Холодное сердце Блэк

      Большой зал. 1 сентября 1990 год.       — Что ты такая хмурая, Цеф? — обратился ко мне Тео.       — Да так, я сосредоточенная, а не хмурая, — попыталась возразить я.       — Ну да, а то, что прожигаешь ненавистным взглядом гриффиндорский стол, вообще ни о чем не говорит, — Тео посмотрела на меня, словно на глупого ребенка.       — Не надо так на меня смотреть, — фыркнула я. — Ты просто не слышал, что наговаривают первокурсникам старшие гриффиндорцы обо мне.       — А на близнецов ты злишься потому…?       — Потому что они совершенно не обращают на это внимание, как будто им все равно, что меня втаптывают в грязь. Даже возразить ничего не пытаются! Друзья… — я грустно вздохнула и посмотрела прямо Тео в глаза. — Не стоит осуждать меня. Ты и представить себе не можешь, как мне больно от всего этого на самом деле.       Я встала из-за стола и аккуратно пробралась к выходу из Большого зала. Что ж, моя ниша ждет меня. Но не успела я сделать и трех шагов, как Фред догнал меня.       — Малышка, что-то случилось? Тебе плохо? Почему ты ушла с пира? — в глазах Фреда отчетливо играло беспокойство.       — Я… Мне… — а, была не была, зачем мне скрывать от него? — Меня бесит, что вы даже не замечаете, как ваш же факультет настраивает первокурсников против меня. Как будто я вас никак не касаются. Тебе все равно на мою репутацию, да? Ты даже не пытался защитить меня в их глазах. Будто боишься замараться в связи с такой, как я, да? Хорошо прятаться вместе в Выручай-комнате, где никто не может тебя увидеть со мной? — в моих глазах стояли слезы, но взгляд был решительным.       — Глупышка, — Фредди смотрел на меня с такой нежностью, что я обомлела. — Мне ни в коем случае не стыдно дружить с тобой, Цефея Блэк. И я могу сказать это в лицо любому человеку в Большом зале, да и во всем мире. Ты самая необыкновенная волшебница во всем Хоге, и я буду дураком, если когда-нибудь променяю тебя на одну из болтливых сплетниц. Я ничего не могу сделать с их мнением, оно уже сложилось, а в силу ограниченности этих безмозглых куриц вряд ли изменится. Я подумал, что если начну доказывать всем обратное, то только подстегну их придумывать еще более нереалистичные истории про тебя.       Я стояла и не могла поверить, что такие простые вещи объясняет мне самый несерьезный человек в Хогвартсе. Какая же я дура…       — Не соизволите ли, мисс Блэк, пройти со мной на ужин в Большой зал? — Фред галантно подставил мне свой локоть.       — С удовольствием, мистер Уизли, — и я улыбнулась впервые за сегодняшний вечер.

***

      Класс Зельеварения. 2 сентября 1990 год.       — Мисс Блэк, Вы что-то хотели? — после звонка, дождавшись, пока все ученики покинут класс, я подошла к столу профессора Снейпа и замялась. Мне нужно было выпросить у него разрешение в Большую Магическую Библиотеку, но я замялась. Что толку было продумывать свою речь, если я так робею под взглядом Снейпа.       — Да, профессор, я хотела попросить у Вас разрешение на посещение Большой Магической Библиотеки, — я очистила свой разум от посторонних мыслей и уверенно посмотрела в глаза своему декану. С такими, как он, нужно идти на пролом и брать обезоруживающей честностью.       — И зачем же Вам нужно попасть в эту библиотеку? — я почувствовала, как Снейп попытался проникнуть в мой разум, но наткнулся на первый примитивный блок, сломав который легилимент бы оказался в моем океане. Но профессор не стал идти дальше и вышел из моей головы.       — Мне нужно найти один старый выпуск Пророка, — только не показывай неуверенность, только не показывай.       — В Хогвартсе тоже есть архив со всеми выпусками Пророка. Почему бы Вам не найти интересующую Вас газету в школьной библиотеке? — профессор приподнял бровь в своей излюбленной манере.       — Интересующего меня номера нет в школьной библиотеки.       — Даже так? Ладно, тогда я выпишу Вам разрешение. Вы сможете посетить библиотеку в день первого похода в Хогсмид. Вас это устроит? — Снейп призвал нужный формуляр и быстро заполнил его.       — Спасибо, профессор, — я искренне поблагодарила декана и покинула класс.       Странно, я не ожидала, что он так легко согласится.

