Весна в Нью-Йорке

У Ивана всё ещё кружилась голова, когда Альфред чуть ли не бегом вел его за руку к выходу из парка. Сердце быстро колотилось, звон разносился по всему его телу, пока они проносились мимо деревьев: он не помнил, когда в последний раз он чувствовал себя так. Кажется, много-много лет назад. Мотоцикл Альфреда был припаркован неподалеку: уже знакомый красно-бело-синий шлем появился у Альфреда в руках, после чего он бросил Ивану другой: красно-золотой, своими цветами и формой слишком уж напоминавший Ивану шлем Тони Старка. Иван еле-еле сдержал позыв фыркнуть. Боже, да Коля был меньшим любителем игрушечек. Шлем, впрочем, пришлось надеть. Ветер обдувал его бока, пока они ехали по ночным трассам Нью-Йорка: Иван обхватил Альфреда за талию, чувствуя тепло всем своим телом, и только тогда волнение вновь шевельнулось в нём: а что если ему показалось? Он собирался привести парня к себе домой, в перспективе это могло кончиться... кровь хлынула к лицу, когда он представил Альфреда под ним, обнаженного, жаждущего – и вместе с тем страх; что если он всё-таки заигрался, что если... Мысленный поток прервал скрип колес по асфальту – Альфред остановился у его дома. Настала очередь Ивана вести: он трясущимися руками едва сумел набрать нужный код на двери подъезда, чуть не забыл, какую кнопку нужно нажать в лифте. Дверцы с тихими гудками закрылись, и Иван принялся мысленно отсчитывать минуту до их десятого этажа... пока его не прижали к стенке и не поцеловали. Все внятные мысли как ветром сдуло, а жар охватил его с новой силой. Альфред прильнул к нему, опустив ладони на шею, жался и дышал горячо-горячо – Ивану не оставалось ничего другого, кроме как прижать его к себе, схватить его за волосы, потянуть, заставить откинуть голову и оставлять красные метки на горле; Альфред застонал, напрочь выбивая остатки здравого рассудка; какое-то его подобие вернулось, когда Иван уже был готов потянуться к пряжке ремня парня прямо сейчас; но вдруг где-то рядом раздался звонок, сигналящий о том, что двери лифта открылись – и он вспомнил, где находится. Иван раздраженно выдохнул, железной хваткой вытягивая Альфреда из лифта – тот повиновался, следуя за ним чуть ли не бегом, пока тот с остервенением вытаскивал ключи из кармана и вставлял их в замок; открыть получилось не с первого раза; он даже подумывал уже, а как парень отнесется к тому, чтобы его трахнули прямо на лестничной клетке – ну или на крыше под звездами на худой конец (судя по тому, как тот нетерпеливо проводил языком по губам, он вряд ли бы сильно протестовал) – как замок наконец щелкнул, и Иван никогда в жизни не был за что-то так благодарен. Как только дверь была закрыта, он развернул Альфреда к себе лицом (или Альфред сам прижался к нему, он уже не разбирал) и припал к его губам, чуть ли не насильно открывая его губы, проталкивая язык; парень завозился, сбрасывая пиджак с него, кожанку с себя – теперь можно было провести ладонями по этому подтянутому телу, скрытому только футболкой, черной и облегающей – парень ахнул, впечатываясь своими бедрами в его, шепча в губы, что так терзали его: - Давай, пожалуйста... Иван хотел, чтобы они прошли от прихожей в его спальню. А ещё он очень не хотел разрывать контакт с этим горячим юнцом, которого хотелось нагнуть здесь и сейчас, хоть на несколько секунд – поэтому он обхватил его за талию, двигаясь наощупь в полутемном коридоре. Они кое-как добрели до спальни, чуть не споткнувшись о мебель и не опрокинувшись на пол (что-то подсказывало Ивану, что Альфред его прямо там бы и оседлал) – Альфред даже умудрился расстегнуть половину