An Insecure Violet

— Я чувствую себя хорошо. Честно. Изуку сидел на деревянном стуле в кабинете Исцеляющей Девочки сразу после завершения вступительного экзамена. Или, ну, его попытки завершить его. Она не была слишком хороша. Да и закончилось всё тем, что он сломал себе конечности и разнес Нулевой указатель. — Чепуха. Хоть я и применила к тебе свою причуду, но переломы обеих ног и руки — это больше, чем простое ранение, — Исцеляющая Девочка продолжала проверять рефлексы и суставы Изуку. — Даже если ты действительно в порядке, ты, должно быть, очень устал. Просто дай мне еще несколько минут и… *Тук-тук* Дверь в кабинет внезапно открылась, и за ней появился Сущий Мик. — Что случилось, Исцеляющая Девочка!? — Слишком громко! — Извини. К тебе ещё один посетитель, — Сущий Мик отошел в сторону, чтобы показать, о ком он говорил. Сердце Изуку замерло при виде вошедшей девушки. Она была худой, но на руках были мускулы. Ее темно-фиолетовые короткие волосы, фиолетовые глаза и розовые губы контрастировали с фарфорово-белой кожей. А на волосах была зигзагообразная полоса, похожая на звуковую волну. Она не была накрашена; всё было естественно, что делало её еще более привлекательной для Изуку. Большинству ее глаза казались скучными, но единственное слово, которое Изуку смог найти для их описания, было «пристальные». Она как будто смотрела сквозь него, но в то же время осуждала. На ней была красная майка с надписью «Deep Dope» сверху и черная майка на тонких бретелях под ней, облегающая ее стройное тело. На запястье был панковский браслет с шипами. Снизу же она была одета в черные джоггеры и черно-белые теннисные туфли. Но самым заметным и интригующим в ней были ее уши. Точнее ее мочки ушей. На каждом ее ухе располагались длинные разъемы наушников. Однако сейчас один был в крови и в синяках. — Ох, что случилось? — спросила Исцеляющая Девочка. Она покрутила свой здоровый разъём на пальце и ответила: — Я воткнула свой наушник в одного из роботов, но не смогла его вовремя вытащить. А когда он упал, приземлился прямо на него. — Бедняжка. Иди сюда, — девушка подошла к Исцеляющей Девочке и получила поцелуй от пожилой женщины. Маленький придаток внезапно засветился и вернулся в нормальное состояние. Старая медсестра схватила мокрую тряпочку и вытерла остатки крови. — Вот так. Теперь, пока ты не ушла, сядь и немного отдохни. Даже небольшие травмы, подобные этой, могут быть утомительны из-за моей причуды. Прежде чем девушка успела ответить, справа от Мидории меньше чем на фут придвинули стул, и она села на него. Тело Изуку мгновенно застыло. Просто быть рядом с ней было чересчур сложно для него. — Э-Эм, теперь мне намного лучше. Я, наверное, пойду. — Ох, ну ладно. Вот, возьми жевательные резинки, — Исцеляющая Девочка начала рыться в карманах, но ничего не нашла. — Ох! Кажется, у меня закончились конфеты. Не волнуйся, я пойду возьму еще. — Все в порядке. Мне правда не… —Ерунда. Просто подожди здесь. Я скоро вернусь. Мне лишь надо сбегать в магазин и купить еще. — Магазин!? Но вы… — Я вернусь! — она закрыла дверь, оставив подростков одних. Изуку сидел на своем месте с широко раскрытыми глазами, его тело отказывалось двигаться. Он не знал, что делать. Он и так ужасно разговаривал с людьми в общем, но красивая девушка? Ему конец. В последний раз он разговаривал с девушкой… О Боже, неужели я никогда не разговаривал с девушкой? Его мама не в счет. Любые учителя-женщины тоже. И он не помнил, чтобы разговаривал с одноклассницами до того, как все, кроме Каччана и его группы, в которой не было девушек, начали его игнорировать. Подождите! А как насчет девушки у входа? Я же говорил с ней, да? Я споткнулся, и она поймала меня. Затем она что-то сказала. А потом я... стоял... как идиот... Я НИКОГДА НЕ РАЗГОВАРИВАЛ С ДЕВУШКОЙ!!! Осознание этого заставило Изуку сжаться. Что он должен был делать? Ну, технически ему не нужно было с ней разговаривать. Они