Пятьдесят оттенков Амбридж

Сириусу было скучно. Нет, не так. Сириусу было ужасно скучно. Невероятно. Настолько скучно, что он был уже почти готов приставить палочку к виску и разнести свой череп на куски. Лишь бы больше не чувствовать эту всепоглощающую, невыносимую, сводящую с ума скуку. Да, вот это было уже ближе к истине. Если бы у него был выбор, он бы ни за что на свете не позволил запереть себя в четырёх стенах. Это слишком напоминало Азкабан. Ну ладно, по крайней мере, здесь не было дементоров. Но в остальном разница была не слишком большой. Вместо того чтобы следить за Пожирателями Смерти, он вынужден был просто сидеть и ждать. Ждать, ждать, ждать… а потом угадайте что? Правильно, устроиться поудобнее и ждать дальше. День за днём, неделю за неделей. Ждать неизвестно сколько и непонятно чего. Это была чистейшей воды медленная пытка. Он, чёрт возьми, этого не заслужил! Впрочем, пока что и остальные были не слишком-то заняты. Охранять Зал Пророчеств да время от времени пытаться подслушать, о чём говорят за чашкой кофе Пожиратели, вот и всё, к чему на данный момент сводилась их деятельность. С учётом того, что большинство слуг Волдеморта как правило предпочитали пить кофе в своих родовых мэнорах, число шпионских вылазок можно было пересчитать на пальцах одной руки, да и те по итогу оказались бесполезными. Пока что Пожиратели никак себя не проявляли. Если у них и были какие-то коварные планы, то они проворачивали их подальше от любопытных глаз. Никто не знал, куда будет нанесён следующий удар… и никто не знал, как можно это выяснить. Сириус знал, что Дамблдор возлагает большие надежды на Снейпа, который был кем-то вроде двойного агента. Снейп… Скользкий слизеринский крысёныш! Дамблдор почему-то был уверен, что его любимчик обвёл Волдеморта вокруг пальца, как какого-нибудь деревенского простачка. Запудрил ему мозги, рассказал какую-то правдоподобную сказочку… А что если всё это время чёртов Нюниус так и оставался Пожирателем Смерти? Что если он просто навешал Дамблдору лапши на уши и переметнулся к своему настоящему хозяину, как только тот восстал из мёртвых? На эти вопросы у Сириуса не было удовлетворительных ответов. На месте Дамблдора он бы держал Снейпа как можно дальше от Ордена. Впрочем, дедушка умный, ему виднее… Где-то внизу скрипнули дверные петли. Сириус, с головой погружённый в мрачные размышления, не обратил на это ни малейшего внимания. Дом был надёжно защищён фамильными чарами, так что ни один посторонний просто не сумел бы войти. Видимо, это был кто-то из Ордена. Скорее всего, Ремус. В последнее время он часто заглядывал. Без каких-то особых причин, просто поболтать и немного выпить. Сириус уже сто раз предлагал ему просто занять одну из пустых комнат, но чёртов Рем был слишком гордым. Или слишком глупым. В чём смысл тратить последние гроши на аренду какой-нибудь вонючей каморки, когда можно бесплатно пожить в доме своего лучшего друга? Ладно бы места не хватало, но тут же можно половину Ордена расселить! Сириус покачал головой и вздохнул. Да уж, некоторых вещей ему, наверное, никогда не понять. – Привет, Бродяга, – жизнерадостно сказал вошедший в кухню Ремус. – Что ты тут, ещё не повесился от безделья? Выглядишь паршиво. – Чья бы корова мычала, – поморщившись, буркнул Сириус. – Чего припёрся, Лунатик? Пива с прошлого раза всё равно не осталось, ты всё вылакал. – Ну, положим, пиво я принёс с собой, – ухмыльнувшись, сказал Ремус. Он водрузил на стол большой чёрный пакет, в котором отчётливо звякнуло что-то стеклянное. Сириус внимательно посмотрел на пакет и хмыкнул. Ну, что ж… Допустим. – И кто всё это будет пить? – риторически спросил он, не делая ни малейшей попытки подняться на ноги. Пускай Рем сам ищет бокалы, если уж заявился. – Пару симпатичных подружек ты с собой позвать, конечно же, не догадался. – Опять забыл, – с притворным сожалением в голосе вздохнул Ремус. – Совсем старый стал, память ни к чёрту. Придётся опять вдвоём сидеть. Я