Остров чужих надежд

— Где ты была? Только к обеду появилась на работе! — упрекнул Катю Малиновский, но она только отмахнулась от него, погруженная в свои мысли. — И на выходных ни звонка, ни сообщения. — А обязана? Ром, я устала, у меня были сложные переговоры, вдобавок, голова гудит. Не мог бы ты меня оставить в покое? — На этих словах финансового директора Зималетто просто перекосило от злости. Но Кате было все равно. Хотелось налить себе чаю и просто выпить что-нибудь от головной боли. — Переговоры у нее, — пробурчал Роман, — а я волнуюсь за тебя, если ты не в курсе. — Спасибо, — Катя кивнула, чувствуя пальцы у себя на запястье. Ромины прикосновения дарили такое знакомое расслабление и спокойствие, чего ей очень не хватало последние дни. — Где ты была? — более спокойным голосом спросил Рома. — В банке. Договаривалась об отсрочке платежа. Обещали рассмотреть. Что нового в компании? — Да все по-старому. Женсовет гудит, Марго витает в облаках, Милко истерит… А я должен со всем этим работать. Один! Тебя-то полдня не было! — теплые пальцы зарылись в волосы девушки, но она не стала останавливать и отстраняться. — Поехали вечером в ресторан, поужинаем? — Поедем, — Катя чуть качнула ресницами и слегка улыбнулась. Вот он, прекрасный шанс потренироваться во флирте и вытягивании необходимой информации. Кто, как не бывший муж, подходит для роли подопытного кролика? Кроме того, узнать хоть что-нибудь о конфликте между Ромой и Андреем ей было жизненно необходимо. Катя теперь четко припоминала, что на совете директоров Александр, если и обращался к Малиновскому, то лицо его в те моменты выдавало подлинное омерзение. Чем таким насолил парочке друзей, что у обоих глаза горят от ненависти от одного упоминания Ромы, интересно? — Но я совершенно не одета для выхода в свет, Ром. — И что ты предлагаешь? Опять отложить до следующего раза? Который никогда не наступит, судя по всему. — Нет, просто мы заедем ко мне домой, я переоденусь, — девушка улыбнулась шире, довольная результатом: Малиновский уставился на нее с жадностью. — Ну, хорошо, — вздохнул он, осторожно проведя по Катиным волосам. — Раз уж ты так хочешь, то… — Тогда до вечера, Рома, — тихо перебила его Катя, — а сейчас нужно заняться делами. Марго у себя, не знаешь?..

***

«Надеюсь, ты будешь доволен, Жданов», — с едва заметным раздражением подумала Клочкова, ставя последнюю точку в наброске коротенькой статьи. Для начала — неплохо. Маленькая заметочка, где-нибудь между статьей о правильном выращивании помидоров на подоконнике и прогнозом погоды, в которой мелькнёт нужное имя. Незаметно, без сенсации, без громких лозунгов и выводов. Несколько таких разных коротких заметок с полунамеками, и читатели начнут следить за происходящим с большим интересом, а сам объект не успеет поднять шумиху и учинить скандал раньше необходимого. Именно так и начинается информационная война. Жаль, что пока нет более скандальных материалов, и приходится работать с такой мелочью. Но Андрей обещал подкинуть. А раз обещал, то перероет носом всю Москву, но найдет то, что будет достойно большого репортажа. Вика привычным движением мышки отправила набросок статьи на е-мейл Андрею и тут же следом написала ему СМС, чтобы он прочёл письмо побыстрее и разрешил запускать в работу. Ответ пришел довольно быстро, Андрея все устроило. С огромным удовольствием Вика потянулась до хруста и пересела на диван — нужно было войти в образ типичной недалёкой дурочки. Именно такой она сейчас и собиралась звонить. Ленка Шестикова в свое время закончила факультет журналистики с огромным трудом и, практически, чудом. Если бы не помощь Киры и Вики, которые в свое время взяли над сокурсницей шефство, вылетела бы Ленка ещё на втором курсе. Особых талантов за ней не водилось, поэтому прозябала она в типично-желтушной газетенке, печатающей всякий шлак и иногда, время от времени, выдающей что-то действительно стоящее усилиями Клочковой. Она искренне завидовала Вике, не скрывала восхищение Кирой, которая, наверное, одна из группы рискнула стать военным корреспондентом. И до сих пор считала и одну, и вторую, своими ближайшими подругами, хотя и не знала толком, как они живут. Любопытство и длинный язык Шестиковой было притчей во языцех, и кроме самого необходимого минимума Вика никогда ей ничего не рассказывала. Так что, схватив мобильник и для убедительности зажав его плечом возле уха, Вика принялась подравнивать ногти пилочкой. С иронией взглянув в большое зеркало, стоящее напротив дивана, Клочкова набрала номер университетской подруги. — Леночек, привет, — сладким голосом проворковала Вика в трубку, — ты себе не представляешь, как бы ты меня выручила… А все потому, что журналистская чуйка, жизненный опыт и хорошее знание личности Андрея Жданова твердили: в этой истории светить свое лицо и имя раньше времени не следует. Иначе можно лишиться чего-то гораздо большего, чем работа и влиятельный любовник.