***

      Большая Магическая Библиотека. 15 сентября 1990 год.       «Охренеть», — это была первая мысль, мелькнувшая в моей голове, когда я увидела размеры главной библиотеки Англии. Она была восхитительно огромна. Основной зал был высотой с маггловский небоскреб, а стеклянный потолок только увеличивал пространство.       — Чтобы найти интересующую Вас секцию или конкретную книгу, нужно коснуться палочкой зачарованного камня на этой стойке и четко произнести название, — добродушная женщина проводила мне мини-экскурсию по библиотеке, показывая, как тут что устроено. — Камень подсветит нужный Вам маршрут. Вашу подсветку сможете увидеть только Вы, это нужно, чтобы посетители не запутались в линиях друг друга.       — Спасибо, мадам Клоуз. Я много читала о библиотеке и все детство мечтала попасть сюда! Вот бы мой профессор разрешил прийти сюда еще раз, за одно посещение я вряд ли успею посмотреть даже тысячную часть всего того, что есть в этой сокровищнице, — я восторженно ахнула.       — Даже я не знаю тут всего, хотя работаю уже сорок пять лет. Иди, деточка, нечего тратить отведенное время на разговоры со мной.       Я подошла к поисковому камню и произнесла: «Архив Пророка». На полу мгновенно появилась тонкая полоска, ведущая в верхнюю часть библиотеки. Я прошла главный вестибюль и поднялась по лестнице на второй этаж. Вся библиотека была устроена как длинная воронка, расширяющаяся кверху. Но я также заметила лестницу, ведущую вниз. Интересно, что за книги хранятся в подземельях? Опасные? Секретные? Темные?       Мы плутали минут пятнадцать, пока я не оказалась напротив дубовой двери с надписью «Архив газет». Открыв ее, я очутилась в огромном помещении со множеством стеллажей. Я подошла к части, где были размещены выпуски Пророка. Как же все тут идеально структурировано! Я быстро дошла до полки с газетами от 1943-го года и принялась бегло просматривать каждую. Выпуск от 15 июля. Я нашла.       «Сегодня, 15 июля 1943 Морфин Мракс, последний представитель некогда великого рода, сознался в убийстве трех магглов. В 12 часов дня мистер Мракс послал три Убивающих заклятия в Тома Реддла, Томаса Реддла и Мэри Реддл. Официальная причина убийства трех магглов — месть. По словам самого мистера Мракса, он всю жизнь мечтал отомстить за свою сестру, которую бросил Том Реддл в молодости…» — гласила первая полоса Пророка.       Ничего не понимаю. Та старуха сказала, что к Реддлам приходил юнец, похожий на них. Морфин стар, некрасив… Неужели?! Мгновенная догадка поразила меня. Том подставил собственного дядю? Он уничтожил всех своих родственников. Как же так?! Я сползла на пол и бездумно уставилась на стену напротив. «Почему, почему, почемууу», — вопил голос в моей голове. Только я решаю, что большим злом мой дед быть не мог, как он тут же доказывает мне обратное. Что же Реддл сделал с головой дяди? Тот же действительно верил в собственную вину… Его безумный взгляд… Я поежилась. Это все легилименция? Я мало читала книг об этом искусстве, так как пока для нас с Исидой в приоритете была окклюменция. Но что, если действительно можно влезть в голову человеку и изменить его мысли, заставить его забыть какие-то вещи, вселить ложные воспоминания… Это же насилие! Если Том Реддл мог проворачивать такое в 16 лет, то что он сможет сделать в зрелом возрасте, набравшись опыта. Его умения восхищают и ужасают. Так вот зачем Исида так мучает меня окклюменцией. Все эти блоки, ловушки, усиленная защита… Она пытается защитить меня от своего же любимого человека. Как это, должно быть, больно.