тебе ещё не надоел? – Пока приносишь пиво – терпеть можно, – проворчал Сириус. – Ладно, волчара ты облезлый, наливай. Всё равно делать нечего. Пиво оказалось именно таким, каким и положено быть пиву. Тёмным, горьким и холодным. Первый бокал Сириус прикончил буквально за пару глотков. Ремус налил ему ещё один и пододвинул поближе тарелку с чипсами. – Кстати, на этот раз я не просто так, – сказал он, доставая из кармана мантии запечатанный конверт. – Тебе письмо от Гарри. Если там нет никаких секретов, то читай вслух. Сириус заинтересованно приподнял бровь и протянул руку. Письмо от Гарри… Это что-то новое. Крестник нечасто баловал его новостями. То ли не хотел тревожить по пустякам, то ли предпочитал обсуждать свои проблемы с друзьями. Ну что ж, посмотрим, что там такого стряслось… Ремус отхлебнул пива и устроился на своём табурете поудобнее. После того, как Сириус переехал на площадь Гриммо, он добровольно принял на себя роль то ли посредника, то ли почтальона. Так как нынешнее убежище Сириуса было скрыто сильными защитными чарами, обычные почтовые совы не могли его найти, поэтому если Гарри захотел бы что-нибудь написать крёстному, ему следовало отправлять письмо своему бывшему учителю ЗОТИ. Неприметная закорючка в углу конверта означала, что на самом деле письмо предназначено именно Сириусу. Теоретически, эта закорючка должна была изображать маленькую чёрную собаку, но художественные способности Гарри пока что были далеки от совершенства. – Привет, Бродяга, извини, что так долго тебе не писал, – прочитал Сириус, распечатав конверт и развернув лежащее в нём письмо. – Не хотел тебя дёргать по мелочам, надеюсь, ты не обижаешься. Как там у тебя дела? Кстати, Рон с Гермионой передавали от тебя привет. Если им верить, то ты уже не так сильно похож на оживший скелет из фильма ужасов. – В самую точку! – весело фыркнул Ремус. – Смотрел я тут недавно одно кинцо, так тебя бы туда без грима взяли. Сириус угрюмо зыркнул на него и взял с тарелки немного чипсов. На самом деле, он уже немного отъелся – спасибо Молли Уизли, которая по выходным заглядывала в гости, чтобы приготовить ему еды на неделю. Теоретически, этим должен был заниматься его домашний эльф, но этот старый ублюдок был совершенно бесполезен. Была бы его воля… Всё равно этот мелкий мерзавец постоянно просил повесить его голову над камином, почему бы и не осуществить его желание? – С кем это ты смотрел кино? – недоверчиво спросил он. Раньше за Ремом вроде бы не наблюдалось привычки тратить время на посещение кинотеатров. Да и лишних денег у него отродясь не водилось. – Подцепил себе какую-нибудь магглу, как я и советовал? – Неважно, – уклончиво ответил Ремус. – Читай дальше. Сириус взял свой бокал и как следует отхлебнул. Бокал опустел примерно на треть. Да, на этот раз пиво определённо было неплохим. Не то, что позавчера… Так, на чём там он остановился? – На самом деле, я хотел попросить у тебя совета в одном деликатном деле, – прочитал он. Ремус заинтригованно присвистнул и придвинулся поближе. – Скажем так, мне понравилась одна девчонка, и я уверен, что она тоже ко мне неравнодушна. Не буду вдаваться в подробности, но мне кажется, что у меня есть реальный шанс с ней замутить. В общем, я хочу спросить у тебя совета – как бы мне половчее к ней подкатить? Сначала мне казалось, что дело в шляпе, но потом всё как-то застопорилось. Гермиона сказала, что девушки любят, когда парни внимательные и романтичные. Я попробовал быть внимательным и романтичным, но это не очень-то сработало. Короче говоря, нужно менять тактику, но я боюсь наломать дров. – Ха! – сказал Ремус. – Можешь даже ничего не говорить, я и так уже знаю, что ты ответишь. Бедный Гарри, как же ему не повезло с крёстным. Если бы он только догадался спросить совета у какого-нибудь нормального человека… – То жизнь его была бы скучна и невыразительна, – широко ухмыльнувшись, ответил Сириус. Он отложил письмо и торжествующе посмотрел на Ремуса. – Дружище, ты же