Жизнь как мыльный пузырь

- Вань....., а давай будем всегда вместе ? - Серёг, мы и так постоянно вместе, ты хочешь меня заабьюзить до смерти?- прыснул от смеха старший. - Нет, просто хочу- Серёжа загадочно улыбнулся и тоже тихо засмеялся. - Люблю тебя, Вань- ели слышно добавил младший. Ваня вздрогнул и застыл, удивлённо всматриваясь в тёмные глаза. Сережа в шутку произносил эти три слова сотни, а то и тысячи раз, но сейчас, это кажется было по особенному и именно сейчас, Серёжа был как никогда честен сам с собой и с Ваней. Ваня уже подумал, что: ~Послышалось или показалось~ Не послышалось и не показалось, сразу за этим последовал лёгкий чмок прямо в губы, после которого Серёжа резко подорвавшись, выбежал из палаты, оставив Ваню один на один со своими мыслями,его внезапным признанием и мазком вишнёвой гигиенички на губах. Осознание произошедшего дошло до светлой черепушки не сразу, а когда утомлённый мозг наконец переварил информацию, бежать за другом было поздно. - Чтоооооо? - резко вскрикнув в сумрак палаты Ваня. В голове роились тысячи мыслей, а лицо и уши горели от стеснения. Всё казалось до ужаса нелепым и невозможным, но довольная лыба, от понимания взаимности разрывали сердце радостью, а живот порхающими бабочками. Сегодня ночь обещала быть бессонной, наполненной мыслями о Серёже. В глазах горели искорки надежды, сияли тысячи звёзд, как  в ясном ночном небе, взрывались мини-галактики и вселенные от бударажущих голову и причинные места чувств и переживаний. Лёгкая, приятная дрожь охватывало тело, а дыхание спирало где-то в горле, не давая нормально вдохнуть воздух. Я чувствую себя живым На следующее утро Серёжа словно ни в чём не бывало позвал Ваню выйти на прогулку, вёл себя в привычной манере шутя и подкатывая, включив клоуна, судя по всему , таким поведением пытался перекрыть воспоминания о вчерашнем,, сделав вид, что ничего не произошло. - Ванечка, на проигранное желание так хочется прям в тебя уф - последующий басистый хохот раззадоривает и в голове у старшего созревает план скам. - Прям в меня засадить? Внезапный вопрос застаёт Серёжу врасплох. - Вань, это ж шутеечка- пытается отвертеться  младший. - Мммм, очень жаль....- томно протягивает Ваня. Глаза кучерявого округляются и он покраснев, скрывается со скамейки, но Ваня, предугадав такую реакцию, усаживает его одним рывком назад, а затем, дрожащими руками, потянув за воротник на себя, невесомо целует в пухлые губы, почти сразу отстраняясь. Серёжа опешил, и словно рыба, безмолвно открывал и закрывал рот, не в силах подобрать слова. Ваня же хитро улыбаясь, спрятал свои краснеющие щёки за ладонями, наблюдая за дальнейшими движениями парня через просветы между пальцами. - Вань....ты .....мы можем? Я правда...не может быть. - запинаясь и растерянно водя взглядом по Ване, надеясь за что-то зацепиться. Ваня тихо хихикал, лишь сильнее прикрываясь руками. Наконец, отойдя от удивления и лёгкого шока, Серёжа тянется, чтоб убрать руки Вани с лица, и приложив немного усилий, разводит их в стороны, наблюдая прекрасную картину. Смущённый, с пунцовыми щеками и милой улыбкой, русый смотрел прямо в глаза, не отводя внимательного взгляда зелёных глаз. Кучерявый не теряя ни минуты прильнул к тёплым губам, обхватывая руками чужое лицо. Поцелуй до мурашек по коже нежный и прозрачно-лёгкий, будто пушинка,  будоражил подсознание, заставляя выставлять нагую душу напоказ. Юноши целовались с такой осторожностью, будто боялись разбить хрусталь их чувств, не наполняя пошлостью плавное сплетение губ, так же как и их судеб. Они лишь переживали, что вот вот сами растворяться от нахлынувших ощущений, настолько прекрасных и глубоких, что перехватывало дух, заставляя бабочек с огромной скоростью биться внутри грудного корсета. От этого хотелось пищать как девочка в восторге, хотелось слиться в одно целое, лишь бы растянуть прекрасный момент на дольше, от этого хотелось