***

      Выручай-комната. 16 сентября 1990 год.       Я рассказала близнецам все, что прочитала в той злополучной газете. Они выглядели растерянно.       — Итак, он убил всю свою семью, подставил дядю, — суммировал Джордж.       — Ага, мой дед, да, — я в ожидании посмотрела на близнецов. Отвернутся или нет?       — Он монстр, и я рад, что он сдох до того, как смог познакомиться с тобой, — Фред улыбнулся мне и обнял, начав укачивать, словно маленького ребенка.       — Что нам делать дальше? Школьные годы Реддла мы изучили, а как узнать, чем он занимался потом?       — Не знаю, никак, пока очередная случайность не подтолкнет нас к поискам, — я пожала плечами.       — Вам не кажется странным, что Реддл после отказа от должности ЗоТИ не начал свою активную деятельность? — спросил Фредди.       — Ему нужно было время, чтобы завербовать союзников, — заметил Джордж.       — Он был не готов к открытой войне, да. Только представьте. Школьник, который еще вчера сидел за партой в кабинете Дамблдора. Нет, ему надо было набрать силу, финансы. Интересно, бабушка к этому времени уже успела порвать с ним? Или это произошло с началом его активных действий?       Мы молчали, каждый думая о Воландеморте. Я мерно покачивалась в объятиях Фреда, а Джордж всматривался в снимок из пророка, где Морфина и Марволо Мраксов посадили в Азкабан. Да, мы, наплевав абсолютно на все правила, выкрали парочку газет из архива Хогвартса.       — Я смотрю на эту колдографию и не могу понять: что же меня так в ней беспокоит? — мы с Фредом удивленно переглянулись и тоже уставились на колдо.       Безумные отец и сын. Стеклянные глаза, полные чистой жестокости. Тюремные робы. Наручники. Я еще раз окинула взглядом всю колдографию целиком. Лица, роба, руки, ухмылки, пакли волос, пальцы… Пальцы!       — Эй, ребят, а что это за кольцо на пальце Марволо? — я указала на кольцо в золотой оправе с черным камнем посередине.       — Мне кажется, я где-то уже видел этот камень, — пробормотал Фред.       Камень… Я покопалась в памяти, и картинка из сказок барда Бидля всплыла в моей голове.       — Сказки! Это Воскрешающий камень!

***

      Хогвартский квиддичный стадион. 17 ноября 1990 год.       Последняя игра сезона. Гриффиндор против Когтеврана. Чарли так и не вернулся в команду, и место ловца занял другой семикурсник. Он играл в разы хуже Уизли, и Оливер только и делал, что мучился с ним. У красных не было никакой надежды поймать снитч, так что оставался единственный способ: вывести из игры ловца Воронов, Николаса Смита. Ох, как бы я хотела посмотреть на его падение с метлы. Весь год я старюсь держаться подальше от Смита и его компании. Еще полтора годика, он выпустится, и тогда я смогу спокойно выдохнуть. Постоянные косые взгляды когтевранца пугали меня и заставляли искать обходные пути, благо, у меня есть карта Мародеров. Что бы я без нее делала.       — Счет 190:70 в пользу Гриффиндора. Наши львы сегодня тащат! Смотрите! Прекрасная Анджелина Джонсон забивает еще один квоффл в ворота противника. Спасти Когтевран от разгромного провала сможет только чудо или пойманный снитч, — вещает Ли с комментаторской трибуны.       Я наблюдала за своими друзьями, и улыбка не сходила с моего лица. Джордж прикрывал Лису, давая ей возможность забивать квоффл за квоффлом. Андж носилась по полю словно пикси, сбивая противника с толку. Фред же охотился на Смита. Всю игру он висел у него на хвосте. В глазах моего друга полыхала ярость при одном взгляде на Николаса. Могу сказать честно, мне было очень лестно, что Фредди еще не забыл ту стычку со Смитом и хочет отомстить до сих пор.       — Что творит наш Фредди! Взгляните! Он лихо подрезает Николаса, но последний в последнюю секунду выравнивает свою метлу. Какие страсти на поле! — орет Ли.       Как и обещал Фред, я не могу налюбоваться на подкаченное тело друга. Форма сидит на нем идеально, обхватывая широкие плечи и мускулистые ноги. В воздухе он чувствует себя королем и держится соответственно. Взгляд уверенных глаз вызывает во мне мурашки и то странное чувство, которое я испытала, подглядывая за Оли и Маркусом.       — Ну что, Цеф, помнишь наш спор? — Блейз отвлек меня от любования другом. — Скоро мне ждать от тебя красный фломастер, а?       — Да иди ты, Блейзик. Мешаешь мне смотреть игру, — я раздраженно уставилась на друга.       — Мешаю тебе пялиться на игрока, да-да, я понял.       Талант к спорту у них точно семейное. Интересно, Артур в школьные годы тоже баловался квиддичем?       — О нет! Смит заметил снитч! И что мы видим! Фред Уизли резко вскинул метлу вверх за Николасом! Догонит или нет?! На горизонте появляется Джордж. Уизли замахивается бланджером, прицеливается. Но нет! Это был обманный манёвр от близнецов! Смит отвлёкся, а сбоку от него уже возник Фред. Николас сбит с толку! Только посмотрите на его лицо! Николас теряет управление, а бланджер Джорджа подбивает кончик метлы Смита! Смит падает! Невероятно! Гриффиндор победил!       На этот раз падение Николаса было не столь жестким, ведь метла на него не упала. Он даже не потерял сознание и смотрел прямо мне в глаза. Я аккуратно достала палочку и применила легилименцию. «Когда-нибудь я поквитаюсь с этой сучкой, так опозорила меня уже третий раз. И эти ее Уизли. Бесит! Бесит! Бесит!» — донёсся до меня грозный мысленный крик Смита.