пуговиц на его рубашке – Иван схватился за дверную ручку, нажал, чуть ли не вталкивая парня в помещение, сразу же опрокидывая его на кровать. Пружины скрипнули, когда Альфред грузно плюхнулся на матрас – Иван приземлился следом за ним, расставив руки по бокам его тела, рассматривая его, растрепанного, раскрасневшегося, пожирающим взглядом. Альфред торопливо отбросил в сторону очки, стянул с себя футболку, наконец открывая взору мускулы и рельефный пресс, но затем замер, подняв взгляд на Ивана, эти влажные синие глаза – словно электрический разряд прошел у него по хребту, достав до сердца. Второй разряд, жгучий, разнесся внизу, вокруг бедер, когда Альфред провел пальцами сквозь его волосы, а затем, не сводя с него томного, нахального взгляда, опустил руку к его паху и сжал. Прикосновения даже сквозь плотную ткань было достаточно, чтобы Иван издал нечто, похожее на рычание – и впился в него поцелуем, вновь выхватывая стоны, яростно открывая пряжку ремня и расстегивая молнию – судя по звукам и шевелению внизу, Альфред делал то же самое. Брюки и джинсы полетели вниз вместе с его рубашкой – кажется, в процессе случайно отлетело пару пуговиц, ну да и плевать – Иван сдвинулся, усаживаясь на кровати, усаживая Альфреда себе на колени – он прижимался к нему, кожа к коже, водил ладонями по груди и плечам, пока Иван ожесточенно целовал его в татуировку на шее, в ключицы, схватился руками за бедра; набухший член упирался ему в живот – было хорошо, было больше, чем хорошо, было сумасшедше-паляще и изумительно – но волнение не покидало его, когда сквозь всю захлестнувшую страсть пробилось понимание – сейчас, сейчас самый ответственный момент, ему так хотелось, но боже... - И-иван... Альфред не просто выстанывал его имя – он звал его, аккуратно потянув за кончики волос. Иван отвлекся от ласк, поднимая глаза. Чтобы с удивлением заметить, что парень дрожал. Дрожал мелко, словно бы от холода – но Ивану хватило этого, чтобы тревога шевельнулась в его груди. - Что..? - Мне надо тебе кое в чем признаться. Иван захлопал глазами, затем поспешно кивнул, когда суть сказанного дошла до него. - Может, уже слишком поздно, но... - Да брось, - уголок губ Ивана чуть дернулся, когда он чуть сжал пальцы на бедрах Альфреда. – Ты сидишь на мне без единого лоскута одежды. Самое время для откровенности. Альфред засмеялся – и вновь покалывание охватило его, когда он увидел эту улыбку, ещё и так близко от его лица – но нервозно сжал плечи Ивана, отводя взгляд в сторону. - Я раньше никогда не был с мужчиной. На этот раз Ивану потребовалось несколько секунд, чтобы это осмыслить. Он, должно быть, молчал слишком долго, потому что Альфред спросил, тихо, через несколько секунд: - Это проблема?.. - Чт... Нет! – Иван энергично закачал головой и скорее почувствовал, чем увидел, как парень облегченно выдохнул. – Вообще... вообще никогда? - Нуу, не совсем, но поцелуи и оральный секс – это мелочь, не считается, - Альфред буднично пожал плечами, а Ивану пришлось прилагать сознательные усилия, чтобы неловкость не отразилась на его лице. – Но вот дальше... – его скулы порозовели, хотя казалось, куда уж сильнее. - Понял. Нам... остановиться? Ответом ему был взгляд, полный такого пылающего гнева, что Ивану показалось, будто сейчас ему откусят голову. - Не вздумай, - от этого горячего шипения волна прокатилась от груди к самому паху. – То есть... нет, не нужно, просто... наверное, нам надо быть поаккуратнее. - Хорошо, - Иван надавил Альфреду на затылок, потянул за талию, привлекая его к себе – поцеловал успокаивающе-тягуче, расслабляя юнца, расслабляя себя. Альфред