были незнакомцами, и это не означало, что они должны были внезапно попытаться узнать друг друга. Конечно, Всемогущий говорил, что ему нужно хотя бы немного улучшить социальную активность, если он хочет когда-нибудь стать героем. Но Тошинори также никогда не говорил, когда Изуку должен был начать учиться. И начать улучшать свои социальные умения с разговора с привлекательной девушкой было ПЕРЕБОР. Ему нужно было работать над этим медленно... около 10 лет. Итак, вывод сделан. Он сидит в комфортной тишине, ждет, пока вернется Исцеляющая Девочка, уходит, плачет, пока не уснет, потому что подвел Всемогущего, свою маму, себя, и он никогда не осуществит свою мечту, заставит Всемогущего вернуть свою причуду, потому что он не заслужил, а затем, наконец, еще больше погрузится в темную пустоту калечащей депрессии. Идеальный план. Была только одна проблема. Ее причуда. Изуку наблюдал, как она проверяла свой ранее травмированный разъём, удостоверяясь, что он правильно зажил. Она вставила свой разъем в телефон и начала слушать музыку. Аналитик, помешанный на причудах, в нем кричал, чтобы он расспрашивал ее обо всем. Он никогда не видел ничего подобного. Но он не мог! Это означало поговорить с ней, а он не мог с этим справиться. Он бы засмущался и опозорил бы себя еще больше. Как обычно. Просто. Не. Спрашивай. Подросток зажал рот и тихо сидел... около 15 секунд. Его левый глаз начал дергаться, а правый глаз двигался во всех направлениях. Его щеки надулись от того, что он сдерживал свои слова. Он обильно вспотел, пытаясь сдержать свой вопрос. Изуку продолжал так сидеть несколько минут, сохраняя хладнокровие. Его тело расслабилось, и он выдохнул. И знаете что? Он… — Что у тебя за причуда!? ...Черт. Девушка повернулась к нему. — Что? — Э-э… ​​Что у т-тебя за причуда? Мне очень нравятся п-причуды, а твоя выглядит очень к-круто — Ох, э-э... Ну, она, э-э, не такая уж крутая, — Изуку смотрел, как она начала переводить взгляд, избегая прямого зрительного контакта, играла с краем рубашки, подбирая слова. Было приятно видеть кого-то почти такого же неуклюжего, как и он. — Я могу направлять звук своего сердцебиения через них, вызывая вибрации, звуковые волны и все такое. Также умею улавливать звук. — Сейчас, подожди! — Изуку вскочил со своего места и схватил ручку и лист бумаги со стола Исцеляющей Девочки. Он снова сел и начал быстро писать. — Продолжай, пожалуйста. Она подняла бровь, но ничего не сказала насчет этого. — Лааадно? Мой слух достаточно сильный. — Действительно ли громкие звуки причиняют боль? — Иногда. На самом деле, только если я сосредотачиваюсь на них. — Ты слышишь сквозь стены? — Ага. Особенно, если я подключу к ним свои разъемы. — С такой причудой она будет идеальной героиней для ситуаций с заложниками и некоторых злодеев со звуковыми причудами; удивительно, как звук работает для нее в обоих направлениях, это может быть очень полезно. Интересно, насколько мощными становятся вибрации, и может ли она их усилить через динамики, как у Сущего Мика. Тогда может, что… Пурпурноволосая в шоке смотрела, как Мидория начал бормотать себе под нос. Как человек, который был певцом и жил с вокалистами, она могла с уверенностью сказать, что у Изуку был лучший контроль над дыханием, который она когда-либо видела. — Что за черт? Изуку выпалил. — Ч-что? Ой, извините. Я ч-часто так делаю… — Итак, минуту назад ты Порки Пиг, а в следующую — Эминем. Поняяятно. — Д-Думаю, это хорошая аналогия. С-спасибо за шутку надо мной. — Это не проблема, — и тут же она вернулась к музыке, играющей через её наушники, а Изуку снова начал волноваться. Святое дерьмо! Я это сделал! Я действительно сделал это! Я разговаривал с девушкой! По-настоящему! Мне не терпится рассказать маме... И теперь я только что понял, почему девушки не хотят со мной разговаривать. Но я не могу остановиться сейчас. Я в ударе, мне просто нужно продолжать. Просто небольшая