***

      Хогсмид. 12 декабря 1990 год.       — А где Лиса и Джордж? — спросила Даф, когда мы собирались выходить из замка в деревушку.       — Вчера наш Джорджик пригласил милую Лису на свидание! — Тео озорно прищурился. И как он всегда узнает все раньше всех? — Так что мы можем их не ждать.       — Да ладно?! — взвизгнула Андж. — Лиса мне ничего не говорила!       — Зато сегодня вечером мы устроим пижамную вечеринку в Выручай-комнате и вытрясем из подруги все подробности, — я довольно ухмыльнулась.       — Тогда побежали к Трем Мётлами. Кто последний, тот слизняк! — Блейз подорвался с месте раньше всех, и мы устремились за ним.       Конечно же, я прибежала первая. Кто бы сомневался, все-таки я работаю над своей формой ежедневно.

***

      Выручай-комната. 12 декабря 1990 год. Вечер.       — Все с тобой ясно, влюблённая, — констатировала Даф после рассказа Лисы.       — А сама-то! — обвиняющее начала Лиса. — Не хотела бы сходить в Сладкое королевство с Блейзом, потом прогуляться по Хогсмиду и выпить сливочное пиво в Трёх Мётлах?       — Хотела бы, — не стала отпираться Дафна. — Только он не зовёт.       — Ничего, мой уже осознал свою ошибку, и завтра меня ждет какой-нибудь приятный сюрприз, — усмехнулась Андж. — Блейз тоже исправится, не переживай, подруга.       — А ты, Цеф? Фред еще никуда не звал? Или вы сразу решили перейти к активным действиям в Выручай-комнате? — Лиса подмигнула мне. — Постоянно там пропадаете.       — Ты чего, мы просто друзья. Я ему точно не нравлюсь. С чего ты вообще это взяла? — я удивленно приподняла брови.       — Любые наши аргументы покажутся тебе неубедительными, так что опустим это, — махнула рукой Даф. — Тебе-то он нравится?       Я призадумалась. Да, он очень красив. Да, он хороший человек. Да, мне интересно с ним. Но что-то большее?        — Не знаю, Даф, не знаю…