влился в поцелуй, рассыпаясь вздохами и тихими звуками – Иван сместился на кровати, разворачивая его, аккуратно опуская на спину, нависая над ним сверху. – Если будет больно или неприятно, дай мне знать, ладно? Ладонь Альфреда лежала у него на макушке; он фыркнул, выдыхая искорки смеха Ивану на кожу. - Если мне что-то не понравится, это сразу станет известно, поверь, - уверенный поцелуй опустился на изгиб челюсти, прямо под ухом. Альфред прикусил его, заставив Ивана судорожно выдохнуть. – Д-давай. Я готов. Тот кивнул, проводя распахнутыми ладонями по загорелому телу Альфреда, от плеч до бедер, он выгнулся им навстречу – какой же шикарный, черт возьми – и потянулся к ящику тумбы, доставая смазку и презерватив, бросая их рядом на простынь. Понеслась. Скрип крышечки тюбика скрыл то, как у него дрожали руки; но Альфред и так бы этого не увидел – он растянулся на кровати, закрыв глаза предплечьем, глубоко и быстро вдыхая и выдыхая – пытался скрыть нервы всеми силами. Иван легко провел ладонью по его эрекции – Альфред резко вдохнул, вздрагивая всем телом, качнул бедрами вверх – но Иван уже убрал пальцы, в обилии выдавил на них смазку. Он прогладил ладонью внутреннюю часть бедра, завел ногу себе на плечо. Выдохнул. Первый палец прошел до странности легко, Иван двигал им, растягивая мышцы – Альфред словно увидел его нахмуренные в удивлении брови, прохрипел сквозь сжатые зубы: - Я-я подготовился... заранее... на всякий случай. Иван замер на мгновение – а потом словно разряд прорезал его, когда он понял, что Альфред этого ждал; когда представил, как Альфред мог готовиться: как он дышал, растягивая себя, как он думал о нём, может, даже стонал, представляя его, Ивана, – один только мысленный образ, казалось, сделал его ближе к оргазму. Прибавил второй, третий палец. Альфред прилагал все усилия, чтобы расслабиться, подставляя Ивану живот и бедра для поцелуев, вздрагивал, сжимал и разжимал простыни. - Вроде достаточно, - выдохнул он спустя несколько минут. Иван кивнул, приподнимаясь, подтягиваясь к Альфреду вплотную. Порвать упаковку презерватива зубами, надеть и раскатать – он уже и не помнил, когда делал это в последний раз, да ещё и с таким пылом. Он сдобрил его смазкой по всей длине, не жалея, приладился (тепло кожи у головки члена отдалось пульсирующей волной). Иван наклонился, обхватил парня руками, вцепился одной ладонью в плечо, чтобы унять своё волнение. Альфред тоже схватился за него, почти до боли сжал кожу на лопатках – упёрся лбом во впадину между плечом и шеей; Иван мог чувствовать напряжение, исходящее от него. Он поцеловал его в волосы над ухом, надавил – ...Тепло и теснота обволакивали его по мере того, как он медленно вдавливался в Альфреда. В голове помутилось от этих ощущений; Иван подавил в себе желание впечататься до упора, а потом двигаться, резко и грубо, просто трахать его без остановки. Они поторопились с растяжкой – это стало понятно с первых же секунд, когда Альфред проехался ногтями Ивану по спине, когда он весь словно сжался, окоченев, тяжело дышал сквозь зубы. Иван взял его лицо в ладонь, поворачивая к себе, вглядываясь в эту подернутую влагой синеву (сердце застучало) – их носы почти соприкасались. - Больно? - Н-немного, - он сглотнул; заерзал, поудобнее обхватывая Ивана руками, задирая ноги на его пояснице выше, скрещивая их; Иван всем телом чувствовал их переплетение, бедрами, спиной и руками, кожа горела в местах, где они касались друг друга. – Но ничего, продолжай. Мне нравится. - Ладно, - поцелуй в губы, столь же медленный, как и его движения; он вдавился до конца под судорожный выдох, сам