Удобно оцепенелый

Часть девятая. Он собирается убить ее… Фоули… Каждая клетка моего тела дрожит от одной только мысли о смерти. Подобно мести за Ангела, он внезапно врывается и сражает ее без предупреждения. Здесь не будет яркого луча света, как было со мной. Это будет белая вспышка пули, выпущенной из его пистолета. Убей ее, Малдер… Моя месть отзывается у меня в ушах. Она звучит словно песня с окровавленными словами. Убей ее… убей ее…убей ее… И тогда я чувствую это. Не обожженная плоть раны от пули, а аромат разложения. Моя душа радуется… Моя потребность в мести наполняет меня всевозможными причудами. Все мои веры и ценности пожираются червями ненависти. Ненависть… Не только за то, что она сделала, но и вообще за то, что она есть… Его жена… Ревность расчленяет меня, словно я труп, который еще не начал разлагаться. Злость смешивается с гневом. Я чувствую, как все чувства взрываются во мне, отражаясь на мне холодным липким потом. Но эта злость – не спасение. Убийство ради мести выроет больше, чем одну могилу. Если я не остановлю его, я вырою свою собственную могилу. Я вскакиваю на ноги и хватаю телефон. Я несколько раз повторяю набор, но никто так и не отвечает. Тяжело дыша, я ищу свои туфли и ключи от машины. Мои ноги топают по полу так кромко, что мне кажется, будто у меня в голове стучит барабан, отбивающий ритм моей паники. Остановись … Малдер… остановись, прежде чем станет слишком поздно. Настенные часы начинают отбивать время, и мне кажется, что это похоронный звон. Мои руки останавливаются на дверной ручке. На мгновенье, каждый удар пронзает меня насквозь. Уже полночь… Час ведьм… Час, когда вся злость выливается в один момент мести. Я открываю дверь… Фоули… О Боже… Она и есть ведьма. Она входит в мою квартиру, подталкивая меня своим пистолетом, будто это рукоятка ее метлы. Звон моих часов напоминает мне, будто я на кладбище. Сарказм бъет ключом из ее голоса, когда она поворачивается к часам и говорит. -Не спрашивай о том, по кому бьет колокол… Ее палец напрягается вокруг курка пистолета. -Это заупокойная песня по тебе… Я медленно опускаюсь на диван, чувствуя слабость в ногах. Я озираюсь вокруг, в поисках пистолета, чтобы защититься от нее. Ничего нет. Малдер убрал все оружие неделю назад. Я беззащитна. Облизывая губы, я пытаюсь отвлечь ее своим ответом. -Это Хэммингуэй, да? -Вообще-то он украл этот сюжет у Джона Данна, поэта 17 века, - Фоули закрывает дверь у себя за спиной. – Хэммингуэй был вором и пьяницей. Это так неприятно, ты согласна? В ее голосе звучит мягкость. Она даже улыбается, несмотря на ее смертельное намерение. Или, может быть, потому что ее намерение – смертельное… -Неприятно, - я соглашаюсь, ерзая на диване, - но тогда нельзя не задаться вопросом, что побудило его к этому. -Слабость, Агент Скалли, - ее темные глаза блестят зловеще. – Именно это определяет вора. -Не хотите ли вы сказать, что я украла у вас что-то, Агент Фоули? -Не будьте легкомысленной. Эта идея неплоха, но только если бы здесь был ваш напарник. Она идет ко мне. Я не двигаюсь. -Как я могла украсть у вас то, что никогда вам не принадлежало? – Я спрашиваю, пытаясь вызвать у нее гнев. Я знаю, что это ошибка. Я федеральный агент, ведущий переговоры об освобождении заложника. Но и она тоже. И поскольку мне бы хотелось рассматривать в качестве заложника себя, мной овладевает тяжелое чувство того, что скоро я стану жертвой. Ее жертвой… Она подтверждает мою гипотезу улыбкой. Когда я вижу совершенную белизну ее зубов, я понимаю с кем я имею дело. Опасная, рассчетливая женщина. Женщина, которая не имеет никаких сомнений и страхов. Член Консорциума. Я недооценила ее. Зато Малдер сделал. Она хорошо знает нас обоих. Фотография… таблетки…наши реакции на все это. -Что ж, Скалли. Я должна сказать, что я восхищаюсь твоим упорством… и твоей смелостью. – Она смеется над своей собственной рифмой.* Я начинаю сожелеть о своих более ранних мыслях, что я сейчас не труп. Она собирается убить меня. -Ты собираешься убить меня? – Я спрашиваю, пытаясь не сорваться. -Нет, - Фоули качает головой. Она лезет в карман и достает пызырек с таблетками. -Ты сама убьешь себя. О Боже… -Считай, что тебе повезло, Скалли. Ты прожила намного больше, чем другие похищенные женщины. Ты победила рак и продолжала жить. Я слишком поражена, чтобы ответить сразу. -Но это было украденное время, - Фоули добавляет мягко. Ее голос звучит с жалостью, но это вранье. Я знаю, что ей не знакомо это чувство. Она бросает быстрый взгляд на часы. -Теперь, когда твои воспоминания снова стали преследовать тебя – самое время, - она добавляет решительно. Я подаюсь вперед, но она быстро реагирует, направляя