беседа. Была лишь еще одна проблема. Как, черт возьми, мне вести разговор? Ему просто надо было начать говорить о том, что у него на уме? Или найти точку соприкосновения? Или допрос о причуде был этой точкой? Несмотря ни на что он не мог упустить шанс. Дела Изуку шли не очень хорошо с тех пор… ну, с того самого дня, как он родился. Оглянувшись на свое прошлое, он мог с уверенностью сказать, что Каччан никогда не был его другом. По крайней мере, не в глазах блондина. Для него Изуку был просто еще одним последователем, хотя он знал его дольше, чем остальных. Изуку, возможно, все еще смотрел на Кацуки с уважением, но дружба явно никогда не обсуждалась. Когда он осознал это, он понял, что у него никогда раньше не было настоящего друга. И казалось, что для него это не суждено и никогда не будет, пока он без причуды. И даже получив Один за Всех, Изуку сомневался. Но, возможно, эта девушка была его шансом. Было бы замечательно иметь друга, тоже поступающего в UA. Ну, если он действительно прошел экзамен, ведь он на 99% был уверен, что не прошел. Но он должен был иметь хотя бы маленькую надежду. Может быть, хоть раз в жизни, у него будет друг. ... Который также был великолепной молодой женщиной. ...Я облажался. Изуку покачал головой и взял себя в руки. Тебе наконец удалось поговорить с девушкой, а ты сдаешься! Давай, Изуку, придумай что-нибудь! Что угодно! Просто скажи что-нибудь! Изуку еще раз посмотрел на нее и увидел ее футболку с надписью «Deep Dope», панк-браслет и чехол для телефона с музыкальной тематикой. Музыка! Ну конечно, он должен был уже догадаться по её ушным разъёмам. Ладно, Изуку! Ты сможешь! — Э-эм… — Кьёка снова посмотрела на него. Ее глаза встретились с глазами Изуку, и он замер. Он мог сказать, что она была такой же застенчивой, как и он, но он все еще не мог говорить. Джиро явно выглядела так, будто ей нравился панк-рок. Все, что ему нужно было сделать, это не напортачить. — ...Ты любишь джаз? Изуку с ужасом наблюдал, как брови Джиро медленно поднялись в ответ на его вопрос. Это было буквально полной противоположностью тому, что он должен был спросить. Он так и не смог поговорить с шатенкой, которая спасла его от падения. Но вселенная на этот раз сжалилась над ним и дала ему второй шанс поговорить с девушкой. При этом с очень красивой. И он полностью облажался. — Пфффф! Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Кьёка начала истерически смеяться, а Изуку ещё больше смутился. Фиолетоволосая подросток схватилась за бока и расхохоталась сильнее, пока Изуку нервно потел. У него была только одна вещь, о которой он мог думать. Подыгрывать. — У-у... Хе-хе. Ахаха. Ха-ха-ха-ха! — парень начал смеяться вместе с ней и вести себя так, будто сказанное им на самом деле было шуткой, пока девушка не успокоилась и не отмахнулась ему рукой. — Чувак, все в порядке. Я знаю, что это была не шутка. Просто мне было слишком смешно, — она вытерла слезу с глаз и улыбнулась ему. — Я рада узнать, что здесь есть кто-то еще более застенчивый, чем я. Изуку потер затылок и посмотрел на свои колени. — И-Извини. Я не привык разговаривать с девушками… Да и вообще с кем угодно. — Эй, я понимаю. Обычно я кажусь холодной и равнодушной, так что у меня тоже не так много социального опыта. Хотя я определенно не начинаю заводить разговор именно так, Порки, — сказала она, ухмыляясь ему. Изуку попытался спрятаться в своих руках. — Я-я не знаю, что со мной не так. Кьёка усмехнулась и попыталась убрать руки от его лица. — Да ладно, чувак, я не это имела в виду. Дразнить — это как раз то, что мне нравится. Изуку поднял бровь и посмотрел на Кьёку. Поддразнивания? Веселые и добрые поддразнивания? Поддразнивания, которые не имели прямого смысла издеваться над ним и причинить ему эмоциональную боль? Эта девушка была еще большим феноменом, чем он думал сначала. — Да ладно, я правда не это имела в виду. Как тебя зовут? Я не могу продолжать