Сладкая ложь или горькая правда?

«Первый урок выживания: никогда не показывай всей своей силы. Второй урок: если показал – убедись, что противник уже не встанет»

– «Практическая магия для неблагонадежных», неизвестный автор

Аполлинария с улыбкой на лице направлялась в Подземелья. Она передвигалась быстрыми шагами, смотря себе под ноги и раздумывая о произошедшем. «Джеймс оказался удивительно добрым и отзывчивым. И его друзья, в общем–то, вполне приятные ребята. Теперь я поняла, почему они сначала не хотели со мной разговаривать. Слизеринка. Выходит, остальные факультеты нас недолюбливают… Забавный парадокс. Чужая среди чужих, чужая среди своих… Чую, скучать не придется…» Лина очень любила размышлять. Иногда за этим делом она совершенно не замечала ничего и никого вокруг. И сейчас она так увлеклась, что совершенно не уследила за дорогой. Каково же было её удивление, когда она внезапно очутилась у знакомой по описаниям каменной стены. «Воу, так быстро нашла дорогу» Но радость девушки внезапно сошла на нет. Она с силой шлепнула себя по лбу, понимая, что не знает пароля. «Пароль! Идиотка! С каких пор ты стала такой растяпой? Это тебе не Колдовстворец, где достаточно приложить палочку. Почему, ну почему со мной все это происходит?» Она с тоской оглядела пустынный коридор. «И ни один слизеринец меня, конечно, не пропустит. Что ж, значит, ночь в коридоре. Не самая страшная перспектива» Лина медленно стекла по каменной стене прямо на пол, опустив голову на колени. Она тихо вздохнула и попыталась выкинуть все тяжелые мысли из головы, но вздрогнула, услышав знакомый голос: – «Чистота крови», – произнес темноволосый слизеринец, который «помог» девушке за ужином. – Что?… – тихо прошептала Лина в ответ. – Пароль, – холодно пояснил он, – Это пароль для входа в гостиную. Надеюсь, твой маглорожденный мозг способен запомнить, что он меняется раз в две недели, –  он вложил в свой голос всю ядовитую спесь, на которую был способен. Но Лина лишь тихо рассмеялась на его выпад: – Спасибо за помощь! Очень ценю, что не назвал меня грязнокровкой… Лицо парня скривилось; он понял, что его укол не достиг цели. – Да и вообще, за этот день ты уже дважды меня выручил. Благодар… – Я не нуждаюсь в твоей благодарности! – резко выпалил он, разворачиваясь, чтобы уйти. Он быстрым шагом направился прочь, в противоположную от гостиной сторону. «Наверное, идет к декану…» – заключила Лина. – Я, кстати, Катарина! Приятно познакомиться! – крикнула ему вслед девушка, однако парень даже не обернулся, и, очевидно, ничего не ответил. «Хах. А он славный. Жаль, не сможем подружиться. Я же страшная грязнокровка» С лёгкой усмешкой Лина повторила пароль, и, дождавшись, когда стена раздвинется, поспешила скрыться в полутьме гостиной.