ощущая, как связные мысли покидают его, уступая жгучему красному мареву. Столь же осторожно подался назад, выйдя наполовину – и обратно, неспешно и осторожно, давая Альфреду подстроиться. Давая себе привыкнуть к тому, как ему это нравится. Не прошло и нескольких минут, прежде чем вздохи Альфреда сменились на тихие стоны – и прежде чем Иван позволил себе двигаться быстрее. Альфред расслаблялся, сжимаясь и разжимаясь, наконец позволив себе быть активнее – он вплел пальцы Ивану в волосы, нежно царапая ему скальп, приподнялся на лопатках, отвечая на поцелуй, углубляя его. На губах снова заиграла эта нахальная улыбка, что так завораживала Ивана, так будоражила ему кровь. Он резко вдохнул, чувствуя, как его укусили за губу, сместился, сменил угол... Стон, сладкий и протяжный, словно мёд, раздался в ушах – Иван понял, что попал, куда надо. Он продолжил впечатываться, пока Альфред впивался ногтями в его плечи и макушку, пока он чуть ли не всхлипывал от кайфа, а ломаное «трахни меня, трахни меня» не замерцало алым в сознании, сметая все оставшиеся искры сомнения. Внизу живота пульсировало, разрядка была близка, но он не хотел так быстро, он хотел... Он отпрянул, вышел и мощным движением перевернул Альфреда на живот – он повернул голову (такой горячий, когда растрепанный), удивленно глядя на Ивана. Тот хлопнул ладонью по его бедру – звон шлепка разнесся по комнате – и сжал. - Встань на колени, - собственный голос казался слишком хриплым в его ушах. Удивленный взгляд Альфреда сменился понимающим: он рассмеялся, смех его был полон воздуха. - Решил впечататься сзади, как ты умеешь? Он не дал Ивану время ответить – приподнялся на коленях и локтях, раскрываясь полностью. Вильнул ногой, подзывая. Иван схватился за его бедра, подтянул к себе, подтянулся сам – и вжался в него, гораздо легче, чем в первый раз, издав тихое «хаа». Контакта теперь было меньше, но зато вид открывался просто шикарный – Альфред прогибался ему навстречу, открывая взору красивую спину с новой, ранее невидимой ему татуировкой – распахнутыми крыльями, что расходились от лопаток к плечам; мышцы перекатывались под ней, когда Альфред смещался, сминая простынь, втягивал воздух сквозь зубы, когда Иван сжимал его бедра чуть ли не до синяков, вколачиваясь, насаживая его на себя; что-то багряное сверкнуло в крови, когда тихое «Иван» смешалось с потоком «да» и «пожалуйста» – бедра соприкасались в устойчивом, исступленном ритме. Жар нарастал, готовый излиться, и вот Иван уже срывался на стоны – он ускорился, пригнулся, обхватил член Альфреда ладонью, стал двигать ей грубо и резко – Альфред с горячим «да» обхватил его руку – пальцы, ставшие липкими от пота и предсемени, переплелись с его, Иван потянул, впечатавшись, теснота, его голос, это – господи, да, боже... Судороги, палящие, пронизывающие насквозь – Иван навалился на него, вжимаясь – всё пульсировало, перед глазами и внутри, он кончал, сгорая, пока Альфред плавился под ним, оглушая своими стонами – звук его имени продлил мучительно-сладостную агонию, пока сперма заливала его пальцы, а он сам вливался в Альфреда. Хорошо, так хорошо – он был не в силах разжать ладонь, не в силах ослабить хватку на этом прекрасном, чувственном теле, что до сих пор содрогалось под ним, пока не вытекли последние капли этого наваждения. Сознание потихоньку наполнялось ясностью, пространство становилось четче – каждую клеточку заливала нега, шевелиться совсем не хотелось – но пришлось, освобождая Альфреда из-под его веса. Иван провел руками по спине, осторожно вышел – парень повалился на живот, переворачиваясь на бок. Иван снял