называть тебя Порки. Оно не подходит. — И-Изуку М-Мидория. — Ну, И-Изуку М-Мидория, я Кьёка Джиро, — сказала она, еще раз дразня его именем. Изуку начал краснеть сильнее. — Я могу сбавить обороты, если это тебе мешает. — Нет! Н-Нет, все в порядке. На самом деле это приятная смена обстановки. — Хорошо, потому что я думала о других прозвищах для тебя, Швабра. О, мне даже нравится это. Что ты думаешь, Зеленая Фасолинка? — Во что я ввязался? — Ты тот, кто начал разговор со слов «Тебе нравится джаз?» Так что лучше сам скажи мне, — Изуку не смог сдержать смешка. Эти двое продолжали свой разговор довольно долго. Шли минуты, и Изуку потихоньку все сильнее желал, чтобы Исцеляющая Девочка просто не возвращалась в офис. Он в самом деле разговаривал с девушкой, и ей, похоже, тоже нравилось разговаривать с ним. Джиро не была слишком энергичной или что-то в этом роде. Она была забавной и явно дружелюбной, но очень мягкой. Ее глаза всегда оставались без энтузиазма, но он видел в них страсть и жизнь. Ее улыбка была не широкой, но она идеально подходила ее лицу. Она... успокаивала. Одно лишь ее присутствие делало напряженную жизнь Изуку легкой. Сначала она немного стеснялась, но как только лед тронулся, она заговорила с ним так, будто они уже давным-давно были друзьями. И, как ни странно, уже один этот фактор помогал Изуку чувствовать себя комфортно. Кьёка не могла поверить, что была счастлива из-за того, что раздавила один из своих разъёмов. Но это позволило ей встретить такого ботаника, как Изуку. Ботаника в хорошем смысле. Самого ботаниконутого. Её тошнило только от того, что она подумала об этом слове, но она не могла найти лучшего способа описать его. — Я-я действительно хотел спросить тебя о твоей рубашке. Deep Dope — это панк-рок-группа, верно? — О, ага, это моя любимая группа. А кто твой любимый музыкант? Изуку потер затылок и покраснел. — У меня н-на самом деле его нет. Я просто слушаю то, что, по моему мнению, хорошо звучит. Кьёка изобразила печаль на своем лице. — Ах ты, бедняжка. Вот, послушай, — она подключила один из разъемов к телефону, а другой прижался к голове Изуку прямо перед его ухом. — Что ты делаешь!? — спросил Изуку, шокированный внезапным прикосновением. — Успокойся, чувак. Просто послушай, — она включила воспроизведение на своем телефоне, и в голове Изуку заиграла музыка. — Чт... Как ты…? — Костная проводимость. Довольно круто, правда? — Изуку кивнул в ответ, слушая музыку. Панк-рок определенно не был чем-то, что он думал ему когда-либо понравится, но на самом деле это была хорошая песня. Хотя название группы было определенно сомнительным. — Sex Pistols? — Умолкни. Они хороши, и ты это знаешь. — Я ничего не говорил об их музыке. Только название. Кьёка усмехнулась. — Достаточно честно, — двое посмотрели друг на друга и улыбнулись. Даже когда Кьёка вытянула ушные разъемы, они бессознательно сдвинулись ближе, чтобы поделить телефон. Девочка-подросток посмотрела на Изуку, когда он закрыл глаза и слушал музыку. Он не был тем, кто выделялся в толпе, она была в этом уверена. Но это было неплохо. Сумасшедшие причуды могут заставить людей выглядеть странно, но большинство из них, у кого нет физически увеличивающих причуд, точно не выделяются. И она не могла отрицать, что сочетание его зеленых волос и ромбовидных веснушек было запоминающимся. Ее внутреннее «я» также замечало кое-что еще. Он был милым. Пожалуй, довольно красивым. У него не было стереотипных мужских черт вроде острых и высоких скул или широкого подбородка. Но она могла видеть потенциал сильной линии подбородка под некоторым затянувшимся детским жиром, который, вероятно, скоро пропадет. Кьёка вспомнила фотографии своих родителей, когда они были в ее возрасте, и как они изменились всего через пару месяцев. Кьёка тоже не могла не смотреть ему в глаза. Он открыл их на краткую секунду, и мерцающие изумрудные шарики встретились с ее фиолетовыми. Его