***

Не удивительно, что Лину, как главного изгоя, поселили в самой крайней спальне с девочкой–полукровкой, которую тоже недолюбливали на факультете. Но слизеринке было все равно, с кем жить. Ей было плевать, что о ней думают и как относятся. Она пришла сюда не для того, чтобы забиться в угол и плакать, не для того, чтобы мириться с идиотскими законами факультета. Вспомнились слова матери: «Учись быть хладнокровной. Принимай правила игры. В наших кругах иначе не выжить. Чтобы разрушить систему, для начала стань ее частью». Лина расправила плечи и гордой походкой направилась к своей комнате, не удостоив никого взглядом. Это молчаливое пренебрежение окончательно выбесило старшекурсников. Ее резко схватили за руку. Не успел нахальный юноша сказать и слова, как Анквич тут же процедила: – Еще раз коснешься меня своими потными лапами, я сломаю тебе пальцы… – угрожающим тоном произнесла она сквозь зубы. В гостиной воцарилась тишина, которую нарушил знакомый смех блондина–аристократа. Он встал рядом со своим приспешником и зло посмотрел на Лину. Прожигая ее своим агрессивным, слегка глуповатым взглядом, Малфой твердо произнес: – Ты серьезно думаешь, что мы испугаемся тебя? Тебя? – он встал так близко, что почти касался её, – Недоразвитую. Грязную. Ты ни на что не способна. Тебе некому помочь. Ты совершенно одна. Даже твои ущербные родители сдохли Это стало последней каплей. Глаза Аполлинарии заслонила пелена ярости. Она не понимала, что делает. Девушка мигом выхватила палочку и кинула в юношу проклятие: – Баубиллус! – в сторону ошарашенного Малфоя полетела яркая молния. Он не успел среагировать на выпад, потому осел на пол и протяжно застонал. Остальные старшекурсники толпой бросились в сторону девушки. Она – дочь Министра Магии, ученица школы, славящейся своей любовью к Темным искусствам, но не против толпы старшекурсников не устоять. Оставалось только защищаться. – Протего! – задыхаясь, выпалила девушка. Было тяжело. Она еще не до конца восстановилась после нападения. Еще чуть–чуть, и девушка свалится без сил. – Аква Эрукто! – послышался твердый женский голос за спиной Аполлинарии. Красивая, темноволосая девушка, с мягкими чертами лица и бледной кожей. Ее можно было бы назвать карикатурно идеальной, кукольной, однако лисьи глаза и тонкие алые губы придавали ее облику твердости. Она уверенно вышла вперед, приняв боевую стойку. – Девис, куда лезешь? Тебе наскучила спокойная жизнь? – прошипел Гойл, – Или забыла, каково это, получать плевки в свою сторону? – Во–первых, Гойл, научись разговаривать. Хотя для твоего крошечного мозга это, видимо, непосильная задача. А во–вторых, – она выглядела так уверенно, что Лина невольно залюбовалась, – Я ничего не забыла, потому не позволю унижать ее Выдержав короткую паузу, слизеринка продолжила: – Малфою давно надо было надрать зад, а вы напали на младшекурсницу толпой. Чистокровные волшебники! Ещё и не смогли с ней справиться. Представляю, как бы она вам наваляла, будь вы поодиночке, – девушка окинула их презрительны взглядом и громко хмыкнула, – Вам не стыдно так низко опускаться? Позор факультета – не она или я, а вы! Уберите палочки, нам больше не о чем говорить. Она не побоялась повернуться к ним спиной, знала, что даже самые гнусные слизеринцы не решатся ударить. Они будут мстить, но на «холодную голову». Брюнетка подошла к Лине и помогла подняться. – Спасибо, – тихо прошептала та, стараясь не показывать слабость, – В одиночку я бы не справилась… Слизеринцы не уходили. – Девис, ты подписала себе приговор! Поздравляю, твоей спокойной жизни пришел конец! – стальным голосом отчеканил Малфой. Как же Анквич хотелось его ударить. Раскрасить магловским методом его идеальное лицо, стерев поганую улыбку. Однако девочки промолчали, понимая, что в меньшинстве. Лина лишь незаметно дернула рукой, посылая в Малфоя невербальное. Аристократ ощутил ноющую боль в голове и судорожно потер виски. Благо, он не понял, что это реакция на новое заклинание, а не отголосок прошлой атаки. В этот момент из тени отделился юноша, до сих пор молча наблюдавший за схваткой. – Знаешь, Люциус, а мне понравился ответ Девис, да и в целом ваша перепалка. Лучшее представление за все мои шесть лет в Хогвартсе. Браво! –  он подошел к разгоряченному Малфою, но обратися к девушкам, – Дамы, сегодня наш первый день, к чему эти ссоры. Не хотите ли присоединиться к нашим посиделкам после отбоя? – Увы, откажемся. Не хочется мешать вам делать то единственное, на что вы способны: перемывать кости другим, сидя у камина, – холодно парировала Девис. Не дожидаясь ответа на выпад брюнетки, девушки удалились в сторону спальни. – Выдохни, – сказал Малфою парень, провожая слизеринок внимательным взглядом, – Не притворяйся оскорблённым: я видел, что новенькая тебя впечатлила, когда использовала «Баубиллус» – Заткнись, Рабастан! Какого хера ты отмалчивался в сторонке?! Уголок губ Лестрейнджа дрогнул. – Предпочитаю не участвовать в бессмысленных потасовках. И хотелось понаблюдать за новенькой. Интересная личность. Она слишком сильна для маглорожденной ее возраста. – Неужели ледяное сердце слизеринского принца растаяло? – скептически посмотрел на друга Люциус. Парень слегка покачал головой. – Малфой, не забывайся… К юношам подошел закипавший Гойл. – Эти безродные девки заплатят за все, – фыркнул он. – Только полный невежа и глупец не заметит уровень мастерства грязнокровки, – презрительно бросил Лейстрейндж. – Говорят, она и в зельях сильна… Я навел справки, – присвистнул Нотт, вальяжно расположившись у камина. – Вы сошли с ума!? Она магловский выродок, – огрызнулся Уилкинс. Малфой горько усмехнулся и тяжело выдохнул: – Именно так… Надо выпить. Что бы там ни было, меня только что выставили полным идиотом…