понимаешь, что я не могу оставить своего любимого крестника в беде? Если я не поделюсь с ним своим бесценным опытом, то он, чего доброго, так и останется девственником курса до шестого. Этого нельзя допустить! Его отец бы мне этого не простил. – Сейчас Гарри нужно не забивать себе голову девчонками, а сосредоточиться на учёбе, – строго сказал Ремус, безуспешно пытаясь скрыть весёлые чёртики, пляшущие у него в глазах. – Всему своё время, Бродяга. Не всем же быть такими бабниками, как ты. – Да по сравнению с Джеймсом я вообще мог считаться долбаным аскетом, – отмахнулся Сириус. Его глаза горели от энтузиазма, а ухмылка стала широкой до неприличия. – Так, срочно найди какой-нибудь клочок пергамента и чернила, сейчас мы будем писать ответ. Не переживай, малыш Гарри! Твой старый дядюшка Сириус с удовольствием раскроет для тебя абсолютно все секреты женских сердец! Ты ещё скажешь мне спасибо, когда завалишь какую-нибудь симпатичную гриффиндорскую старшекурсницу… – Держу пари, это одна из его партнёрш по квиддичной сборной, – сказал Ремус, поднимаясь на ноги. – Только, ради всего святого, не нужно расписывать в подробностях свои «подвиги». Гарри совершенно необязательно знать, сколько невинных девушек ты совратил, пока учился в Хогвартсе. Пусть пока что считает, что ты приличный человек. – Это я-то приличный? – Сириус запрокинул голову и громко расхохотался. – Лунатик, да это же твоя первая по-настоящему удачная шутка за последнюю неделю!

***

Если прошлых отработок у Амбридж Гарри ждал с нетерпением, то теперь всё было ровно наоборот. Чем ближе становились выходные, тем больше он нервничал. Причина была существенной: на следующей отработке ему предстояло сделать нелёгкий выбор. Окончательно спустить в унитаз все свои шансы на секс, отказавшись принимать Веритасерум или всё-таки сдержать своё слово… и сдать с потрохами Сириуса. Приемлемого варианта просто не было, во всяком случае, Гарри его пока что не видел. Самым худшим было то, что он даже не мог ни с кем посоветоваться. Нельзя же было просто подойти, например, к Гермионе и признаться ей в том, что он пообещал Амбридж выпить сыворотку правды, чтобы доказать ей, что он правда сражался с Волдемортом. Да Гермиона убила бы его на месте, и это ещё в лучшем случае. Твою-то мать! Ну кто, спрашивается, меня тянул за язык?! И что теперь, блин, делать?! Как бы там ни было, время даже не думало замедлять свой бег, и роковой день неумолимо приближался. К счастью, буквально перед выходными пришло ответное письмо от Сириуса. Для Гарри это было буквально манной небесной, потому что только Сириус мог помочь ему не облажаться окончательно. Нет, конечно же, он не стал рассказывать обо всём том дерьме, в которое умудрился вляпаться, но… Сейчас ему отчаянно нужен был хоть какой-нибудь совет. Желательно, хороший, но за неимением спасательного круга сойдёт и случайная доска, плавающая в океане после кораблекрушения. К тому же, задачу соблазнения Амбридж никто не отменял, а Сириус должен был знать толк в таких вещах. Перед тем, как вскрыть конверт, Гарри подождал, пока все отправятся спать и гриффиндорская гостиная опустеет. Затем он нашёл укромный уголок, в котором его никто не должен был потревожить, вскрыл конверт и углубился в чтение. Впрочем, оно оказалось недолгим. Разочаровывающе недолгим, честно говоря. «Здравствуй, крестник! – судя по небрежному почерку Сириуса, над ответом он думал не слишком долго. – Рад был получить от тебя письмо. Жаль, что это такое редкое удовольствие. Касаемо твоего затруднения – не вздумай больше советоваться с Гермионой, в этом нет абсолютно никакого смысла. Она умная девчонка, но в амурных вопросах ничего не смыслит. Что тебе действительно нужно, так это побольше уверенности. Девочки любят крутых парней, как бы это банально ни звучало. Просто расслабься и пригласи свою подружку на свидание. Поболтай с ней о том, о сём, будь самим собой, ну а потом возьми и поцелуй её разок-другой. И не переживай, если