***

      Большой зал. 14 февраля 1991 год.       О мой Мерлин, как меня бесит этот праздник. Все ходят с такими довольными лицами, словно объелись лимонными дольками Дамблдора. Дафна все утро собиралась, красилась и причесывалась. Ведь это их первый день всех влюбленных с Блейзиком. О да, Блейз, конечно, не без нашей помощи, решился на первый шаг и позвал Даф в Хогсмид. Ну и закрутилось, завертелось. Поэтому сегодня все мои подружки были озабочены своими парнями. Я не хотела мешать им наслаждаться праздником и спокойно ела в сторонке, читая фолиант об окклюменции. Не знаю, что именно подвело меня сегодня: дурное настроение, невнимательность, раздражение, но впоследствии я просто не могла понять, как пропустила столь очевидные намеки Смита.       Весь завтрак я пялилась на стол Гриффиндора. Фред мог соревноваться только с Чарли по количеству валентинок. Каждая девочка Пуффендуя, Гриффиндора и Когтеврана мечтала подарить моему Фредди свою валентинку. А он на это улыбался и благодарил этих девиц! Как же противно. И тошно.       — Мне кажется, Цеф, что скоро валентинки Фреда воспламенятся от твоего взгляда, — ко мне подсел Тео. — Хотя это же ты, они заморозятся!       — Это не смешно, Теодор, — я предупреждающе зарычала. — У меня итак плохое настроение, отвянь.       — Это называется ревность, Цеффи. Ты ревнуешь Фреда к этим девочкам, потому что он тебе нравится и ты хочешь его себе.       Язвительная фраза застряла во мне, а я словно проглотила язык. Хочу его себе. О да, я бы очень хотела, чтобы он выкинул все валентинки, не мои валентинки. А лучше, чтобы он сам подарил мне одну. Да, видит Мерлин, я бы очень этого хотела.       — Я… мне он нравится? — я вопросительно посмотрела на Тео.       — Десять баллов Слизерину, подруга, — Тео пересел к Маркусу Флинту, оставляя мне время поразмыслить над этим откровением. Я на автомате забросила в рот шоколадную конфету из коробки рядом со мной, даже не задумавшись, откуда она взялась.       Ниша в подземельях. Мне нужна та ниша. Срочно.       Я зашла в свою комнату и взяла красный фломастер. Сидя на холодном камне, я размышляла. Если я сейчас отдам фломастер Блейзу, то окончательно признаюсь в первую очередь сама себе, что мне нравится Фред Уизли. Мне действительно он нравится, чего лукавить. Я долго не могла описать, что чувствую к лучшему другу, но, увидев его в окружении других, во мне вспыхнула самая настоящая ревность. Прав был Тео. Мерлин! Наверное, я так нелепо выглядела.       — Так, так, так… Кто это тут у нас, — я вздрогнула от звука голоса ненавистного Николаса Смита. Черт! Как же сильно я отвлеклась, что не заметила шум его шагов. И еще трех его одноклассников. Трех… А вот с этим уже будут проблемы. Я попыталась вытащить палочку из заднего кармана джинс, не привлекая внимание парней.       — Но, но, крошка, не стоит доставать палочку. Ты ничего не сможешь сделать против четырех взрослых парней. Даже не пытайся, — Николас плотоядно усмехнулся. — Сейчас подождем еще чуть-чуть, хотя зелье уже должно было подействовать, странно…       — Какое зелье? — я напряглась. Та конфета. Черт. Я же съела ее не глядя. Черт. Черт. Черт.       — В конфете, которую ты с таким аппетитом съела за завтраком, был любовный напиток с частичкой моего волоса. Сейчас ты сама начнешь вешаться мне на шею, умоляя трахнуть тебя. И я это, несомненно, сделаю.       — Идиот, на меня не действуют любовные зелья, — мой голос звучал уверенно, но в груди зарождался чистый ужас. Я сжала кулаки. Как мне отбиться от всех троих?

      — Да?       — Ник, она вряд ли врет, уже бы давно был заметен эффект, — пробормотал пацан из свиты Смита.       — Ладно, тогда приступим. Хотел унизить тебя еще больше, но ничего, сделаю больнее в отместку, — Смит резко прижал меня к стене и зажал рот рукой. Я вспомнила уроки Исиды и дала нахалу по яйцам. Но его дружки обступили меня со всех сторон. Одному я успела сломать нос, перед тем как они схватили меня за руки и ноги, держа на весу. Я брыкалась и кусалась, но они терпели и крепко держали меня. Один из них вставил свой галстук мне в рот в качестве кляпа. Мерлин… Нет, борись, ты должна. Не дай им победить. Поток моей магии задел Смита, но его друзья быстро среагировали и скрутили мои руки за спиной.       — Инкарцеро! — Смит направил на меня свою палочку, и я почувствовала, как меня сковали плотные веревки по рукам и ногам. — А теперь мы с тобой развлечемся. Я так давно мечтал отомстить тебе, Блэк.       «Это конец», — пронеслось в моей голове.

