Перезагрузка

Если говорить откровенно, Женя рассматривала его бывшую, раскладывала ее на молекулы – это честно, зачем отрицать это теперь? Если говорить откровенно, Женя прекрасно знала что она – единственная девушка в его жизни, которая присутствовала там на серьезных основаниях, и не просто так, она единственная девушка, которая вообще запала ему, с которой у него было… было что-то большее стремного разового перепиха – Женя вообще не хочет думать об этом, потому что ей неприятно; положа руку на сердце, она не знает, кто у него был, сколько их было, но она точно знает, что все они ничерта не значили. Все, кроме нее. Юля смотрит на нее пристально, и издевательски дует и без того пухлые губы, Юля похожа на идеальную картинку из порно, которое смотрят все мужчины: маленькая, милая, и в то же время развратная, Юля – наверняка его идеал, идеал, который он выковал сам, вырезал из камня, вылепил то, что ему было нужно… Женя улыбается ей в ответ, и думает что это странно, их столкновение – это странно, она всегда думала что Юля просто истеричка, и если она увидит ее она устроит, устроит… Но Юля не торопится устраивать что бы то ни было. Юля смотрит на нее в упор, растягивая рот в улыбке, и Женя хочет дернуть его за руку, дать ему понять что что-то не то, не так, но… Почему-то ей кажется, он не станет делать ничего, он… *** - Устранился, а? – говорит ей Юля, глядя в зеркало поверх ее головы, и морщит нос, - пиздец как похоже на него. У Юли странный голос, Женя знала это давно, но в жизни это звучит еще прикольнее, она сдерживает усмешку, но Юля замечает, и усмехается в ответ. - А он не любит, - говорит она, - лезть, когда девки разбираются. Это зашквар. - Что, прости… Что? - Ну ты охереть, - говорит Юля, снова морщит нос, и Женя с ужасом понимает, что мучило ее все это время – они похожи, их мимика, фактически, идентична, и это, это… - Вы как брат с сестрой, - не сдержавшись, выпаливает Женя, - вы же… - Вы тоже, - говорит Юля, кривя подвижный рот, - вы тоже такие же. - В смысле? - Давно видела вас со стороны? Или слушала его? Он тебе расскажет. Индивидуальность, - говорит Юля, и ее голосом это звучит еще более издевательски, - твоя индивидуальность, это оч важно, Евгения Медведева. - Я не поняла, - честно говорит Женя, и она действительно не понимает, - мы с ним вообще не похожи. - Ты про что, про форму носа? - говорит Юля, и подходит ближе. Она чуть выше, и чуть тоньше, у нее нездорово худощавые запястья, Женя едва сдерживается от желания сделать шаг назад, чтобы сравняться с ней, но все же сдерживается; она больше похожа на игрушечную модель человека, она четко, ровно сложена, у нее ясный взгляд, она красиво улыбается, она… - Ты ему точно нравишься, - говорит Юля, прикусывая губу, и тычет ее пальцем в плечо, - ты такая, ну… Короче, знаешь, типа как я, но давно. Ты куришь? - Тут разве… Юля смотрит на нее, как на умалишенную, и Женя использует последнюю возможность. - Сигнализация? - Здесь нет, - говорит Юля, прикладываясь к одноразке, - он, выходит, тебя приметил еще тогда. И тебя, и эту… Толстожопую… - Что? - Похуй, - говорит Юля, облокачиваясь на раковину, и Женя смотрит на нее словно со стороны, как на человека из другого мира, милая, мягкая Юля, страдающая из-за непостоянства одного козла вдруг кажется ей… его женским воплощением. Как будто их долбили одной наковальней, - похуй, это сейчас все. Он такой, знаешь. Принц. Постоянный. Если он типа, это, знаешь, ну… Любит… Как он думает. Он не пойдет кого-то ебать. Не парься. - Я не… Мы не, - говорит Женя, и Юля глубоко затягивается, щурясь. - Чего вы «не»? – говорит она, сдвигая руки чуть ниже, - не еблись? Было, я вижу. - Причем тут… - Притом, - говорит Юля, - если это было больше раза, поздравляю, коллега. У вас любовь. - Дай, - говорит Женя, и тянет руку. В этот момент она не совсем понимает, что делает, потому что она не курила никогда, и никогда не собиралась курить, она всегда была спортсменкой, она берегла дыхалку, и кажется, Юля не настолько тупа, как… - Нет, - говорит она, - нет, иди нахуй. У него попроси. Я вижу же, что ты… Пиздец мамкина дочка. Отстань. - Я не… - Ты милая, - говорит Юля, снова морщась, и это кажется Жене поверхностным, по правде говоря, большинство ее слов кажутся Жене такими, но при этом сама она не производит такого впечатления, и это странно, потому что Женя привыкла считать, что она редко обманывается, и… - Я – милая? Юля кивает, и опускает лицо, прячет его в руках, Женя смотрит на нее с минуту, и это молчание заставляет ее затылок раздуваться от переживаний. - Ну да, - говорит Юля, - это прикол. Но это норм. Не парься. Давно вы трахаетесь? - Извини, конечно… - Ой, - говорит Юля, и Женя думает что теперь она точно не скажет ей ничего, просто из принципа, потому что это не та тема, которую она готова обсуждать с его бывшей, - ой, ты такая странная… Ты не вольешься в коллектив, если будешь так… - Дилара так не думает, - говорит Женя, прежде чем ее мозг успеет обработать эту информацию, - хотя я не знаю, про какой ты коллектив, если про ваш с Дианой… - С кем… - С Дианой, - плотоядно улыбаясь, повторяет Женя, - с Астер. Знаешь, такая милая блондинка, из Дрима. Он говорил, вроде, мне, что так любил раньше ребят из Дрима… Так что… - Че… - начинает Юля, но Женя уже поворачивается к ней спиной, открывает дверь, и голос Юли сейчас кажется ей еще более комичным, - че ты… - Какая разница? – не оборачиваясь, говорит Женя, - вы же не вместе, все равно. А мне он сказал, что любовь правит миром, и… Тех, кто там был, он уже не любит, вроде… Так вот вышло, но ты извини, если что… - Ты оху… - Да, - говорит Женя, и в этот момент она полна энтузиазма и желания жечь напалмом, - я – да. Мы с ним такие. Мы похожи. Он мне говорил, что раньше ему сложно было, такие девушки… Леди. Которые держали себя в руках. А со мной все проще. - Ну… - Я не умею держать себя в руках, - говорит Женя, оборачивается, и облизывается, и это выглядит максимально вызывающе, но она не может сдержаться, - мы не умеем. Так что блин, извини, мы, наверное, поедем… О, моя любимая песня… Я пошла.