Холодное сердце Блэк

      Класс Зельеварения. 2 сентября 1989 год.       Мой первый урок. Это так волнительно. Я села вместе с Фредом, наплевав абсолютно на все негласные правила Хогвартса. Мы с друзьями уже после завтрака договорились, что будем ломать все стереотипы. Иронично, что все сдвоенные уроки у нас были вместе с Гриффиндором. Так, Джордж сел вместе с Тео, Дафна подсела к Лисе, Блейз устроился за одной партой с Ли, а Андж решила познакомиться с Эдрианом Пьюси, первокурсником со Слизерина.       Никто еще не успел обсудить такую необычную рассадку однокурсников, как прозвенел звонок и в класс влетел профессор Снейп.       — Молчать! — я заметила, как большинство первокурсников вздрогнуло. — На этом уроке вы не будете использовать свои палочки. Зельеварение — это тонкая и чувствительная магия, один неверный взмах над котлом, и в лучшем случае вы получите лишь взрыв или пару ожогов. В моем классе я не терплю разговоров и перешёптываний: вы должны быть предельно внимательны и сосредоточенны, чтобы постичь такое искусство, как зельеделие. Большинство из вас — неспособные глупцы, знания которых улетучатся сразу же после выхода из этого кабинета. Однако тех, кто будет дотошен и терпелив, я постараюсь научить, как околдовать разум и обмануть чувства, как разлить по бутылкам известность, как заваривать славу и даже как закупорить смерть. Вопросы есть? — никто не шелохнулся. — Тогда чего расселись, доставайте пергамент и начинайте записывать.       Снейп начал диктовать увлекательную лекцию об истории зельеварения, его связи с алхимией, известных зельеварах. Половины информации не было в учебнике, а остальная половина была объяснена четче и понятнее. Мне было так интересно! Я оглянулась на класс. Половина откровенно скучала, были и те, кто пытался записать каждое слово профессора, не разбираясь в сути, кто-то общался, кто-то просто рисовал на пергаментах. Да, кажется, я поняла, чем все эти детишки бесят профессора и почему у него такой скверный характер. Когда перед тобой стоит такой кладезь знаний, а ты не хочешь приложить малейшее усилие, чтобы вникнуть в его лекцию… Что ж, эти дети делают хуже только себе.       На Трансфигурации все повторилось вновь. Ученики совершенно не пытались напрячься. Я повернулась к Фреду и улыбнулась: он сидел и увлечённо слушал Макгонагалл. Фух. Было бы очень обидно, если бы мои друзья вели себя так же, как эта серая масса волшебников. И чем мы лучше магглов? Храним столько тайных знаний, которые исчезнут через пару поколений с таким-то отношениям к изучению магии. Сама профессор Минерва Макгонагалл показалась мне строгой, но справедливой женщиной. Ее лекция была очень интересна. Хоть я и прочитала уже учебник за первый курс, все равно смогла узнать много нового.       — Мисс Блэк, — Минерва мягко посмотрела на меня. Мне кажется, ей было жаль, что я попала не к ней на факультет, все же Сириус был одним из самых запоминающихся ее студентов. К тому же моя дружба с гриффиндорцами не могла не подкупить профессора. — Перечислите основные компоненты трансфигурации. С чего мы должны начать, если хотим превратить одну вещь в другую?       — Да, профессор. Прежде всего, как Вы уже отметили, нам нужен сам объект, который мы собираемся трансфигурировать. Далее нужно представить результат, которого хочешь добиться, у себя в голове. Важно сосредоточиться и верить в свою магию. На момент использования заклинания, в голове должен быть четкий и детальный образ превращаемого предмета. Затем следует правильно произнести требуемое заклинание и сделать нужный пасс палочкой, — я видела, как все ученики класса уставились на меня. Что такого я сказала? Это же базовые правила, которые каждый может прочитать в первой же главе. Или я ошиблась?       — Спасибо, мисс Блэк, за такой распространенный ответ, обычно дети на моих уроках немногословны, — профессор улыбнулась мне, и я опустилась на свое место. — Пятнадцать баллов Слизерину.       А Снейп говорил, что это будет трудно. Ха!       — Заучка, она летом успела все это вызубрить что ли? — прошептала своей соседке какая-то девочка с Гриффиндора.       — Еще и целых пятнадцать баллов! Это все потому, что ее отец был гриффиндорцем, ей теперь всегда будут завышать оценки, — зашептала ее подружка в ответ.       Что за бред они сейчас сказали? Вы уж определитесь, хороший мой отец или плохой. Я растерянно посмотрела на Фреда. Мой друг хмурился и сжимал кулаки под партой. Я аккуратно погладила его по руке.       — Все нормально, Фредди, просто… Я не могу понять, почему все так ко мне относятся. Я много обсуждала это с бабушками, но, черт, это так обидно и несправедливо… — написала я Фреду в нашем парном дневнике, и он тут же прочитал.       — Малышка, не думай об этих идиотках. Они ничего не понимают. Ты превосходна. Я так считаю. Все наши друзья так считают. Забей на остальных.       — Пойдем к озеру после этого урока, у нас как раз большая перемена.       — Куда только захочешь.

***

Joan Jett — Bad Reputation

      Со звонком мы выбежали из класса.       — Кто последний, тот корова, — я рассмеялась и побежала в сторону главного выхода.       — Эй! Подожди! Ах ты, чертовка! — Фредди чуть не споткнулся, перепрыгивая три ступеньки одновременно.       — Какие они милый, — усмехнулся Тео.       — Да… — согласилась с ним Лиса.       Мне казалось, что Хогвартс сам подталкивает нас вперед. Лестницы выстраивались так, как хотелось мне. Портреты весело кричали вслед. Сама магия дышала мне в спину. Казалось, еще секунда — и у меня за спиной появятся крылья. Забей на сплетни. Забей на шепотки по углам. Забей на всех. Ты никому ничего не должна, Цефея Блэк. Ты не обязана быть идеальной для них. Не обязана…       Я остановилась у самой кромки воды.       — Ай! — Фред не успел вовремя притормозить, и мы оба полетели прямо в озеро. — Фредди! Как хорошо!       Мы начали брызгать друг в друга водой. Я громко хохотала, почти орала. В какой-то момент мои крики перешли в всхлипы, и я заплакала. Горько. Громко. Я почувствовала теплые руки Фреда на своих плечах. Он легко подхватил меня и вытащил нас из воды.       — За что они так со мной? Я же стараюсь быть доброй, хорошей, я все делаю, ну почемууу!       — Тише, малышка, тише.       Фред обнимал меня, и я потихоньку успокаивалась. Взмах, я собрала капельки с нашей одежды и волос. Еще один взмах. Капли закружились над нами в неком подобии танцы.       — В один день они все пожалеют, что были так недружелюбны с тобой, малышка. Ты покажешь им класс!       — Да! Покажу. Я покажу.