жить. Мягкие, пухлые губы, с лёгким привкусом кофейной конфеты,  уверенными действиями манипулировали губами партнёра, стараясь не углублять поцелуй. Брюнет использовал чувственные касания, через которые, казалось, он отдаёт всего себя и свою любовь, а его прикрытые глаза с мило подрагивающими ресничками от переживаний что-то испортить, умиляли картину до умопомрачения. Хотелось трогать, лизать, посасывать, кусать, целовать, делать всё возможное, лишь бы не отпускать, быть ближе к Серёже. Внутреннего хранилища Ваниных ощущений явно не хватало, чтоб сдержать порыв эмоций и телодвижений. Целоваться с Пешковым, лучше чем его арбузная одноразка и слаще чем вишнёвые булочки в буфете бабы Нины. Запредельно прекрасно. Разрывать поцелуй было до невозможности неохота, но недостаток кислорода в лёгких давал о себе знать. Приятный мандраж, теплом разливался по всему телу, заставляя пылать огнём места прикосновений любимого человека. Учащённо дышать, глядя друг другу в глаза поцелуя, это настолько хорни, что можно кончить от одного взгляда на это всё. А Ваня сидел, давя лыбу, и вот вот казалось замурлычет от удовольствия как обычный кот. - Это твой первый поцелуй Ванюш? - с лёгкой издёвкой сказал Серёжа. - Не надейся кучерявая падла. - посмеивался старший. - Ну хоть твой первый раз заберу. - якобы невзначай обливая губы, ведёт Пешков. - Повторюсь, не ...- Ванин монолог резко обрывают, затыкая новым поцелуем, и сильные руки Серёжи тянут парня, усаживая на себя, вовлекая в очередной поцелуй смешанный с потоком комплиментов от Серёжи, поцелуями в шею и плечи, тихими вздохами-стонами и неразборчивым шепотом от Вани. Плевать на всё, на все правильно не правильно, можно и нельзя, даже если заметят - плевать. Ваня для себя всё решил: "Я выбираю быть счастливым с ним" **** В этом городе стало невыносимо душно. Среди каменных джунглей, каждый раз, недостаток кислорода сжимал лёгкие новыми спазмами. Ваня скучал. Даже не так. Это была не просто тоска по дорогому человеку, это были страдания, мучения просыпаться вдали от любимого,видеть его только через экран, не наблюдать за его привычками, не ощущать его присутствие и тепло , не чувствовать его запах, не обнимать его тело, крепко прижимая к себе. Тактильный голод страшная штука, когда тело нервно подёргиваеться от желания к кому-то прижаться. К кому-то? Нет, только к одному человеку - Сергею Пешкову. После долгого лечения, а потом ожидания результатов обследования, наконец то он "чист" и выписка должна быть буквально послезавтра. Ваня очень переживал, он боялся, что и свой 19-тый день рождения, Серёжа проведёт в больнице, по этому ещё за месяц думал о подготовке празднования даже в таких условиях, но к счастью, произошло настоящее чудо и любимый возвращался домой. Сразу после выписки из больницы, Ваня нашел основную работу на фирме, а вскоре после официального трудоустройства, ещё и подработку в виде монтажа видео и клипов, которые приносили тоже неплохой доход, но даже при такой занятости он находил время приехать с вкусностями и/или букетом цветов к своему кучерявому любимицу меж вымытых до блеска белых коридоров, в 7 палате. Время шло неумолимо медленно, словно дразня измученное сознание Ивана, заставляя корчиться от ожидания и одновременно кричать от радости за выздоровление дорогого человека. Многое изменилось. Изменился и сам Ваня.  Теперь мысли о будущем не пугали, наоборот, заставляли дышать полной грудью, искусывая губы до крови не от новой порции издевательств, а от предвкушения развития событий и новых изменений. Это ведь именно Серёжа научил жить, научил не боятся, научил быть в ладах с собой, именно глядя в карие глаза Ваня нашел утешение и внутренний покой, усмирив многолетнюю бурю в душе. Именно зарываясь в тёмные кудри, вдыхая кофейный запах, он чувствовал себя защищёным, и только сжимая тёплые большие ладони, он ощущал себя уверенней. Русый до сих пор не верил, как человек может быть таким......