Сладкая ложь или горькая правда?

«Гордость – это яд, который ты пьёшь в надежде, что отравятся другие. Но самый горький привкус остаётся в твоём собственном рту»

– Неизвестный студент Хогвартса, 1890 г.

Утро выдалось тяжелым. Лина вообще не любила просыпаться рано, а после бессонной ночи, проведенной за разговорами с Шарлоттой, подняться с кровати казалось невыполнимой задачей. Лотти безуспешно трясла подругу за плечи, а та лишь что–то мычала в ответ. – Балда, если ты сейчас же не встанешь, то будешь давиться холодной овсянкой! – приказным тоном выпалила Девис. – Да встаю я! И мне нравится холодная овсянка! – раздраженно буркнула Лина, на что Шарлотта лишь задорно рассмеялась. Лина заметно преображалась, когда что–то шло не по плану. Рядом с разъярённой слизеринкой даже нунду показался бы пушистым котёнком. Девис это забавляло. Хрупкая девушка невысокого роста, но с копной огненно–рыжих непослушных волос и острым языком. И правда, контраст ощущался не только во внешности слизеринки, но и в ее характере. – Надоело ждать тебя, Рыжая! Я на завтрак, встретимся там. Не забудь хотя бы умыться, а то выглядишь, как Флоббер–червь, – бросила Шарлотта и скрылась за дверью. – Сочту за комплимент! Они милые, – крикнула Лина вслед уходящей девушке, уже находясь в сидячем положении. «Что ж, я осталась одна. А как же «нам надо держаться вместе»? Хотя чего я ожидала… Надо меньше спать, Анквич!» Девушка неспешно побрела в ванную, с сожалением осознавая, что завтрака ей уже не видать.

***

Лина мчалась по коридорам, понимая, что опаздывает на свой первый урок в новой школе. «Велесова борода! Я безнадежная идиотка! Как можно было снова уснуть? Я же просто прилегла почитать конспекты! Когда–нибудь моя любовь ко сну действительно сведёт меня в могилу» Хогвартс оказался настоящим лабиринтом. Множество этажей, классов, комнат. Лестницы, меняющие направления. Лина совершенно запуталась. Девушка не понимала, как ей удалось так быстро найти собственную гостиную, ведь сейчас она была слепым котенком, не имеющим ни малейшего понятия, куда двигаться дальше. Сдавшись, Лина остановилась у окна, пытаясь перевести дух. Закрыв глаза, она попыталась успокоиться, вспоминая что–то хорошее. В голове зазвучала любимая песня британской группы, которую они с сестрой исполняли на импровизированных концертах. Магловская музыка всегда нравилась девушке больше песен магического мира: она успокаивала ее, возвращала в счастливое детство. Тихо напевая, Лина незаметно начала покачиваться в такт, все еще держа глаза закрытыми. – А ты еще более чудная, чем я думал… Лина резко отрыла глаза и остановилась, услышав знакомый голос. – Не стану отрицать. Вместо того, чтобы искать кабинет, я танцую и пою песни. Глупо, но это помогает мне успокоиться, – девочка улыбнулась. – Да я и не просил объяснений. Просто констатировал факт В ответ Лина лишь закатила глаза и, наконец, повернулась к собеседнику лицом. Парень продолжил: – Откуда знаешь эту группу? Они ведь британцы – Я просто люблю музыку. Разную. Хотя в СССР зарубежный рок под запретом… Отец доставал мне пластинки и кассеты с записями через знакомых, – она вымученно улыбнулась, и в её глазах мелькнула тень. Информация была отчасти правдивой, потому девушка ненароком предалась воспоминаниям, которые были ужасно болезненными из–за утраты родителей. – Слушай, Сириус, а ты почему не на занятиях? – она поспешила перевести тему. – Считай, тоже ищу кабинет, – холодно выпалил гриффиндорец, однако в его взгляде мелькнуло сочувствие, – Какой у тебя урок? – ЗоТИ – Ясно. Иди за мной, – Блэк развернулся и направился в противоположную сторону, не дожидаясь реакции девочки. – Эй, погоди! Я не успеваю! Сириус громко хмыкнул и даже не обернулся, но темп сбавил. Они шли молча. Никто не решался нарушить молчание, но тишина стала слишком гнетущей, потому Лина все же заговорила. – Скажи, я не нравлюсь тебе, потому что поступила на Слизерин? Сириус резко остановился, от чего девушка чуть не врезалась в его спину. Он не ожидал, что она вообще спросит об этом. Так открыто, в лоб. И самое странное, Блэк не знал, что ей ответить. – Ты мне безразлична. Точнее, почти безразлична. Признаюсь, твой факультет сказался на моем отношении. Гриффиндор и Слизерин всегда… – Это глупые предрассудки! А ты показался мне тем, кому плевать на них… – Может, и так. Но я все равно совершенно тебя не знаю, да и не хочу узнавать. Вожусь с тобой только из–за Джеймса, – Сириус говорил резко, пытаясь скрыть смущение, и потому звучал даже грубо, – Ты обычная слизеринка. Ничего особенного. Разве что гнездо на голове. Его видно издалека Он так хотел показать равнодушие, что перешел на оскорбления. И это было ужасно глупо, ведь ему нравились ее кудри и яркий цвет волос. Блэк мысленно выругался, тут же пожалев о сказанном, но извиняться не стал. – Поняла, – холодно произнесла Лина. Она пыталась убедить себя, что слова парня ее не задели, но боль все равно сдавила грудь. У Сириуса все сжалось внутри от такой перемены в девушке. – Дальше я сама. Не хотела тебя напрягать, особенно своим присутствием. Лина резко обогнала парня и быстрым шагом устремилась вперед. Однако что–то заставило ее остановиться. Девушка обернулась. Сириус так и продолжал стоять на месте, чувствуя вину перед слизеринкой. Анквич подошла к гриффиндорцу, бесцеремонно взяла его за руку, от чего кожа Сириуса покрылась мурашками, и вложила в его ладонь странную конфету. Блэк поднял на слизеринку удивленные глаза. «Что она делает?» – Не говори ничего. Ты – хороший парень, я вижу. И не понимаю, почему ведешь себя как высокомерный засранец, – девушка громко выдохнула и сильнее сжала его руку, –Возьми. Эта сладость называется «Птичье молоко», в моей стране появилась совсем недавно, но конфета... Интересная. Хрустящая глазурь снаружи, воздушное облако внутри. Не всегда она нравится с первого раза, ее надо распробовать, – Лина ненароком ухмыльнулась, – Знаешь, сладкое всегда поднимает мне настроение. Может, и тебе поможет Закончив, она посмотрела своими яркими зелеными глазами прямо на Блэка, и тут же рванула прочь, не дожидаясь ответа. Теперь она точно опоздала на первый урок. Сириус же продолжил стоять, сжимая в руке конфету. В его голове проносилось множество вопросов, однако основным был лишь один: «Почему я такой идиот?»