***

Стресс, ставший спутником Андрея последние недели, можно было снять несколькими способами: напиться вдрызг, ввязаться в драку или же назначить встречу Юлиане. Именно последний способ Андрей как раз и выбрал. С Виноградовой было легко и понятно: никаких драм и потрясений, кроме хорошего вечера в объятиях друг друга, когда это было необходимо, их отношения не сулили. Юлиана была из тех женщин, которые не ищут себе «надёжное мужское плечо», а вполне успешно справляются с жизненными невзгодами самостоятельно. Во всяком случае, к своим двадцати восьми годам все, что Виноградова достигла, было исключительно ее заслугами. И для Андрея это было поводом для некоторого восхищения. Юлиана встретила его на пороге квартиры, одетая в лёгкий шелковый халат, приветливо чмокнула в небритую щеку и улыбнулась. — Ты выглядишь измотанным, — заметила Юлиана. — Если бы ты согласилась поужинать со мной в Лиссабоне, это было бы не так заметно, — ухмыльнулся Жданов. — Ты про ресторан или про город? — поддела его Виноградова. — Зная тебя, оба варианта равновероятны. — Вот куплю свой самолёт — будем ужинать там, где нам вздумается, — съехидничал Андрей. — Но сегодня я ограничился бы рестораном. — Хвастун, — фыркнула Юлиана. — Если ты голоден, то я подам ужин. — Что, собственноручно займешься моим пустым желудком? — Андрей направился в уборную, не включая свет. За шумом воды он не расслышал ответ Юлианы, но не сомневался, что это было что-то ехидное. Юлиана уже упорхнула на кухню, и Андрей был ей очень благодарен. Редко удавалось поесть домашнюю еду, не на бегу и не отвлекаясь на бесконечные звонки. Кроме того, эта крохотная фея готовила получше многих шеф-поваров в пафосных ресторанах столицы. — Твое эго стерпит, если я подам на кухне? — Стерпит, конечно, — рассмеялся Андрей. — Ради одного меня тащить эту вкуснотищу в гостиную нет нужды. В воздухе витали умопомрачительные ароматы специй и жареной говядины, отчего рот невольно наполнялся слюной, а в желудке бурчало с удвоенной силой. — Значит, всё-таки, под личиной правителя целой бизнес-империи скрывается обыкновенный голодный мужик? — Угу… Ммм… Юлечка, это божественно! — прокомментировал отправленный в рот кусочек стейка Андрей и отметил, как автор этого кулинарного шедевра расплывается в довольной улыбке. — Вино — Каберне Совиньон? — Угадал, — Юлиана кивнула и налила себе полбокала кроваво-красного вина. Чисто посмаковать вкус напитка и не сидеть с пустыми руками перед гостем. — Я просто знаю, какое вино ты любишь, — усмехнулся Жданов. — Нет, Андрюш. Это Я знаю, какое вино ты любишь, — весело фыркнула хозяйка. — Ты утолил свой голод? — Ну… В некотором смысле, — Андрей отложил столовые приборы и хищно улыбнулся. — Твои стейки — восьмое чудо света, но… — Но? — в притворном изумлении подняла брови Юлиана. — Но есть особый голод, который мясом не утолишь… Но ты можешь мне помочь, Юленька, потому что на это способна только красивая женщина. Юлиана от души рассмеялась, запрокинув голову, но ничего не сказала в ответ. За закрытыми дверями ее квартиры они были просто Андрюшей и Юленькой, без условностей и каких-то проблем.