зелено-черные локоны спускались прямо на брови соответствующего цвета. Все его черты объединились в сочетании привлекательной внешности, которая с годами могла стать только лучше. Помогло и то, что Кьёка заметила, что он идеально накачан. Верхняя часть его спортивного костюма была снята, и он остался в черной футболке. И хотя она могла видеть его руки только до половины его бицепсов, она определенно могла сказать, что он тренировался. Много. Кьёка никогда не пялилась на парней. У нее было слишком много работы, и она полагала, что она все равно никого не заинтересует. Но, похоже, причудовый ботаник привлек внимание ее внутренней девочки-подростка. 15 лет жизни, и первый парень, которого она начинает замечать, это тот, кто спросил ее: «Тебе нравится джаз?» ...Да, это было правильно. Песня медленно стихла, и они продолжали смотреть друг на друга. Их непосредственная близость не осталась незамеченной. Изуку открыл рот. — Э-Эй, Джиро? Я… — Making my way downtown. Walking fast. Faces pass and I'm homebound. Глаза Кьёки резко распахнулись, когда она в панике швырнула телефон через комнату. Она рухнула на стул и уставилась на широко раскрытого Изуку. — ...Эм-м-м Она выстрелила своими разъёмами и прижала их к его горлу. — Ты. Ничего. Не. Слышал. — Д-да, мэм! — вдвоем они снова сели на прежние места, игнорируя то, что произошло. Кьёка от смущения. И Изуку чтобы сохранить собственную жизнь. — ...Тааак... Какая у тебя причуда? — Изуку повернулся к ней на вопрос. — Ты спрашивал меня о моей, так что теперь твоя очередь. Она увидела, как он сразу же начал ёрзать на своем месте. Она была очень слабой? Настолько слабой, что он стеснялся этого? Такой слабой, что он... Ох. — Твой результат не очень хорош? — Изуку начал потирать руки и смотреть на свои колени с подавленным выражением лица. — Эй, все хорошо. — У меня было много вещей, которые зависели от моего прохождения… и я не набрал ни одного очка, — выражение лица Кьёки тоже стало грустным. Ей не только было жаль его, но и грустно было, что она не увидит его в школе. Она потратила 45 минут на то, чтобы действительно полюбить его, а потом внезапно стало вероятным, что она больше никогда его не увидит. — Может быть, ты сможешь подать заявку на общие курсы? Или на курс поддержки? Изуку покачал головой. — Я не могу. Мне нужен геройский курс по многим причинам. Я-я всю свою жизнь мечтал пройти этот экзамен и поступить в эту школу, стать героем. И-и теперь все кончено. Кьёка нахмурилась. — Этого не может быть. Я имею в виду, что в этом тесте должно быть больше факторов для прохождения экзамена, чем просто избиение чертовых роботов. Если это действительно так, то эта школа тупая. Это же экзамен на геройский курс, я, эх ...Ты помог кому-нибудь? Это же должно что-то значить, верно? — Я действительно помог той девушке. Ее чуть не раздавил Нулевой указатель, потому что она оказалась в ловушке под обломками. — А что ты сделал? — Я уничтожил робота. — … — Кьёка мизинцем прочистила уши, а затем вытерла свои разъёмы, поднеся один ко рту Изуку. — Не мог бы ты повторить это, пожалуйста? — ...Я-я уничтожил Нулевой указатель. — Нулевой указатель? Боевой робот размером с проклятый небоскреб? — Эм... Д-Да. — ...Как!? Изуку пошевелил большими пальцами и нервно огляделся. — Ну, м-моя причуда - это усиление тела. Я прыгнул в воздух и у-ударил его. — …И ты провалил экзамен? — ...