***

Спустя некоторое время Лина наконец нашла нужный кабинет. «Отлично, опоздала «всего» на двадцать минут. Интересно, меня вообще пустят?» Прокашлявшись, слизеринка постучалась и тихо вошла. – Прошу прощения, профессор, я совершенно заблудилась. Можно войти? – А, мисс Новак! Я уж думал, что Вы не почтите нас своим присутствием… – саркастичным тоном ответил девушке молодой профессор, – Ничего страшного, присаживайтесь. Но это в первый и последний раз Слизеринцы бросали на неё злые взгляды, а ученики других факультетов лишь тихо хихикали. Аполлинария быстро юркнула на место рядом с подругой. – Мерлин, я думала, тебя сожрали Докси! Где ты была? – Я правда не могла найти кабинет! Ну, и немного проспала… – Шарлотта закатила глаза, услышав оправдания Лины, – А что!? Я будто в Нурменгарде, а не в школе! Одни лабиринты! Еще раз бросишь меня, и я скормлю твою тушку кальмару – Вот она, твоя благодарность! А я ведь принесла тебе тыквенных булочек, – Девис приоткрыла свою сумку. Глаза Лины радостно вспыхнули, и она порывисто обняла подругу. Шарлотта на мгновение застыла в недоумении. «Неужели у неё раньше вообще не было друзей?» – пронеслось в голове у брюнетки.