***

      POW Фред.       О мой Мерлин, как меня бесит этот праздник. Все эти приставучие тупицы. Как будто у них есть шанс. Уже все мои друзья признались своим избранницам в чувствах, только я все боюсь подойти к Цеф. Вчера я очень долго думал, отправить ей валентинку совой или отдать лично в руки. Что если она рассмеется и пошлет меня? Зачем я ей нужен? Ни денег, ни фамилии. Что я смогу дать ей? Вчера я так и уснул, не определившись, как лучше поступить.       За завтраком Цеф была нервная и расстроенная. Тео подсел к ней, они о чем-то недолго шептались, и лицо Цеф пронзило озарение. Какой же невозможно красивой она была в тот момент: румянец на щеках, искрящиеся глаза, чуть приоткрытые пухлые губы. Мечта. Я настолько засмотрелся, что не заметил, как на столе перед Цеффи появилась коробка шоколадных конфет. Какой самоубийца решил прислать ее? Я окинул взглядом весь зал, и мои глаза остановились на Николасе Смите. Он довольно улыбался, смотря, как Цеф съела конфету из коробки. Он подарил ей их? Зачем же она съела. Он же ненавидит ее, чего в этих конфетах только не могло быть… Я обернулся на свою Цеффи. Она встала и направилась к выходу из Большого зала. Куда это она? Черт, карта Мародеров осталась в спальне. Я вскочил и побежал в сторону апартаментов Гриффиндора. Карта нашлась быстро, я раскрыл ее и начал искать точку с именем Цеф. Где же ты, малышка?       Точка оказалась в подземельях, а к ней приближался Николас Смит и еще три мальчика с его потока. Нет, нет, нет. Уходи оттуда! Живо! Цеф! Я подорвался в сторону подземелий. Только бы успеть, только бы успеть…