***

Девочки молча дошли до спальни. Лина без сил плюхнулась на кровать. – И это только первый день. Чую, меня ждут весёлые школьные будни! – горько усмехнувшись, произнесла девушка. – И ты на Слизерине... Поверь моему опыту, такое веселье быстро надоедает, – вздохнула брюнетка, натягивая на лицо кривую улыбку, – Я, кстати, Шарлотта. Шарлотта Девис – Екатерина Новак! Приятно познакомиться. Хотя лучше просто Катарина, – Лина взглянула на соседку и лучезарно улыбнулась, – И ещё раз спасибо. Мне правда жаль, что из–за меня у тебя теперь проблемы… – Даже не думай извиняться. Это был мой выбор. Ну, и мне не привыкать. – Шарлотта махнула рукой. – Теперь мы, как униженные и оскорбленные, должны держаться вместе. Поодиночке они быстро нас уделают. Поверь, я знаю: на первом курсе я была главным изгоем, даже хуже Снейпа. Но, должна признать, ты сегодня всех переиграла Девчонки вымученно рассмеялись. – Ты права, будем держаться вместе! Я, конечно, не принц на белом коне, но всегда примчусь к тебе на помощь… – Лина картинно смахнула волосы со своего лица, – Да и ты, думаю, тоже. Так круто унизила этих чистокровных болванов... И почему ты не на Гриффиндоре? – Такой же вопрос. – Шарлотта улыбнулась. – Подобное безрассудство свойственно только котятам. В одиночку наехать на Малфоя и команду. Уф, полегче, иначе мне придется сменить ориентацию, – она сказала это наигранно–театральным тоном, и Лина снова звонко рассмеялась. «Неужели я так быстро нашла подругу? Шарлотта такая классная! Открытая, добрая и…  безумная. Напоминает мне сестру…» Лин решила продолжить беседу: – Слушай, а кто этот парень, что пригласил нас на посиделки? Он, вроде как, нас даже защитил… – Даже не думай! Лестрейндж ничего не делает просто так. Возможно, он хочет расположить тебя к себе, чтобы потом «позабавиться» с магглорожденной. Он ужасный человек: хладнокровный и жестокий. Для него не существует дружбы или сострадания, – Шарлотта сделала особый акцент на последнем слове. – Говорят, его семья связана с... Темным Лордом… Лин встрепенулась. В голове пронеслись обрывки тяжёлых воспоминаний, но она мгновенно взяла себя в руки. – Ясно… Знаешь, предлагаю не думать об этом. Расскажи лучше, как у вас тут, в Хогвартсе, все устроено? Девочки разговаривали до поздней ночи, объедаясь волшебными сладостями и узнавая друг друга. Интересно, сдержат ли девушки обещание всегда держаться вместе? Ведь их история только начинается. Выльется ли она в крепкое чувство или же разрушится на первом же испытании? Покажет лишь время…