Я имею в виду, что он стоил ноль очков. И это было единственное, что я уничтожил. Кьёка озадаченно огляделась, прежде чем повернуться к Изуку. — Мидория, чувак... Ты уничтожил долбанного Нулевого указателя одним ударом! Почему они не взяли тебя!? — Ну, у м-моей причуды плохая отдача. Я-я пока не могу контролировать свою силу. Поэтому всякий раз, когда я использую свою причуду, она ломает мне кости. — Ну, это все еще… Хорошо, это довольно неприятная отдача. Но все же! Эта школа предназначена для того, чтобы научить нас, как контролировать свои причуды, чтобы стать героями. Если они не возьмут тебя, значит, они не выполняют свою работу. Ты был готов ранить себя, чтобы помочь девушке. Ты заслуживаешь быть здесь больше, чем кто-либо. Особенно чем тот блондинистый член в моей тестовой зоне. Он продолжал использовать свою причуду, чтобы все взорвать. Ему было все равно, кто попадал под радиус его взрывов. Да и полностью все время он бегал, как псих. Блондинистый член, который использовал взрывы, чтобы подрывать все подряд и не заботился ни о ком другом. Очевидно, это был Кацуки. А она только что назвала его блондинистым членом и психом. ...Изуку сразу понял, что Кьёке суждено стать его другом. — Надеюсь, ты права. — Поверь мне. Ты пройдешь. Теперь я в этом уверена. — Н-Ну, я надеюсь, что я буду с тобой в классе. — Я тоже, — телефон Кьёки завибрировал, и она пошла туда, куда бросила его, дабы поднять. Она прочитала текст и повернулась к Изуку. — Мои родители уже спрашивают, где я, а Исцеляющая Девочка, по моему мнению, потерялась. Мы должны просто уйти. — О-ох. Ага, конечно, — Изуку был опечален тем, что его время с Кьёкой закончилось, возможно, навсегда. Он не знал, увидит ли он ее снова, но знал кое-что. Она была первой девушкой, с которой он заговорил. Она была его первым другом, пусть и недолгим. Она была первым человеком в его возрасте, который обращался с ним хорошо за более чем десятилетие. И он никогда не забудет ее. Они взяли свои сумки и вышли из здания, направляясь к главным воротам. Изуку посмотрел на улицу и вздохнул. — Я должен пойти поискать ее, на всякий случай, если она действительно потерялась. — Я бы пошла с тобой, но мне правда нужно идти. Изуку понимающе кивнул. — У-ух, Джиро. Я-Я... Я просто хотел сказать спасибо. За все, что было недавно. Это действительно много значит для меня. Больше, чем ты думаешь. Я-я не знаю, примут ли меня, так что не знаю, увижу ли тебя снова. Но я… — глаза Изуку расширились, когда Кьёка внезапно сунула ему в руки листок бумаги. — Ч... Что это? — Это мой номер, Швабра. Ты действительно думал, что я после всего этого просто отпущу тебя? Ты узнал, что «A Thousand Miles» есть в моем плейлисте. Я не могу позволить тебе бродить без присмотра, — Изуку усмехнулся, но холодный взгляд Кьёки пронзил его. — Это была не шутка. — ...О-Ох. — Но я также думаю, что ты довольно крутой парень, Мидория. И, не знаю. В тебе что-то есть. Да и мне нужно с кем-то пообщаться, пока мы мучительно ждем результатов экзамена. Тем более мне нужно расширить твой музыкальный вкус. — Например, "A Thousand Miles"? — Заткнись! — Изуку увернулся от её наушников, когда они напали на него... и он смеялся. На него напали, и он смеялся. Он не боялся, не плакал, его не обжигали и не били. Было смешно и весело. Он мог привыкнуть к этому. В конце концов она поймала его и подвергла вибрациям. — Не заставляй меня сожалеть о том, что я дала тебе свой номер, Мидория. — Я только обещаю попробовать. Кьёка усмехнулась. — Думаю, это все, о чем я могу тебя попросить. Если я напишу тебе и попрошу провести время в эту субботу, ты придешь? — Джиро, ты знаешь, я бы прошел тысячу миль, чтобы быть с тобой. — ХВАТИТ! Изуку рассмеялся и отступил, чтобы его не ударили. — Это в последний раз, обещаю, — Кьёка посмотрела на него и, развернувшись, ушла. — Чт-Джиро, прости! Она продолжала идти. — Джиро! И идти. — …Мы можем потусить в караоке в субботу, и я спою все песни, которые ты выберешь для меня. Она остановилась, обернулась и ухмыльнулась. — 4:30. Караоке-клуб Songbird. Тот, что с большой синей вывеской. Надеюсь, тебе нравятся бойз-бэнды. А потом она исчезла. Изуку не мог не улыбнуться, когда она пропала из виду. Даже если он не сдал экзамен, Кьёка заставила его чувствовать себя намного лучше. И вот, наконец, у него появился друг. ...Который был девушкой. ...С кем он будет тусоваться в субботу. ... Один. ...Только вдвоем. — ...Черт возьми, это свидание!?