***

      — Фред! — я хотела закричать, увидев друга в конце коридора, но вышло лишь беззвучное мычание. Фред…       — Сейчас же убери от Цефеи свои грязные руки, мерзавец, — прорычал мой Фредди. А я даже не заметила, что Смит уже начал лапать мою грудь.       — Кто это к нам пожаловал? — добродушная улыбка Смита никак не вязалась с наставленной на Фреда палочкой. — Присоединяйся, Уизли. Ты же давно хочешь ее, признай, а так у тебя появится шанс.       — Лучше она никогда не достанется мне, чем я возьму ее силой. Она не заслуживает этого, моя маленькая принцесса, — Фред тепло посмотрел на меня. Его взгляд излучал уверенность, которая передалась и мне. Его появление, его слова. Я перестала сомневаться. Я тоже нравлюсь ему, мы пройдём это вместе. А потом я отдам Блейзу красный маркер.       — Ну что ж, не хочешь по хорошему, тогда будет по плохому, — Смит дал знак своим дружкам, и они стали надвигаться на Фреда. На моего Фредди. Нет, не позволю. — Я свяжу тебя и заставлю смотреть, как я буду вколачиваться в твою любимую. Она будет хныкать, из ее глаз польются слезы, а ты сможешь только смотреть. Она будет вырываться, ведь я не буду нежным, нет, я порву эту дрянь, и она навсегда запомнит меня. Я буду сниться ей в кошмарах…       Пока Смит разглагольствовал, я призвала немного воды и заморозила веревки. Они превратились в лед, который я с легкостью заставила расколоться. Освободившись от пут, я выхватила палочку. Идиоты, они даже не подумали забрать ее у меня.       — Экспеллиармус! — палочка Смита вылетела из его руки. — Экспеллиармус! — шестикурсник не успел среагирвать на резкое изменение сил на поле боя и тоже лишился палочки.       — Экспеллиармус! — Фред быстро уловил мою тактику и обезоружил оставшихся двух когтевранцев. — Экспеллиармус!       Я призвала больше воды и заморозила ее вокруг шестикурсников. Своеобразная ледяная тюрьма.       — Цеффи, милая, как ты? — разобравшись с когтевранцами, Фред сразу же подскочил ко мне и обнял. — Я так переживал, малышка. Ты съела эту конфету, потом ушла из зала, я побежал за картой, а там ты и они приближаются. Я так боялся, что не успею. Я так рад, что ты цела, — Фредди еще крепче сжал меня в своих объятиях.       — Ты принимал валентинки от девочек с таким довольным лицом, что я… я, — я посмотрела Фреду прямо в глаза. — Я приревновала.       — Я был счастлив, потому что думал о тебе, о том, как ты отреагируешь на мою валентинку, — Фред достал из кармана самодельное сердце и протянул его мне. — Ты примешь ее от меня?       — Да, — я улыбнулась и повисла на шее Фреда, обхватив его ногами вокруг торса. — Ты мне нравишься, Фред Уизли.       — Ты мне тоже нравишься, Цефея Блэк, — глаза Фредди засветились, и он потянулся к моим губам. Я прикрыла глаза и потянулась навстречу. Первый поцелую — это так волшебно, Лиса говорила, что была на седьмом небе от счастья, когда они с Джорджем поцеловались впервые. Сейчас и я смогу ощутить то же самое…       — Цефея! Цефея! — я резко отпрянула от Фреда, но не слезла с него.       Прямо на нас летел Кровавый барон и Миртл. А за поворотом показался профессор Снейп. Мы с Фредом обменялись удивленными взглядами.       — Что случилось, Барон?       — Я увидел, как какие-то мальчишки зажали тебя в углу. Я же привидение, не смогу их оттолкнуть. Я улетел на поиски декана. Пока я нашел его, объяснил всю ситуацию. И мы сразу же побежали обратно. А где те мальчишки? — Кровавый барон недоуменно уставился на меня.       — Они там, — я указала на губы льда. — Все было плохо, но Фред пришел вовремя и отвлек их. Я смогла выбраться и применить обезоруживающее заклинание. Фред помог мне. Вот их палочки, — я протянула палочки когтевранцев подошедшему профессору Снейпу. — А потом я для надежности окружила их глыбой льда.       — С Вами все в порядке, мисс Блэк? Они успели… — Снейп не стал продолжать, но мы все понимали, что он имел в виду. Кулаки Фреда сжались на моей спине, и я погладила своего друга, нет, уде парня по руке, успокаивая.       — Да, нет, не знаю… Они ничего не успели, я абстрагировалась, поэтому не знаю, что они там делали и говорили… Я, ну я в одежде, так что непоправимого не произошло, наверное, — я чувствовала, как тяжесть ситуации потихоньку накатывает на меня. Я готова была разрыдаться, но не хотела делать этого при декане. — Можно я пойду, мне нужно… — я уткнулась в шею Фреда и разрыдалась.       — Мистер Уизли, отнесите мисс Блэк в мой кабинет и будьте с ней столько, сколько потребуется. Сегодня вы освобождены от занятий, — профессор Снейп подошел к нам ближе и наклонился к моему уху. — Они поступили отвратительно, и я заставлю их пожалеть о своем поступке. Не переживайте, Цефея, они получат самое строгое наказание, — мой декан ласково провел рукой по моим волосам и обратился уже к Фреду. — Пароль: Напиток живой смерти. Не переживайте, я позже сменю его. Если что, успокоительная настойка на третьей полке в самом дальнем углу справа. Она подписана.

      ***

      — Эй, герой, ты как на самом деле? — Фред заботливо уложил меня на диван в кабинете декана и укрыл пледом.       — Ужасно, ляг со мной рядом, пожалуйста, — я схватила Фреда за руку, когда он захотел отстраниться.       — Все, что захочешь, малышка, — Фред лег с краю, закрывая меня от двери в кабинет декана.       — Я была так рассеянна, съела какую-то конфету, вкус показался мне ужасно приторным, но я не обратила внимание. Я сидела в нише, я часто там бываю, когда ко мне подкрались эти… они. Дальше все было словно в тумане. Я пыталась отбиваться, но они сильнее. Я хотела замкнуться в своем разуме, когда появился ты, и это дало мне надежду, — я теснее прижалась к Фредди. — А сейчас мне нужно поспать, я… мне надо убрать эти воспоминания подальше, запрятать их, чтобы эмоции утихли. Мне надо поспать…       — Спи, моя Цеф, а я буду охранять твой сон, — Фред поцеловал меня в лоб, и на моих губах расцвела довольная улыбка. Я дома…