Оленёнок

Конец ноября выдался холодным и промозглым. Не было удивительным то, что температура опустилась ниже нуля, а землю припорошило первым слоем снега. Однако надежда на то, что зима не наступит раньше положенного, теплилась где-то в груди. Так же, как и надежда Игоря жить как прежде. Разумовский сполна отомстил ему своей «игрой». И хотя, казалось бы, Гром вышел из этой схватки победителем, его враг погиб, но разве оно того стоило? То, что майор — уже бывший — пережил, нельзя было назвать долгожданной свободой от гнета рыжего психопата. Хотя бы потому, что теперь он и сам был таким же. Смерть Юли, битва с богами, дело Косыгина — все это подкосило его ментальное здоровье. Сломало, как ветер ломает хлипкие ветви деревьев. Когда-то он был гордостью полиции Санкт-Петербурга, а теперь его имени боятся, как проклятья. Упомяни Игоря Грома, и тебя ждет пять лет несчастий, потому как его самого они преследовали, кажется, на протяжении всей жизни. Гибель отца, гибель любимой девушки, гибель школьных и университетских друзей. В конце концов, гибель карьеры. Он теперь просто Игорь Гром — без званий, без воспоминаний, без… Прошлого. Игорь так смутно помнил внушительный отрезок своей жизни, что страшно было подумать о том, что он может однажды забыть и его милую Юленьку. Он думает о ней каждый день, но чем больше проходит времени с момента ее смерти, тем тяжелее ему вспомнить ее голос, аромат ее кожи, мягкость ее огненных волос. Гром боялся потерять память о единственном человеке, который делал его живым. Ведь если это случится, то он окончательно опустит руки. Перестанет бороться, перестанет хвататься за тонкие нити надежды, что все встанет на свои места. Но пора было научиться смотреть правде в глаза — он не тот, кем был раньше. Дима стал старше, его повысили в звании, он больше не нуждался в напарнике и наставнике, как Игорь. А друг?.. Гром все еще нужен был ему как друг? У Дубина появились Сева, Лиля, Валик… У него впереди вся жизнь и куча амбиций, а что у Игоря? Депрессия, лекарства и отставка. То, что Дмитрий заходил к нему в свободное время, не значило, что ему это нравится. Никому не захочется возиться с таким, как он, а тем более Диме. Никому он не нужен. От этой мысли его одергивает звонкий собачий лай. Игорь словно просыпается ото сна и рассеянно моргает. Он стал таким после больницы Снежневского. Он постоянно был будто в пузыре, в полудреме, из-за которой привычные рутинные дела не получалось нормально выполнять. Гром все время погружался в глубокие раздумья, а потому с легкостью мог проехать свою остановку, пропустить прием пищи или даже забыть о каких-то важных делах. От этого пришлось начать вести блокнот с записями, чтобы однажды не забыть начать снова жить, а не существовать. Лай повторился, и Гром, наконец, опустил взгляд. На него смотрела пара преданных черных глаз-бусинок. Язык был высунут, голова наклонена набок, а уши стояли торчком. Мухтар был последним, кто по-прежнему оставался рядом. Он всегда верно ждал своего хозяина дома, даже если тот иногда забывал его кормить или выгуливать. Складывалось впечатление, что пёс мог понимать Игоря без слов, что чувствовал его боль, а потому не стремился убегать из жизни Грома, как сделали это все окружавшие его раньше люди. Игорь приподнял уголки губ и ласково почесал Мухтара по голове, заставляя того довольно вилять хвостом и ластиться к ладони хозяина. Вот, кому он все еще нужен. Вот, кто всегда будет рядом. Нужно было продолжать влачить себя дальше хотя бы ради этого животного, которое заслужило любви и заботы.       — Ну что, дружище, нагулялся? Пойдем-ка домой, а то холодает, — бывший майор пристегнул к ошейнику Мухатара поводок и укутался плотнее в шарф. Шарф, который подарила Юля. Они неспешно побрели дальше по парковой дорожке. С неба на землю плавно опускались крупные хлопья снега. Вдалеке слышались голоса и смех резвящихся на площадке детей. Но Игорь был полностью погружен в свои мысли. Снова. Словно призраки прошлого, они тянули его за собой, их голоса эхом отзывались в его голове, словно были и не его мыслями вовсе. Их будто подсадили ему, искусственно вживили, чтобы окончательно свести с ума. Порой они звучали так громко, что Грому хотелось закрыть уши и забиться в угол. Замолчать их заставляли только таблетки, но от них мужчина чувствовал себя еще более рассеянным, чем обычно. Из-за них он мог пробыть в каком-то коматозном состоянии целый день и даже не заметить, как он прошел. Рука внезапно дергается вперед, как если бы ее начали тянуть. Игорь с удивлением осознает, что вместо привычного шага Мухтар вдруг сорвался на бег. И стал не просто радостно кружить вокруг хозяина, а уверенно устремился в известном лишь ему направлении. Гром едва за ним поспевал, стараясь одновременно замедлить пса и не поскользнуться на покрытых коркой льда лужах.       — Мухтар, стой! Ко мне! Смирно! — уверенно командовал на бегу Игорь, пытаясь хоть как-то остановить внезапно решившего устроить забег питомца. Но он даже и не думал тормозить, продолжая стремительно приближаться к какой-то своей цели. Будто бы его кто-то позвал к себе, но обычно Мухтар откликался только на команды своего хозяина. В какой-то момент они покинули парк и оказались на чуть более оживленной улице. Теперь влететь в случайного прохожего можно было проще простого, а потому Гром принялся натягивать поводок, дабы остановить Мухтара, однако тот все равно не поддавался. Он умело лавировал между испуганно охающими людьми и миновал все светофоры, словно точно знал этот маршрут и использовал его не один раз. Игорь был уверен, что его пёс умный, но чтобы настолько… Мухтар начинает ускоряться, когда они поворачивают на набережную. Будто делает последний рывок перед тем, как добраться до своей цели. Бывший майор уже порядком запыхался, но все-таки не отставал от питомца, не желая нагрести проблем для них обоих. Игорь снова рассеянный, снова не успевает среагировать, когда Мухтар вдруг резко останавливается. Его по инерции продолжает тянуть вперед, а потому он наталкивается на кого-то, кто шел им навстречу. Ему не удается удержать равновесие, потому что ботинки предательски скользят по гололёду, поэтому Гром заваливается прямо на несчастного прохожего, сумев в последний момент выставить вперед руки, дабы не придавить его своим весом, а заодно не разбить себе лицо. Мужчина пару мгновений приходит в себя, переводит дух, а затем все же обращает внимание, на кого упал. Это оказалась прохожая. Молодая девушка, на вид лет двадцати пяти, лежала прямо под ним и ошарашенно хлопала большими зелеными глазами. «Как у оленя», — подумалось Игорю, прежде чем он осознал, что бесстыдно разглядывает румяные девичьи щеки, усыпанные бледными веснушками.       — Прощу прощения! — Гром резко поднимается на ноги, смутившись внезапной близости, и подает незнакомке руку, помогая встать. Та охотно принимает помощь и сжимает мужское предплечье сильнее, когда нога скользит и едва не заставляет ее вновь упасть на землю. — Мухтар… Мой пёс, как с цепи сорвался. Рванул через парк прямо сюда, никак не остановить было.       — Ничего, все в порядке! Всякое бывает, — девушка, улыбаясь, отряхивает розовое пальто от снега и грязи и поправляет такой же розовый шарф, укрывающий голову вместо шапки. Внезапно ее лицо меняется, теперь вместо улыбки на нем была обреченность. — Чёрт! Только сейчас Игорь огляделся и понял, что он не только свалил незнакомку с ног, но и тем самым выбил из ее рук кучу тубусов, папок с ручками и шоппер. Девушка принялась собирать свои вещи, которые уже с любопытством обнюхивал Мухтар, игриво виляя хвостом. Гром почувствовал укол совести, ведь он был виноват в том, что прохожая выронила, вероятно, важные для нее вещи.       — Позвольте помочь, — мужчина присаживается на корточки, потянувшись к шопперу, но вместо этого натыкается на теплую руку девушки. От соприкосновения с чужой кожей по телу словно пробежался разряд тока, на секунду пробудивший Игоря от пелены задумчивости. Он поднимает взгляд и видит напротив смущенное девичье лицо, красиво обрамленное слегка волнистыми волосами, на которых оседали хлопья снега. Она приоткрыла рот, дабы что-то сказать, но вместо этого оттуда вырвались лишь густые клубы пара. Гром и сам не мог подобрать подходящих слов, а только смотрел в глаза цвета весенней травы.       — Извините, — бывший майор резко отворачивается, понимая, что не имеет права так долго разглядывать кого-то. Он любит Юлю, он не может предать ее. Игорь все-таки помогает девушке собрать ее вещи, с удивлением подумав, как все это уместилось в ее маленьких руках. Он заметил, какой крошечной показалась ее ладошка в сравнении с его, а теперь еще и обратил внимание на их разницу в росте. Незнакомке пришлось немного задрать голову, дабы встретиться с ним взглядом. Она все еще выглядела смущенной и топталась на месте, будто желая продолжить разговор, пока в ее ногах не начал виться Мухтар.       — У вас очень милый пёс. Мухтар, да? — она умудрилась как-то освободить одну руку и протянуть ее, чтобы потрепать животное за ухом. Пёс радостно высунул язык и подался навстречу ее ладони, вызывая у Грома очередной приступ озадаченности. Мухтар никому не дает себя погладить, кроме него. — Хороший мальчик, Мухтар! Следи за своим хозяином, чтобы он больше не налетал на прохожих. Девушка смеется, негромко, но мелодично, отчего у Игоря болезненно замирает сердце. Он ловит себя на мысли, что ему хочется заставить ее смеяться вновь. Сказать, что у нее добрая улыбка и красивые, но грустные глаза. Что розовый цвет ей очень к лицу. Однако вместо этого он только смотрит, как она гладит пса, и хмурится все сильнее. Это неправильно. У него Юля. Ему никто больше не нужен, кроме нее. У него проблемы с головой, и уже они никому не нужны. Ему суждено остаться один на один со своими голосами прошлого, которые мучают его с самого выхода из больницы Снежневского.       — Кхм… Ладно, — девушка пристыженно отводит глаза, понимая, что Гром не поддержал ее инициативу в продолжении их диалога, и слегка тушуется. — Спасибо за помощь. Мне пора. И впредь будьте осторожны. Она нешироко улыбнулась бывшему майору на прощание и неторопливо побрела к пешеходному переходу. Игорь пару секунд с тоской наблюдает за тем, как ее силуэт все больше отдаляется, растворяясь за завесой падающего снега, а затем оборачивается, чтобы снова взять Мухтара за поводок и наконец пойти домой. Но его планы рушатся, когда он пересекается взглядом с Улей. Улей?.. Гром запрокидывает голову и вчитывается в вывеску с названием кафе. «Райдо». Ну конечно, все дороги ведут в «Райдо». И он даже не заметил, как пёс привел его именно сюда. Именно здесь он столкнулся с той девушкой. Уля укоризненно смотрит поверх очков на бывшего майора, облокотившись плечом на фасад здания, и качает головой. На ее губах возникает хитрая, заговорщическая ухмылка, делая ее и без того загадочный образ еще более мистическим. Словно она мысли умела читать.       — Уверен, что именно это тебе суждено? Прошлое ушло, а будущее нет. Пока что. Если не поторопишься, то точно уйдет, — Уля многозначительно смотрит куда-то за спину Игоря и вскидывает бровь. — Всё в твоих руках, Игорь. Гром пару секунд медлит, раздумывая. Уля права. Прошлое есть прошлое. Оно может волочиться вслед мёртвым грузом, от него не избавиться, его не изменить. Нельзя отмотать время вспять, как бы не хотелось. А вот будущее можно выстроить так, как хочется. Так, чтобы душа тянулась к этому. Ему не избавиться от голосов прошлого, если все время думать об этом, потакать им, поддаваться воспоминаниям. Нужно двигаться дальше. Игорь разворачивается и срывается с места, как сделал это какое-то время назад Мухтар. С него будто сорвали поводок, которым прошлое удерживало его всё это время. Он надеется, что девушка не ушла далеко. Или не уехала на транспорте.       — Извините! Незнакомка отрывает голову от телефона и растерянно смотрит на того, кто ее позвал. Бывший майор приближается к ней, тяжело дыша, и переходит на шаг только тогда, когда понимает, что девушка прямо перед ним. Никуда не торопится, не уходит, а просто сидит на автобусной остановке.       — Извините, — повторяет Игорь и неловко поправляет волосы под кепкой, которые успели растрепаться после двух пробежек. — Хотел спросить… Как вас зовут?       — Эвелина, — без раздумий отвечает девушка и улыбается. Цвет ее глаз в этот момент становится будто еще насыщеннее. Или же жизнь Грома вновь приобретает яркие краски.       — Красивое имя, — на выдохе произносит мужчина и завороженно смотрит на уже новую знакомую, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Меня Игорь зовут. Не хотите выпить кофе? Я знаю отличное кафе прямо за углом, «Райдо» называется.