презерватив, лёг рядом с ним, обхватывая рукой, привлекая к себе. Раскрасневшийся и взъерошенный, Альфред подтянул колено, перекинул ногу ему через талию – так они и лежали, вновь сцепившись, пока Иван рисовал ладонью круги у Альфреда на пояснице, а Альфред проводил пальцами ему от уха до волос на груди и обратно. Глядя друг другу в глаза. Сияющее чувство охватило его – неведомое раньше, легкое и волнующее одновременно. Он не мог дать ему названия, не мог уловить даже – но ему нравилось, как оно его обволакивало. - Это было охеренно, - услышал он вдруг счастливый выдох с улыбки напротив. Альфред улыбался и смотрел на него восторженными глазами; восхищение было приглушено усталостью. Та нервозность, что сковывала его раньше, исчезла – словно из воздушного шарика выпустили воздух; теперь Альфред был совершенно расслаблен, взгляд полон ласки. Ласки, что сподвигла Ивана на признание. - Мне тоже очень понравилось. И знаешь... я раньше тоже никогда не был с мужчиной. Альфред замолк на несколько секунд – все эти секунды мутноватый взгляд обретал ясность, золотые брови медленно ползли вверх; Иван уже было занервничал, когда парень вдруг изумленно выпалил: - Правда?! Иван почувствовал, как краска прилила к щекам – но ошарашенное выражение лица вмиг сменилось восторженным: - Ты трахаешься, как бог, и говоришь мне, что это в первый раз? Иисусе, - он присвистнул, пока внезапная волна смущения и радости захлестывала Ивана. – Погоди, а к чему тогда было кольцо? - Какое кольцо? - Ну то, которое было у тебя, когда мы встретились, на большом пальце на левой руке, - Альфред извернул голову, бросил взгляд на руку Ивана у себя на талии, словно рассчитывая вновь увидеть там его. – Кольцо на пальце левой руки – признак актива в поиске, ты хочешь сказать, что ты об этом не знал? Иван покачал головой, медленно осознавая, что причина, по которой в его постели оказался этот горячий молодой человек, заключается в том, что он чуть не смыл кольцо в раковину. Сейчас он готов был молиться на взбесившуюся кофемашину в офисе. - Я надел его на большой палец, потому что руки были скользкие, а я торопился и боялся, что оно упадёт. Альфред откинулся на спину, провел рукой по лбу, нервно посмеиваясь. - Значит, мои подозрения о том, что ты натурал, частично оправдались? - У тебя были такие подозрения? – настал черёд Ивана вскидывать брови вверх. - Ну как сказать, - Альфред повернулся обратно, прицокнул языком. – Я понятия не имел, реально ли ты думаешь, что я позвал тебя на свидание... до парка. Ты вроде меня коктейлями угощал, а вроде и такой непроницаемый сидел, о работе спрашивал, я просто... – он рассмеялся вновь. – Когда я решил поцеловать тебя, я подумал, что ты сейчас мне врежешь... Иван убрал ладонь с его лба, переплетя пальцы. Какое-то мгновение Альфред с удивлением смотрел на него – но не смог ничего сказать, ведь Иван затянул его в поцелуй. Парень молниеносно переключился, с энтузиазмом погружаясь в него, – настолько, насколько можно было с энтузиазмом погрузиться, ещё не отойдя от прошлого «захода». - Надеюсь, ответ тебя не разочаровал, - хриплый шепот растекся по коже, когда Иван провел носом по виску и линии челюсти Альфреда – парень вздрогнул, вновь вплетая пальцы в его волосы, крепче сжав ногой талию Ивана, толкнувшись в неё бедрами. - Ни разу, - голос его стал низким и сиплым, но ничуть не менее красивым. – Трахаешься ты намного лучше, чем водишь. Такое нахальство Иван терпеть не собирался – он укусил юнца в шею; тот лишь судорожно выдохнул, да начал тереться об него – и судя по вновь наливающейся эрекции, вряд ли он сожалел о сказанном.