таким невероятным, прекрасным, идеальным, словно высший разум. Бессмертных не верил, что немного больше, чем за пол года он настолько привязался к человеку, что теперь не представляет жизни без него, словно они одно целое, с крепко переплетёнными судьбами. Как при одном упоминание его имени или что-то с ним связанное, на душе теплеет, а сердце трепетно ёкает? Но Ване это очень нравится, и ему нравится фраза, которую в начале отношений сказал Серёжа: " Знаешь в чём ошибка моих прошлых отношений? То что я позволил им состояться. А ведь самого начала была такая атмосфера..... тяжёлая что-ли? Те отношения были словно буйная зима,  неопределенными, порой холодными и переменчивыми, они словно сковывали цепями обязанностями, прям когда собаку на поводке держат, дальше позволеного не пуская. А рядом с тобой, вот с первого дня знакомства такая необъяснимая лёгкость и комфорт.....Мне наша любовь напоминает летнее утро после дождя: приятное, освежающее,  добавляющее сил двигаться дальше, словно наполняющее свободой. Так я тебя люблю..." Эти слова навсегда засели в памяти, врезавшись, словно цветные чернила под кожу. "Он чувствует себя свободным рядом со мной" - мысль тешила настолько же, насколько поражала своей масштабностью. " Даже многим физически независимым людям, никогда не стать свободными душой" - твердил Пешков. Люди должны дышать, а не задыхаться в любых взаимоотношениях, свобода должна быть от макушки до кончиков пальцев, мы должны быть пропитаны ею до такой степени, что наша плоть и кровь должна пахнуть ею. Как пахнет свобода? Думаю каждый человек выбирает это сам для себя на подсознательном уровне, достигая раскрытия своего потенциала, либо найдя объект вдохновения, либо просто став счастливым, можно достичь внутренней гармонии и обрести так званую "свободу". Ване нравилось как высказывался Серёжа, как он формулировал свои мысли, излагая их ровным почерком, черным по белому. Ване нравился Серёжа в целом. В общем и целом, он любил его в любом виде, капризного, злого, расстроенного, весёлого, депрессивного и безбашеного, Пешков всегда был собой, не скрывая искреннее удивление, испуг, даже слёзы не прятал больше, потому, что перед Ваней можно. С Ваней позволено быть обычным и не бояться осуждения с его стороны, с ним можно побыть слабым, можно не притворяться, не сдерживаться и не переживать. Потому, что Ваня отвечает на это тем же самым, открывая перед Серёжей даже самые тёмные закоулки души. И такое простое: -Я люблю тебя, Серёж. - сводит с ума, заставляя двигать горы ради любимого человека. Яркая улыбка и живые пылающие жизнью глаза, крепко переплетённые пальцы, лёгкий поцелуй и взаимное признание - то, ради чего стоит жить дальше и бороться. *** В какой момент рутина рядом с дорогим человеком стала такой болючей? У Вани есть Серёжа и наоборот. Всё ведь прекрасно.......должно было быть. Бессмертных узнал, Серёже пару лет осталось максимум, а то и меньше, болезнь прогрессирует, пошли множественные метостазы и состояние через год может резко ухудшиться, а там дальше сплошные мучения. Ваня плачет, плачет от безвыходности, от боли и ненависти. Его разрывают на части собственные страхи, изнутри поедая едкой, чёрной слизью, что становиться поперёк горла и окутывает сознание, затуманивает мозг. Ваня просыпается по утрам, надеясь, что это был страшный сон ведь вот Сережа, лежит рядом, дышит размеренно, немного посапывая, а его милые кучери мирно рассыпались по белоснежному постельному. Всё ведь хорошо, но по щекам стекают несколько горячих струек, а в сердце защемил болючий ком. Чувства потяряности и разбитости возвращаются с двойной силой перекрывая кислороду доступ в лёгкие, а на плечи, как само собой разумеется, ложиться непосильная ноша для юного мозга и любящего сердца. Самое страшное смотреть на мучения любимого человека и не иметь возможности что-либо изменить.