регулярно туда заглядывал. Особые причины не требовались, очередная партия в шахматы была вполне достаточным поводом. В данный момент они с Люциусом сидели в гостиной и внимательно глядели на стоящую между ними доску, потягивая из серебряных бокалов дорогое вино. Позиция была достаточно сложной, так что спешить было бы опрометчиво. Люциус только что пожертвовал коня за пару пешек, получив за это довольно опасную атаку. Это было не совсем в его стиле, но слишком уж заманчивой оказалась возможность. – Знаешь, я не перестаю удивляться твоему оптимизму, – пожав плечами, сказал Северус. Он сделал глоток из своего бокала и откинулся на спинку кресла. – Ты действительно считаешь, что вот так вот просто поставишь мне мат? – Почему бы и нет? – не отрывая глаз от доски, пробормотал Люциус. – Пока что всё к тому идёт. Кстати, как там дела у Драко? – Как обычно. Хорошо учится, всё время болтает о квиддиче и постоянно цепляется к Поттеру и Грейнджер. Я бы сказал, что это уже становится немного подозрительным. Эта Грейнджер… Я не удивлюсь, если в итоге окажется, что он к ней неравнодушен. – Главное, чтобы он не оказался неравнодушным к Поттеру. – Думаю, что до этого не дойдёт, – Северус допил вино и щёлкнул пальцами. Рядом с его креслом тут же появился малютка-эльф с пыльной бутылкой в руках. – Раньше за твоим сыном таких наклонностей не замечалось. Или я о чём-то не знаю? – Ну, если уж выбирать между парнем и грязнокровкой… – Люциус пожал плечами и внимательно посмотрел на своего ферзя. Позиция явно требовала ещё одной жертвы. – Я бы расценивал Поттера, как меньшее из двух зол. При условии, что всё останется в тайне, конечно. Причина, по которой глава рода Малфоев был столь спокоен, рассуждая о подобных вещах, была довольно банальна: в годы своей юности он и сам время от времени имел краткие романы, о которых широкой публике знать вовсе не требовалось. Что поделать, молодость склонна к экспериментам, а нравы аристократии во все времена были весьма… фривольными, если не сказать больше. Впрочем, это касалось лишь аристократии. Как говорили древние римляне (далёкими потомками которых считали себя большинство чистокровных британских магов), что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку. – Расслабься, Люциус, твой сын не собирается лезть в штаны к Поттеру, – ухмыльнувшись, сказал Северус. – А вот залезть под юбку к Грейнджер он, кажется, совсем не прочь. – Кстати насчёт залезания под юбки… – Люциус прищурился и поставил своего ферзя под бой. – Насколько я понимаю, в этом году у тебя появилась симпатичная соседка. Я надеюсь, ты уже нашёл к ней подход? Северус нахмурился и отхлебнул вина. Долорес… Он до сих пор корил себя за то, что поддался соблазну и нарушил данное самому себе обещание. Да, пусть это обещание было сделано много лет назад, пусть оно было предельно глупым, но всё же… Конечно, он не изменил Лили. Нельзя изменить той, которая никогда не была твоей. Но легче от этого почему-то не становилось. – С чего ты взял, что у меня вообще есть шансы? – скептически спросил он. – Я простой учитель зельеварения, а она – правая рука Фаджа. – Да ладно тебе, Сев, не скромничай, – Люциус ухмыльнулся и глотнул вина. – Я же помню Долли, мы с ней практически ровесники. Она всегда была той ещё шлюхой. Просто забрось удочку и подожди. Я тебя уверяю, эта рыбка сама запрыгнет на твой крючок. Северус покачал головой и забрал белого ферзя. Почему все вокруг постоянно пытаются устроить его личную жизнь? Дамблдор, Люциус… интересно, кто окажется следующим? Как будто взрослый самодостаточный мужчина не имеет права жить один. Нет, никто не спорит с тем, что секс – это весьма приятная штука, но в жизни есть вещи и поважнее. Люциус хотел, было, ещё что-то сказать, но в этот момент камин вспыхнул зелёным огнём, и из него выпрыгнула Нарцисса. Увидев Северуса, она приветливо кивнула и подошла к их столику, после чего бросила заинтересованный взгляд на позицию. Шахматы издавна считались благородной игрой, и каждый чистокровный волшебник обязательно проходил краткий курс обучения в детстве. Неумение рассчитывать многоходовые комбинации считалось в высшем обществе дурным тоном. Если не умеешь мыслить стратегически и думать наперёд, то чем ты вообще отличаешься от тупых магглов и грязнокровок? – Привет, дорогая, – сказал Люциус, обняв жену за талию. – Как прошёл показ? Выбрала себе что-нибудь? – Только зря потратила время, – пожала плечами Нарцисса. – Маггловские модельеры совершенно бездарны. Кстати, Сев, ты в курсе, что получаешь мат в шесть ходов? Она взяла белую ладью и передвинула её на пару клеток вперёд. Северус посмотрел на доску и нахмурился. На первый взгляд, ход был абсолютно нелогичен, но при более внимательном анализе защиты почему-то не находилось. Оставалось лишь смириться с неизбежным и признать поражение. Нарцисса весело ухмыльнулась и скрестила руки на груди. – Ну что ж… неплохо для женщины, – проворчал Северус. – Цисси, ты как всегда не вовремя. Твой муж бы этого в жизни не нашёл. – Конечно, нашёл бы, – самоуверенно сказал Люциус. – Просто не так быстро. Цисси, дорогая, ты просто великолепна. Впрочем, как и всегда. – Я знаю, – довольно ответила Нарцисса. – Сев, как там дела у Драко? – Половое созревание идёт полным ходом, но парень держит себя в руках, – Северус отхлебнул ещё немного вина и устроился в кресле поудобнее. Как дела у Драко, ну конечно... Почему нельзя просто спросить, с кем он встречается? – На прошлой неделе опять цеплялся к Грейнджер. Со стороны это смотрится очень мило. Не знаю, осознаёт ли он сам, что происходит, но… Ты же не будешь против, если твой единственный сын опустится до адьюльтера с магглорожденной? – Северус, что ты несёшь, ему же всего пятнадцать лет, – Нарцисса возмущённо фыркнула и закатила глаза. – Какие адьюльтеры? Он же ещё ребёнок! – Ну, как тебе сказать, Цисси… – Северус усмехнулся. Да уж, матери всегда слишком идеализируют своих детей... – Может быть, ты не заметила, но Драко вообще-то уже большой мальчик. Так что если что – ничему не удивляйся. – Драко не такой! – убеждённо сказала Нарцисса. – Он не станет делать ничего аморального. Даже если эта грязнокровка и попытается его соблазнить, у неё ничего не выйдет. И вообще, насколько я знаю, она всё время проводит в компании Уизли и Поттера. Вот с ними пусть и крутит шуры-муры. – Поттер? Шуры-муры? Я тебя умоляю! – Северус пренебрежительно фыркнул и махнул рукой. – Ладно ещё Уизли, но Поттер… Да если Грейнджер поцелует его в щёчку он тут же брякнется в обморок! А если учесть его поразительную способность лезть туда, куда его не просят, и постоянно находить себе на задницу приключения… На самом деле, я готов поставить сотню галлеонов против пустой консервной банки, что этот болван так и умрёт девственником…