***

День близился к завершению и прошёл на удивление легко во многом благодаря тому, что Лина была знакома с большинством предметов и успела проштудировать конспекты, предоставленные Дамблдором. ЗоТИ и Зельеварение давались ей без труда. В конце концов, ее сестра – талантливейший молодой зельевар, а отец – Министр Магии. И Колдовстворец славился своей подготовкой по этим дисциплинам. Было бы позорно отставать. Травологию девочка также понимала хорошо: все же эта дисциплина была тесно связана с тем же самым Зельеварением. История магии… Вот тут возникли сложности. Лина была в ужасе от скучного и нудного голоса профессора Бинса. Да и вся обстановка кабинета создавала идеальные условия для сна, который так любила Анквич. Естественно, девушка проспала весь урок, совершенно ничего не запомнив. Приятным было и то, что за весь день девушка не пересекалась со старшекурсниками Слизерина. На ее курсе все были более–менее спокойными, хотя и не стремились к общению. Пока Лину это вполне устраивало. Подруги как раз направлялись к Большому Залу на долгожданный ужин, когда путь им преградил декан факультета, профессор Слизнорт. – Добрый вечер, леди! – Здравствуйте, профессор! – хором ответили девушки. – Мисс Новак, можно Вас на минуту? Лина опешила, однако послушно кивнула и направилась за профессором, жестом показывая Шарлотте, чтобы та шла без нее. – Профессор, если Вы по поводу опоздания… – Нет–нет, успокойтесь, Мисс, – мягко перебил ее Слизнорт, – Сегодня Ваш первый день, и я не вправе отчитывать Вас за столь незначительную оплошность. Дело в другом… У меня к Вам небольшая просьба – Я слушаю, – твердо выпалила девушка. – Вы провели в школе всего день, но я уже поражён Вашими способностями к Зельеварению! Неужели в Колдовстворце такая сильная подготовка? – на слова декана девушка лишь глупо улыбнулась. – В общем, я действительно приятно удивлен, потому хотел бы попросить Вас позаниматься с Вашим однокурсником, Регулусом Блэком Девушка удивленно распахнула глаза. «У Сириуса есть брат?.. Или это кузен?» – Но, профессор, я не думаю, что обладаю достаточными знаниями… К тому же, факультет, мягко говоря, недолюбливает меня за мой… «статус» – О–о–о, не волнуйтесь! Скажите, что это моя личная просьба, он точно не будет возражать. Понимаете, семья Регулуса настаивает на улучшении его успеваемости, а у меня, к сожалению, нет времени на дополнительные занятия, – старик криво улыбнулся, – Среди однокурсников мистера Блэка у Вас самые выдающиеся способности. Я не вижу лучшей кандидатуры. Так что, Вы окажете мне услугу? Лина долго мялась, обдумывая, принесет ли ей эта затея какую–нибудь пользу. «Он чистокровный. Наверняка, семья поддерживает идеи Волан–де–Морта. Возможно, через младшего Блэка я смогу подобраться к убийце родителей?» Лина в ужасе замотала головой, осознавая, что всерьез раздумывает над этим. «Я соглашусь, постараюсь подружиться с ним, но не из–за каких–то корыстных целей, а просто так. Не стану… идти по головам…» В глубине души она понимала, что бороться с корыстными побуждениями будет нелегко, но всё же решила попытаться. – Я согласна, профессор! С радостью помогу. Тем более, это в моих интересах, факультету же нужны очки, – девочка лукаво улыбнулась. – Уважаю такой подход, Мисс Новак! А теперь, бегите ужинать, пока все куриные ножки не разобрали Девочка кивнула и направилась в сторону Зала.

***

За ужином Сириус не мог оторвать взгляд от Слизеринского стола. Весь день он мысленно возвращался к утренней встрече. Девушка была права: он всегда презирал предрассудки, но также обладал непомерно раздутым эго и гордостью. Наверное, именно это не позволяло гриффиндорцу пойти на сближение с представительницей змеиного факультета. «Да какого Гриндилоу она вообще меня волнует?!» Блэк раздраженно поморщился. «Наверное, это из–за тех дурацких оскорблений. Она их не заслужила. Надо извиниться, тогда мои мысли перестанут крутиться вокруг нее» Сириус встрепенулся, заметив девушку на пороге Большого Зала, но его размышления наглым образом прервали: – А я все думал, кого ты высматриваешь за Змеиным столом. Теперь все встало на свои места, мог бы сразу догадаться, – промямлил Джеймс, дожевывая куриную ножку. – Что ты там бормочешь, Рогатый? Неужели Миссис Поттер не учила тебя, что с набитым ртом не разговаривают? – Сириус отвесил смачный подзатыльник своему другу и сделал вид, что не понял намека. – Ладно, если серьезно, хочу после ужина подойти к Китти и узнать, как прошел ее первый день, – задорно протараторил Поттер. – Как ты ее назвал? Китти? Как все запущено… – Блэк скривился от слов товарища, продолжая следить за девушкой, – Да объясни же наконец, какого Соплохвоста она тебя так волнует?! – Я тоже не понимаю… – пискнул Питер, давясь тыквенным соком. – А тебя, Бродяга? Почему тебя она так волнует? Ты врешь нам, хорошо, но перестань врать хотя бы себе, – более серьёзным тоном, но все также с улыбкой на лице, проговорил Джеймс, – Что ж, я отвечу… Я думал об этом и определил для себя вот что. Девочка чуть не погибла в Запретном лесу, лишилась друзей, родных, у нее нет никого, она маглороженная на Слизерине, а ты знаешь, что это сродни смертному приговору... Вспомни, в каком она была состоянии? И именно ты нашел ее! Мы были с ней с самого начала. Случайность? Не знаю, как вы, ребята, но я просто не могу оставить ее одну, по крайней мере, пока она не адаптируется – Сохатый, не ожидал от тебя такой ответственности, – лукаво проговорил Римус, – Но я согласен с тобой. Поддерживаю идею поговорить с ней после ужина. – Ладно…, – сухо согласился Блэк, снова бросив взгляд на копну рыжих волос. «И правда, чудная! Сразу схватила булки с корицей. Еще и запивает этим гадким какао. Ее хоть учили нормально питаться?» Сириус тряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли. Он постарался расслабиться и отвлечься, что, в конце концов, увенчалось успехом. Мародеры продолжили ужинать, обсуждая предстоящий матч и подготовку к новой операции.