дуло пистолета мне в грудь. Я отступаю, поднимая руки. Фоули отводит немного оружие и засовывает пузырек в мои дрожащие пальцы. -Передозировка наркотиками, да? – Я говорю, пожимая плечами и пытаясь казаться беспечной. -Как я уже сказала, Агент Скалли, я восхищаюсь вами. К сожелению, я не могу позволить личным чувствам сталкиваться с желаниями Консорциума. -Ну ты и лгунья, - я не могу справиться со своим насмешливым тоном. – Я не включена в программу Консорциума, только в твою. -Не надо проверять меня, Скалли, - она предостерегает, - Я просто выражаю профессиональную любезность. -Ты продлеваешь мою смерть. Она подталкивает меня оружием. -Сначала он был моим, - она горько протестует. -Но Сейчас Он Мой… - я подчеркиваю каждое слово. -Передозировка или пуля? Что ты выбираешь? -И то, и другое убъет меня, - я спокойно говорю, высыпая таблетки себе на руку. – За исключением того, что первое убьет больше, чем только мое тело. -Ты нервничаешь. – Палец Фоули дразнит курок. Она права, я нервничаю. И я не спокойна, я оцепенела… -Прими таблетки, - она требует, сжимая зубы. -Самоубийство убьет его в веру в меня… Ее глаза наконец выдают ее злое восхищение. В оригинале фраза рифмуется “I must say that I admire your tenecity… and your audacity” -Точно! -Ты так альтруистична, - я выкрикиваю. -Ты в любом случае умрешь, - она отвечает. Я больше вне времени. Выживание больше не является выбором. Единственный выбор на который я имею право – память, что я оставляю позади. Таблетки падают сквозь мои пальцы точно песок на пляже. -Я могу умереть…, но в смерти я предпочитаю боль удобному оцепенению. Я не боюсь. Мой голос звучит уверенно. Я торжествую. Разгневанная, она заставляет меня встать на колени. Когда я чувствую холодный металл пистолета против своего лба, я закрываю глаза. Его лицо… Последняя вещь, которую я хочу помнить – его лицо… Малдер… Я судорожно дергаюсь, когда звук выстрела оглушает мои уши. Он разрывает мое тело. “ Нет никакой боли… Ты словно затерявшееся судно… маячишь на горизонте…” Мне кажется, что я парю. Сквозь туман я могу видеть его. “Рассекая морские волны… Твои губы двигаются, но я не слышу, что ты говоришь…” Он подбегает ко мне. Он боится. Я вижу страх на его лице. Сначала я не понимаю, что он говорит. Его слова, словно повторяют беспорядочный шум у меня в голове. -Дана… Я, наверно, умерла. Он называет меня по имени. -Ты не умираешь, Скалли. Я не умираю. Я нахожусь в шоке, ничего не понимая. Мои мысли смешались с моими словами… Малдер крепко обнимает меня и не отпускает. Его дыхание прерывистое, словно разрывает и искажает воздух. Фоули… Я поднимаю голову от его плеча и вижу ее. Она мертва… Так много крови, что она словно плавает в ней. Она просачивается сквозь ее длиные, темные волосы. Единственная пуля в затылке ее головы… Его пуля… Боже мой… -Скалли… - Малдер говорит торопливо. Я пытаюсь слушать его, выйти из этого состояния потрясения и замешательства. – Ты нужна мне сейчас… Скалли… очнись, не оставляй меня… Я закрываю глаза, прижимаясь лицом к его шее. Все мое тело дрожит. Я хочу утонуть в тепле его кожи, хочу чувствовать себя в безопасности в его руках. -Скалли… - Он берет меня за плечи, отрывая от него. – Нам нужно действовать быстро. Как послушный ребенок я киваю, позволяя ему поднять меня на ноги. -Послушай меня, Скалли, - он наклоняется так, чтобы его глаза были на одном уровне с моими. – Мы не можем допустить, чтобы кто-то узнал об этом. Нам нужно избавиться от тела. - Мои ноги становятся ватными. Он хочет все скрыть… -Малдер, мы не можем скрыть правду, - я говорю запинаясь. Это так сложно, что мои зубы начинают стучать, словно мне холодно. -Мы должны… -Это сделает нас не лучше тех, кто строит козни против нас. -Скалли, не будет нас… - Его пальцы вцепляются мне в плечи. – Если Консорциум узнает то, что произошло здесь сегодня вечером, то не…будет…нас… -Малдер, - я начинаю говорить, но внезапно останавливаюсь. О Боже… ведь он прав… но уже слишком поздно… Я чувствую сигаретный дым в комнате. Это выдает его. Я чувствую его присутсвие еще раньше. Чем вижу его темную, скрывающуюся тень. Когда он выскальзывает из-за угла входной двери, я отскакиваю в страхе. Малдер продолжает стоять на на месте. Он готов ударить его. Прикрывая меня, он нацеливает пистолет ему в голову и шипит. -Хочешь присоединиться к ней, старик? Курильщик затягивается сигаретой. Он окидывает Малдера насмешливым взглядом, прежде чем опускается к Фоули. -Что ж, - он говорит с ядовитым сарказмом, - кажется, я не единственный, кто хочет пожертвовать своей бывшей женой ради благородного дела. Подобно змее, оценивающей свою добычу, его глаза сужаются на моих.