***

– Мистер Поттер, это переходит всяческие границы! – ледяным голосом сказала Амбридж. – Я всё понимаю, но вы уже пять минут подряд смотрите на мои колени! Я бы даже сказала, пялитесь. Честное слово, мне кажется, что ещё немного, и вы начнёте пускать слюни. – Извините, профессор, – смущённо пробормотал уткнувшийся в пергамент Гарри. Его уши просто пылали от стыда. – Я не нарочно. То есть это действительно как-то само собой получается. Я не хотел вас оскорбить, просто… немного задумался. – И о чём же вы, интересно, думали? – фыркнула Амбридж. Она отложила книгу и скрестила руки на груди. Гарри мельком глянул на неё и тут же отвернулся. Слишком рискованно. Ещё немного, и он совершенно потеряет над собой контроль. – Дайте угадаю, наверняка в вашей голове сейчас роятся самые извращённые фантазии, до которых вы смогли додуматься. Я права? Можете не отвечать, ваша эрекция говорит сама за себя. Гарри закрыл глаза и пожалел, что он вообще родился на свет. Какой позор… Спалиться на отработке со стояком! Теперь она наверняка будет думать, что он какой-то извращенец. Хотя, учитывая его сегодняшний сон… может быть, так оно и есть? – Мне… мне очень жаль, – чуть слышно прошептал он. – Извините, но… я просто не могу это контролировать. Какое-то мгновение Амбридж молчала. Потом она поднялась на ноги и шагнула вперёд. Гарри почувствовал, как её рука коснулась его щеки. Чёрт, чёрт, чёрт… Это снова происходит... Запах её духов, звук её дыхания… Упругая грудь, прижимающаяся к его плечу… Что она делает? Неужели… – Думаю, я знаю, как вам помочь, мистер Поттер, – тихо прошептала Амбридж. Её губы почти касались его уха… Близко… слишком близко… – Вам просто нужно немного расслабиться. Сбросить напряжение. Её рука опустилась вниз и крепко обхватила его твёрдый член. Гарри невольно застонал и почувствовал, что больше не может сдерживаться. Перед закрытыми глазами что-то вспыхнуло, мир на мгновение куда-то пропал. От всей вселенной осталась только маленькая и нежная женская ладошка, сжимающая его член. Все барьеры стремительно рушились, а где-то глубоко внутри зарождался взрыв сверхновой... – Ну же, мистер Поттер, – Амбридж глубоко вздохнула и провела кончиком языка по его мочке уха. – Не стесняйтесь. Я хочу это увидеть. Хочу увидеть, как вы кончаете.

***

Гарри открыл глаза и тихо застонал. Чёрт возьми, это было так реально! И кажется… нет, не кажется. Он действительно кончил во сне. Замечательно… Ну и что теперь делать с трусами и постельным бельём? Спросить завтра у Гермионы, какое тут подойдёт заклинание? Или забить на все и положиться на хогвартских эльфов? А ведь на сегодняшней отработке ничего такого не было… Амбридж просто сидела и читала книгу. И мантия на ней была вполне приличной. Никаких халатиков, никаких намёков… Всё-таки нужно было передёрнуть перед тем, как ложиться спать. Но кто же знал, что так выйдет? Нет, всё-таки нужно будет обсудить эту ситуацию с Гермионой. Она девчонка, она должна знать, как… Стоп! Как что? Неужели он серьёзно собирается подкатить к Амбридж?! Да нет, это же просто бред… Она взрослая женщина, профессор... заместитель Министра Магии, в конце концов! Лучше просто выбросить всё это из головы и сосредоточиться на учёбе. К чёрту Гермиону, нужно обсудить всё это с Сириусом! Он-то уж точно знает, как кадрить девчонок. Девчонок… да уж. Каких ещё девчонок? Да ей лет сорок, наверное! Интересно, что будет, если она всё-таки поверит, что я действительно сражался с Волдемортом? И как, чёрт возьми, я могу ей это доказать? А что если украсть у Снейпа немного Веритасерума… Нет, стоп, это ещё больший бред. Одно дело сражаться с Волдемортом, но разъярённый Снейп… Окей, оставим идею с Веритасерумом на крайний случай. Может быть, Сириус подскажет что-то дельное… У него наверняка сотни раз случались похожие ситуации. Чёрт, но каким же реальным казался этот сон! Интересно, такие сны теперь будут каждую ночь? Если да, то нужно будет что-то решать с постельным бельём. И желательно без участия хогвартских эльфов. Если Гермиона узнает, что из-за меня бедным крошкам приходится отстирывать с простыней засохшую сперму... Да, лучше до этого не доводить.