получишь пощёчину, это нормально. Главное, не дрейфь. Если будешь бояться девчонку, она это почувствует и точно тебе не даст. Ну а если сумеешь её поцеловать и дальше будешь работать в том же духе, то через пару свиданий она сама раздвинет ноги. В общем, я надеюсь, что общую суть ты уловил. Если что – пиши, не стесняйся». Общую суть Гарри действительно уловил, но легче от этого не стало. Даже если у Сириуса это в своё время работало, то это вовсе не означало, что такая же стратегия сработает и у него. В конце концов, Сириус был красавчиком и аристократом. Девчонки, небось, в очередь выстраивались, чтобы сходить с ним на свидание. Легко ему говорить… Если он попробует ни с того, ни с сего поцеловать Амбридж, она, наверное, с Гриффиндора сразу тысячу очков снимет! Так или иначе, другого плана действий у него не было. Гарри вздохнул и решил, что утро вечера мудренее. Нужно как следует выспаться, а завтра будет видно. Может быть, Амбридж так и не сумела раздобыть Веритасерум. Ну или она просто ничего не спросит про Сириуса. А может, он как-нибудь сумеет исхитриться под Веритасерумом и ответить так, чтобы никого не выдать… Ну да, исхитришься там, блин! – Какой же я всё-таки идиот, – тихо пробормотал Гарри себе под нос. – Ну ладно, где наша не пропадала…

***

Сегодняшний вечер обещал быть по-настоящему интересным. Всё-таки не каждый день допрашиваешь с Веритасерумом парня, который заявляет, что несколько месяцев назад имел дуэль с восставшим из мёртвых Волдемортом. Даже жаль, что на самом деле это всего лишь очередная подростковая фантазия… Долорес поймала себя на том, что ей почти хочется, чтобы Поттер внезапно оказался прав. Ну или, на худой конец, чтобы в итоге выяснилось, что Дамблдор вложил ему ложные воспоминания. Если же он просто заберёт своё слово назад и откажется принимать зелье, это будет… разочарованием. Ожидаемым разочарованием, но всё же. На самом деле, отработка уже давно должна была стартовать: настенные часы показывали десять минут восьмого. Долорес нахмурилась и побарабанила пальцами по столу. Поттер почему-то опаздывал. Может он решил, что лучшим выходом будет вообще не прийти и просто сделать вид, что ничего не случилось? Что ж, это будет молчаливым признанием в собственной лжи. Жаль, но ничего не поделаешь… Она уже почти смирилась с тем, что ей придётся провести сегодняшний вечер в одиночестве, когда в дверь наконец-то постучали. Ну наконец-то… Как говорят магглы, лучше поздно, чем никогда. Долорес открыла рот, чтобы сообщить, что дверь незаперта и можно входить, но немного не успела. Видимо, сегодня Поттер решил для разнообразия отбросить правила приличия, потому что он вошёл в комнату буквально через мгновение после того, как постучался. Ну что тут сказать… гриффиндорец всегда остаётся гриффиндорцем. – Разве можно вот так вот врываться к даме, мистер Поттер? – холодно спросила Долорес. – А если бы я сейчас была не одета? Вы об этом не подумали? – Ну, тогда бы мне крупно повезло, – ухмыльнувшись, ответил Гарри. После долгих колебаний он всё-таки решил взять на вооружение тактику, предложенную Сириусом. – Какой у нас план на сегодня? Начнём со строчек или сразу перейдём к главному? Странно… очень странно. Сегодня Поттер был каким-то… слишком самоуверенным. Ну ладно, сейчас посмотрим, хватит ли ему смелости пойти до конца. – К чёрту строчки, – прищурившись, сказала Долорес. – Как я и говорила, для меня не проблема получить флакон Веритасерума. Вы готовы к по-настоящему откровенной беседе, мистер Поттер? – А почему так официально, профессор? – тон Поттера балансировал на самой грани с откровенной наглостью. Как будто он разговаривал не с заместительницей Министра Магии, а со своей подружкой. Вот же сопляк… – Мы же вроде бы уже договорились, что вы можете звать меня просто Гарри. Или вам не нравится моё имя? – Мистер Поттер… – Долорес прервалась и глубоко вздохнула. Какого, собственно, чёрта? – Ладно, Гарри, так Гарри. Не будем ходить вокруг