***

Иван так и не отпустил его, решив вновь попрактиковаться в своих умениях – а потом ещё и ещё, благо Альфред был только за, с пылкой готовностью демонстрируя это. Когда простынь насквозь пропиталась потом, а тело наполнилось сладостной истомой, они пошли в душ – но и там Альфред проявил чудеса выносливости, удивив Ивана новым приступом активности. Заставить его кончить третий раз подряд было непросто, но Альфред справился, припав губами к его паху – у Ивана чуть не подкосились ноги после такого – спас только поручень, за который он вовремя ухватился. Спал в ту ночь он так крепко, как давно не спал – обхватив Альфреда рукой, прильнув к его спине; тот сжал его ладонь, что не помешало ему растянуться морской звездой на кровати и шлепнуть Ивана рукой по носу, когда он заснул. Второй раз Иван проснулся уже утром – когда лучи солнца проникали сквозь ресницы, а нечто более вещественное упиралось ему в бедро, и теплые губы касались где-то под подбородком, настойчиво требуя внимания. Воспоминания предыдущего вечера пронеслись перед мысленным взором – Иван улыбнулся. Постель они не покидали ещё часа два. - Воу, я как будто марафон пробежал, - Альфред аккуратно соскальзывал с кровати, поднимаясь на дрожащие (как не без удовольствия отметил Иван) ноги и пробуя отыскать свои очки – пока он вертелся и расхаживал из стороны в сторону, лиловые метки блестели у него на шее, плечах и груди – от одного их вида приятное чувство собственничества заискрилось в груди. Хотелось рассматривать их ещё и ещё. Коля не должен был появиться до самого вечера – у них впереди был ещё целый день. Иван приподнялся на кровати, приблизился к Альфреду, дотронувшись до него – уже практически одетого – ногой: - Пойдем я тебе завтрак сделаю. Альфред торопливо опустил футболку на тело – даже не пригладил волосы, они остались взлохмаченными, так мило – и изумленно посмотрел на него; щеки вновь заалели. - Чувак, спасибо! Вообще я... – он вынул смартфон, разблокировал экран и огорченно нахмурился. – Я бы рад, но скоро у меня начнется смена. Мне пора бежать. - Понял, - Иван не мог не заметить, как чувство досады шевельнулось в нём. – Я провожу тебя. Пока он накидывал халат и приводил себя в порядок, тревожные мысли вдруг проснулись в нём: а что если Альфред просто не хотел задерживаться? Обеспокоенность лишь росла, когда они очутились в коридоре: парень подобрал с пола кожанку, надел её, стал зашнуровывать кроссовки, пока Иван, скрестив руки, переступал с ноги на ногу рядом с ним. Что если его желание увидеться ещё раз не было взаимным? Он ведь сам столько раз не собирался продолжать знакомство с кем-либо после проведенного вместе вечера – а сейчас вот раскатал губу. Чего вообще хотел Альфред – секса на одну ночь, возможности приятно провести время, или чего-то большего? Вчера новые ощущения так захватили его, что он даже не задавался таким вопросом... Зато сейчас тревога очень своевременно проросла в груди. Он хотел увидеть парня ещё раз: поговорить, подержать за руку. Сделать так, чтобы он кончил, кончил из-за него. Приготовить ему завтрак... - Слушай, - голос Альфреда внезапно вырвал его из своих мыслей. Парень уже разогнулся и смотрел на него – смущенно и с румянцем, но твердо, не отводил взгляд. – А ты не хочешь встретиться ещё раз? Может, ты не планировал, но я-я не против. Мне очень понравилось, и... Он не договорил – Иван поцеловал его; Альфред ахнул от неожиданности и схватился за ворот его халата. Внутри Ивана словно развязывался какой-то узел – облегчение наполнило его. - Хочу. Давай в среду вечером? Радостная улыбка парня говорила сама за себя – ему даже не нужно было отвечать вслух. Солнце звенело в воздухе - и за его ребрами.