да около. Мне правда интересно, что там на самом деле произошло с Седриком Диггори. Жаль будет, если окажется, что ты действительно всё выдумал… В общем, давай с этим побыстрее покончим. И, кстати, если ты всё-таки признаешься, что лично прикончил Диггори, я сохраню это в тайне. – Очень благородно с вашей стороны, профессор, – ухмыльнулся Поттер. Нет, ну он точно издевается! – Как хорошо, что мне нечего скрывать. Если уж я и пытался кого прикончить, так это Волдеморта, но, к сожалению, этот мудак оказался на редкость живучим. Давайте сюда ваше зелье. Долорес пожала плечами, и достала из кармашка мантии маленький хрустальный флакон с прозрачной жидкостью. Взмах палочки, и стоящий на столе бокал наполнился кристально чистой водой. Конечно, Веритасерум можно было принимать и неразбавленным, но тогда эффект, как правило, оказывался слишком сильным. Если Поттер вернётся в свою спальню, еле переставляя ноги, это может привлечь нежелательное внимание. – Когда ты примешь зелье, то не сможешь солгать или умолчать о чём-либо, – сказала она, откупоривая флакон. – Не волнуйся, я не буду спрашивать тебя о чём-то постороннем. Только о том, что случилось во время финала Турнира Трёх Волшебников. – Вот и славно, – сказал Поттер. – А то я уж было боялся, что вы спросите меня о том, что мне снилось на прошлой неделе. – Я просто сделаю вид, что не слышала этого, – фыркнула Долорес. Она наклонила флакон над бокалом и отмерила три капли. – Ну что, готов? Или всё-таки передумаешь в последний момент? – Ваше здоровье, профессор, – сказал Гарри, беря в руки бокал. Он улыбнулся, подмигнул Амбридж и сделал глоток. Вода, как вода. Ну да, Веритасерум же не имеет вкуса… Ещё пару глотков, и бокал опустел. Гарри поставил его на стол и глубоко вздохнул. Теперь пути назад уже не было. – Подождём пару минут, чтобы зелье начало работать, – сказала Долорес, поднимаясь на ноги. – Если бы ты был постарше, я бы предложила тебе немного виски, но увы. Придётся пить в гордом одиночестве. – Молодость – это недостаток, который быстро проходит, – ответил Гарри цитатой из классиков. Знать бы ещё, который именно классик это сказал… – Кстати, что хуже, пить виски при несовершеннолетнем студенте или расхаживать при нём же в коротком халатике? – Разумеется, и то, и другое абсолютно недопустимо, – усмехнувшись, сказала Долорес. Она подошла к шкафчику, открыла его и достала бутылку «Джек Дэниэлс». Виски в бутылке осталось не так уж и много, так что на двоих в любом случае не хватило бы. Это в том маловероятном случае, если бы она всё же решила угостить алкоголем Поттера. – Теперь мы в одной лодке, Гарри. Ты знаешь кое-что интересное обо мне, ну а я сейчас могу узнать кое-что интересное о тебе. Если что, так во взрослой жизни дела и делаются. Доверять можно лишь тем, кого ты можешь уничтожить. – Как же это по-слизерински, – хмыкнул Гарри. Он тщательно вслушивался в своё состояние, но пока что ничего не происходило. Может, Веритасерум попался бракованный? – Кстати, профессор… Ваша мантия неплохо смотрится и всё такое, но в халатике вы мне нравились гораздо больше. – Видимо, Веритасерум начал действовать, – сказала Долорес. Очередная наглость… но будем пока что считать, что это был неуклюжий комплимент. Она вернулась к столу, налила немного виски в тот же бокал, из которого только что пил Гарри и поставила бутылку на стол. – Ну что ж, тогда начнём. Расскажи мне, что произошло в тот день, когда погиб Седрик Диггори. Как это случилось? Настал момент истины. Либо он сейчас признается, что всё выдумал, либо… А что, если нет? Что если он и вправду сражался с восставшим из мёртвых Тем-Кого-Нельзя-Называть? Да нет, бред какой-то… Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. С того света не возвращаются. – Мы с Седриком одновременно вышли к центру лабиринта, – сказал Поттер. Он был спокоен и смотрел ей прямо в глаза. Судя по невербальным признакам, он действительно верил в то, что говорил. – Но это случилось только потому, что перед этим я спас его от Крама. Крам напал на Флёр, а потом на Седрика, потому что был под Империусом. Он должен был расчистить мне дорогу, чтобы я выиграл Турнир… и первый коснулся Кубка. Если бы я не вмешался, то Седрик бы не отправился со мной на то кладбище... и не погиб бы. Так-так-так, интересно… Пока что слова Поттера полностью совпадали с версией Дамблдора. Неужели старый хрыч действительно изменил мальчишке память? – И кто же наложил на Крама Империус? – спросила она, отхлебнув из своего бокала. На самом деле пить виски в присутствии своего студента действительно было не самой лучшей идеей… Хотя, какая уже нахрен разница? Если Дамблдор узнает, что она дала Поттеру Веритасерум, остальное всё равно уже не будет иметь никакого значения. Косяком больше, косяком меньше… – Барти Крауч-младший, – сказал Поттер. Опять-таки, пока что всё было в рамках официальной версии Министерства, согласно которой Крауч-младший был агентом Сириуса Блэка. – В общем, Седрик предложил взять Кубок одновременно. Он был возле него первым, но не захотел выигрывать в одиночку, потому что я спас его от Крама. Мы вместе взялись за кубок и переместились на какое-то кладбище. Чёртов Кубок оказался порт-ключом. Даже сейчас всё пока что оставалось в рамках допустимого. До этого момента версии Дамблдора и Министерства плюс-минус совпадали. Долорес поставила бокал на стол и подалась вперёд. – И что же случилось дальше, Гарри? – прищурившись, спросила она. – Кто убил Седрика Диггори? Если сейчас Поттер скажет, что это был Сириус Блэк… Нет, слишком банально. Пусть лучше скажет, что это он прикончил Диггори. И тогда она сможет доложить Фаджу, что Дамблдор умолчал о преступлении, чтобы защитить своего любимчика. – Дальше к нам вышел Питер Петтигрю, у которого на руках был Волдеморт в форме гомункула, – спокойно сказал Поттер. Он всё так же смотрел ей прямо в глаза и чуть заметно улыбался краешком рта. – Волдеморт приказал ему убить лишнего. Он бросил в Седрика Аваду, и Седрик умер. Так обычно бывает, когда получаешь Аваду в лоб. Стоп! Какого хрена?! Он же… он же под Веритасерумом! Неужели это правда?! Неужели Тот-Кого-Нельзя-Называть... действительно восстал из мёртвых?! – В чём дело, профессор? – приподняв бровь, спросил Поттер. – Почему вы так побледнели? Я же с самого начала говорил, что Волдеморт вернулся. Долорес схватила со стола бокал и прикончила его содержимое одним глотком. Её словно огрели из-за угла пыльным мешком… Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вернулся! Это же… это же просто полнейший, мать его так, пиздец! Поттер всё это время говорил правду, а долбаный Фадж засунул голову в песок, словно треклятый страус… Почему за всё это время никто так и не настоял на том, чтобы притащить Поттера на заседание Визенгамота и влить ему в глотку этот хренов Веритасерум?! – В общем, если что, я рассказываю дальше, – сказал Гарри после небольшой паузы. Судя по остекленевшему взгляду Амбридж, сейчас она была в полнейшем шоке, но молчать он просто не мог. Зелье вынуждало его говорить, хотел он этого или нет. – После того, как Седрик погиб, Петтигрю обезоружил меня и оттащил на кладбище. Я не мог сопротивляться, потому что у меня ужасно болела голова. Это из-за того, что мы с Волдемортом как-то связаны, в его присутствии у меня всегда начинается жуткая мигрень. Короче говоря, этот ублюдок Петтигрю привязал меня к памятнику, взял у меня немного крови и провёл ритуал, после которого Волдеморт превратился из гомункулуса в какую-то человекообразную хренотень. Безносую, красноглазую и ебанутую на всю голову. Долорес достала из кармана флакон с Веритасерумом и внимательно на него посмотрела. Какова вероятность того, что ей прислали бракованное зелье? Волдеморт вернулся... Какой-то дурной сон… Этого просто не может быть! – Потом этот ублюдок немного надо мной поглумился и вызвал своих Пожирателей, – продолжил Гарри. – Как я и говорил: Малфой, Нотт, Эйвери, Крэбб, Гойл… Сириуса Блэка, кстати, там не было. Ах да, я забыл, Петтигрю отрубил себе кисть, чтобы добавить её в зелье. В общем, Волдеморт приделал ему новую кисть из чего-то, вроде жидкого металла. Короче, он теперь как Люк Скайвокер… Хотя, что я несу, вы же, наверняка, не смотрели «Звёздные войны». – Смотрела, – чуть слышно произнесла Долорес. – Мой любимый фильм, кстати. Особенно, тот момент, где Дарт Вейдер говорит Люку, что он его отец. – Круто, – улыбнувшись, сказал Гарри. – Надеюсь, Джордж Лукас когда-нибудь снимет продолжение. Так вот, в конечном итоге Волдеморт освободил меня, отдал мне мою палочку и сказал, что даст мне шанс погибнуть в честной дуэли. А потом оказалось, что наши палочки связаны… что у них одинаковая сердцевина. Перо Фоукса. – Фоукса? – нахмурившись, переспросила Долорес. Она уже понемногу отходила от первоначального шока, но потрясение оказалось слишком велико. Волдеморт вернулся... Она совершенно не ожидала, что глупые сказки Поттера внезапно окажутся правдой. Даже представить себе не могла. – Феникса, который принадлежит Дамблдору, – пояснил Гарри. – Короче говоря, нормальной дуэли не получилось. Мы оказались в каком-то энергетическом коконе, потом из его палочки стали вылетать призраки людей, которых он убил… Моих родителей в том числе… Ну а потом я разорвал связь, бросился наутёк и призвал Кубок манящими чарами, когда оказался рядом с трупом Седрика. Призраки задержали Волдеморта, поэтому он не успел мне помешать, ну а Пожиратели оказались слишком криворукими. К счастью, этот проклятый Кубок всё ещё оставался порталом, поэтому я благополучно вернулся в Хогвартс. Всё хорошо, все круто, все счастливы. Кроме Седрика. Ну и его отца… Долорес не двигалась и молча смотрела на сидящего напротив неё черноволосого подростка с зелёными глазами и шрамом на лбу в виде молнии. На Мальчика-Который-Выжил. Выжил, мать его так, дважды. На того, кто сумел уцелеть, столкнувшись один на один с Тем-Кого-Нельзя-Называть. За последние пять минут её мир полностью изменился. Нужно было какое-то время, чтобы это осмыслить. Много времени на самом деле. И, пожалуй, много виски. – Профессор? – нахмурившись, спросил Гарри. – Вы там как вообще? Всё нормально? – Да, я в порядке, – дрожащим голосом пробормотала Долорес. Спокойно, Долли, спокойно... не спеши с выводами. Вдруг Дамблдор всё-таки окончательно свихнулся и действительно вложил Поттеру ложную память. – Всё хорошо. Просто… просто это так неожиданно. Я должна немного подумать… и во всём разобраться. Наверное, сейчас тебе лучше будет уйти, Гарри. Мне нужно немного побыть одной. – Очень жаль, – разочарованно произнёс Гарри. – А я-то надеялся, что сегодня всё-таки вас отымею. Последняя отработка, как-никак, потом шанса может и не представиться. Чёрт, я сказал это вслух? – Ты же под Веритасерумом, – вздохнула Долорес. По-хорошему, ей сейчас нужно было снять очки с Гриффиндора, но какое это вообще имело значение, если Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся? – Извини, Гарри, но сегодня секса не будет. И вообще не будет, если уж на то пошло. Я не собираюсь рисковать своей карьерой только ради того, чтобы доставить тебе несколько приятных минут. Дразнить тебя было весело… но это было ошибкой. Иди спать. – Профессор Амбридж, вы самая сексуальная женщина, которую я когда-либо встречал за всю свою жизнь, – сказал Гарри, поднимаясь на ноги. – И я сваливаю как можно быстрее, чтобы не ляпнуть ещё чего-нибудь, потому что в гробу я видал этот ваш Веритасерум. Надеюсь, в один прекрасный момент вы всё же передумаете, и мы всё-таки займёмся сексом, а то мне весь учебный год придётся тайком мастурбировать. – Очень мило это слышать, но моё решение не поменяется, – покачала головой Долорес. Да уж, разговаривать с подростком, который вынужден озвучивать все свои мысли, это то ещё удовольствие… – Мастурбируй на здоровье, Гарри, главное не слишком часто, а то сил на учёбу не останется. А ещё лучше – найди себе, наконец, подружку.